Глава 23

Глеб

Я и Маша ждали Максима в фойе школы, чтобы вместе встретиться с Райнером на улице. Очень было волнительно увидеть его после долгой разлуки. Выйдя на крыльцо, я почесал за ухом и сказал:

— Наверное, проще будет позвонить, чем искать его в толпе.

Я набрал его номер и стал ждать ответа.

— Алешеньки, скажи, где находишься? Ну, чтобы тебя долго не искать... Напротив, на лавочке сидишь, машешь нам рукой?

Мы вгляделись в толпу и заметили довольную физиономию. Подойдя, слегка обомлели. Нет, конечно, мы привыкли видеть его в женском обличии, но явно не девушкой с пышной грудью на шпильках. Теперь уже Жанна была одета в белую футболку с блестящим карманом на груди, и розовую юбку из фатина. На голове болтался пышный хвост.

— Какая ты красотка, я так соскучилась! — первая произнесла Маша, ринувшись к ней с объятиями.

Жанна

— Мне теперь как-то даже неловко с тобой обниматься, — сказал Максим, после того как я выпустила подругу из объятий.

— Почему? Я всё та же, особо ничего не поменялось.

— Да ты что? Первое, что я увидел, — твою грудь. Ты окончательно стала девчонкой, — немного смутился Глеб.

— Ой, да не такая она уж большая, это все из-за корректирующего белья. Жду не дождусь, когда его снять можно будет, в нем жутко некомфортно и жарко.

Я по очереди обняла парней, и мы пошли медленным шагом на остановку, чтобы доехать до школы Олега.

— Что сейчас по планам? — поинтересовался у меня Максим, они с Глебом шли по правую руку от меня, за левую — держала меня Маша.

— Через пять дней заберу паспорт и пойду кланяться к директору с заявлением на выдачу аттестата на новое имя. Вы, наверное, уже во всю готовитесь к выпускному?

— Да, задолбало, если честно, немного. Песни и всё такое. А ты придешь? — ответил Глеб.

— Пф, я думаю, меня на пушечный выстрел не подпустят. Возможно, разрешат посидеть в актовом зале. Да и я особо не жажду. Все начнут косо смотреть и пальцем тыкать, не хочу этого видеть, хватит внимания на экзаменах.

— Ну да. Но это немного нечестно, ты ведь с нами проучилась все годы, — с сожалением произнес друг.

— А давай тебе личный выпускной сделаем? Соберемся компанией где-нибудь и отметим это дело? — предложила Маша.

— Давайте, как разрешу всю эту ситуацию с доками, тогда и определимся, — ответила я, но, в целом, мне нравилась эта идея.

Мы сели в автобус и доехали до школы Олега. Я сразу заметила его в окне и решила удивить друга. Ребята вышли через переднюю дверь, я — через заднюю.

— О, привет, а вы чего втроем, где Райнер? — успел только спросить Олег. Я подошла со спины и закрыла ему глаза ладонями.

Он немного сжался, схватил меня за руки и обернулся, хлопая быстро ресницами.

— Привет! — произнесла я, наблюдая за его реакцией. Олег разглядывал меня с ног до головы, потом робко слегка обнял здороваясь.

— Хорошо выглядишь, и не скажешь, что в больнице лежала. Правда, кажется, что похудела немного.

— Ну, скинула пару кило, может. И то потому что гормонов сейчас меньше пью. Да и в больнице постная диета была.

— Ясно. Куда двинемся? — спросил Олег.

— Давайте в ближайшее кафе зайдем, перекусим немного, посидим, поболтаем, — предложила я, ребята легко согласились.

Найдя уютную кафешку со свободным столиком, мы оформили заказ и стали делиться новостями.

— Как ты себя вообще чувствуешь? В физическом и моральном плане? — всё же решился поинтересоваться Глеб.

— Хорошо. Физически привыкнуть еще надо, как-никак я жила в другом теле восемнадцать лет. Психически мне намного лучше. Я чувствую себя комфортно, более счастливой, в гармонии с собой. Я очень благодарна родителям, им пришлось так потратиться. Буду должна им до конца жизни.

— Во сколько обошлась твоя операция? — поинтересовался Максим. — Понятно, если бы ты самостоятельно решила оплатить, пришлось бы, наверное, кредит взять.

— В переводе на рубли примерно шестьсот тысяч. Это не считая того, что еще больше пятидесяти ушло на комиссию и обследования, чтобы получить нужные документы. Естественно, еще на перелет и проживание у родственников больше сотки, и то это заранее билеты купили, — ответила я, не скрывая цифр.

— Нихера себе. А в России не дешевле было бы это сделать? — воскликнул Олег.

— В общем-то нет, то на то и выходит, но у нас другие требования, необходимо окончить школу, потом только обратиться в комиссию, да и не факт, что с первого раза ты её пройдешь. Потом два года терапии, и только потом операция. В Европе немного проще. Им достаточно было финансового согласия моих родителей и возраста. Да и что говорить, я гражданка другой страны, если бы у меня не было этой привилегии, я бы только после школы занялась своим состоянием.

— Угу, и не факт, что была бы в нормальном психическом здравии. Ладно, че мы всё о плохом, ты родилась под счастливой звездой, так что поздравляем тебя с новой жизнью, — вдруг неожиданно для всех сказал Максим, поднимая свой бокал с соком.

Мы дружно чокнулись, я поблагодарила друзей за их поддержку и теплые слова.

— Так, в общем, как только пройдет пора экзаменов и поступление в универ, мы собираемся и усиленно возобновляем репетиции для конкурса. Я, кстати, дописала песню, надо будет её обыграть, очень хочу на концерте исполнить. Бля, мне нужно еще с руководителем связаться и порепетировать танец для поступления.

— О, прощай спокойное лето, опять ты будешь ругаться на нас на немецком, — посетовал Олег.

— В основном перепадает тебе... — я отвлеклась на уведомление о доставке посылки. — О, ребятки, у нас новый курс прогулки, надо забрать очень важные вещи. Пункт выдачи недалеко. По пути Машу домой проводим.

Пройдя пару остановок, мы распрощались с подругой, потом двинулись к назначенному месту. Ребята решили подождать меня на лавке у торговых ячеек, я же, получив заветную коробку, открыла её и проверила содержимое, обрадовалась, и радостная поспешила к парням.

— Дайте посередине сяду, сейчас вам буду презенты раздавать. Я кое-что заказала в честь будущего выступления на конкурсе.

Первый пакетик я достала с силиконовыми браслетами — три черных и один белый, на них красовался логотип нашей группы. По очереди я вручила их парням. Они удивленно их разглядывали, потом надели на руки.

— Ты что, на заказ их сделала? — уточнил Глеб.

— Да, увидела рекламу, подумала, было бы круто, если бы у нас было что-то общее на выступлении, — между делом ответила я, продолжая доставать пакетики из коробки.

Дальше я вручила черно-белые барабанные палочки Максиму, Олегу — медиаторы, себе тоже оставила комплект, Глебу — металлический жетон на веревочке. На всех этих предметах красовалось название нашей группы.

— Жетон один, хотела посмотреть на качество, если что, могу потом на всех заказать, — сказала я парням, кинула коробку на пол и добавила: — Давайте фотку сделаем, чтобы потом отзыв оставить.

Мы скрестили руки, так чтобы было видно браслеты, потом добавили в кадр остальные предметы, и я сделала пару фото.

— Блин, ты, конечно, заморочилась. Спасибо тебе, — поблагодарил Олег, обняв меня и поцеловав в щеку. Это было неожиданно и приятно одновременно. Я смущенно опустила глаза, теребя браслет.

— Пожалуйста. Даже если мы не войдем в пятерку, то хотя бы у нас на память останутся эти предметы.

— Если бы не твой энтузиазм, мы бы, наверное, никогда не играли бы в одной группе. Я рад, что у нас есть такая подруга, — сконфуженно произнес Глеб и тоже меня крепко обнял, затем Максим проделал тоже самое.

Это растрогало меня, на глаза выступили слезы.

— Спасибо, что не отворачиваетесь от меня. Для многих моя ситуация будет непонятной, сейчас столько осуждений начнется, что немного становится страшно.

— Их мнение — пустой треп, потому что они не смогут поступить, как ты — пойти напролом ради своего счастья. Помни это всегда, — поддержал меня Глеб, чуть касаясь кулаком моего плеча.

— Ну что, пойдем? Проводим тебя домой, завтра выходной, так что можно немного и задержаться, — предложил Олег.

***

Наступил долгожданный день в моей жизни. Я приехала за новым паспортом. Взяв документ в руки, я скрупулезно проверила каждую букву. Сложно передать свои чувства, когда видишь в паспорте заветные имя и пол.

Отец отвез меня в школу, сам остался ждать в машине. Сказал, чтобы я сразу звонила ему, если возникнут проблемы. Я поднялась к кабинету директора, достала из папки заявление и копии документов, постучалась, подала бумаги секретарю. Она внимательно прочитала их, посмотрела на меня широко открытыми глазами и поспешила к директору. Спустя пять минут меня пригласили войти.

Я специально оделась строго — в бежевые брюки, белую рубашку с рукавами в три четверти и балетки. Я вошла не спеша и присела на стул, стоящий напротив директорского кресла, и откинулась на спинку, положив сумку себе на колени.

— Добрый день, Ирина Леонидовна.

— Добрый. Если меня не подводит память, вы недавно подавали заявление о досрочном выставлении оценок? — уточнила женщина, внимательно меня разглядывая.

— Да, всё, верно, в связи с операцией. Вернувшись, я получила новые документы, теперь прошу сделать соответствующие изменения в документации. Копии я предоставила с заявлением.

— Почему вы не оповестили о своей ситуации заранее?

— Мне могли и отказать в операции, к чему поднимать лишнюю шумиху? — я старалась отвечать четко, не показывая волнения.

Раздался стук в дверь, директор разрешила войти. Кто бы сомневался, в кабинет вошла моя классная руководительница.

— Вы же прекрасно понимаете, что я не смогу вас допустить к выпускному в связи с вашими обстоятельствами? — сказала директор, поглядывая на классную.

— Конечно. Я и не возражаю. Для меня сейчас в приоритете сдать экзамены и получить документы на новое имя. Мне бы не хотелось раздувать скандал.

— М. А нас и так министерство по голове за это не погладит. Всем прилетит за то, что наш ученик решил пол сменить, а мы и не в курсе.

— Мне восемнадцать лет, всё проведено в рамках закона, я лишь позаботилась о том, чтобы у меня было меньше проблем при поступлении в университет, вот и всё. Дело школы выдать документы, остальное вас не должно волновать.

— Да на твоих родителей заявление в опеку надо подать! Как они вообще допустили такое и пошли на поводу у больного ребенка? — высказалась моя классная. Она всегда не одобряла мой внешний вид.

Я встала со стула, намереваясь уйти.

— Еще раз повторю, дело школы — выдать новые документы, остальное вас не касается. Я жду, когда секретарь занесет пометку в журнал о принятом заявление. Прошу с этим не тянуть.

Я вышла из кабинета, специально не закрыв за собой дверь, села на диванчик в приемной, глядя прямо на директора. Она что-то черканула в бумагах и нервно вышла, протянула документы секретарю. Я дождалась, когда девушка занесет в журнал запись, потом проверила ее и сделала фото.

Когда я вышла из кабинета, меня уже встречали Макс и Глеб.

— Ну, как прошло?

— Нормально, даже голос не пришлось повышать. Правда, классуха начала наезжать, типа надо на моих родителей заявление в опеку написать. Хотела, видать, поскандалить, но я не стала с ней связываться. Сучка, блядь, так и охота было ей вмазать. Я сделала фото, что заявление приняли. Так что, ребятки, жду веселых сплетен в мой адрес, сейчас польется говно.

Мы спустились на первый этаж и пошли к выходу.

— Буду слушать внимательно, на следующей неделе родительское собрание, может мама что расскажет. По любому классуха там свой рот откроет, — сказал Глеб.

— Моя мама не пойдет, смысла нет, директор четко дала понять, что я не учувствую в выпускном. Зато тратиться не надо.

— А на последний звонок придешь? — уточнил Глеб.

— Да, хоть в зале посидеть да на вас глянуть. Пускай только попробует помешать.

— Что решила насчет нашей гулянки? — поинтересовался Макс.

— Да сейчас всё уже забронировано. Папа предложил посидеть в нашем клубе, там так же можно музыку включить и за барной стойкой посидеть. Закажем поесть и всё, выпьем бутылочку шампанского. Папа потом всех развезет.

На крыльце мы встретились с Машей.

— Жанна предлагает затусить в их клубе на мини-выпускной.

— О, классненько, можно после обеда посидеть, а потом сразу в школу пойти. Всё нормально прошло? — подруга сразу переключилась на другую тему.

— Да, классуха повыступать хотела, да не получилось. Заявление приняли, можно немного расслабиться.

— Слушай? А тебе же в военкомате надо сниматься с учета? — вдруг спросил Максим.

— Да бля! Ну вот, че настроение портишь? Нах, когда сдам экзамены и в универ поступлю, тогда и пойду. Там по любому тот еще цирк будет, половина военкома придет на меня, как на мартышку, посмотреть, — воскликнула я. — Вас подвезти домой? Папа не уезжал, ждет меня.

— Ну давай, а то печет сегодня знатно.

Мы развезли ребят по домам. Вернувшись к нам, я пересказала, как всё было в кабинете директора. Мама немного поругалась на немецком, уверяя, что поднимет ту еще бучу, если они начнут нам мешать.

***

Глеб

— Слушай, Глеб, я вчера видел, как ты и Макс с девушкой выходили из школы. Она очень похожа на Райнера, — спросил одноклассник. Причем он намеренно сделал это при всём классе, пока мы ждали учительницу на очередное собрание.

— Это был он. Вчера приносил документы директору на выдачу аттестата за одиннадцатый класс на новое имя.

— А что происходит с ним вообще? Ты всё в тайне держишь, и он в школу не возвращается.

Я нервничал, но понимал, что лучше им расскажу это я, чем всё извратят родители и учителя, кратко пояснил одноклассникам, что происходило с Райнером, в том числе и о его операции.

В классе стояла тишина, слушали так что, даже лишнего шороха боялись издать.

— Я всегда его педиком считал... — протянул один из парней.

— Он не гей. Именно таких отношений ему и не хотелось. Он хочет жить как девушка с возможностью завести отношения с обычным парнем. Я не хочу слышать в его адрес гадостей. Ему не разрешат прийти на выпускной, но экзамены он в любом случае будет сдавать с нами. Поэтому прошу быть сдержанными, — я чувствовал, что начинаю заводиться.

Больше высказываний и расспросов не было, да никто и не успел, потому что в класс вошла руководительница.

После собрания я позвонил теперь уже подруге и рассказал, что весь класс в курсе её ситуации. Жанна искренне поблагодарила меня, сказала, что через пару дней наведается в школу, сдать книги и учебники в библиотеку.

На следующий день состоялось родительское собрание, после которого моя мама вернулась злая.

— Ты прикинь, что эта стерва наговорила! Я на нее так орала, аж голос сорвала под конец, — воскликнула она, когда мы усаживались за обеденный стол.

— По поводу чего вы разругались и с кем? — спросил я, пока папа сидел в одной позе, ожидая мамин рассказ.

— После того, как обговорили вопросы по выпускному и звонку, классная сказала, что Шнайдеры не будут участвовать в празднике, естественно, возник вопрос почему. И она начала поносить родителей Райнера, какие они отвратительные люди! Я возмутилась, мол, если не знаете всей ситуации, то и нечего смуту наводить, и почему, как классный руководитель, она не обратила внимание на состояние ребенка, а только и делала, что поборами занималась. В общем, на этом собрание и закончилось. Все в шоке разошлись по домам. Представляю, что сейчас начнется.

— Как хорошо, что я до собрания рассказал всё одноклассникам, — произнес я, беря в руки горячую тарелку супа.

— И как они отреагировали? — спросил папа.

— Не знаю, наверное, тоже в шоке. Просто не было времени обсудить всё это. Они ведь его геем считали или просто манерным пацаном. Это мы с Машей с ним дружим, а остальные так, спросить да узнать. Я хотел подарить Жанне цветы на последнем звонке, ей ведь не разрешили прийти на праздник.

— Подари, конечно, это ничего не испортит. А ей будет приятно, она почувствует твою поддержку, — одобрила мою идею мама.

***

Жанна

Я собрала пакет с книгами, и папа повез меня в школу. Я заранее созвонилась с ребятами, чтобы потом мы вместе пошли домой. У библиотеки я столкнулась с парой одноклассников, тихо поздоровалась, подписала обходной лист, а после с Глебом сходила сдать бумаги заведующей. Выйдя из школы, мы сели на лавочку, чтобы подождать Максима. К нам подошли трое из нашего класса.

— Привет! Ох, ну и головомойку нам предки устроили из-за тебя. Столько расспросов было, а мы даже толком не знали, что ответить!

— Ну... мы же не друзья, просто одноклассники. Сказали бы, что ничего не знаете, и всё, — сдержанно ответила я, с неприязнью чувствуя, как они меня разглядывают.

— Ты реально стал девушкой? — поинтересовалась одноклассница.

— Да. Я сделала операцию, изменила свое тело, получила новые документы. Я ни о чем не жалею. Это мой выбор, и не обязательно его принимать как должное. Но все равно попрошу отнестись с пониманием. Я не хочу травли.

— Если ты чувствуешь себя легче, то это уже хорошо. Жаль, что мы раньше не замечали твоих переживаний, — подбодрил один из парней.

Одноклассники попрощались с нами и пошли домой. Я же сидела в противоречивых чувствах, не понимая, как к этому относиться. Хотелось скорее окончить школу и начать студенческую жизнь, завести новые знакомства, сменить круг общения.

— Ты точно придешь на последний звонок? — спросил Глеб.

— Да, мама со мной пойдет. Она на вас тоже хочет посмотреть. Сядем где-нибудь в конце зала, чтобы не привлекать внимания.

— Как придешь, позвони обязательно, чтобы я знал, где ты сидишь.

— Хорошо, — я улыбнулась, мы дождались Максима и отправились домой.