Огненная вода

Запах старости, пыли и волшебства витал в воздухе Запретной секции библиотеки Хогвартса. Гарри Поттер, пригнувшись за массивным книжным шкафом с трактатами о некромантии, затаив дыхание, наблюдал за своей целью. Цель, как обычно, была одета в безупречные мантии из чёрного бархата с зелёной подкладкой и смотрела на полку с таким высокомерным видом, будто выбирала не фолиант, а слугу.

— Уж не потерялся ли тут наш маленький герой? — голос Драко Малфоя прозвучал тихо, но отчётливо, наполненный ядовитой сладостью. Он даже не повернул головы. — Ищешь инструкцию, как правильно завязать шнурки? Слышал, маглам с этим тяжело.

Гарри стиснул зубы. Соперничество между ними за последний год, после войны, перестало быть просто обменом оскорблениями. Оно стало чем-то другим: сложным, острым, наэлектризованным. Они словно соревновались во всём — в успехах на уроках зельеварения (Снейп, вернувшийся на пост, был беспристрастен и потому вдвойне невыносим), в квиддиче (оба были капитанами своих команд), даже в количестве восхищённых взглядов в коридорах.

Но это было не то. Это была не ненависть. Это был вызов. И Гарри не мог от него отказаться.

— Просто проверяю, не нашёл ли Малфой что-нибудь, что поможет ему подкупить преподавателей, — отозвался Гарри, выходя из укрытия. — Опыт-то у тебя богатый.

Драко наконец обернулся. Его серебристо-серые глаза сверкнули в полумраке. Он выглядел старше, резче. Война оставила на нём следы, но не сломила, а закалила, как сталь.

— О, Поттер. Всегда готов кинуть камень, сидя в своём стеклянном замке всеобщего обожания. А сам что тут делаешь? Ищешь заклинания для новой героической фотосессии?

— Проект по Защите, — сквозь зубы пробурчал Гарри. — Противодействие тёмным чарам через алхимические связи. Но тебе это, конечно, неинтересно.

На удивление Гарри, Драко нахмурился.— Слизнерт тоже дал это задание. Считает, что мы с тобой, — он сделал паузу, и его губы искривились в полуулыбке, — благодаря нашему уникальному историческому опыту, способны разобраться лучше других.

В воздухе повисло молчание. Они стояли в нескольких шагах друг от друга, разделённые грузом прошлого и невидимой нитью настоящего, что тянулась и жгла.

— И что, Малфой? Предлагаешь объединить усилия? — язвительно спросил Гарри. — Боюсь, моя репутация не переживёт такого удара.

— Не льсти себе, Поттер. Я просто не намерен позволить тебе получить лучшую оценку. Единственный способ убедиться в этом — контролировать процесс. Моё общежитие. Через час. Если, конечно, не боишься.

— Боюсь только скуки, — огрызнулся Гарри, чувствуя, как знакомый огонь соревновательности загорается у него в груди.

---

Комната в подземельях Слизерина, которую Драко занимал один (остальные восьмиклассники предпочли держаться подальше), была просторной, прохладной и до болезненности аккуратной. На большом дубовом столе лежали разложенные с геометрической точностью книги и пергаменты.

Работали они в почти полном молчании, прерываемом лишь редкими, острыми, как лезвие, репликами.

— Ты неправильно интерпретируешь символ второй эпохи, Поттер. Это не «защита», а «обратное течение». Если применишь это в формуле, твое зелье не свяжет чары, а отразит их прямо тебе в лицо. Хотя, возможно, это улучшит твой внешний вид.

— Спасибо за заботу, Малфой. А вот здесь твоя транскрипция рун страдает излишней самоуверенностью. Здесь нужен не двойной, а тройной инверсивный перевод. Или ты хочешь, чтобы твой амулет не оберегал, а привлекал болтливых пикси?

Слова были колкими, но тон... тон постепенно терял яд. Стал более сосредоточенным, деловым. Их магические теории, как две половинки разбитого артефакта, неожиданно начали сходиться, дополняя друг друга.

В какой-то момент, пытаясь одновременно дотянуться до одного и того же древнего свитка, их руки соприкоснулись. Оба отдернули их, будто обожглись. Гарри поднял взгляд и встретился глазами с Драко. В серых глазах читалось то же напряжённое любопытство, та же невысказанная ярость и что-то ещё, от чего у Гарри перехватило дыхание.

— Ты... неплохо разбираешься в защитных рунах, — сквозь силу выдавил Гарри, нарушая тягостное молчание.

— А ты умудрился не взорвать котёл с первого раза. Прогресс, — парировал Драко, но без привычной издёвки. Скорее, с вымученной честностью.

Они закончили проект глубокой ночью. Получившаяся схема амулета была гениальной в своей сбалансированности, сочетая в себе мощную защиту Гарри и изощрённое, почти коварное изящество контрзаклятий Драко.

— Думаю, даже Слизнерт будет впечатлён, — неохотно признал Драко, разглядывая итоговый пергамент.

— Значит, ничья? — спросил Гарри, поднимаясь из-за стола. Он чувствовал странную усталость и невероятный подъём одновременно.

Драко тоже встал, перегораживая ему путь к двери.— Ничья? — он усмехнулся, и в этом звуке снова зазвучал стальной оттенок. — О нет, Поттер. Ничьих между нами не бывает.

Они стояли так близко, что Гарри чувствовал исходящее от Драко тепло. Он видел бледные ресницы, тонкие линии у рта, решительный взгляд.

— И что же тогда бывает? — тихо спросил Гарри, его собственный голос прозвучал хрипло.

— Победа, — прошептал Драко. И закрыл расстояние между ними.

Это не был нежный поцелуй. Это было столкновение, продолжение их дуэли другими средствами. Губы Драко были требовательными, почти грубыми, а Гарри отвечал ему с той же яростной отдачей. Он вцепился пальцами в идеально гладкие мантии Малфоя, сминая бархат, а Драко запустил руку в его вечно взъерошенные волосы, удерживая его на месте. В этом было всё: годы злости, обиды, невысказанного интереса, безумное напряжение последних месяцев и ослепительное, огненное понимание того, что их соперничество всегда вело именно сюда.

Когда они наконец разъединились, дыхание их было неровным.

— Это что, новый способ меня победить? — выдохнул Гарри, прижав лоб к плечу Драко, не желая отпускать.

— Работает? — в голосе Драко слышалась дрожь, которую он не мог скрыть.

— Пока непонятно. Нужно... провести дополнительные исследования, — Гарри оторвался и посмотрел ему прямо в глаза, где бушевала целая буря. — Завтра. После тренировки по квиддичу.

На губах Драко появилась та самая, истинно малфойская, вызывающая ухмылка. Но в ней теперь был новый оттенок. Азарт. Предвкушение.

— Буду ждать, Поттер. И приготовься. На этот раз я точно выиграю.

— В этом мы ещё посмотрим, Малфой, — улыбнулся в ответ Гарри, чувствуя, как знакомый, жаркий огонь соперничества разливается по жилам, превращаясь в нечто гораздо более опасное и желанное. — В этом мы ещё обязательно посмотрим.