5. Высота

Утром у меня было сильное желание просидеть весь день в четырёх стенах, но ближе к обеду совесть окончательно победила и стыд и жадность.

Лео ушёл ещё до восхода, а мадам тут расселись и угрызениями маются!

Я вздохнула и достала из сумочки последнюю "штуковину".На вид - обычная деревянная палочка. Полированная, с закруглёнными торцами. Вся исписанная неким подобием скандинавских рун. Но дело было не в том, как она выглядела, а в том - как она работала. Решившись, я резко переломила "штуковину" пополам и позволила обломкам упасть. Они истлели не достигнув пола, оставив только лёгкий запах озона. Не медля ни секунды я зашагала к двери. У меня оставалось примерно шесть часов.

* * *

Люди сплетничают охотно. Особенно, когда считают, что их никто не подслушивает.Разумеется, больше всего шептались обо мне. История уже обросла многочисленными версиями и деталями. Взгляды стали дольше, шаги - смелее, намерения - почти преступными. Кто-то уверял, что я ушла с охотником. Кто-то - что с двумя. Кто-то - что вообще не уходила сама, а увёл меня некий таинственный господин, весь такой в плаще и с кинжалом.Время от времени возникали и более интересные разговоры: о древних развалинах в горах.Неохотно, вполголоса, будто сами слова могли накликать неприятности.

- Снова там чёй-то полыхало, - говорил один.

- Меньше пей, - отвечал другой. - И не будут в глазах искры плясать.

- Дык, я один нешто видал?

И тому подобные "крупицы информации". Конкретные истории сильно разнились, многие были явно полностью легендарными, но что-то общее в них всё-таки было.Когда меня потихоньку начали замечать, я поспешила в гостиницу. Лео уже был в комнате и перебирал вещи, откладывая некоторые в небольшую кучку.

- Значит так, - начала я первой. - Про храм неохотно, но говорят. Местные туда не ходят и называют «плохим местом». Не из-за легенд - из-за прецедентов. Кто-то не вернулся, кто-то вернулся другим...

Лео кивнул, словно именно этого и ждал.

- У меня скучнее, - сказал он. - Я опросил тех, кто предпочитает работать ногами, а не языком. Тропа есть. Подъём сложный, но реальный. Камни, ветер, узкие карнизы - ничего сверхъестественного. Храм достижим.

Мы посмотрели друг на друга.

- Значит, - сказала я, присаживаясь на край стола, - завтра в горы?

- Но только без мыла, - ответил Лео.

И мне опять захотелось его стукнуть.

* * *

Лежать на тёплом склоне, подставив лицо солнцу, было приятно.Остатки травы тихо шелестели под ветром, где-то ниже перекликались птицы, и мир был так спокоен, что меня потянуло в сон.Я закрыла глаза - и на меня обрушились воспоминания...

...лестница была узкой, антикварной, словно вынырнувшей из прошлого века - вместе с запахом воска и старого дерева. Свечи в тяжёлых подсвечниках крепились прямо к перилам, и их свет не столько освещал путь, сколько обозначал его - тёплыми кругами во тьме.

Я поднимался медленно и осторожно, нащупывая каждую ступеньку носком ноги, прежде чем перенести на неё вес тела.Лестница закончилась площадкой и глухой стеной.Я озадаченно остановился.В этот момент кулон на груди потеплел - не резко, а так, будто его сжали ладонью. На камне передо мной проступили линии. Сначала - неуверенные, как след от дыхания. Потом - яснее. Контуры двери. Сама дверь. Массивная, деревянная, с тускло блестящим кольцом вместо ручки.

- Скажи «друг» и входи, - ухмыльнулся я и протянул руку.

Кольцо было холодным.Я взялся за него и потянул.За дверью оказался коридор. Длинный, прямой, уходящий вперёд к мягкому свечению. По обе стороны - прямоугольные вставки матового стекла, равномерно вмурованные в стены. Я двинулся вперёд - других путей не было.Свет впереди притягивал просто фактом своего существования.Я ускорил шаг - и ровно в этот момент кулон вздрогнул.Не сильно. Но достаточно, чтобы я остановился.Ощущение было странным: как если бы тело вспомнило что-то важное раньше меня. Я замер, с трудом отвёл взгляд от сияния в конце коридора и повернулся к одному из матовых прямоугольников.Стекло медленно прояснялось: общий силуэт, узнаваемые линии, готовая картинка.За стеклом стояла девушка. Красивая, в старомодном наряде, с той особой собранной мягкостью, которая бывает у людей, живущих не напоказ. Она посмотрела мне прямо в глаза, улыбнулась и протянула руку - спокойно, без колебаний, будто мы были давно знакомы.Кулон задрожал сильнее.Я точно не собирался ничего делать. Я это знал.Но рука поднялась сама.Я протянул ей кулон, ожидая удара металла о стекло - короткого, отрезвляющего.Вместо этого я почувствовал, как его... взяли.Мир качнулся. Пол ушёл из-под ног, свет расплылся, и сознание мягко, почти нежно, погасло.Когда я очнулся, ничего как будто не изменилось.Коридор, проём в стене, девушка в нём.Но только теперь она повторяла каждое моё движение...

...я проснулась рывком - будто вынырнула из глубины, где слишком долго задерживала дыхание.Солнце успело сместиться примерно на пять диаметров. Ветер немного усилился.Я приподнялась на локтях и сразу поискала глазами Лео.Он ждал меня чуть выше по склону, шагах в десяти. Привалился боком к скале, проверяя верёвки. Его движения были экономными, без лишней суеты - и от этого странно успокаивающими.Я выдохнула и усмехнулась самой себе:

Всё-таки хорошо, что мы не поссорились.

Я поднялась, проверила страховку, махнула Лео и двинулась за ним, стараясь попадать след в след. Там, где он ставил ногу, камень уже был проверен; там, где цеплялся пальцами, скала принимала вес. Это было не обезьянничание, а доверие.Тропа давно растворилась, оставив лишь намёки: вытертый уступ, чуть более светлую царапину на камне, редкие крюки, вбитые по диагонали вверх. Склон становился круче, и мелкая осыпь тихо шуршала под ботинками, уходя вниз при каждом неосторожном касании.Мы продвигались медленно, размеренно, и мир постепенно сжался до простых вещей: следующий шаг, натяжение верёвки, надёжная спина впереди.Где-то далеко внизу остались деревни, озёра, долины, скрытые сейчас клубящейся облачной периной, выше которой не было ничего, кроме неба, скал и нас.Я шла и шла и постоянно ловила себя на невероятно оригинальной мысли:

Если долго идти в каком-то одном направлении, то рано или поздно куда-нибудь да придёшь.