Глава 19

Лилит

После того как мы ещё немного поговорили, Аврора наконец поднялась с кровати.— Ладно, теперь моя очередь привести себя в порядок, — сказала она, собирая волосы руками. — А то я весь вечер ходила в этом платье и делала вид, что мне совершенно не хочется его снять.

Я улыбнулась:— Неужели даже ты устаёшь от красивых платьев?

Она посмотрела на меня так, будто я сказала что-то совершенно очевидное.

— Алия, красивые платья — это прекрасно первые два часа. Потом ты начинаешь мечтать только о том, чтобы надеть что-нибудь свободное и перестать чувствовать себя человеком, который случайно оказался на выставке собственной жизни.

Я тихо рассмеялась.

— Хорошее описание.

— Потому что правдивое.

Она открыла шкаф и начала искать себе одежду.Я отвернулась к окну, давая ей возможность спокойно переодеться. За стеклом уже почти полностью исчез свет, и только фонари во дворе освещали дорожки вокруг дома.

Через несколько минут Аврора вернулась из ванной уже совсем другой.Без вечернего макияжа, без украшений, в простой домашней одежде она выглядела намного моложе и спокойнее. В банкетном зале она казалась уверенной девушкой из семьи, которая привыкла к большим мероприятиям, к вниманию людей и к постоянному присутствию вокруг.

Сейчас передо мной была просто Аврора.Девушка моего возраста, которая устала за день и наконец могла позволить себе расслабиться.— Вот теперь я снова похожа на себя, — сказала она, садясь рядом со мной.

Чтобы сменить тему, я перевела взгляд по комнате.И именно тогда заметила его.На небольшой полке рядом с креслом лежал старый альбом.

Он отличался от всего остального вокруг.Не был частью декора.Не выглядел как вещь, которую просто оставили случайно.

— Это что? — спросила я, указывая на него.

Аврора проследила за моим взглядом.На секунду её лицо смягчилось.— Старый фотоальбом.

— Семейный?

— Да.Она встала и подошла к полке.Несколько секунд просто смотрела на него, прежде чем взять.— Мы давно его не открывали.

— Если не хочешь показывать, я не буду спрашивать, — сказала я спокойно.

Аврора посмотрела на меня и слегка улыбнулась:— Нет. Всё нормально.

Она вернулась на кровать и открыла первую страницу.На фотографиях были дети.Маленькая Аврора.Кристиано.Алессандро.

Я невольно улыбнулась.— Это вы?

— Да. Господи, я тогда была ужасным ребёнком.

— Не верю.

— Поверь. Я могла спорить со взрослыми так, будто у меня был собственный адвокат.

Я посмотрела на фотографию маленькой Авроры:— Судя по тому, как ты разговариваешь сейчас, я не думаю, что многое изменилось.

Она рассмеялась:— Спасибо. Очень поддержала.Мы листали страницы.На каждой фотографии была какая-то история.Где-то они были на отдыхе.Где-то возле дома.Где-то просто сидели вместе, смеясь в камеру.

А потом я увидела фотографию.И остановилась.На ней было четверо детей.

Аврора.

Кристиано.

Алессандро.

И ещё одна девочка.Я посмотрела на снимок внимательнее.Она была одного возраста с Авророй.Темные волосы, улыбка, которая сразу бросалась в глаза.В ней было что-то такое...Что заставляло задержать взгляд.

Я подняла глаза на Аврору.— А кто эта девочка?

И в этот момент что-то изменилось.Совсем немного.Но я заметила.Её улыбка исчезла.Пальцы, которые держали край страницы, чуть сильнее сжались.Она не сразу ответила.И именно эта пауза сказала мне больше, чем любые слова.

— Это... — начала она тихо.Но остановилась.Я уже хотела сказать, что не обязательно отвечать, но Аврора закрыла альбом наполовину и опустила взгляд.

— Это родная сестра Кристиано.Дочь Джованни и Лилианы.

В её голосе появилась такая тяжесть, что я сразу поняла что к чему.— Прости, я не хотела задеть тебя вопросом.

Аврора покачала головой.— Нет. Ты не сделала ничего плохого. Просто... есть вещи, о которых сложно говорить даже спустя годы.

Она провела пальцем по краю фотографии—— Когда ты видишь фотографию человека, которого больше нет, иногда кажется, что прошло много времени. Что ты уже привык. Что это стало частью прошлого.

Я смотрела на неё молча.Не потому что не знала, что сказать.А потому что иногда любые слова звучат слишком пусто.— Что произошло? — спросила я осторожно.

Аврора долго смотрела на фотографию.— Это тяжёлая история. Может быть, когда-нибудь я расскажу тебе всю историю.

Она попыталась улыбнуться:— Просто не сегодня.Это действительно очень тяжело вспоминать.

Я медленно кивнула:—Да, конечно,я все понимаю.

Несколько минут мы просто сидели молча.Альбом уже лежал обратно на полке, но ощущение от этого разговора всё ещё оставалось между нами. Я не хотела возвращаться к теме, которую Аврора явно не была готова открывать, поэтому просто позволила этой тишине существовать.

Иногда человеку не нужно, чтобы его расспрашивали.Иногда достаточно просто не уходить.Аврора первой нарушила молчание:—Ну что, получается, весь вечер мы говорили обо мне, моей семье, моих братьях и каких-то старых фотографиях, а про тебя я знаю примерно столько же, сколько знала до того, как ты сегодня вошла в этот дом, — сказала она, чуть прищурившись. — Поэтому предлагаю наконец исправить эту несправедливость. Ты ведь действительно из Турции, да? Расскажи мне, как ты там жила, где именно, что тебе нравилось, какой была твоя жизнь до Италии. И главное — расскажи о своей семье, потому что я до сих пор не могу понять, как мой дядя Винченцо умудрился столько лет скрывать от нас человека, о котором мы даже не знали.

Я невольно улыбнулась.— Ты всё ещё злишься на него?

— Конечно, злюсь, — совершенно серьёзно ответила она, а потом тут же усмехнулась. — Хотя, если честно, я сама пока не решила, на что именно больше: на то, что он ничего нам не сказал, или на то, что я сегодня встретила тебя впервые и теперь должна делать вид, будто это совершенно нормально.

— Думаю, он просто не считал нужным рассказывать.

— Вот именно это меня и раздражает. Не то, что он имеет какие-то свои дела, а то, что ты его дочь, Алия. Ты не какая-нибудь дальняя знакомая, которую случайно встретили на улице. Ты часть семьи, а я узнаю о твоём существовании только тогда, когда ты приезжаешь на семейное торжество и спокойно заходишь в зал так, будто это самое обычное дело.

Я усмехнулась.— Если честно, я тоже не планировала знакомиться со всеми вами именно таким образом.

— Вот видишь? Значит, мы обе пострадали от одного и того же человека.

Я тихо рассмеялась.— Уже звучит как начало хорошего союза.

— Вот теперь мне нравится твой настрой.

Она подтянула к себе подушку и положила её под спину:— Так что давай. Турция. Мне действительно интересно. Как ты там жила?

Я ненадолго задумалась, глядя куда-то перед собой.

— По-разному. Я долго жила там и привыкла к этому месту настолько, что сначала даже не воспринимала его как что-то особенное. Для меня это просто был дом. Улицы, по которым я знала каждый поворот, знакомые магазины, люди, которых встречаешь по несколько раз в неделю, шум машин за окном, запах еды из маленьких кафе... А потом, когда я уехала, вдруг поняла, сколько всего было частью моей жизни, хотя раньше я даже не замечала этого.

Аврора слушала внимательно, не перебивая:— А тебе нравилось там?

— Да, — ответила я после короткой паузы. — Но, наверное, я никогда не чувствовала, что окончательно принадлежу одному месту. Мне нравилось уезжать, видеть что-то новое, менять обстановку. Поэтому Италия меня не испугала так сильно, как, наверное, могла бы.

— А люди? У тебя там были друзья?

— Были. Некоторые остались, с некоторыми мы постепенно перестали общаться. Ты знаешь, как это бывает. Пока вы каждый день рядом, кажется, что человек будет в твоей жизни всегда, а потом проходит несколько месяцев, и вы вдруг понимаете, что уже даже не знаете, чем живёт другой.

Аврора кивнула.

— Знаю. Очень хорошо знаю.

Я посмотрела на неё и улыбнулась.

— А семья?

На этом вопросе я замолчала чуть дольше.Аврора, кажется, заметила перемену, но не стала сразу торопить меня:— У тебя большая семья? — спросила она мягче.

— Нет. Не совсем,—Я опустила взгляд на свои руки:— Есть дедушка. Кадир.

На лице Авроры сразу появилась улыбка:— Я заметила, как он на тебя смотрит. Он очень тебя любит.

— Да, — тихо сказала я. — Мы с ним действительно близки. Он всегда был рядом, насколько мог. Иногда он может быть очень строгим, даже невыносимо строгим, но я никогда не сомневалась в том, что он за меня горой.

Аврора улыбнулась.

— Это заметно.

— А мама? — спросила Аврора уже тише. — Элиф... Я ведь никогда её не видела. Она же дочь Кадира?

Я на несколько секунд замолчала.До этого я спокойно отвечала на её вопросы, даже шутила, когда могла, но стоило ей произнести имя мамы, как внутри всё будто стало тяжелее.— Да. Она дочь Кадира.

— А какая она? — Аврора чуть улыбнулась, явно не понимая, насколько сложным оказался для меня этот вопрос. — Я всё детство слышала о ней какие-то обрывки, но никогда не встречала. Даже странно, если честно. Она ведь должна была быть частью нашей семьи.Я опустила взгляд.

— Она была.

— Была?

Я медленно выдохнула.— Она пропала.

Аврора замолчала.Я видела, как её лицо постепенно меняется, как исчезает любопытство, а на его месте появляется осторожность.— В смысле... пропала?

— В самом обычном и самом страшном смысле этого слова, — ответила я, стараясь говорить спокойно. — Это случилось незадолго до того, как мы уехали в Италию.

Аврора нахмурилась.— Но ты сказала, что она пропала.

— Потому что когда приехали на место, её там уже не было.

Она несколько секунд просто смотрела на меня:— Подожди... Как это — не было? Если машина попала в аварию, где тогда была она?

Я пожала плечами, хотя внутри от одного воспоминания неприятно свело грудь:— Никто не знает. Машину нашли. Были следы аварии, всё выглядело так, будто она действительно находилась в машине, но самой Элиф там не оказалось.

— И её просто... не нашли?

— Нет.

— Алия, но ведь её должны были искать.

— Искали.

Я посмотрела на свои руки:— Сначала все думали, что её найдут быстро. Потом прошло несколько часов. Потом день. Потом ещё один. Начали проверять больницы, дороги, ближайшие места, камеры, всё, что только могли. Кадир подключил людей, которых мог подключить. Искали везде, где только было возможно.

Я ненадолго замолчала.— Но её не нашли.

Аврора медленно покачала головой.— Господи...

— Самое ужасное даже не то, что мы не знали, где она, — тихо сказала я. — А то, что никто не мог сказать нам, что с ней произошло. Жива ли она. Где она. Почему её не было в машине. Кто-нибудь видел её после аварии или нет. Ничего.

Аврора осторожно спросила:— И вы после этого уехали в Италию?

Я кивнула:—Я до сих пор надеюсь,что она найдется.

Аврора ничего не сказала.А я впервые позволила себе посмотреть прямо на неё:— Я знаю, что люди вокруг постепенно привыкают к отсутствию человека. Они начинают говорить о нём в прошедшем времени, перестают ждать звонка, перестают каждый раз смотреть на дверь. Но я так не могу.

Я сглотнула:— Потому что мы не знаем, что произошло. Если бы мне сказали, что её больше нет, это было бы ужасно, но хотя бы существовала бы точка, с которой можно было бы начать жить дальше. А когда человек просто исчезает... ты каждый день остаёшься где-то посередине.

Аврора тихо спросила:

— Между надеждой и страхом?

Я кивнула.

— Именно.

Несколько секунд мы сидели молча.Я чувствовала, что разговор становится слишком тяжёлым, но почему-то не хотела обрывать его первой.

Наверное, потому что слишком долго держала это внутри.Аврора осторожно взяла меня за руку.

— Прости, что спросила.

— Не извиняйся. Ты не могла знать.

— Просто я не ожидала, что за твоей историей окажется столько всего.

Я посмотрела на неё и слегка улыбнулась.

— У каждого человека обычно больше всего происходит именно за пределами того, что видят остальные.

Но одно я ей всё-таки не сказала.Я не рассказала о том, что мама когда-то доверила мне другое имя.

Имя, которое я до сих пор помнила.

Каталина.

Я не знала, почему именно тогда она решила открыть мне эту часть правды. Не знала, что она хотела этим сказать и почему считала, что мне нужно это знать.

Но знала одно: пока я сама не пойму, зачем она это сделала, я не собиралась рассказывать об этом никому.

Даже Авроре.

Потому что исчезновение мамы и так оставило слишком много вопросов.А эта тайна могла породить ещё больше.

Мы с Авророй ещё некоторое время сидели молча, каждая, кажется, думала о своём, когда в дверь тихо постучали.

— Синьорины , — раздался из коридора спокойный женский голос, — вас уже ждут в столовой. Все собрались.

Аврора подняла голову.— Уже?

— Да. Господа просили передать, чтобы вы спустились, когда будете готовы.Аврора посмотрела на меня и усмехнулась:— Похоже, семейный совет начался без нас.

Чем ближе мы подходили к столовой, тем отчётливее становились голоса. В доме уже не было той вечерней суеты, которая царила после торжества. Всё стало спокойнее, тише, почти по-домашнему, но за закрытыми дверями столовой явно продолжался серьёзный разговор.

Аврора вошла первой.Я вошла следом.За длинным столом уже сидели все.Джованни разговаривал с Кадиром, сидевшим напротив него, и по их лицам было понятно, что разговор шёл далеко не о пустяках. Рядом с Джованни сидела Лилиана, его жена, спокойная и элегантная, время от времени вмешивавшаяся в беседу короткими замечаниями. Кристиано расположился чуть дальше, откинувшись на спинку стула и слушая взрослых с тем выражением лица, которое говорило, что он прекрасно понимает разговор, но предпочитает пока не вмешиваться.

По другую сторону стола находился Марко рядом со своей женой Арианой. Возле них сидел Алессандро.Когда мы вошли, несколько человек одновременно подняли глаза.

Я почти сразу почувствовала на себе чей-то взгляд.Я не стала сразу поднимать голову, только машинально поправила волосы и прошла следом за Авророй к столу. Но ощущение не исчезало, поэтому через пару секунд я всё-таки посмотрела в ту сторону.

Лилиана.

Она сидела рядом с Джованни и вроде бы продолжала слушать разговор, однако её взгляд на мгновение задержался на мне дольше, чем это было бы обычно. Ничего откровенного в этом не было — просто внимательный взгляд женщины, которая впервые видела нового человека среди семьи.Но стоило мне встретиться с ней глазами, как она почти незаметно отвела взгляд обратно к столу.Я не придала этому особого значения.

Аврора прошла к своему месту и жестом показала мне на стул рядом.

Разговор снова разошёлся по столу. Мужчины обсуждали какие-то дела, Марко несколько раз спорил с Джованни, Лилиана спокойно слушала, иногда добавляя своё мнение. Ариана расспрашивала меня о Турции и о том, успела ли я уже привыкнуть к Италии.

Я отвечала, постепенно расслабляясь.И всё это время Лилиана время от времени смотрела на меня.Просто иногда её взгляд задерживался на мне чуть дольше, чем нужно, а потом на её лице появлялась лёгкая улыбка.

Я несколько раз встречалась с ней глазами.Каждый раз она улыбалась чуть теплее.Я не понимала почему, но это не вызывало у меня дискомфорта.Наоборот.В её взгляде было что-то удивительно мягкое.

Аврора тем временем вдруг повернулась ко мне.— Кстати, Алия.

— М?

— Что ты делаешь завтра?

Я задумалась.— Пока ничего конкретного. А что?

— Тогда завтра идём со мной.

Я усмехнулась.— Куда?

— На шопинг.Ты приехала в Италию, а город ещё толком не видела. Я покажу тебе нормальные места, мы пройдёмся по магазинам, потом где-нибудь пообедаем. Можем зайти в пару мест, которые я люблю. И, пожалуйста, даже не начинай говорить, что тебе неудобно.

— Я как раз хотела сказать, что мне сначала нужно заехать домой.

— Хорошо, заедем.

— Мне нужно забрать кое-какие вещи.

— Значит, сначала заедем к тебе, ты соберёшь всё необходимое, а потом я тебя украду на весь день.

Я рассмеялась:— Ты невозможная.

— Зато теперь у тебя есть человек, который покажет тебе город.

Я посмотрела на неё и неожиданно почувствовала внутри что-то тёплое.Мы были знакомы всего несколько часов.Но почему-то рядом с ней мне уже не приходилось постоянно думать о том, как я выгляжу со стороны, что сказать и насколько много о себе рассказать.

Я просто сидела рядом и разговаривала.А напротив Лилиана снова посмотрела на меня.На этот раз она улыбалась.Тихо, почти незаметно.И в её глазах было какое-то странное тепло, которому она сама пока не находила объяснения.

Я встретилась с ней взглядом и тоже улыбнулась.Она слегка кивнула мне, словно между нами уже существовало какое-то молчаливое понимание, хотя мы практически не разговаривали.

А потом снова повернулась к Джованни и продолжила слушать его.За столом продолжались разговоры, звенели приборы, кто-то смеялся, кто-то спорил.

И впервые за весь этот длинный день всё казалось почти нормальным.Почти семейным.То,чего мне не хватало такое долгое время.

Ужин постепенно подходил к концу. Разговоры за столом уже стали спокойнее: кто-то обсуждал завтрашние планы, кто-то допивал воду, а Кристиано с Алессандро вполголоса спорили о чём-то, что, судя по их лицам, было важно только им двоим.

Я уже почти перестала вслушиваться в общий разговор, когда Кадир, сидевший напротив меня, вдруг посмотрел в мою сторону.

В его взгляде появилось что-то такое, что заставило меня насторожиться.— Кстати, Алия, кое-кто завтра возвращается к своим обязанностям.

Я подняла глаза.— К каким это обязанностям?

Кадир слегка усмехнулся.— К тем, которыми занимался до всего этого.

Я несколько секунд смотрела на него, совершенно не понимая, о чём он говорит:— Дедушка, ты сейчас специально говоришь загадками? Потому что я вообще не понимаю, о ком речь.

Он положил вилку рядом с тарелкой и спокойно ответил:— О человеке, который довольно долго был рядом с тобой.

Я нахмурилась.— Рядом со мной?

— Практически постоянно.

Я начала перебирать в голове знакомых людей, но ни один вариант не подходил.— Ты можешь просто сказать имя?

Кадир посмотрел на меня чуть внимательнее, словно специально решил не торопиться.— Селим.

На секунду я просто застыла.А потом внутри меня будто что-то щёлкнуло.

— Селим?,—Наверное, я слишком резко произнесла его имя, потому что Кадир сразу заметил перемену в моём лице.

— Да. Именно он.

Я не смогла сдержать улыбку.Она появилась сама — совершенно искренняя, неожиданная, почти детская.

— Он возвращается?

— Завтра.

— Правда?

Кадир кивнул.— Винченцо больше не сможет держать его в стороне.

Я даже не заметила, как выпрямилась на стуле.— Но я думала,—я сразу же осеклась.

Перед глазами почти сразу возникли последние 3 года без Селима. Его отсутствие сначала казалось временным. Потом прошло больше времени, и я перестала спрашивать, потому что каждый раз получала одинаковые ответы.

«Он занят».

«У него другие дела».

«Это временно».

А потом отец просто сказал, что Селим больше не будет со мной работать.Без нормального объяснения.Без возможности поговорить с ним.Я тогда долго пыталась понять, что произошло.— Я думала, его окончательно отстранили, — сказала я тише.

— Так Винценцо и хотел, чтобы ты думала.

Улыбка на моём лице немного изменилась.— Что?

Кадир вздохнул.— Когда Селим исчез из твоего окружения, Винценцо придумал достаточно убедительную историю, чтобы ты не задавала лишних вопросов. Сказал, что тот больше не подходит для этой работы, что возникли какие-то проблемы, что ему якобы необходимо заняться другими делами.

Я почувствовала, как внутри становится неожиданно легко.Это было странное ощущение.Я даже не осознавала, насколько сильно мне не хватало его присутствия, пока не услышала, что он снова будет рядом.

Селим был не просто человеком, который следил за моей безопасностью.За всё время рядом с ним он стал частью моей привычной жизни.Человеком, рядом с которым мне никогда не приходилось объяснять очевидное.

Он знал, когда мне нужно пространство.Знал, когда я нервничаю, даже если я улыбалась.Знал, когда я собираюсь сделать какую-нибудь глупость, и обычно понимал это раньше меня самой.И, что было особенно важно, я ему доверяла.Он всегда был для меня заменой отца.

— Теперь Селим возвращается официально. С завтрашнего дня он снова отвечает за тебя.

Я тихо рассмеялась:— Он будет в восторге.

— Не сомневаюсь.

— Особенно когда увидит, что я теперь в Италии.

Кадир усмехнулся.— Вот это, думаю, его действительно удивит.

Я опустила взгляд, пытаясь скрыть улыбку, но у меня ничего не получилось.Аврора, сидевшая рядом, всё это время внимательно наблюдала за мной:— Подождите, — наконец вмешалась она. — Я правильно поняла, что один человек просто вернётся завтра, а Алия за последние две минуты стала выглядеть счастливее, чем за весь сегодняшний вечер?!

Я повернулась к ней.— Возможно.

— Тогда я хочу познакомиться с этим человеком.

Я рассмеялась.— Селим не очень любит знакомиться.

— Почему?

— Потому что он считает, что чем меньше о нём знают, тем лучше он выполняет свою работу.

Кадир покачал головой.— В этом он действительно не изменился.Поэтому если вы куда-то собираетесь,не забудьте поставить его в курс дела.

Я вспомнила его машину.Тёмную, всегда идеально чистую, припаркованную у дома чуть дальше от входа, чтобы он мог видеть дорогу. Вспомнила, как в детстве я иногда специально задерживалась у двери, потому что знала: если Селим стоит там, значит, можно не торопиться.

Он всегда ждал.Неважно, сколько времени проходило.Неважно, насколько поздно я возвращалась.Он никогда не устраивал мне сцен и не читал нотаций. Максимум — смотрел своим тяжёлым взглядом и спокойно говорил:«В следующий раз хотя бы предупреди меня, куда собираешься. Я не прошу тебя отчитываться за каждый шаг. Я прошу не заставлять меня гадать, где ты».

А потом сам открывал мне дверь машины.И я каждый раз обещала, что больше не буду.И почти каждый раз нарушала обещание.

Он никогда не пытался заменить мне отца.Не пытался командовать мной.Но каким-то образом всегда оказывался рядом тогда, когда был действительно нужен.

Когда мне было плохо, он не задавал десять вопросов.Просто оставался рядом.Когда я злилась, не пытался заставить меня успокоиться.Когда я боялась — делал вид, что ничего страшного не происходит, чтобы я сама перестала бояться.И, наверное, именно поэтому я доверяла ему больше, чем большинству людей.

Он любил меня не как свою работу.Он любил меня как человека.Почти как собственную дочь.