Глава 4. В ловушке

POV Алия

Земля словно ушла у меня из-под ног. Слова Кассиана эхом отдавались в сознании, превращаясь в плотный, удушающий кошмар. Зайд попытался сбежать... Люди «Совета» перехватили его... Твой отец умрет первым... — Нет, — выдохнула я, чувствуя, как внутри всё сжимается от дикой, невыносимой боли. — О Боже, нет... Папа...

Я покачнулась, но вовремя ухватилась за леер палубы, до боли сжав пальцами холодный металл. В кармане брюк я судорожно перебирала четки, шепча слова поминания, чтобы окончательно не потерять рассудок. Зайд, мой глупый, отчаянный младший брат, пытаясь вырваться, сам захлопнул ловушку над нашей семьей.

Кассиан сделал шаг ко мне, его огромная фигура нависла надо мной, отрезая от остального мира. В его серых глазах плескалась ледяная буря.

— У нас нет времени на слезы, Алия. Слушай меня внимательно. Маркус думает, что загнал меня в угол. Но он забыл, чью кровь я ношу в своих жилах...

Он не успел договорить.

Резкий, оглушительный взрыв потряс кормовую часть мега-яхты. Ударная волна была такой силы, что палуба накренилась в сторону, а хрустальные бокалы на столах с оглушительным звоном разлетелись на тысячи осколков. Музыка оборвалась. Вместо неё воздух пронзили крики ужаса и сухие, резкие автоматные очереди.

— Ложись! — рявкнул Кассиан.Вместо того чтобы грубо толкнуть меня на пол, он мгновенно заслонил меня своим телом от летящих осколков стекла, удерживая равновесие на качающейся палубе за счет безупречной реакции. Конкуренты «Совета Девяти» не стали ждать окончания переговоров — они решили уничтожить и Кассиана, и шейха Тарика прямо здесь, в водах Дубая.

— Роберт! Уводи шейха через нижний отсек! — перекрикивая грохот выстрелов, скомандовал Кассиан, выхватывая из-за пояса массивный пистолет, который он до этого скрывал под жилетом.

Вокруг воцарился хаос. Из темноты залива к яхте причалили два скоростных катера, из которых на борт поднимались люди в черных масках со штурмовыми винтовками. Кассиан схватил меня за локоть поверх одежды — крепко, но аккуратно — и потянул за собой по узкому коридору вглубь палубы, уводя из-под шквального огня.

Мы вошли в роскошную гостевую каюту. Стены, обитые белым шелком, тяжелая мебель из дорогого дерева и панорамное иллюминаторное окно, за которым в темноте залива отражались огни Дубай Марины.

— Сиди здесь и не высовывайся, — Кассиан тяжело дышал, его рубашка была испачкана в копоти, а на скуле проступила ссадина. Он повернулся к тяжелой дубовой двери, намереваясь запереть её снаружи.

— Кассиан, подожди! — мой голос дрогнул, но я осталась стоять у стены, крепко прижав руки к груди. Я контролировала каждое свое движение, строго соблюдая дистанцию из-за стыдливости, несмотря на то, что страх сковывал легкие. — Мой отец и брат... Если ты погибнешь здесь, Маркус убьет их в Лондоне! Ты должен связаться с Тони!

Кассиан резко обернулся. Расстояние между нами сократилось почти до минимума. В замкнутом пространстве каюты его присутствие ощущалось как колоссальное физическое давление. Он сделал шаг вперед, его грозовые глаза горели безумным, темным огнем. От него исходил жар боя, адреналин и та самая пугающая, первобытная одерженность, которую я видела на палубе.

Он протянул руку, словно хотел коснуться моего лица, убрать единственный волосок с шелка, выбившегося из-под платка, но я мгновенно отступила еще на шаг, упираясь спиной в холодную стену.

— Не надо, — тихо, но твердо произнесла я, поднимая руку в предупреждающем жесте. — Пожалуйста. Границы, Кассиан. Наш договор не включает этого. Даже сейчас.

Кассиан замер. Его ладонь осталась в воздухе в нескольких сантиметрах от моего плеча. Я видела, как тяжело вздымается его грудь, как бешено бьется жилка на его шее. Напряжение между нами достигло такого предела, что воздух, казалось, начал искриться. Нам обоим грозила смерть, его мир рушился под звуки выстрелов снаружи, но моя неприступность и верность своим правилам заставили его подчиниться. Он медленно опустил руку, и в его взгляде промелькнуло дикое, болезненное уважение.

— Ты удивительная женщина, Алия, — хрипло прошептал он, и в его голосе впервые за всё время послышалась неподдельная человеческая эмоция. — Вокруг льется кровь, а ты заботишься о своей чистоте. Но именно поэтому я не позволю им до тебя добраться.

Он резко повернулся к выходу.

— Тони уже получил приказ. Мои люди в Лондоне перехватывают машину с твоим отцом. Но чтобы они успели, мне нужно заставить замолчать тех, кто стреляет снаружи. Жди меня.

Он вышел, и тяжелый замок на двери громко защелкнулся.

Я осталась одна. Опустившись на колени прямо у стены, подальше от иллюминатора, я вытащила четки. Мои губы непрерывно шептали молитвы об избавлении, о спасении отца и Зайда, о защите от зла. Выстрелы снаружи становились всё ближе и громче. Я слышала крики, топот тяжелых армейских ботинок по коридору и хриплые команды на незнакомом языке.

Кассиан вел бой где-то рядом. Сердце колотилось в груди так сильно, что мне казалось, оно проломит ребра. Каждая секунда тянулась как час.

Внезапно топот оборвался прямо у моей двери.

Наступила звенящая, зловещая тишина, от которой волосы на голове зашевелились под платком. Раздался резкий, металлический скрежет — кто-то снаружи пытался взломать замок.

Я замерла, сжав четки до боли в пальцах, и подняла глаза на дверь.

Раздался оглушительный треск. Замок не выдержал. Тяжелая дубовая дверь с грохотом распахнулась, ударившись о стену, и на пороге каюты появились две массивные фигуры в черном камуфляже и тактических масках, с направленными вперед дулами автоматов.