Эхо в пустоте

Тишина в общежитии была не просто отсутствием звука. Она была физической, липкой и пахла озоном, как перед сокрушительным ударом молнии. Эндрю проснулся за секунду до того, как осознал — связь оборвалась.Точнее, она не исчезла совсем, но та нить, что вела к Нилу, больше не пульсировала теплом и раздражением. Теперь это был глухой, ледяной вакуум. Словно кто-то выключил свет в комнате, где Эндрю привык ориентироваться с закрытыми глазами.Эндрю вскочил, даже не обуваясь. В коридоре он столкнулся с Рене. Она была бледной, её губы были плотно сжаты. Она чувствовала то же самое.— Балтимор, — коротко бросила она. — Его забрали час назад. Ваймак нашел телефон на парковке.Эндрю не ответил. Он ворвался в комнату Нила. Запах... там всё еще пахло Нилом — потом, дешевым шампунем и тем самым горьким ароматом лисьего страха. Но среди этих запахов был один чужеродный. Запах старой крови и дорогого одеколона. Лола. Отец Нила прислал за ним своих гончих.— Эндрю, — Рене положила руку ему на плечо.Он резко дернулся, его глаза вспыхнули нечеловеческим янтарем. Каноничная маска безразличия треснула, обнажая первобытный оскал.— Не трогай меня, — прорычал он. — Мы едем за ним.— Нам нужно вызвать полицию или...— Полиция не найдет то, что скрыто за запахом смерти, — Эндрю сорвал с шеи кулон-коготь и с силой швырнул его в стену. Серебро жалобно звякнуло. — Без этой дряни я найду его быстрее.Рене вздохнула и тоже сняла свой кулон. Без ограничителей их сущности начали просачиваться наружу. Воздух в комнате стал тяжелым.— Если мы пойдем до конца, — тихо сказала Рене, — Лисы увидят нас настоящих. Ты готов раскрыться ради него?Эндрю замер у двери. Он вспомнил лицо Нила, его «Да или нет», его глупую верность стае, которая его не заслуживала.— Лисы — это просто шум, — бросил Эндрю. — Он — часть моей связи. Я не позволю Мяснику резать мою собственность.Они выехали на «Мазерати». Эндрю гнал по шоссе, игнорируя спидометр. Он закрыл глаза на мгновение, позволяя своему сознанию погрузиться в ту самую пустоту, где раньше был Нил. Он звал его. Не словами — вибрацией, воем, который звучал только внутри их ментального узла.«Где ты, Абрам?»Далеко, на самом краю восприятия, отозвалась боль. Вспышка раскаленного железа и холодного ужаса. Это длилось секунду, но Эндрю хватило этого, чтобы определить направление.— На север, — приказал он Рене, которая вела машину, пока он пытался нащупать след. — Он в старом поместье у залива. Я чувствую, как его жизнь вытекает по каплям.В этот момент в голове Эндрю раздался слабый, едва различимый шепот Нила через их связь:«Эндрю... беги... не приходи сюда...»Эндрю сжал кулаки так, что когти впились в ладони, и на кожаном сиденье остались глубокие борозды.— Поздно, кролик, — прошептал он в пустоту. — Я уже иду. И я очень зол.В ту ночь стая Миньярда перестала притворяться людьми. В лесах под Балтимором проснулось что-то гораздо более древнее и опасное, чем наемники Натана Веснински.------------------------------