Глава 44

После того, как они временно разобрались с текущим делом, было уже довольно темно. Линь Чэнь разложил документы на столе, однако, видя, что Лянь Цзюэ даже не двинулся с места, заколебался. Вспомнив, что он уже несколько дней не покидал здания компании, мужчина решил предложить ему кое-что другое: – Господин Лянь, прошло много времени с тех пор, как Вы навещали молодого господина. Молодой господин, он... очень скучает по Вам. Почему бы не навестить его сегодня вечером? Лянь Цзюэ, показалось, что-то вспомнил, потер брови и спросил: – Какое сегодня число? – 30 августа, – Линь Чэнь догадался, о чем он собирался спросить, и поэтому продолжил. – В конце прошлого месяца у молодого господина был выпускной экзамен, а потом состоялось родительское собрание. Когда звонил учитель, Вы разговаривали по видеосвязи с господином Алексом. Поэтому он разговаривал с сестрицей Ли. На Лянь Цзюэ не произвело впечатления упомянутое им родительское собрание: – Когда начинается летний лагерь? – спросил мужчина. – Секунду, – Линь Чэнь достал мобильный телефон, чтобы свериться со своими записями. – 1 августа, послезавтра. Лянь Цзюэ попросил Линь Чэня, чтобы кто-нибудь купил все необходимые вещи, а потом перечислил их одну за другой. Как только машина въехала во двор виллы, ворота открылись. Лянь Цзюэ вышел из машины и увидел, как Кан Тонг торопливо бежит ему навстречу. – Подожди. Не беги так быстро, сразу после ужина, – окликнула его тетушка. Вероятно, он выбежал, услышав шум машины. Лицо Кан Тонга слегка покраснело, а дыхание стало прерывистым. Он поднялся на несколько ступенек, не в силах скрыть волнения, и громко крикнул: – Папа! – Мгм. Лянь Цзюэ подошел ближе, а Кан Тонг обнял его за ногу и радостно произнес: – Папа, ты вернулся! Тело Лянь Цзюэ на мгновение застыло. Хоть мужчина и усыновил Кан Тонга, обнимал он его только тогда, когда ребенок болел или засыпал. Лянь Цзюэ, очевидно, ещё не мог привыкнуть к такой близости. Через некоторое время он коснулся головы Кан Тонга, а затем незаметно отступил на шаг, и спросил: – Что у нас на ужин? Дети легко отвлекаются, поэтому малыш немного подумал и послушно ответил: – Говядина, яичный крем*, картофельное пюре... Когда Кан Тонг последовал за Лянь Цзюэ в дом, он вдруг вспомнил: – О, да и брокколи! Малыш также был очень взволнован неожиданным сюрпризом, связанным с возвращением своего отца домой. Даже когда они сели ужинать, он сидел рядом с ним и болтал о том, что нового узнал за эти дни. Лянь Цзюэ почти не отвечал и лишь изредка давал понять, что слушает. Когда Кан Тонг почти закончил говорить, мужчина задал ему несколько вопросов об оценках и школе. Мальчик искренне ответил на каждый из них. На это Лянь Цзюэ сказал, чтобы тот так и продолжал усердно учиться. Но возбужденное состояние Кан Тонга продолжалось недолго. Немного погодя он вернулся к своему первоначальному состоянию «послушного ребенка». Облокотившись на журнальный столик, мальчик читал книгу. Однако время от времени его взгляд останавливался на котенке, который в тот момент играл у его ног. Малыш сразу понял, что Лянь Цзюэ может сделать ему замечание, пока тот спокойно сидел на диване и смотрел в планшет. Поэтому Кан Тонг быстро вернулся к виду «послушно ребёнка». Этот дом был намного меньше, чем вилла в пригороде. Обычно тетушка и Кан Тонг сидят дома, поэтому сейчас, когда появился ещё один четырёхлапый житель, в помещении должно было стать довольно оживленно и шумно. Однако в доме было слишком тихо. Кроме шуршания котенка, теребящего клубок шерсти, и случайных звуков от того, что Лянь Цзюэ водил пальцем по экрану, было слышно только тиканье стрелки настенных часов. Эта сцена была такая же, что и при возвращении домой в прошлый раз, но сейчас Лянь Цзюэ почувствовал, что как будто бы чего-то не хватает. – Почему бы тебе не включить телевизор? – спросил Лянь Цзюэ. – Телевизор? – удивленно спросил Кан Тонг. На самом деле мальчик иногда смотрел мультфильмы, но обычно, когда Лянь Цзюэ был дома, он старался не делать того, что может повлиять на его отдых или работу. К тому же его тетушка подсознательно напоминала ему о необходимости вести себя как можно тише. Кан Тонгу потребовалось некоторое время, чтобы отреагировать на предложение. Он поспешно подбежал к телевизору и передал пульт Лянь Цзюэ: – Папа, вот, – Лянь Цзюэ взглянул на пульт, который был в руках сына.

Взяв его, мужчина отложил его в сторону и попросил продолжить чтение. Затем в гостиной снова воцарилась тишина. Лянь Цзюэ не мог не думать о Шэнь Тинвэе. Ему было непонятно, как Шэнь Тинвэй мог создать такую яркую и живую атмосферу, живя совершенно один. Кан Тонг снова облокотился на кофейный столик, однако лежащая перед ним книга по-прежнему его несильно интересовала. Вместо этого он перестал разглядывать котенка и украдкой начал поглядывать на Лянь Цзюэ. – Если хочешь почитать книгу, просто сядь прямо и внимательно посмотри, – сказал мужчина, подняв голову. Кан Тонг поспешно выпрямился, боясь рассердить Лянь Цзюэ, а потом встал: – Я… я лучше пойду почитаю в своей комнате… Не дожидаясь, пока Лянь Цзюэ что-то скажет, он схватил книгу и быстро убежал. Мужчина с самого начала начал замечать, что он никак не мог поладить с Кан Тонгом, как отец с сыном. В какой-то момент Лянь Цзюэ намеренно избегал нормального общения, чтобы подумать о том, было ли решение усыновить Кан Тонга правильным. На самом деле в его сердце уже был ответ. Вот только он намеренно склонил чашу весов в желаемую сторону. Потому и продолжал действовать в соответствии с текущим способом общения. Несколько лет назад биологический отец Кан Тонга Кан Лицзюнь страдал от рака костей. Однако из-за неблагополучия в семье его состояние постоянно ухудшалось. Когда он, наконец, не смог встать и был отправлен в больницу, болезнь была уже в запущенной стадии. Началась продолжительная химиотерапия. Его жена ушла с намерением найти хорошую работу, но потом она так и не вернулась. Вот так годовалый малыш остался без матери. Сначала Лянь Цзюэ выступал как член семьи пациента. Мужчина каждый день наблюдал за тем, как непоседливый мальчик, который в то время был чуть выше больничной койки, бегал туда-сюда, разнося кал и мочу Кан Лицзюня на анализы.  В конце концов он не выдержал и выложил этот инцидент в Интернет. Позже внезапно появилось много репортеров из местных новостей. А немного погодя этот случай привлекло внимание компании «Фэн Цзюэ». С тех пор, как Лянь Цзюэ возглавил медицинскую отрасль семьи Чэнь и основал «Фэн Цзюэ» благотворительные проекты компании ежегодно ставили непостижимые цели. И, естественно, в этот раз объектом финансирования стал Кан Лицзюнь. Но хорошие времена продолжались недолго. Состояние Кан Лицзюня ухудшалось день ото дня, и никакие деньги уже не могли его спасти. Несмотря на то, что финансовые возможности компании были на высоте, он провел на больничной койке всего два года. Когда Кан Лицзюнь умер, Кан Тонгу было чуть больше семи лет, однако его умственные способности были развиты гораздо сильнее, чем у детей того же возраста. После того как Лянь Цзюэ усыновил его, малыш всегда помнил о доброте своего нового опекуна. Дома он говорил и делал всё очень осторожно, опасаясь, что он непреднамеренно мог разозлить его. Наконец, после завершения регистрации учетной записи в начале года их отношения наладились. Однако из-за того, что они не виделись более двух месяцев, они снова вернулись к исходной точке. Лянь Цзюэ оперся локтем о подлокотник дивана, а костяшками пальцев коснулся висков. В этот момент он чувствовал себя немного расстроенным. Прежде чем тетушка успела приготовить чай, мужчина отложил планшет и поднялся в свою комнату. Приближалось обеденное время, и поэтому высококлассная психологическая клиника, расположенная в отличном месте в центре города, временно прекратило прием пациентов. Ассистентка постучала в дверь и вошла в кабинет с обеспокоенным выражением лица: – Доктор Лю, Вас ищет один джентльмен. Доктор Лю нахмурилась и принялась двигать палочками для еды в коробке с обедом: – У меня обед. Пусть он вернется после перерыва, если ему всё ещё нечем будет заняться... – На середине предложения она подняла взгляд и посмотрела на мужчину сквозь стеклянную дверь кабинета.

Когда женщина увидела знакомую фигуру, в её глазах промелькнуло удивление, и она быстро остановила ассистентку: – Подождите минутку. Она взяла коробку с ланчем и выбросила её в мусорное ведро. После этого она, как ни в чем не бывало, вышла из кабинета и улыбнулась мужчине, который ожидал приёма за стойкой регистрации: – Давно не виделись. – Доктор Лю, – вежливо кивнул ей мужчина. – Угостите меня обедом? На этот раз я не возьму с Вас денег. Ближайшим местом, где можно было перекусить, был ресторан западной кухни на первом этаже клиники. Доктор Лю положила в рот кусочек филейного стейка, взглянула на высокого и красивого мужчину, стоявшего перед ней, и сказала: – Если я правильно помню, то Вы не приходили ко мне уже два года. Женщина до сих пор отчетливо помнила, как этот человек пришел к ней в первый раз. В то время её психологическая клиника находилась в скромном офисном здании на второй кольцевой дороге. В то время этот человек был всего лишь подростком со школьным портфелем. Причиной, по которой она так хорошо его запомнила, была не только привлекательная внешность молодого человека, но и то, что он прямо сказал ей, когда толкнул дверь: – Мне нужна психологическая помощь. Он позволял врачу обсуждать его поведение, в то время как многим другим пациентам это не нравилось. С ним определенно было что-то не так. К тому же он прямым текстом сказал, что нуждается в помощи. С того самого момента этот парнишка начал посещать её клинику, чтобы проходить курсы психотерапии. В течение почти десяти лет годы проходили один за другим, пока необычный подросток не превратился в зрелого мужчину. Возможно, из-за работы, а может быть, он больше не нуждался в помощи, однако количество посещений становилось всё меньше и меньше. А когда клиника переехала на другой адрес, мужчина уже не вернулся. Доктор Лю всё ещё помнила, что она сказала ему на прошлой встрече, поэтому спросила: – Вы попытались воспользоваться моим советом? Лянь Цзюэ сначала сказал «да», а потом помолчал и продолжил: – Я усыновил ребенка. Стейк, который доктор Лю поднесла ко рту, на секунду застыл в воздухе. Такого ответа оона явно не ожидала: – Усыновили? – Случилось так, что, – начал Лянь Цзюэ, – скончался пациент, которого спонсировала моя бывшая компания. Его ребёнок остался один, и я его усыновил. Доктор Лю на мгновение потеряла дар речи, поняв, что мужчина неправильно истолковал её совет. Некоторое время она задумчиво смотрела на Лянь Цзюэ. Судя по тому, что он снова пришел в клинику, она предположила, что что-то всё-таки пошло не так: – Результат оказался не таким, как Вы ожидали? – ......Да. Доктор Лю не выказала особого удивления по поводу его ответа: – Ну… с какой проблемой Вы столкнулись на этот раз? Лянь Цзюэ спокойно взглянул на неё и сказал:

– Я женился. Когда доктор Лю это услышала, на её лице отразилось удивление, а затем она нахмурилась и неуверенно спросила: – Это потому, что я сказала тебе... На это Лянь Цзюэ отрицательно помотал головой: – Нет. Доктор Лю взглянула на него и после долгого молчания вздохнула с облегчением: – Это хорошо. – Что это за человек? – спросила женщина. Этот вопрос вызвал мгновенное недоумение на лице Лянь Цзюэ. Он слегка нахмурился, и в его голове возникло множество образов, связанных с Шэнь Тинвэем. Мужчина был немного сонным, говорил тихим голосом, который не всегда можно было отчетливо расслышать, хмурился, когда чего-то не понимал, питал слабость к каким-то детским проделкам и часто совершал глупости. Но последняя картина, возникшая в его сознании, была запечатлена на вилле в полдень того дня: яркое солнце, суп на огне, реплики из телесериала и глаза, прищуренные от обжигающего пара. Лянь Цзюэ долго молчал, пытаясь подобрать подходящее слово для описания этой сцены, и несколько резким тоном произнес: – ...Теплый. – Теплый? – было необычно услышать это слово из его уст, потому доктор Лю широко раскрыла глаза, а затем слегка улыбнулась, видя явно недовольный взгляд Лянь Цзюэ. – Оу, нет, нет, нет. Я не имела в виду ничего плохого. Я просто подумала, что Вы не похожи на человека, который стал бы использовать подобное слово, чтобы описать кого-то. – Но я чувствую себя очень некомфортно, –  нахмурился Лянь Цзюэ. – Вы чувствуете сопротивление? – спросила доктор Лю. В ответ Лянь Цзюэ нерешительно кивнул. Доктор Лю поняла, что он всё ещё в некотором недоумении из-за внезапного создания семьи. После этого мужчина не сразу заговорил с ней, потому как думал о том, как привести в порядок свои мысли. – Доктор Лю, – внезапно спросил сидящий напротив Лянь Цзюэ, – я хочу знать, как другие люди ладят с... – сказав это, он сделал паузу, как будто не мог подобрать правильных слов. Женщина быстро отреагировала на его слова: – Как другие люди ладят со своими родными? – Гм, – быстро ответил Лянь Цзюэ. Доктор Лю ещё хорошо помнила все его ранние вопросы, и немного, поразмыслив, она ответила: – В каждой семье всё по-своему. К сожалению, конкретнее сказать я не могу. Поэтому Вам нужно понять это самому… Однако перед этим первое, что Вам нужно сделать – это принять, что это может быть нелегко. Вы должны сначала попытаться понять их чувства, а затем попытаться понять свои. Вот так они некоторое время болтали за едой. Доктор Лю дала ему много советов, но из-за того, что женщина боялась, что её слова снова поймут неправильно, она подчеркнула: – Это всего лишь дополнительная помощь. Самое важное –  это то, что Вы должны открыть своё сердце и позволить себе сделать шаг первым. Выйдите из закрытой комнаты и дайте войти другим. После того, как обед подошел к концу, они вдвоем вышли из ресторана, и доктор Лю вернулась в клинику. Немного погодя ассистентка с ресепшена подошла и спросила: – Доктор... Лю, что случилось с этим красивым парнем? Он выглядит нормально. – У него очень серьезная алекситимия*, – вздохнула женщина. – Ах, – моргнула девушка. – Очень жаль, но почему я никогда его не видела? – Он давненько уже не приходил, – проводила её в кабинет доктор Лю. – Я помню, что когда впервые пришел ко мне на прием, он учился ещё в старших классах. В то время он был всего лишь подростком. У приёмного отца была дочь. Как-то раз они взбирались на гору, и девочка сильно поранилась, а после начала сильно плакать прямо у него на глазах. Однако на это он никак не отреагировал. Пока она не попросила его о помощи, он и не думал подойти. После этого инцидента этот мальчишка сам нашел меня и сказал, что если у него есть психологическая проблема, мне надо ему помочь. Глаза ассистентки расширились: – Старшие классы? Разве это было не много лет назад? – Прошло действительно много времени. Когда он был маленьким, его много раз бросали приемные семьи из-за его эмоционального безразличия. Я думаю, это было связано с переживаниями, связанными со смертью его родителей, перенесенными в раннем возрасте. В этот момент Доктор Лю вспомнила, что тот однажды сказал в один из таких сеансов: – Ты знаешь, я редко встречаю пациента, который был бы таким же отзывчивым, как он. Он спрашивал обо всем, но эта информация казалась для него бесполезной. Он словно робот, а я для него программа. Он будто будет делать всё, что я ему скажу. Из-за этого мне иногда казалось, что он вообще не хочет, чтобы я помогала ему решать какие-либо психологические проблемы. Однако он хотел научиться у меня тому, как быть нормальным человеком. Точнее, он сказал, что хочет быть нормальным. Позже я предложила ему попытаться установить с кем-то духовные и эмоциональные связи, и он усыновил ребенка… Должна сказать, что у него очень хорошая способность к обучению. Но как может человек научиться этому? – криво улыбнулась женщина. Выслушав её слова, ассистентка тоже некоторое время молчала, но не выдержала любопытства и спросила: – Тогда зачем он пришел к Вам на этот раз? Доктор Лю немного подумала и сказала: – Он хочет научиться ладить со своей семьей. – И что Вы ему посоветовали? Доктор Лю взглянула на неё с легкой ухмылкой в глазах: – Я сказала, что пусть он сначала сделает небольшой сюрприз для своей семьи. – Сюрприз? – нахмурилась девушка. – Он не похож на человека, который может заниматься подобными вещами. Не будет ли немного излишним просить его сделать это так внезапно? Доктор Лю улыбнулась и хлопнула себя по лбу: – Ага. Если он хочет учиться, тогда пусть пробует. Я всё равно не взяла с него денег. – Ах, это уже чересчур, доктор Лю! На это женщина лишь улыбнулась и ничего не сказала. Возможно, это единственный способ заставить его внести хоть какие-то изменения в свою жизнь. ____________________________ 1) Яичный крем – как по мне, то речь идет об обычном крем-брюле. Это Классический французский десерт с нежным ванильным кремом и хрустящей карамельной корочкой. Корочка достигается путём карамелизирования сахара – обжигания газовой горелкой. Оно делается на основе яиц и сливок. Ну или же это может быть что-то похожее. 2) Алекситимия – психологическая особенность, при которой человек не способен описать собственные эмоции, понять переживания окружающих, определить разницу между чувствами и физическими ощущениями. Вообще, изначально там было просто аффективное расстройство, но оно, скажем так, обширное слишком, поэтому я выбрала что-то одно, что наиболее подходило нашему герою.