24ч

В пять утра было пора уезжать.Отель ещё спал — тихий, полутёмный, будто не хотел отпускать их так рано. Коридоры были пустыми, свет горел вполсилы, а за окнами только начинало светлеть небо.Марат проснулся в 3:46.Он не сразу открыл глаза — просто лежал, глядя в потолок, чувствуя, как усталость тянет обратно в сон. Ночь была короткой, насыщенной, и тело отчаянно сопротивлялось подъёму. Но он знал: времени нет.Он аккуратно выбрался из постели, стараясь не разбудить Вику. Она спала, свернувшись на боку, подтянув колени, уткнувшись щекой в подушку. Волосы растрепались, дыхание было ровным и спокойным. В этот момент она казалась удивительно хрупкой — совсем не той роковой и дерзкой Викой, которая ещё вчера держала ситуацию в своих руках.Марат задержался на секунду, просто глядя на неё. Потом тихо выдохнул и пошёл в душ.Вода была прохладной — ровно настолько, чтобы окончательно прогнать сон. Он мылся нехотя, медленно, будто растягивая последние минуты тишины. Натянул одежду, проверил телефон, машинально посмотрел на время ещё раз.4:05.Он вышел из номера и направился к Максу и Аделин.У них, в отличие от него, всё уже было готово. Чемоданы стояли у двери, одежда аккуратно надета, лица уставшие, но собранные. Аделин держала в руках стакан с кофе, Макс потягивал свой, опираясь плечом о стену.— Рано, — пробормотал Макс вместо приветствия.— Как всегда, — ответил Марат, усмехнувшись.Они поговорили немного — без суеты, без шуток. Просто обменялись парой фраз о дороге, о том, кто за кем едет, о том, что дальше всё будет происходить уже совсем в другом городе и в другом ритме. Аделин спросила, проснулась ли Вика. Марат покачал головой.— Она вымоталась сильнее всех, — сказал он.Макс понимающе кивнул. — Береги её.Это было сказано просто, без пафоса, но Марат это запомнил.Он вернулся в номер.Вика всё ещё спала.На часах было 4:23, и Марат понял — пора. Хоть как бы ни хотелось дать ей поспать ещё хотя бы полчаса.Он подошёл к кровати, сел рядом и осторожно коснулся её плеча. — Вика… — тихо позвал он.Она пошевелилась, нахмурилась, но не проснулась.— Вика, солнце, — он говорил мягко, почти шёпотом.Она открыла глаза с трудом, будто это требовало от неё невероятных усилий. Несколько секунд просто смотрела на него, не понимая, где находится.— Уже?.. — хрипло спросила она.— Уже, — кивнул Марат. — Нам пора.Она застонала и закрыла глаза обратно. — Я не могу… я вообще не чувствую тело…Он улыбнулся краешком губ и аккуратно помог ей сесть. Она двигалась медленно, будто каждое движение отзывалось во всём теле тупой усталостью. Вставала с постели почти через силу, опираясь на него.Она кое-как оделась — без привычной спешки, без комментариев, будто всё происходящее было сном. Причесалась, просто проведя пальцами по волосам, и в какой-то момент села в кресло, подтянула ноги и свернулась клубочком, уткнувшись подбородком в колени.Марат разговаривал по телефону с Димой.Тот говорил спокойно, деловито: — Каждый поедет отдельно. Нет смысла ехать колонной. Так будет безопаснее.Марат согласился. Всё было логично.Дима и Маша уехали первыми. Почти без прощаний — просто потому что так было проще. Потом уехал Андрей.Макс и Марат договорились выезжать примерно в одно время, но каждый на своей машине.Макс и Аделин уже ждали внизу, возле своей машины. Марат спустился, загрузил чемоданы в багажник, проверил всё дважды — привычка, выработанная за последние дни.Потом он поднялся обратно за Викой.И застал её спящей.Она так и осталась в кресле, свернувшись, с опущенной головой. Дыхание снова стало ровным, глубоким. Она уснула буквально за несколько минут.Марат остановился в дверях и невольно улыбнулся. Разбудить её сейчас казалось почти преступлением.Он подошёл ближе, наклонился, провёл ладонью по её волосам. — Вик… — тихо сказал он.Она не отреагировала.Он выпрямился, секунду подумал — и просто решил не будить.Осторожно, будто боясь спугнуть сон, он подхватил её на руки. Она автоматически прижалась к нему, даже не просыпаясь, уткнулась лицом ему в шею. Такая доверчивая, такая тёплая.Он вынес её из номера, аккуратно закрыл дверь и спустился вниз.Макс, увидев это, сразу же усмехнулся. — Ну конечно, — протянул он. — Принц на белом коне, не иначе.— Завидуй молча, — буркнул Марат, открывая дверь машины.— Я просто фиксирую факт, — не унимался Макс. — Она даже не знает, что уже едет домой.— И пусть, — ответил Марат, устраивая Вику на сиденье и накрывая курткой.Аделин посмотрела на них с мягкой улыбкой. — Она заслужила поспать.Они сдали ключи на ресепшене. Девушка за стойкой сонно улыбнулась, пожелала хорошей дороги, и всё — никаких громких слов, никаких прощаний.Две машины выехали почти одновременно.Город оставался позади — тихий, ещё не проснувшийся. Море мелькнуло между зданиями в последний раз: тёмное, спокойное, будто тоже провожало их.Марат ехал осторожно. Иногда поглядывал на Вику — она так и не проснулась, только иногда меняла положение, тихо вздыхала.Макс ехал впереди.Отель, ночь, море — всё осталось позади.Впереди была дорога.И новая глава.Дорога начиналась ещё в темноте.Асфальт был влажным от ночной прохлады, фонари тянулись длинной цепочкой, и машины будто скользили сквозь сонный город. Лос-Анджелес оставался где-то впереди, а за спиной — отель, море и несколько дней, которые ощущались как отдельная жизнь.Машина Марата и ВикиМарат вёл спокойно, сосредоточенно. Руки уверенно лежали на руле, взгляд скользил от дороги к зеркалам и обратно. Он не включал музыку — не хотел нарушать тишину. В салоне было тихо, почти уютно, только ровный шум двигателя и редкие шорохи шин.Вика спала.Она сначала была уложена почти сидя, но через пару минут после выезда её тело само собой накренилось в сторону. Марат одной рукой аккуратно поправил ремень безопасности, другой — подложил под её голову свою куртку, чтобы ей было удобнее. Она тихо выдохнула, что-то пробормотала во сне и прижалась щекой к стеклу.Иногда Марат украдкой смотрел на неё. В такие моменты его лицо смягчалось. В дороге, без разговоров и напряжения, он впервые за долгое время позволил себе просто быть рядом, не решая проблем, не думая о мафии, Лексе, планах и угрозах.Он вспоминал, как она вчера смеялась, как злилась, как стояла напротив него — сильная, упрямая, но сейчас… сейчас она была просто уставшей девушкой, которой нужно было выспаться.Когда они выехали за пределы города, дорога стала свободнее. Небо постепенно светлело — сначала серо-синее, потом с розовым оттенком у горизонта. Марат слегка приоткрыл окно, впуская прохладный утренний воздух. Запах асфальта, соли и чего-то свежего наполнял салон.Вика пошевелилась. — Мы уже едем?.. — сонно пробормотала она, не открывая глаз.— Да, — мягко ответил Марат. — Спи.Она тихо кивнула и снова уснула, будто его голос был для неё сигналом безопасности.Машина Макса и АделинВ машине Макса атмосфера была другой.Макс сначала ехал молча, сосредоточенно, сжав челюсть. Усталость давала о себе знать — ночь, разговоры, напряжение. Аделин сидела рядом, обхватив стакан с кофе обеими руками. Она смотрела в окно, наблюдая, как город постепенно остаётся позади.— Странно, — тихо сказала она. — Такое чувство, будто мы что-то не закончили.Макс усмехнулся. — Мы вообще когда-нибудь что-то заканчиваем нормально?Она посмотрела на него и слабо улыбнулась. — Главное, что мы живы и вместе.Он кивнул, протянул руку и переплёл пальцы с её пальцами, не отрывая взгляда от дороги. — Это сейчас самое важное.Через несколько минут Макс всё же включил музыку — негромко, фоном. Какая-то старая мелодия, спокойная, почти дорожная. Аделин положила голову ему на плечо, прикрыв глаза. Он чуть сместился, чтобы ей было удобнее.— Ты устала, — сказал он.— Очень, — честно ответила она. — Но мне спокойно.Макс на секунду сжал её руку сильнее. — Мне тоже.Когда они выехали на трассу, солнце уже поднималось. Первые лучи пробивались сквозь облака, отражались в зеркалах, слепили глаза. Макс опустил солнцезащитный козырёк, продолжая вести машину ровно, уверенно.Обе машины держались на расстоянии, иногда попадая друг другу в поле зрения. Это давало странное чувство поддержки — будто они всё ещё вместе, даже находясь в разных салонах.Дорога тянулась вперёд, километры сменяли друг друга, и вместе с ними уходило напряжение последних дней. Впереди был Лос-Анджелес, новые решения, новые шаги. Но сейчас — была только дорога, утро и редкое чувство того, что самое страшное, возможно, уже позади.Дом встретил их тишиной.Не той гулкой, тревожной, что бывает в пустых помещениях, а спокойной, почти обволакивающей — как будто стены узнали их и выдохнули вместе с ними. Когда Марат заглушил двигатель и вышел из машины, город уже окончательно проснулся. Утренний Лос-Анджелес шумел где-то далеко, но здесь, во дворе, было удивительно спокойно.Он обошёл машину и открыл дверь со стороны Вики.— Мы дома, — негромко сказал он.Вика моргнула, будто возвращаясь из глубины сна, и несколько секунд просто смотрела на него, не до конца понимая, где находится. Потом медленно улыбнулась. — Правда?— Самая, — ответил Марат.Он помог ей выбраться, придерживая за талию. Ноги у неё слегка подкашивались — дорога, усталость, недосып. Она уткнулась лбом ему в плечо, вдохнула знакомый запах и только тогда окончательно проснулась.Чемоданы стояли в прихожей ещё до того, как они успели толком оглядеться. Марат занёс всё сам, не давая Вике даже попытаться помочь. Она прошла следом, скинула обувь и буквально замерла посреди комнаты.Дом выглядел почти так же, как они его оставили, но всё равно казался другим. Или изменились они сами.— Боже… — тихо сказала она. — Я думала, мне будет странно сюда возвращаться.— И как? — спросил Марат, закрывая дверь.Вика обернулась к нему. — Наоборот. Как будто я наконец-то на своём месте.Он ничего не ответил, просто притянул её к себе и обнял. Не крепко, без спешки — так, как обнимают, когда никуда больше не надо бежать.Чуть позже в квартиру заглянули Макс и Аделин.Макс первым прошёл внутрь, огляделся и шумно выдохнул: — Всё-таки дома лучше, чем любые пятизвёздочные отели.Аделин усмехнулась, опуская сумку на пол. — Согласна. Тут хотя бы не кажется, что за тобой кто-то наблюдает.Она устало прислонилась к стене, закрыв глаза. Макс тут же оказался рядом, обнял её за плечи, поцеловал в висок. — Пойдём, — сказал он мягко. — Тебе надо отдохнуть.Перед тем как разойтись по квартирам, они ещё несколько минут стояли вместе — без обсуждений, без планов. Просто рядом. Даже молчание между ними было тёплым, своим.Когда дверь за Максом и Аделин закрылась, Вика и Марат остались одни.Вика прошла в гостиную, села на диван и вдруг рассмеялась — тихо, немного истерично. — Я думала, что, когда всё закончится, я буду чувствовать облегчение. А у меня пустота.Марат сел рядом, притянул её к себе. — Это нормально. Мы слишком долго были в напряжении.Она положила голову ему на грудь. — А если это ещё не конец?Он погладил её по волосам, медленно, успокаивающе. — Тогда мы справимся. Как всегда. Вместе.Вика закрыла глаза, вслушиваясь в его голос, в биение сердца. За окном шумел город, сигналили машины, кто-то куда-то спешил — обычная жизнь продолжалась, будто ничего и не случалось.Позже они приняли душ, смывая с себя дорогу, усталость и остатки тревоги. Вика надела его футболку, забралась под плед и свернулась на диване. Марат выключил свет, оставив только мягкую лампу.— Я никуда больше не хочу уезжать, — пробормотала она, уже засыпая.Он улыбнулся и накрыл её пледом чуть выше. — И не надо.Дом снова стал домом.И впервые за долгое время это слово не пугало, а успокаивало.Звонок в дверь вырвал Вику из сна резко, будто кто-то дернул за тонкую ниточку, связывающую её с тёплым, вязким забытьём. Она сначала не поняла, где находится. Потолок был знакомый, воздух — домашний, спокойный. Только спустя пару секунд она вспомнила: они вернулись, они дома.Вика повернула голову.Марат спал рядом, уткнувшись лицом в подушку. Его дыхание было ровным, глубоким, таким, каким оно становилось только тогда, когда он был действительно вымотан. Тени под глазами, которые она заметила ещё ночью, никуда не делись. Он не спал всю дорогу, почти не спал последние дни, держался на одном упрямстве и адреналине.Звонок повторился.Марат шевельнулся, нахмурился и приоткрыл глаза. — Я открою… — пробормотал он, уже начиная приподниматься.— Нет, — сразу сказала Вика и мягко, но настойчиво прижала ладонь к его плечу. — Лежи.Он посмотрел на неё мутным, сонным взглядом. — Кто-то же…— Я разберусь, — тихо сказала она. — Ты устал. Очень.Она наклонилась, погладила его по волосам — медленно, привычно. Его тело словно сразу сдалось: плечи расслабились, дыхание снова стало ровным. Прошло меньше минуты, и Марат снова уснул, будто его просто выключили.Вика улыбнулась уголком губ.Она аккуратно выбралась из постели, стараясь не скрипнуть полом. Про звонок она почти забыла — пока он не раздался снова, настойчиво, с короткой паузой между нажатиями.— Да иду я, иду… — пробормотала она себе под нос.На ноги она нацепила первые попавшиеся тапочки, машинально поправила футболку Марата, в которой спала, и только у самой двери поняла, что больше на ней ничего нет. Но было уже поздно.Она открыла дверь.На пороге стоял Андрей — бодрый, свежий, будто и не было ни дороги, ни бессонных ночей. Он окинул её взглядом с ног до головы, задержавшись чуть дольше, чем следовало, и тут же ухмыльнулся.— О-о-о, — протянул он. — В таком виде меня ещё не встречали. Приятное утро.Вика скрестила руки на груди. — Очень смешно, — сухо сказала она. — Чего тебе надо?Андрей сделал вид, что не услышал язвительности, и заглянул ей за плечо, вглубь квартиры. — А Маратик где?— Зачем он тебе? — тут же насторожилась Вика.— Парня у тебя хочу отбить, Виктория, — совершенно серьёзным тоном ответил он. — Уже больно красивый.— Иди в зад, — не моргнув, сказала она.— Нагибайся, что ли, — парировал он, всё так же ухмыляясь.— Фу, — Вика скривилась. — Извращенец.— Ладно-ладно, — он поднял руки, изображая капитуляцию. — Дело есть. Где парень твой?— Спит, — отчеканила она. — И учти: я его не разбужу. Он и так еле на ногах держался.Андрей прищурился. — Так охраняешь, будто я реально хочу его отбить. А с моей-то внешностью, между прочим, у меня не так уж мало шансов.— Вали уже, — вздохнула Вика. — Дебил.— Ай, какая нежность, — рассмеялся он. — Ладно, я пошёл. Скажи ему, чтоб позвонил.— Оке-е-ей, — протянула она нарочито сладко.Андрей подмигнул и развернулся, направляясь к лифту.Дверь закрылась.Вика прислонилась к ней спиной и выдохнула. Сон окончательно ушёл. Сердце билось ровно, но внутри уже появилось привычное ощущение — будто покой опять был временным.Она прошла на кухню, автоматически включила свет и заглянула в холодильник.Пусто.— Ну конечно, — пробормотала она. — Чего я ожидала.Спать дальше не имело смысла. Вика быстро оделась, накинула куртку и тихо вышла из квартиры, стараясь не разбудить Марата.Магазин был недалеко. Она шла по знакомым улицам, вдыхая утренний воздух, и ловила себя на мысли, что впервые за долгое время не оглядывается по сторонам с тревогой. Просто идёт. Просто покупает продукты. Как обычный человек.Она взяла всё: фарш, листы для лазаньи, соус, сыр — много сыра. Купила свежие овощи, лимоны, зелёный чай. Вспомнила, как Марат любит тёплые булочки к чаю, и зашла в маленькую пекарню у магазина.Домой она вернулась уже с полными пакетами.Марат всё ещё спал.Вика улыбнулась, глядя на него, и принялась за готовку. Кухня наполнилась запахами — томатным соусом, специями, тёплым хлебом. Она двигалась уверенно, спокойно, будто готовка была её способом заземлиться, вернуть контроль.Когда лазанья отправилась в духовку, она поставила чайник и накрыла на стол.Только тогда пошла будить Марата.— Эй, — тихо позвала она, присаживаясь рядом. — Вставай.Он застонал, но улыбнулся, не открывая глаз. — Уже?— Уже давно, — мягко сказала она. — Иди есть.Слово «есть» подействовало лучше любого будильника. Марат открыл глаза, сел и потянулся. — Ты маг. Я даже не помню, как уснул.— Зато я помню, — усмехнулась Вика.За стол он сел сразу, с явным аппетитом. Попробовал первый кусок лазаньи и закрыл глаза. — Господи… — выдохнул он. — Я чуть не расплакался.— Не вздумай, — засмеялась Вика. — Я старалась.За ужином она рассказала про Андрея — дословно, с интонациями, изображая его ухмылки. Марат смеялся, качая головой.— Он неисправим, — сказал он. — И да… спасибо, что не разбудила.— Даже не думай, — ответила она. — Ты не железный.Она упомянула и то, что Андрей интересовался Аделин, и что Максу стоит знать.— И ещё, — добавила она, наливая чай. — Он просил, чтоб ты ему позвонил.Марат вздохнул. — Позвоню. Но позже.Они сидели за столом, пили чай с лимоном и ели свежие булочки. За окном медленно темнело.И пусть впереди было ещё много неизвестного, этот вечер был их. Тёплый. Домашний. Настоящий.