41

Две долгих недели, мучительных недели без Влада. Две недели молчания, разорвавшие нашу связь как тонкая нить. Сначала были сообщения, короткие, сухие, но они ещё держали меня на плаву. А теперь... теперь тишина. Полная, глубокая, пугающая тишина.

Я пыталась звонить ему, каждый день, несколько раз в день. Сначала звонки проходили в абонент недоступен, потом он стал сбрасывать звонки, а затем и вовсе перестал брать трубку. Его молчание убивает меня медленно, но верно. Каждый пропущенный звонок - это удар в сердце, каждое неотвеченное сообщение - это острое чувство одиночества и беспомощности.

Что происходит? Что случилось? Эти мысли крутятся в моей голове, как бешеные мыши в клетке. Я начинаю додумывать разные ужасы, выстраивая в своём воображении целые катастрофические сценарии. Может быть, он попал в беду? Может быть, с ним что-то случилось? Может быть... может быть...

Я не могу спать, не могу есть, не могу думать ни о чём, кроме него. Его изображение встаёт перед моими глазами каждый раз, когда я закрываю глаза. Его улыбка, его голос, его руки... Всё это становится всё более далёким, призрачным, и это ужаснее всего.

Я чувствую себя брошенной, забытой, не нужной. И этот страх, эта неизвестность, это самое ужасное чувство на свете. Я молюсь, чтобы он позвонил, написал, хотя бы написал одно слово, чтобы я знала, что с ним всё в порядке. И в этот мгновение одиночества я чувствую себя абсолютно беспомощной, окружённой пустотой и страхом.

Я слабая. Ужасно, невыносимо слабая без него. Эта временная разлука, которая должна была стать простым испытанием, превратилась в тяжёлое испытание моей воли, моей способности жить самостоятельно. Я понимала это и раньше, но сейчас, когда он на расстоянии тысяч километров, я вижу всю глубину своей зависимости. Я не просто люблю его, я нуждаюсь в нём, как воздухе.

Два дня, неделя, две... без его звонков, без его сообщений, без его голоса. Тишина в доме становится невыносимой, она давит, душит, не даёт дышать. Каждый пропущенный звонок - кинжал в сердце. Я проверяю телефон каждые пять минут, жду чуда, надеюсь на звонок, на сообщение, на любое знамение. Но его нет. Только пустота, только молчание.

Бессонница стала моим верным спутником. Я кручусь в кровати, будто в клетке, утопая в беспокойстве и страхе. Что с ним? Почему он не звонит? В моей голове кружатся всякие мысли, от самых невинных до самых кошмарных. Я боюсь даже допустить их в своё сознание, но они всё равно проникают в мою душу, как яд.

Я не езжу на работу. Нет сил. Даже простая мысль о том, чтобы собраться, выйти из дома, попадает в эту тишину как камень в бездонную пропасть. Я сижу дома, окружённая тенями своих страхов, утопая в одиночестве и беззащитности.

Я даже есть не могу. Пища потеряла для меня свой вкус. В моей жизни осталась только пустота, только молчание, только ожидание его звонка, который не приходит. Я абсолютно беспомощна без него, и это осознание разрывает меня изнутри. Я уже не девушка, которая готовилась к свадьбе, я теперь - только тень, тень своей бывшей себя.

Воздух был свежий, солнце ласково грело лицо. Артур и Арианна шутили, рассказывали смешные истории, и я на миг забыла о своих проблемах. Мы гуляли в парке, смеялись, наслаждались прекрасной погодой. Дети бегали по лужайке, их визги и весёлый смех заполняли воздух. На миг мне стало легче. Я чувствовала себя немного живее, более весёлой, оживлённой.

Детская спонтанность, их непосредственность отвлекали меня от навязчивых мыслей, от молчания Влада, от этих мучительных неделей без него.

Я старалась улыбаться, старалась быть веселой, старалась насладиться этими моментами. Мы кормили уток, катались на каруселях, рисовали мелками на асфальте. Это было просто, лёгко, радостно.

Но даже в эти минуты радости, в эти моменты забвения, его портрет всё равно крутился в моей голове. Его улыбка, его взгляд, его голос... Всё это было так близко, так доступно в моих воспоминаниях, но в реальности оставалось далеко, на расстоянии тысяч километров.

Его молчание было как тень, которую я не могла избавиться. Она преследовала меня повсюду, превращая даже яркое солнце в тусклый свет.

Я старалась не показывать своего состояния, но я чувствовала, как Артур и Арианна замечают меня. Они бежали ко мне с объятиями, хотели занять меня и рассеять мою тоску. Я была им благодарна, за их теплоту, за их поддержку. Но я знала, что это только временное забвение. Когда они ушли, и я осталась одна, я снова ощутила эту пустоту, это одиночество, этот страх. Влад продолжал молчать, и его молчание было сильнее всего остального.

Мысль о маме Влада пришла ко мне внезапно, как вспышка молнии в тёмном небе. Я давно не видела её, а сейчас, в этот трудный период, мне казалось, что её поддержка будет не лишней. Может быть, она что-то знает, что-то, чего я не знаю. Может быть, она сможет мне помочь.

Я набрала её номер, и она с радостью согласилась встретиться. Мы сидели на кухне, за чашкой чая, разговаривали о все на свете: о погоде, о саде, о книгах. Она была такой тёплой, такой доброй, так приятно было просто находиться рядом с ней. И я откладывала свой вопрос, не хотя нарушать эту идиллию. Но молчать дальше я уже не могла.

Наконец, я спросила о Владе. Сначала она немного замялась, но потом начала рассказывать. Сначала её слова были полны любви и гордости за сына, она рассказывала о его успехах, о его работе. Я слушала её внимательно, надеясь услышать хотя бы намёк на то, что она что-то знает о его молчании. Но нет. Ничего. Она говорила так же, как и я, только с более спокойным голосом.

Потом я спросила её о его звонках, о его письмах. Она покачала головой.

—Он тоже не отвечает мне. Звонит редко, и то очень коротко. Я тоже переживаю, дорогая. Я тоже не понимаю, что происходит.

Её слова были как холодный душ. Оказывается, я не одна в своем беспокойстве. Его молчание - это не только моя проблема, это проблема его семьи. Мы обе не понимаем, что происходит. И от этого осознания мне стало ещё хуже. Всё ещё нет никакого объяснения, никакого знака, никакой надежды. Только глубокая и пугающая тишина.