居合道 ° Иай-дзюцу

В хижине этойТак мало жильцов, и мухТоже немного

Исса Кобаяси

I

Маленькая женщина выбежала во двор, чтобы остановить бой. Госпожа Яманака кричала, махала руками, но в схватке никто не обращал на неё внимание. Не подумала - побежала останавливать голыми руками. В бою самураев никто не отвлекался от главной битвы - лишь мгновенный выпад. Острый кинжал сверху до низу отточенным ударом распорол её живот. Внутренности с потоком выпали из тела. Смерть.Неожиданное нападение. Точный удар, в грудь - кровь алой камелией распросранилась по одежде. Сердце разрезало на две части и погасло. Яхагура упал мертвый. Она слышала свой собственный душераздерающий крик.Проснулась. Холодный пот стекал по лицу и спине. Такое случалось с ней все чаще. Тревога окутала разум, ночью, когда спала, казалось, что некто наблюдает за ней оттуда. С высоты обрыва водяных драконов. Было холодно. Тренировки с мечом почти закончились. Совсем недавно выпал снег - и дом Мэнэбу окутал холод. Он каждый день топил печь, чтобы не было холодно, но по ночам они все равно просыпались, пили горячий чай или перекусывали. Согревались, а Мэнэбу вновь и вновь топил печь. Губернаторство северного моря - остров Мацумаэ, Северная провинция. Здесь было намного холоднее летней ночью, а уж зимой - тёплые одежды и шкуры на ярмарках привозили с избытком. Вот и для Кацуми нашлось тёплое кимоно, которое хорошо согревало, обувь, которая не позволяла ногам замерзнутт. Она была против того, что Мэнэбу тратится, но он не слушал. После того случая они стали ещё близки, но чувствовалась несносимая стена. Кацуми это разочаровывало. Кацуми это радовало. Тоска по Таю была непреодолимой. Она могла ночными, бессоными часами сидеть в одном положении и смотреть на бамбуковый лес, который потерял сочность цвета и покрылся белоснежным одеялом. Бамбук приобрёл тёмный сине-зелёный цвет. Цвет мёртвой травы. Ужасные картины резких убийств не переставали приходить к девушке в сновидения. — Вновь не спишь, - Мэнэбу принёс ей горячий чай и накрыл её своим покрывалом. Дрожала, то ли от холода, то ли ото сна. — ты тоже, - мягко посмотрела на своего наставника. Ночь была светлой, но довольно тревожной.— не спится.Вместе смотрели на бамбуковый лес, но каждый думал о своём.

II

Тренировались так же на улице. Вычистили двор и затоптали снег. По мере времени, холодный воздух саднил лёгкие, начиналась слабость. Кацуми была на стадии перехода к болезни. Она чувствовала это, но не говорила Мэнэбу, боясь, что он прекратит тренировки. — сегодня я научу тебя иай-дзюцу. Искусство внезапной атаки или контратаки с использованием японского меча. В отличие от кэндо здесь изучается не само фехтование, а именно мгновенное поражение противника с изначально убранным в ножны клинком, - Кацуми поразило. Ведь это то, что она всегда видела во снах. Внезапная атака. Убийство её родных - иай-дзюцу.Мэнэбу Сакамото зашёл в сарай рядом с домом и что-то достал. Кацуми в это время не отрывала взгляд от бамбукового леса. Где-то там тотем Тая Ребендзи."Быть может, пока ещё не до конца заболела, отпроситься и сходить к нему? Что бы не произошло, я скучаю. Наверно, он злится. Хотя, в отличии от меня, чувств ко мне у него нет... Скорее всего"Вернулся Мэнэбу с двумя плодами редьки. Кацуми удивлённо посмотрела на него.— я думала у нас тренировка, а не ужин.— да, я и вправду уже проголодался. Сейчас нашинкуем и пойдём варить суп. Мужчина отдал ей все два плод, а сам остался с пустыми руками.— все движения, которые мы с тобой изучили, безусловно, быстры. Но движения иай-дзюцу оттачиваются так, чтобы быть полностью незаметными. Нежели заметны - тогда очень быстры и внезапны.Кацуми опустила взгляд на свои руки, в которых была длинная редька. Мэнэбу встал, пригнувши колени и положил руку на рукоять своей катаны. Его глаза были закрыты, длинные ресницы шлейфом закрывали веки. Светлые волосы казались яркими на фоне сияющего снега. Кимоно развивалось в порыве ветра.— отойди подальше и брось в меня овощь.Без лишних слов девушка сделала как требует наставник. Она видела каждую деталь - вот подкинутый овощь летит вверх, затем опускается вниз. Лёгкое движение руки, катана прошлась лезвием поперёк редьки и так же быстро занырнула обратно в ножны. Редька из целой тут же была разрезана на две части. Мэнэбу ловко их поймал.— твоя задача сегодня - повторить этот трюк. Тренировки с этой техникой не займут много времени - сначала на овоще, затем на животном, позже - на мне.— на животном и тебе?, - Кацуми изумилась.— животное убить, меня - задеть боккеном.Кацуми нахмурилась.— нет. Я отказываюсь убивать животное. Так же можно и животное боккеном задеть, либо тебя убить. Мэнэбу вздохнул.— верно. Придумаю что нибудь. Но не забывай для чего ты здесь, - Мэнэбу серьёзно посмотрел на неё. Внешне был спокоен, но изумрудные его глаза сверкнули опасной искрой, — вскоре тебе придётся убивать, иначе убьют тебя. Сострадаешь животным - они такие же убийцы, как и мы. Пробуй. Мэнэбу просто развернулся и пошёл в дом. Кацуми ещё больше изумилась от его реакции. Вот значит как он думает. Пусть что сделает, но животных убивать не будет. Всё равно каких.Катана для Кацуми была простенькой. Мэнэбу отдал свою старую, для тренировок. Когда все три этапа закончатся, Цай пообещал ей новое оружие - только для неё. Но до этого ещё долго, думала девушка. Сейчас ей нужно было разрезать овощь в полёте. Значит, самотренировка? Да что он о себе возомнил?

III

Редька падала на снег, когда Кацуми пыталась вытащить свою катану. Длинное и неудобное оружие застревало в ножнах в самый ответственный момент. Чтож, у неё есть танто. Короткий острый кинжал способен отрезать человеку конечности, уж о редьке говорить нечего.— начнём с малого, - сказала девушка сама себе и подкинула овощь.Вытащила успешно, да промахнулась. Промахнулась ещё несколько раз. Затем не смогла вовремя извлечь танто. Со временем ей хотелось злиться, но Кацуми вспомнила тренировки с Акайо и сделала несколько коротких вдохов и один длинный, прислушалась к местности. Ветра не было, водопад шумит под нависающим льдом. Иногда его видно. Уловила, как кто-то медленно идёт по снегу, топча его. Кто-то маленький, скорее всего хитрый плут лис, снова повадился воровать яйца из курятника Мэнэбу. Концентрируясь на этом, злость отошла и забылась. За множество попыток она надела на свой танто редьку, затем отрезала ей корешок, но не разрезала на две половины."а что, если мне просто разрезать её на две части, пока Сакамото не видит?" - подумала девушка, но тут же нахмурилась сама на себя. "Совсем глупая, понятно же будет. Попросит повторить, а ты только в руках нарезать и сможешь. Пробуй..." Кацуми хотелось поскорее закончить с этим, потому что горло саднило болью, отдавало в нос. В сравнении с холодом снега, она чувствовала жар своего лица и некую рассеяность. Её это вновь разозлило. Огонь из болезни и боли выплеснулся наружу, подбросила овощь, а танто в полете ловко его рассек. Чтож, теперь она имеет право на отдых. Взяла две половинки и понесла показывать наставнику с довольным видом, будто ребёнок показывает маме игрушку, сделанную своими руками. Совсем не заметила, как быстро пролетело время. — Мэнэбу, посмотри!, - она быстро стянула с себя обувь, — я смогла! Мэнэбу улыбался и встретил её, она хотела пройти дальше но он остановил её за плечи. Сияющими, но болезненными глазами смотрела на него. — я видел, всё через окно смотрел. Танто тоже важное оружие, ты молодец. Завтра попробуем катаной. — обычно тренировки у нас так быстро не заканчивались. — верно, мне нужно сходить в деревню. Только завтра вернусь, побудешь тут одна? Улыбка сошла с лица Кацуми. Она представила свои бессонные ночи когда рядом был мужчина. А теперь - когда рядом никого не будет, она точно сойдёт с ума. Одиночество - то, что Кацуми не любила всем сердцем. — не переживай, еда есть, не захочешь - сделаешь себе чего нибудь вкусненького. С обрыва никто к тебе не придёт, я видел как ты туда смотришь, - Мэнэбу стал серьёзным, — просто прожди эти сутки, я вернусь и ты вновь будешь не одинока. Я рядом, сейчас физически, затем, морально.— ты уйдёшь сейчас?, - она беспомощно держала две редьки в своих руках. Он придерживал её за плечи и смотрел в глаза. Она старалась не показывать свою боль и самочувствие, пыталась показаться абсолютно здоровой. И вновь буря эмоций накрыла разум Мэнэбу. Ему захотелось быть только рядом с ней, но отталкивало, не давало - её сердце принадлежит чужому. Если потребуется, будет ждать столько, сколько нужно. А пока что...— да, я уже собрался. Печку натопил, чтоб холодно не было, если что подбавишь. Завтра с утра собери пожалуйста яйца у кур и накорми их. Приду к полудню, и принесу кое-что интересное, - изумрудные глаза его были спокойны и красивы, он наклонился и поцеловал Кацуми в щеку - лёгкое прикосновение губ. Затем отпустил её, надел обувь и ушёл. Она так и стояла там с половинками своего труда, удивленная. Как ей реагировать на это?

IV

Мэнэбу и вправду ушёл. Она поела, посидела, выпила трав. Но ничего не помогало ей этим вечером. Трогала лоб - он кипятком ошпаривал руку. Спать было рано, но ничего кроме этого ей не оставалось. Ей было плохо, и знала, станет ещё хуже после сна. И тогда начался самый кошмар.Сон, в полубреду, приносил образы сгораемых лиц. Крики людей, фантомы и монстры. Она резко встала. В голове тюкало, отдавало резкой болью. Ещё не понимая, проснулась или нет, была кромешная тьма, ветер на улице завывал, было жарко и холодно одновременно. От всего этого она заплакала и обняла свои колени.  Наставники не видели её минутой слабости, почему бы не поплакать? Ведь никто не любил болезнь.Стало ещё холоднее. Она поёжилась. Всхлипы угасли и она услышала шорох. Но не выходила из своей оболочки защиты - не переставала обнимать колен. Надеялась, что все это сон. Что к ней не пришёл дух с обрыва, которого она постоянно чувствовала.

Обнял сзади. Лёгким порывом, почти бесформенным и чувственным. Она выгорала. Смотреть на это было мучением. Дрожь, которую он чувствовал, прекратилась. Кацуми застыла в осознании или ожидании - было не важно. Важно что он вновь прикоснулся к ней. Уже к иной Кацуми. Ткань её юкаты, в которой спала, была совсем тонкой. Он представил, как ей было холодно всё это время и кто её согревал. Нахмурился, но тут же отбросил эти мысли. Девушка медленно повернулась к нему. Этого момента он ждал очень долго - момент, когда они вновь встретятся глазами. Её сияющие, чёрные глаза в полуночной тьме взглянули прямо в его - белоснежные и мертвые. Вспышка. Они застыли так, любуясь друг другом. Будто прошло не пол года, а целая вечность.