Глава 7. Домработница

Дом изменился. Не я — он. С тех пор как Лаурен начала приходить почти каждый день, в воздухе будто повис лед.

Я старалась не мешать: убирала, готовила, молчала. Но её взгляды прожигали меня насквозь. Её слова — Жалили.

— Том, ты уверен, что это нормально? — говорила она проходя мимо меня. — Девушка без родителей, живет у тебя.. не слишком ли странно выглядит?

Он каждый раз отвечал одно: — Она просто ребенок, Лаурен. Хватит уже.

"Ребенок" Это слово больно резало слух. Каждый раз когда он произносил это, внутри что то ломалось.

Я больше не чувтовала себя в безопасности. Только ночью, когда Лаурен уходила, а дом снова станоыился тихим. Тогда я могла дышать полной грудью.

Однажды Том постучал в мою комнату. — Можно? Я кивнула

Он вошёл, посмотрел на меня долгим, виноватым взглядом. — Я знаю, она бывает... резкой. Просто потерпи немного ладно? — А если она права? — Спросила я — Что если я не должна тут быть? Он сделал шаг ближе. — Нет. Ты должна.

Эти слова звучали слишком мягко, слишком честно. Я почти поверила, что он и сам не понимает, почему не может отпустить меня.

На след. День Лаурен появилась раньше, чем обычно. Сразу с порога сказала: — Том на встрече да? Отлично. Поможешь мне с домом.

Я удивилась. — С чем? — С уборкой, конечно. Раз ты живёшь здесь бесплатно, логично, что будешь полезной.

Я молча взяла тряпку.Она наблюдала, как я мою пол, как натираю стекло, а потом с злобной улыбкой сказала: — Ты правда думаешь, что он делает это из жалости?

Я замерла. — Что?— Что приняла тебя сюда. — Она усмехнулась. — Том всегда был слишком добрым. Но ты ведь понимаешь, да? Как только ему это надоест — ты вылетишь от сюда.

Я ничего не ответила. Но внутри всё дрожало. Когда вечером пришел Том, Лаурен сказала, что прибралась к его приходу. Вот сука. Она ведь даже тряпку в руки ни разу не взяда.

Я была зла. Я не смотрела Тому в глаза. Он заметил.

— Роуз, что случилось? — Да всё у неё хорошо, не обращая на неё внимание. — Выдала Лаурен. — Я не с тобой говорю, Лаурен. Роуз? — Ничего, просто устала. — Ответила я.

Но ночью я плакала. Не из за Лаурен. Из за того, что начала боятся — не её, я того, что однажды я ему вправду надоест и он отпустит меня.