8 глава

- Сестра? - переспросила Розэ.

- У Лисы есть младший брат Сан, ему всего шестнадцать. И он ее просто обожает, - ответила Джису.

- Вот как, - рассеянно пробормотала Розэ.

- А несколько месяцев назад Лалиса спасла своего друга от очень неосмотрительной женитьбы, - продолжала Мартина.

Розэ замерла в седле.

- В каком смысле неосмотрительной?

- Девушка вызывала серьезные возражения.

- Если мистеру Киссингеру требуется одобрение своей подруги, вряд ли он когда-нибудь сможет выбрать достойную партию, - выпалила Розэ с горячностью.

Джису окинула девушку долгим взглядом.

- Извините, мне надо возвращаться, - еле сдерживая слезы, произнесла Розэ, развернула своего коня и галопом устремилась в конюшню.

Ворвавшись в свою комнату, она в полном смятении стала мерить ее шагами, то обхватывая голову руками, то сцепляя ладони перед лицом. Так это Лалиса являлась виновницей несчастий Джейн! Лалиса своим непрошенным вмешательством разрушила счастье ее сестры. Самого прекрасного и доброго человека на свете. Вот уже полгода прошло, а Джейн до сих пор носит боль в сердце. И зная ее, Розэ могла предположить, что сестра еще не скоро сможет избавиться от этого горького чувства. Слезы негодования душили девушку.

- Вызывает серьезные возражения, - повторяла Розэ, сжимая кулаки.

О, с каким бы удовольствием обрушила она сейчас свой гнев на де Манобан. А эта мысль была не такой уж и безумной.

- Я знаю, где тебя искать! - процедила Розэ сквозь зубы, полагая, что Лалиса должна была остановиться в лучшем отеле Сноудонии.

Она бросилась к выходу из комнаты, рванула на себя дверь и в следующую секунду налетела на стоящую в дверях Лалису. Резко отскочив от де Манобан, будто та представляла собою нечто невообразимо ужасное, Розэ оказалась у письменного стола в противоположном углу комнаты. Столько яростных слов готовы были слететь с ее губ, что девушка закрыла рот ладонью.

Лалиса вошла в комнату, прикрыв за собою дверь. Она, не отрываясь, смотрела на Розэ.

- Ты куда-то спешишь? - спросила она девушку.

- Уже нет, - выразительно ответила та.

И тут с Лалисой произошли неожиданные изменения. Она отвернулась и нервно заходила по комнате, точь-в-точь как Розэ две минуты назад. Никогда, никогда раньше Розэ не видела Лалису столь неуверенной и...подвижной.

«Почему присутствие де Манобан заставляет меня усомниться в себе до такой степени, что я перестаю доверять собственным органам чувств?» с возмущением подумала Розэ, выпрямляясь. Она полностью вернула себе самообладание. И теперь ждала, когда Лалиса сделает тоже самое.

- Я больше не могу бороться с этим чувством, - горячо произнесла Лалиса, резко остановившись и повернувшись к Розэ. - Я люблю тебя!

- Чт..., - слова застряли у Розэ в горле, и она закашлялась.

Розэ была удивлена настолько, что всерьез опасалась за адекватность собственного восприятия реальности. «Все чудесатее и чудесатее!» пронеслись в голове слова любимой Алисы из сказки Кэрролла. Гнев ее поутих, затмеваемый ошеломленностью.

- Я люблю тебя уже много месяцев! - продолжала Лалиса, опять начав ходить по комнате. - И как бы я не старалась заглушить в себе это чувство, напоминая себе о разнице в положении, убеждая себя в том, что моя семья не одобрит подобный союз, у меня ничего не вышло. Я говорила себе, что такой человек как ты мне не пара, зная при этом, что ни к кому в своей жизни я не испытывала подобных чувств.

Розэ раскрыла рот. Лалиса объяснялась ей в любви, и при этом умудрялась одновременно оскорблять ее. Надежда понять происходящее покинула Розэ, и та, успокаивая себя, присела на стул, ровно взирая на методично наматывающую перед нею круг за кругом де Манобан.

- Встретив вчера Экарта, я узнала, что колледж проводит дружескую встречу с представителями университета Сассекса. Я сразу спросила его о тебе, и вызвалась участвовать. И не могла думать ни о чем другом, кроме как о своем желании увидеть тебя. А сегодня на склоне, я поняла, что не могу тебя потерять. Мысль о том, что с тобой может произойти нечто страшное, была нестерпима.

Розэ все с той же решимостью не воспринимать происходящее серьезно, взирала на Лалису. Она только на секунду задумалась, кто такой Экарт, потом вспомнила, что это староста имперцев. По всей видимости, он был знаком с де Манобан.

- Розэ Мидлтон, я предлагаю тебе руку и сердце. Я прошу тебя стать моей женой! - произнесла, наконец, Лалиса, остановившись напротив Розэ.

Повисшая в комнате тишина подсказала девушке, что уже можно начинать осмысливать происходящее. Ан нет!

- Выбирай, что тебе больше по нраву, Испания, Бельгия, Португалия или Скандинавия, и мы полетим туда завтра же для официального заключения нашего брака, - добавила Лалиса. - Или может быть, Гавайи?

Это было уже чересчур. Де Манобан говорила об этом так, будто бы вопрос был уже решен, и она согласилась. Розэ вскочила со стула, сдерживаясь из всех сил, чтобы не вытолкать незваную гостью взашей.

- Что ты мне ответишь? - спросила та, с непониманием взирая на метавшую взглядом молнии девушку.

- Я отвечу тебе «нет»! - резко ответила Розэ, чувствуя, как к ней возвращается гнев. Мысль о Джейн вновь обожгла ее своей несправедливостью.

- Как нет? - спросила Лалиса, изумленно хлопая глазами.

Но Розэ не отвечала, не считая себя обязанной объясняться.

Лалиса выпрямилась, сцепив руки за спиной, взирая на Розэ сверху вниз. Теперь она была похожа на себя прежнюю. Глаза ее пылали гневом. Щеки горели. Видимо, от стыда.

- Я могу узнать, почему? - спросила она ледяным тоном.

- Потому что, делая свое предложение, ты не обвинила меня только в том, что я, как и ты, женщина! - сказала Розэ.

- Об этом я тоже думала, - мрачно призналась Лалиса.

- Твоя откровенность оскорбительна!

- Было бы лучше, если бы я скрыла от тебя свои сомнения, преподнеся на блюдечке с голубой каемочкой то, что не является правдой?

Розэ замолчала, а потом выпалила:

- Было бы лучше, если бы ты не вмешивалась в жизни других людей, разрушая счастье влюбленных!

- Что? - Лалиса настолько опешила, что отступила на шаг.

- Я говорю о своей сестре и Джереми! Они полюбили друг друга, и если бы не ты, были бы сейчас оба очень счастливы! - воскликнула Розэ, чувствуя, как к горлу подступает ком.

- Джейн любит Джереми? - не веря своим ушам, переспросила Лалиса.

- Всем сердцем!

Лицо де Манобан опять приняло бесстрастное выражение:

- Я сделала то, что посчитала нужным, руководствуясь самыми лучшими побуждениями. Брак Киссингера и Джейн не мог быть благосклонно принят в нашем кругу. И если решаться на такой шаг, то по большой любви. Которой я не увидела со стороны твоей сестры.

- Вы, видимо, прекрасно разбираетесь в людях, мисс де Манобан, если взяли на себя смелость судить о чувствах тех, кого совершенно не знаете! Но на этот раз Вы ошиблись! - отчеканила Розэ, сверля де Манобан взглядом.

- То есть ты отказываешь мне, потому что я предпочла искренность сладкой лжи, не посмотрев даже на то, какой я человек? - спросила Лалиса, уверенная, что этим аргументом она может поколебать позицию Розэ.

- О нет! - тут же с жаром воскликнула та. - Именно представления о Вас, как о человеке, являются главной причиной моего отказа! Я достаточно времени провела в Вашем обществе, чтобы понять, Вы последний человек на земле, с которым я бы хотела связать свою судьбу! В Вас нет ни одного качества, которое бы меня привлекало!

Лалиса была шокирована этими словами. На мгновение она изумленно нахмурила брови, потом же на лицо ее вернулось обычное надменное выражение. Они стояли посреди комнаты, прожигая друг друга взглядами.

- Розэ, мы тебя обыскались! - влетела в комнату Маргарет, с которой они вместе делили номер в отеле. - Пойдем ужинать, - медленно добавила она, с удивлением взирая на двух женщин, замерших неподвижно напротив друг друга.

- Иди без меня, - тихо проговорила Розэ и бросилась прочь из отеля