неожиданный поворот

Скарлетт сидела на диване, подложив под ногу подушку и держа в руке ватный диск со спиртом. Царапина от столкновения с велосипедом саднила, а она скривилась:

— Ну и умудрилась я опять в жопу попасть... — пробормотала себе под нос, выкидывая использованный пластырь в пакет.

На экране телефона — переписка с Шедоу. Она не хотела беспокоить его ещё раз, но раздражение срасталось с усталостью.

В этот момент раздался дверной звонок.

Скарлетт резко повернула голову.— Кто там ещё?..

Поднявшись, прихрамывая, она открыла дверь — и обомлела.

На пороге стоял Зейн.

Он был, как всегда, в тёмном — чёрная толстовка, капюшон на голове, тень под глазами, взгляд резкий, но в этот раз — не злобный. Скорее, пустой.

— Ты чего здесь делаешь? — раздражённо спросила она.

— Мне надо с тобой поговорить.

— Нет, не надо. — Она попыталась закрыть дверь, но он придержал рукой.

— Пожалуйста, Скарлетт.

Она посмотрела на него внимательно. Странно. Он не хамит. Не наседает. Даже голос чуть хриплый. Что-то не так.

Она вздохнула и отошла:

— Заходи. Только недолго.

Он вошёл молча, оглядел комнату, заметил аптечку на столе и повязку на её ноге.

— Что с тобой случилось?

— Меня сбил велосипедист, если тебе вдруг интересно, — ответила она холодно, садясь обратно на диван. — Ты к делу пришёл или любуешься?

Он сел в кресло напротив. Несколько секунд молчал. Потом заговорил тихо:

— Мэрика умерла.Скарлетт подняла взгляд. Замерла.

— Что?

— Сегодня утром. Её нашли в туалете.  Я не знаю, что с ней было, — он говорил глухо, почти отрешённо. — Я думал, она справится. Мы всегда были вместе. Она ненавидела всех, кроме меня.

Скарлетт сглотнула и взяла телефон. Написала Шедоу:

"Зейн пришёл ко мне. Он сказал, Мэрика мертва. Что мне делать?"

Почти сразу пришёл ответ:

"Я могу прийти."

"Не надо. Я справлюсь."

И всё же ей стало тревожно. Зейн выглядел не как враг. Не как соперник. А как человек, у которого внутри рухнуло что-то важное.

Он посмотрел на неё с пустой полуулыбкой:

— Не бойся. Я не пришёл с интригами. Просто... мне больше некому пойти.

Скарлетт вздохнула. В этот раз — с сочувствием, которое удивило её саму.

— Считай, тебе повезло, что я добрая сегодня, — сказала она и снова потянулась за пластырем.Скарлетт снова села на диван, но не успела толком ничего сделать — в дверь постучали. Не звонок, а именно стук — твёрдый, уверенный.

Она открыла, и Шедоу уже стоял на пороге. Хмурый, с немного сбитым дыханием — будто пришёл быстро.

— Ты сказала, справишься. Но это не то, с чем справляются в одиночку.

Скарлетт выдохнула, отступила, впуская его. Зейн в кресле лишь скользнул по нему взглядом.

— Вот и явился твой защитник, — пробормотал он.

— Не начинай, — сразу отрезала Скарлетт. — Сядьте оба. Нам надо поговорить нормально. Без гонору.Шедоу сел рядом с ней на край дивана. Он был всё ещё напряжён, но уже не злился. Смотрел на Зейна внимательно.

— Что ты имеешь в виду — она умерла?

— Я же сказал, — Зейн провёл рукой по волосам. — Её нашли в туалете. У неё всё лицо в крови. Как будто её головой долбашили об унитаз. Ужасная сцена. Инри устроила истерику, скорая, полиция...

— Ты был там? — спросил Шедоу.

— Я пришёл позже. Меня вызвали. Увидел её. Не могу развидеть. — Он сжал кулак. — Это было жестоко.

Скарлетт молчала, сцепив пальцы. Она никогда не жалела Мэрику, но сейчас по коже прошёл холод.— Кто-то это сделал, — сказала она. — Это не несчастный случай.

— Очевидно, — буркнул Шедоу. — Но кто? У неё были враги?

Зейн фыркнул.

— У неё были все врагами. Кроме меня.

Повисла тишина.

— Завтра пойдём в университет, — сказал наконец Шедоу. — Посмотрим, что там говорят. Надо держать уши открытыми.

Скарлетт кивнула. Она чувствовала, как в груди нарастает тревога. Что-то было не так. И это было только начало.На следующее утро

Коридоры университета гудели. Кто-то плакал, кто-то обсуждал вслух, кто-то делал вид, что ему всё равно.

Инри стояла у своего шкафчика, лицо заплаканное, волосы растрёпаны.

— Её убили... её убили! — почти визжала она кому-то из друзей. — Там была кровь! Настоящая кровь! Я видела!

Скарлетт и Шедоу молча проходили мимо, наблюдая за паникой.

— Интересно, кто следующий, — мрачно заметил Шедоу.

Зейн в этот момент уже стоял у входа, вглядываясь в толпу. Он видел только одно — тени на лицах. Подозрения. Страх.

И у каждого был мотив.ЗА ДЕНЬ ДО ЭТОГО.

Ночь после соревнований. Задний двор университета.

Инри стояла, прислонившись к стене, закуривая. К ней подошла Мэрика, сияющая, с медалью в руках.

— Молодец, — сухо кинула Инри. — Поздравляю.

— Спасибо, — улыбнулась Инри.— Я должна кое что сказать....) — сказала Мэрика.— И что же?.

— Я влюбилась. В Зейна.

Инри замерла. Медленно опустила сигарету.— Что?

— Я знаю, у нас был план, — продолжила Мэрика. — Ты с Шедоу, я с Сильвером. Но... мне не нужен Сильвер. Зейн — он...

— Ты с ума сошла? — холодно оборвала её Инри. — Ты хочешь разрушить всё. Мы с тобой играли в одно и то же. Стратегия. Система. А ты влюбилась, как последняя дурочка?

Мэрика фыркнула.

— Это твоя проблема, что ты всё считаешь игрой. Я не твоя пешка. Делай что хочешь, я свободна.

И, не обернувшись, ушла.Позже, вечером. Университет. Коридоры пусты.

Инри, затаившись, видит Мэрику и Зейна вдвоём. Они смеются, о чём-то болтают. Мэрика прижимается к нему.

Лицо Инри исказила злоба. Но она не подошла. ПодождалаНемного спустя. Туалет.

— Мэрика! — окликнула она, когда та пошла одна в сторону туалетов. — Можно на минутку?

Мэрика обернулась и нехотя зашла за ней. Инри закрыла дверь за собой, щёлкнув замок.

— Что опять? — вздохнула Мэрика.

Инри не отвечала. Подошла близко. А потом — резко схватила её за волосы и швырнула на кафель.

— Ты разрушила всё. Теперь ты мне не нужна.

— Ты с ума сошла?! — закричала Мэрика, пытаясь вырваться.

Инри била её. Жёстко, быстро, без пауз. Волосы — в кулак, лицо — об унитаз, снова и снова, пока не послышался хруст.

Кровь стекала по фарфору.Мэрика больше не двигалась.

Инри тяжело дышала, стоя над ней. Потом — с грацией актрисы — растрепала волосы, размазала слезу и крикнула:

— Помогите! Кто-нибудь! Она... она... я нашла её!

Через пять минут.

Толпа. Скорая. Полиция. Паника.

А Инри сидит на полу, обняв колени, дрожащая, с идеальной истерикой на лице. Ей верят. Её жалеют.

Она тихо наблюдает, как тело Мэрики уносят на носилках.

А в голове у неё тишина.

Холодная, убийственная тишина.Тёплый вечер. Университет. Скамейка у фонтана.

Алекса нервно качала ногой, глядя в сторону кампуса. Рядом — Асти, задумчивая, со сжатыми губами.

Перед ними — беззаботная картина: Инри и Зейн стоят у лавки с кофе, смеются, переглядываются. Как будто ничего не случилось.

— Её лучшую подругу убили два дня назад, — тихо сказала Асти, — а она ведёт себя как будто это выпускной вечер.

— Мне это не нравится, — прошипела Алекса. — Как будто... как будто ей вообще пофиг. Или она актриса года. Слишком фальшиво.

Они переглянулись. Решили рассказать Скарлетт.Комната Скарлетт. Поздний вечер.

Скарлетт, скрестив руки, смотрела на них обеих с легким скепсисом.

— Девочки, вы серьёзно? Это Инри. Она...же ее  подруга.

— Не может человек так себя вести после убийства близкого, — твёрдо сказала Алекса.

— Мы никого не обвиняем, — добавила Асти. — Но это странно. И ты это знаешь.

Скарлетт молчала. В её голове начали всплывать отдельные фразы, сцены. Что-то и вправду не сходится. Но всё ещё было сопротивление. Пока...Позже той же ночью. Скарлетт в архивной комнате.

Она стояла перед старым щитком и пыльными серверами, которые когда-то использовались для камер в туалетах, когда они только поставили видеонаблюдение — лет пять назад.

Компьютера к ним давно нет. Но она кое-что знала — старые камеры были подключены к прямому трансляционному блоку, не через интернет, а по проводам, и доступ к ним можно было получить через серверную в подвале.

Собравшись, Скарлетт пробралась туда. Полумрак. Вентиляторы гудят. Серый экран с зелёными символами. Она вбивает старые команды и находит записи.Дата: вечер после соревнований. Туалет.

Она проматывает запись... и сердце начинает биться чаще.

Вот Инри, вот Мэрика, они заходят вместе. И через пару секунд начинается ад.

Скарлетт замирает, когда видит, как Инри хватается за волосы Мэрики и бьёт её о кафельный унитаз, снова и снова. Кровь. Крики. И тишина.

Потом — Инри включает актрису. Плачет, орёт, вытирает кровь с лица. Ужасающе убедительно.

Скарлетт отпрянула от экрана. Губы пересохли. Всё нутро протестует — это же Инри, та, кто не способна на убийство из за своей физиономии. Но кое что она забыла. Она забыла что будет иметь дело со Скарлетт.

— А ты тупее чем я думала— прошептала она.

Минуту она просто сидела, обхватив голову руками. Мысли бешено скакали.

Сдать её? Сказать Зейну? Шедоу? Полиции?

И тогда Скарлетт сообразила.Это должно быть осторожно. По её правилам. И в её стиле.