Часть II

Читая Утреню, а именно псалмы 19 и 20,  почувствовал лёгкое недомогание, тошнота, озноб, подкашивались ноги - следствие ночного торжества? - Вряд ли. Скорее всего виною всему забитое под завязку прихожанами помещение церкви. Немощные, убогие, старики, и разного рода ряженные проходимцы, заполнили своими бренными телами, исторгающими, в совокупности, тошнотворное амбре, каждый квадратный сантиметр храма. Кто-то дышал перегаром, кто-то кашлял бациллы, не прикрывая своего зловонного рта. На момент оторвавшись от чтения псаломов, я посмотрел вверх - под куполом всё ещё виднелся дым от празднования такого великого события. Сделанная мною пауза в чтении не осталась незамеченной для прихожан, многие из которых также устремили свой взор к своду купола. Сообразив, что некоторые из них ещё не прибегли к помощи бездуховных богопротивных лекарей, так званых офтальмологов, и обладают, скорее всего, хорошим зрением, а некоторые и здравым, насколько его можно считать таковым, умом, они могут разглядеть дым, коему там не место, я возвел руки вверх, сопровождая их взглядом. Большинство из толпы сочло это божественным проявлением и это спасло ситуацию. Кое-как завершив чтение, я вздохнул с облегчением. Старухи принялись тратить последние деньги на церковную утварь, которую мы изготавливали по договору с пенитенциарной службой на пятьдесят первой зоне, а также на свечки, а после неистово облизывать иконы, кланяясь и осенять себя крестным знамением.

Я молился чтобы этот ад поскорее закончился, ведь предстояла ещё Литургия. И это всё ещё до обеда. Воспользовавшись царившим в храме безумием я принял мескалин, чтобы хоть как-то развеять свои страдания, и придать организму так необходимый ему дофамин, ну а галлюцинации и иррациональность мыслительного процесса даже не шли в сравнение с тем, что творили прихожане, карабкаясь по головам друг у друга в состязании на первенство приложиться устами к очередной иконе.

Нужно отдать должное бездуховным алхимикам, которые изобрели психотропные вещества, без них этот день не закончился бы никогда. Направляясь после Вечерни к себе в опочивальню, придерживаясь правой рукой об стену, а левой держа пакетик с забористой дурью, мимо меня провели очередного провинившегося или поощренного мальчика из хора в покои настоятеля. Ноги не хотели слушаться, но усилием воли я добрался до опочивальни, взял лежавший рядом с бонгом телефон и заказал пиццу и другие имеющиеся в наличии яства. По дороге к себе в комнату удалось вскрыть ящик для пожертвований на храм, прихватив от туда всё, что там было, ведь благословение не принималось в качестве оплаты, как за доставку еды так и за плотские утехи. Это я знал наверняка, так как не раз пытался оплатить именно таким способом. Поужинав и выпив пивка перед телевизором, пришло время употребить содержимое пакетика. Зрачки расширились, стало жарко, нарастало чувство тревоги. В процесс вмешалась марка диэтиламид лизергиновой кислоты или ЛСД, припрятанная в библии, валявшейся под кроватью. По прошествии двух часов, когда формы предметов стали искажаться и появилось ощущение неуязвимости я лёг спать.