Первые победы

24 сентября 1520 годСтамбулДворец Топкапы

В покоях Валиде Султан стоял радостный детский смех. Махидевран Султан с улыбкой наблюдала за маленьким Шехзаде, который рассказывал любимой тетушке и бабушке про белочек, которых они кормили по пути в Топкапы.

- Мой внук уже такой взрослый, - воскликнула Валиде Султан, - Совсем скоро будет радовать нас первыми успехами в учебе.

- Я уже учусь читать! - похвастался мальчик, - Мама говорит, что если я буду хорошо учиться, обязательно стану достойным Султаном.

- Твоя мама права, - сказала Хатидже Султан, с нежностью глядя на племянника.

- Вы устали с дороги, вам нужно отдохнуть. Ступайте в свои покои, Нигяр-калфа проводит.

Когда невестка с внуком покинули комнату, Валиде Султан обратилась к дочери:

- Сегодня вечером я устраиваю в гареме праздник. Хочу и Махидевран пригласить. У Сулеймана будет танцевать рабыня, которую прислал в подарок греческий меценат. Девушка так красива и хороша, что я не смогла оставить ее себе.

Сделав паузу, Валиде Султан посмотрела на дочку.

- Я очень хочу своим детям счастья, - она прикоснулась ладонью к щеке Хатидже и печально улыбнулась, - Шах и Байхан уже нашли его в замужестве, а вот ты...

Красота Хатидже была удивительной: длинные волосы, волнами спадающие на миниатюрные плечи, тонкие розовые губы, добрые глаза, обрамленные пышными ресницами.

- Матушка, - вздохнула девушка, - Для меня счастье - быть с Вами рядом. Радоваться вместе с вами, делить печаль.

Валиде покачала головой.

- Нет, дорогая, так не пойдет. Я поговорю с сыном, мы поищем для тебя подходящую партию.

***

В покоях Султана царил полумрак. За столом сидел статный широкоплечий мужчина. Его серьезный взгляд гулял по строчкам, выведенным чернилами. Его звали Сулейман. В свои двадцать шесть лет он добился больших успехов в управлении Манисой, теперь взяв ответсвенность за целую Империю.

- Повелитель, - отвлек его голос хранителя покоев, - Валиде Султан сегодня устраивает в гареме празднество. Она отправит вечером танцовщицу.

Султан взглянул на друга и, поразмыслив, кивнул. Долгие годы он уделял время лишь Махидевран, но с последней беременности прошло пять лет, а все остальные наследники умерли от чумы.

- Передай ей, что я приму девушку.

***

Роксана читала книгу, когда в покои зашла Дайе Хатун с евнухом.

- Сюмбюль-ага, приготовь эту девушку сегодня на вечер. Она будет танцевать для Султана, - скомандовала женщина, после того, как гречанка поклонилась хазнедар и главному евнуху.

- Понял Вас, Дайе Хатун. Все будет сделано лучшим образом. Глаз от нее не оторвать будет!

Роксану повели в хаммам. Служанки вымыли ее и нанесли на тело ароматные масла. Уже сидя на подушке и подбирая украшения, девушка радовалась, как отлично все получилось.

Роксана была незаконорожденным ребенком брата греческого судьи. Ее мать умерла после родов, а отец отказался от нее. Девочку взял на воспитание богатый меценат. Детство девушки прошло нерадостно. Усердная учеба, чтобы выбраться из бедности и тяжкая работа.

Желание власти заложилось у Роксаны, возрастая с каждым годом все больше и больше. Гречанка знала османские обычаи и помнила, что чтобы чего-то добиться, надо родить наследника.

Слуги завили шелковистые локоны чугунной плойкой, подвели яркие глаза сурьмой, увлажнили пухлые губы пчелиным воском, а порошком из бутонов роз и гибискуса придали румяности. Для первой ночи наложнице выбрали белоснежное платье, расшитое позолотой и жемчугом.

Тонкую шею украшала подвеска, серьги подчеркивали взгляд, а на голове, словно звезды на ночном небе, рассыпалось восточное украшение с драгоценными камнями.

- С Султаном не разговаривать без спроса, громко не смеяться, не поднимать глаза, не перечить, - читал нотации Сюмбюль-ага.

Роксана ухмыльнулась.

«Простым послушанием здесь ничего не добьешься. Такая афера с Валиде Султан сработала. Привлечь внимание мужчины можно лишь неординарностью, лестью и показанием его превосходства» - подумала Роксана, сдерживая волнительную дрожь в теле.

Тяжелые двери султанских покоев открылись и высокий молодой человек с внимательным взглядом и хмурым лицом пропустил девушку.

Заиграла музыка, и Роксана, эффектно выйдя вперед, задвигалась в такт. Ее бедра рисовали восьмерки, руки, словно стебли тропических растений, описывали узоры. Плавность и нежность постепенно сменялась быстротой и напористостью. Каждое ее движение было наполнено грации, страсти и темперамента. Каждый прыжок, подкидывающий подол юбки, был пропитан легкостью и невесомостью. Длинные серьги позвякивали каждый раз, когда девушка выполняла очередное па. Гречанку охватила агония, в которой девушка сгорела дотла, обжигая теплом и энергией молодого Султана.

***

Ночь уже опустилась на Стамбул. Дул легкий ветерок, раздувая кудри Махидевран Султан. Женщина сидела на тахте, подбирая серьги под кофейного оттенка платье. В гареме играла легкая музыка, слышался смех и разговоры наложниц.

- Госпожа, - подала голос служанка, - Вы не пойдете на праздник?

Черкесская княжна смерила рабыню недовольным взглядом.

- Пойду. Чуть позже. А ты, Гюльшах, лучше уложи Шехзаде Мустафу спать, завтра он отправится на занятия.

Когда девушка ушла, Махидевран встала и, посмотрев в зеркало, вышла из покоев.

- Дорогу! Махидевран Султан! - объявил евнух, когда госпожа прошла через главную комнату гарема и, поклонившись Валиде и Хатидже Султан, присела на подушки.

- Славный вечер получается, - улыбнулась женщина, расправляя складки платья.

- Рада, что тебе нравится, дорогая. Веселись, отдыхай, ты заслужила.

И Махидевран послушалась. Разговаривая с султаншами, угощаясь шербетом, наслаждаясь музыкой, она даже не подозревала, что ее муж сейчас развлекался с другой.

***

Теплые руки подняли девушку за подбородок. Пригладив черные волосы наложницы, Султан впервые после стольких лет ощутил волнение. Невольница смотрела на него с вызовом, жаром, желанием. Ее черные глаза, в которых полыхал огонь страсти и ума, завораживали.

- Как тебя зовут? - спросил правитель.

Девушка наклонилась к уху Султана и прошептала:

- Роксана, Повелитель.

- Роксана...

Мужчина любовался изящными чертами лица гречанки, пока та гипнотизировала его взглядом. Девушка манила, и Султан не смог не поддаться.

Он припал к шее Роксаны, исследуя каждый сантиметр нежной девичьей кожи. Спускаясь все ниже и ниже, Сулейман постепенно раздевал красавицу, не налегая, лишь пробуя. Как когда впервые пьешь вино.

О нет, эта девушка была лучше всякого вина. От нее пахло нежной фиалкой, чистотой и дождем. Очерчевая ореолы груди, Султан невольно вздрогнул. Он осыпал поцелуями ключицы и грудь гречанки, вызывая у той приглушенные вздохи.

Подхватив Роксану, Сулейман уложил ее на кровать и продолжил терзать ее разгоряченное тело. Девушка припала к губам правителя и нежно поцеловала его. Руки Султана гуляли по ее обнаженному телу, изучая каждый изгиб, пока наконец не дошел до самого чувствительного места. Падишах остановился на мгновение, но, Роксана, прильнув к его шее, развеяла всякие сомнения. По покоям раздался надрывный стон. Двигая бедрами навстречу Султану, гречанка ускоряла темп.

Она помогала ему, попутно оглаживая руками его сильные плечи, мускулистые руки, подтянутую грудь. Девушка извивалась под Сулейманом, а тот, подминая под себя ее стройное тело, выстраивал мелодию из ее стонов.

***

Валиде Султан сидела в кресле в своей комнате. Служанка расчесывала ее волосы, когда Хавса внезапно спросила:

- Дайе, мой сын принял Роксану?

- Да, Госпожа. Она до сих пор у Повелителя.

Женщина улыбнулась.

- Значит, девочка понравилась Сулейману. Дай Аллах, скоро мы услышим благую весть.