Chapter 3

Луи проснулся от громкого хлопка двери. Он сразу же распахнул глаза и присел, смотря на Гарри и стоящего рядом парня. Обрамлённые черными густыми ресницами медовые глаза, в которых никто бы не отказался утонуть. Зачесаные наверх волосы цвета дегтя, которые он прочесал пальцами, как только взгляд Луи упал на них. Аккуратный нос и пухлые губы, которые растянулись в пугающей улыбке за то время, пока младший разглядывал его. Луи отрывается и начинает осматривать каждый угол комнаты, в надежде найти хоть что-то, чем можно отбиться. Он был готов на все, лишь бы избежать насилия вновь.

— О нем я тебе и рассказывал, Зи.

Зейн легко кивает, оценивающе осматривая мальчика. Гарри подходит к Луи и проводит своей огромной ладонью вверх по его ноге, влажно целуя шею. 

— Расслабься, малыш. 

Кудрявый жестом зовет Зейна подойти, и тот садится на кровать, с осторожностью приближаясь к лицу Томлинсона и наблюдая за его реакцией. Второй пытается отстраниться, на что получает звонкий шлепок от Гарри. Ему ничего не остается делать, как скривить лицо в болезненной гримасе и позволить прикоснуться к себе. Зейн пододвигается снова, легко проводя большим пальцем по линии челюсти Луи, и наконец соединяет их губы в нежном поцелуе. Гарри ставит свежие ноющие засосы на молочной коже. Как бы красиво и сексуально это не выглядело со стороны, Луи не в силах это выдержать. Он снова отстраняется и пытается придвинуться ближе к изголовью кровати.

— П-прошу, я не хочу. Не трогайте ме-, — он не успевает договорить, как получает жесткую пощечину. Через звон в ушах слышен злой голос Гарри.

— Тебя никто не спрашивал, ясно? Если не хочешь, чтобы тебе было больно, молчи в тряпочку и наслаждайся, пока есть возможность.

Луи по-максимуму вжался в спинку кровати, отодвигаясь от Стайлса. Зейн ненавязчиво поглаживает бедро парня в то время, когда Гарри стягивает одежду с себя и его игрушки. Когда он расправился и с боксерами Луи, заметил в нем пробку еще со вчерашнего вечера. Он ухмыльнулся, смотря в глаза парня.

— Послушный мальчик.

Гарри попытался максимально удобно для всех троих устроить Луи на кровати, уложив его на спину. Он зубами вытащил пробку из него, несколько раз проводя языком по колечку мышц. Луи невольно выпустил из себя тихий стон в рот Зейна. Гарри уловил его и довольно ухмыльнулся, устраиваясь между ног парня. Только он приставил головку к проходу, как Луи свел ноги и сжался, напрягая все мышцы в теле. Он отрывается от поцелуя с Зейном и смотрит на Гарри молящим взглядом. Кудрявый сильными руками разводит ноги Луи и медленно входит в него на удивление всех присутствующих в этой комнате. Никогда еще Стайлс не был так нежен с его телами для хорошего траха.

 Зейн стягивает с себя боксы и толкается в приоткрытый рот нижнего, довольно простонав. Через минуту от нежности Гарри не осталось и следа. Он вколачивал тело Луи в кровать, подстраиваясь под ритм Зейна. Второй в скором времени кончает в горло Луи с громким стоном. 

Малик вышел из его рта, держа в руке слегка обмякший член после оргазма, когда Гарри позвал его к себе.Они меняют позу: Гарри лег на спину, положив Луи спиной на свою грудь, а Зейн устроился между их ног и медленно вошел в дырочку Луи,  создавая трение между членами. Луи кричал и извивался от боли, умоляя прекратить. Слезы без остановки текли по лицу, когда Гарри закрыл его рот своей большой ладонью. Луи скулил и хватался руками за простынь. Зейн вдалбливался в его тело, когда Гарри стонал от скольжения и резких толчков. Гарри насадил Луи на свой член до основания, задев простату. Последний громко застонал, и начал кусать кисть Гарри, когда тот кончил глубоко в него. Зейн вышел и излился на торс мальчика, начиная надрачивать ему. Луи не выдерживает, и кончает на свой живот, вскрикивая так, что все находящиеся люди в особняке слышали это. Зейн ухмыляется, смотря на Томлинсона:

— А просил остановиться.

Зейн подмигнул Гарри и встал с кровати, напоследок поцеловав Луи в лоб, ощущая на губах солёный привкус пота. Пакистанец накидывает на себя халат, и кидает второй в Гарри, выходя из комнаты. Гарри вышел следом за ним, оставляя парня одного в комнате в состоянии эйфории и отвращения к себе.

Зейн и Гарри стоят на балконе в полной тишине, выкуривая пачку дорогого табака на двоих. Но Зейн прерывает тишину.

— Эта ночка была потрясающей.

— Определенно.

Но не для Луи. Он сломлен окончательно. Когда Зейн и Гарри наслаждаются вечерним воздухом, он захлебывается в своих слезах, дрожа, словно осиновый лист на ветре.

Гарри, смотря на вечерний пейзаж, не может понять, почему все еще не отпустил парня. Он не может этого сделать. Всякий раз, когда мысли об этом заполняют его разум, что-то внутри не позволяет отпустить Томлинсона.