Глава 19

Дни летели за днями. Моя стажировка в качестве Бегуна была закончена, и Минхо меня выпустил в Лабиринт с Майком, Локком и Эриком. Если с последним можно было хотя бы диалог вести на обеде, то с первыми двумя — мне было до безумия скучно и тяжело. Не знаю, то ли они только со мной не хотели разговаривать, то ли в целом были не слишком общительными. Не могла даже подумать, что буду скучать по забегам с Минхо.

Хотя, почему не могла? Каждый раз, когда я ловила себя на том, что выискиваю Куратора глазами, тут же заставляла себя переводить взгляд на Джорджа или Ньюта. Зацикливать внимание на Минхо было опасно: мои мысли разлетались в разные стороны, и я сразу принималась анализировать его поведение. Но чем реже мы встречались — например, в Картографической, где он стал меньше на меня орать из-за моих карт, а также за завтраком и ужином, — тем реже я возвращалась мыслями к тому костру, когда пришёл Люк.

Я всё никак не могла дочитать свою книгу «Гордость и предубеждение», но мне запретили брать её с собой в Лабиринт, чтобы я читала на обеде, поэтому я уже вторую неделю я не могла закончить её.

— ... я не в силах справиться со своим чувством. Знайте же, что я вами бесконечно очарован и что я вас люблю. Чё-ё? Ты что, романчики почитываешь, Ева? — раздаётся надо мной голос Джорджа, пока я на ужине впилась глазами в книгу, пытаясь одновременно с этим и поесть.

Джордж хохочет, привлекая внимание всех за столом. Я поднимаю взгляд на него, пихнув локтем ему куда-то под рёбра.

— Ну да, — я убираю выпавшие волосы за уши. — А чё мне среди вас, образин, ещё делать? Хочу и романчики свои почитать. Я девушка, если что, мне можно.

Я цокаю, пытаясь вернуться к книге, но Джордж мне даёт этого сделать.

— И что же там? Сопливая любовь? — звонко хрустя огурцом, спрашивает он.

— Нет, — отзываюсь я, выпрямляясь над столом. — Героиня и её любовник сначала друг другу не понравились, а потом он начал в неё влюбляться, а она его всё равно презирала, потому что он плохо отозвался о её семье и вообще подговорил своего друга не жениться на её старшей сестре, — я набираю воздух в лёгкие и продолжаю: — И вот сейчас он признаётся ей в любви, а она его отшивает.

— Капец, — со знанием дела произносит Джордж.

— Но мне кажется, они в итоге будут вместе, — размышляю я вслух. — В этом же и смысл. Он щас придёт, извинится перед ней и даст ей кучу денег.

— Чё это он ей бабок даст?

— Потому что он богач, а её семья — так называемый средний класс. А у них ещё могут отжать дом. И вообще это какой там век? Семнадцатый? У них же все браки были по расчёту. А тут вот будет по любви, но ей повезёт, потому что он ещё и богатый.

Джордж опускает голову на ладонь, повернувшись ко мне корпусом. Отхлебывает чай, добавляя:

— Вот оно как. Эх, девкам только бабки и нужны, — говорит он, а я смеюсь.

— Херею с вас, шанки, — доносится от Минхо, а Ньют прыскает со смеху. — Щас она тут реально книжный клуб захерачит. Будем на ужине сидеть, обсуждать философские вопросы, почему баба с книги влюбилась в мудака с бабками.

Ньют уже не сдерживается и смеётся во весь голос. Когда мы все успокаиваемся, Ньют говорит:

— А мне, кстати, не понравился Повелитель мух.

— Ох, млять, ещё один... — вставляет пять копеек Минхо, выдыхая.

— Почему? — спрашиваю я.

— Да сюжет какой-то херовый. Как вообще куча детей могла попасть на остров? И ни одного взрослого?

Я оборачиваюсь, окидывая взглядом полупустую Кухню и хмыкаю.

— Это другое, — отвечает Ньют. — И концовка стрёмная. С этой охотой, мля...

— Ладно, из тебя потрясающий литературный критик, Ньют, — посмеиваюсь я над ним.

Джордж встаёт из-за стола, собирая свою посуду.

— Ладно, Минхо, берёшь завтра Чайника в Лабиринт?

Минхо кивает, скрестив руки на груди, а я перевожу взгляд с одного на другого. Затем хмурюсь. С Люком у нас не то что дружеских отношений не получилось — здесь вообще дай бог, чтобы он меня не успел взбесить за первые минуты.

Как будто он одновременно пытается произвести на меня впечатление и при этом принизить меня своими словами. То ли он пытается перенять манеру общения у Минхо — тому он, как и многие шанки, тоже чуть ли не в рот не заглядывал. Но если Минхо можно меня пожурить, да постебаться, то Люку, естественно, нет.

— Его? В Лабиринт? — спрашиваю я. — Он же... — стучу пару раз кулаком по деревянному столу.

— Ева и её знаменитая любовь к Чайнику. Нормальный он, только тебе он тут не нравится, — хмыкает Джордж.

Они с Минхо начинают обсуждать Чайника, а я перевожу взгляд на Ньюта — тот всё ещё ходил на костылях, пытался иногда помогать на Кухне, но чаще всего сидел и перерисовывал карты — мои и Стива, — чтобы не быть оторванным от Лабиринта. Я всё надеялась, что его кости срастутся как положено, и он сможет вернуться в Лабиринт. Ньют же такой надежды не имел.

— Надо жить дальше, — произносит Ньют, когда я задержалась с ним в Картографической. — Чё мне теперь, сопли пускать из-за того, что я идиотина? А кто мне их вытирать будет, ты? — ухмыльнулся он, а я лишь покачала головой. — В Копачи пойду, когда нога заживёт. Ну и карты рисовать буду, а то вот с этим мы точно выхода не найдём, — он тряс моими и Стива картами, на что я закатила глаза.

В итоге утром следующего дня я наблюдала, как Минхо даёт напутствие Чайнику, который нервно теребит стропы своего рюкзака. А меня Минхо наконец-то поставил со Стивом. Мальчишка стоял рядом, по-хозяйски закинув руку мне на плечо, пока я стояла со скрещёнными руками.

Стива я воспринимала как младшего брата. Как будто в глубине души было понимала, что я нашла что-то знакомое — такие же тёплые ощущения были, когда я общалась с Роном на кухне, либо с Мэттом и Ру. Младшие ребята здесь были забавными и намного лучше следили за своим языком.

— Вы бежите смежную секцию, — поворачивается к нам Минхо.

— Чё эт? — нагло спрашивает Стив, но Минхо тут же ему даёт звонкий щелбан. — Ладно-ладно. Драться было необязательно.

— Потому что мы с Чайником будем заканчивать круг через вашу секцию, — отвечает Куратор. — Чтобы посмотреть, всё ли нормально с вами.

— Короче, намекает, что мы с тобой самые незрелые, — нагнувшись к Стиву, говорю ему я. Стив тут же активно начинает кивать, и мы прыскаем.

Минхо долго смотрит на нас, прищурившись сильнее, словно размышляя, стоит ли нас вдвоём отправлять. Мы прощаемся с Джорджем и Ньютом и забегаем вслед за Минхо и Чайником.

— И внимательнее, слышите! — кричит нам в напутствие Минхо, поворачивая налево, а мы — направо.

— На что ставишь: Чайник станет Бегуном или нет? — спрашиваю я Стива, когда мы повернули в соседний коридор.

— Да он вроде нормальный шанк, — пожимает плечами Стив. — Думаю, получится чё из него. Чё ты так бесишься из-за него, а?

Я задумываюсь на пару секунд. В какие-то моменты мне начало казаться, что я к нему придираюсь, потому что с самого начала относилась к нему предвзято. Но затем он открывает рот и начинает меня доставать: с ножами, с бегом, с картами — и каждая его фраза сопровождается хмыком и саркастическим комментарием. Словно он одновременно просит помощи, а затем начинает глумиться надо мной.

— Он со всеми вами нормально разговаривает, — отвечаю я, — а со мной как будто в него бес вселяется, и он мне хамит, высмеивает и достаёт. Ты не замечал, что ли?

Стив громко смеётся, запрокинув голову, а затем бросает на меня косой взгляд.

— А весь Глейд ставит ставки, когда ты поймёшь.

Я хмурюсь, повернувшись к пареньку.

— Пойму что?

— Что он к те яйца катит, вот чё, — отвечает Стив, ухмыльнувшись. — Джордж ему сказал, что вообще-то к тебе подкатывать по-серьёзке нельзя. Типа правила, все дела. Но шанки давно прохавали, да и он сам согласился.

— Что? — я слегка сбавляю темп, теряясь. — Кто? Кто вообще в курсе об этом? А я почему не в курсе?

— А ты с нами на кострах не тусуешься, не пьёшь, — отвечает Стив. — Вот и не в курсах. Ну, Джордж в курсе точно, Ньют, пара ребят из Копачей. Картёжники тоже.

Стив продолжает перечислять ребят, которые стабильно почти каждый вечер после ужина задерживаются около костра, перед тем как пойти на боковую.

— А Джордж почему не сказал? — выдыхаю я, чувствуя, что из-за нашего разговора бежать становится чуть труднее.

— Он просто поставил на то, что ты вообще не догадаешься, — хохочет Стив. — Я ни на что не ставил, поэтому говорю те. Можем поделить потом выигрыш. Типа, я поставлю, что ты уже догадалась.

Я смеюсь, а затем мы со Стивом обсуждаем ставки парней и то, что конкретно они поставили. Опять настойка Галли, какие-то шмотки и дополнительный паёк в день в течение недели.

— С чего вообще Чайник решил, что у него что-то выйдет? У меня аж кулаки чешутся, когда я его вижу.

Продолжаю я тему, когда мы остановились на небольшой перерыв на воду и пару орехов, которые нам теперь дают на перекус.

— Ну шанки ж с тобой так общаются. Джордж там, Минхо, — перечисляет Стив, закидывая пару орехов в рот. — Никому пока рожу не начистила. Да и мы ж хрен знает, как там с девками надо общаться. Ты вон чёт с нами смеёшься, а на него бесишься.

Я хохочу, качая головой.

— Я когда ему Глейд показывала, он спросил, не для удовольствия ли я тут.

Стив распахивает глаза, поворачиваясь ко мне.

— Во ушмарок, — хохочет он. — Ну и хер с ним тогда. Пусть образовывается. У меня вон поучится, да.

Стив бодает меня кулаком в плечо, а затем кивает вперёд, и мы срываемся с места, продолжая изучать Лабиринт.

На обеде мы развалились в широком коридоре, упираясь спиной в одну из стен. По дороге я ещё рассказывала, что мне Люк наговорил мне в свой первый день, а затем и в следующие две недели, а Стив хохотал, не прекращая.

— Эти трое ещё в курсе были, а мне не сказали, — сетую я на парней.

— Кто трое? — спрашивает Стив, откусывая сэндвич. — Джордж и Ньют, а третий кто?

— Минхо, — говорю я, пожимая плечами. — Они же как три попугая-неразлучника. Ну и меня туда вписали.

Стив негромко смеётся над сравнением.

— Так он не знает. Шанки не хотели ему говорить.

— Почему? — хмурюсь я, повернувшись к пареньку.

— Да я чё знаю, — чешет он вспотевший лоб, убирая упавшую на лоб чёлку вбок. — Наверное, потому что он собрался готовить Чайника в Бегуны. Ну, ты знаешь, он у нас тут точно за правила и всё такое.

Я выдыхаю, задумываясь над ребятами. Мало того, что там какие-то споры с моим участием, так они ещё и не захотели Минхо в это включать. Люк этот ещё. Ведёт себя как ушмарок последний, а на самом деле вот оно что. Но мы со Стивом договорились, что через пару дней он тоже поставит свою ставку — как раз у него скоро выходной, а потом. А ещё через несколько дней я скажу, что всё знаю, и все шанки проиграют.

Сегодня вечером Минхо объявил нам в Картографической, что Люк теперь тоже будет с нами бегать. Я повернулась к Стиву, закатив глаза, и мы продолжили рисовать наши карты. Минхо раздражённо поцокал и сказав Стиву, чтобы тот надиктовывал карту Ньюту — тот нормально её начертит. Мою работу он принял.

— Я думал, будет хуже, — говорит он мне. — Не делал ставок на вас с малым.

Я хмыкаю, услышав слово «ставки», а затем поднимаю глаза на Минхо.

— Только с Чайником меня не ставь — я ж его просто захерачу в Лабиринте, — Минхо закатывает глаза, кидая взгляд на Люка, который сидел неподалеку, вычёрчивая свою карту. — Хотя...

Минхо хлопает меня по плечу, едва заметно сжимая его пальцами — на долю секунды — и сразу же отходит к Чайнику проверять его работу. Я стараюсь не провожать Куратора взглядом, а лишь опускаю глаза на свою карту.

Но самым неожиданным событием сегодня было то, что около моего гамака меня ждал Галли. Я практически дёргаюсь, увидев его фигуру в темноте. Понятия не имею, сколько он меня тут ждал — даже по недовольному лицу нельзя судить: оно всегда такое, когда он меня видит.

— На, Чай... — произносит Галли. — Девка.

— Капитан Галли, у меня есть имя, и оно короткое, — хмыкаю я, проходя мимо него, а затем быстро поворачиваю голову, наблюдая какую-то вещь у него в руках. — Что это?

— То, что ты просила, балда, — цокает он, отдавая мне какой-то маленький бутылёк с наполовину засунутой в горлышко тряпкой. — Чтобы гриверов поджечь. И вот.

Он отдаёт мне в руку какую-то железяку и что-то смутно похожее на камень. Я пытаюсь рассмотреть вещицу в темноте.

— Это огниво, — объясняет мне Галли, а затем забирает обратно. — Вот, чтобы искру получить.

Он пару раз мне демонстрирует, как оно работает, и вновь отдаёт мне в руку.

— Всё, больше меня не доставай, образина! — он живо разворачивается, стараясь как можно быстрее покинуть мои «покои».

— Только один бутылёк? Серьёзно? — я смотрю на презент и закидываю его в небольшой передний кармашек рядом со стропами рюкзака.

— А ты чё, хотела, чтобы я тебе тут целую партию изготовил? Откуда я столько спирта найду? И так уже пожертвовал из своих запасов. Теперь порцию наливки не захерачу.

— У Медаков?

— Ага. А им, мля, как будто он не нужен? — хмыкает Галли, скрестив руки.

— Нужно больше, — качаю я головой. — Хотя бы каждому Бегуну по бутылке, а лучше две.

— Чёт я не заметил, чтоб ты хоть одного гривера встретила за эти полтора месяца, — он начинает напирать на меня, а я отступаю на пару шагов. — Да и другие шанки тоже. Всё, ты получила, что хотела, отвали от меня!

Он не даёт мне больше вставить и слова, а я хотела напомнить ему, как надрала зад с метанием ножей, но его уже и след простыл. Делаю себе пометку попросить у создателей больше спирта и керосина, но, вероятно, они ничего не пришлют, уже зная, что я собираюсь уничтожать их железные творения.

Но Галли прав — за полтора месяца я даже не слышала, не то что не видела гривера. Насколько вообще редко они появляются днём? Но у нас есть ужаленные ребята, да и Галли один из них. Значит, всё равно есть вероятность их встретить — я не попросту сотрясаю воздух.

Почти через две недели, когда Минхо мне дал выходной, целый день я читала книжку да снова разбирала коморку, рассортировав новые посылки, — а вечером я сидела вместе с ребятами у костра, пока те опускали свои шутки. И тут к нам неожиданно присоединился ещё и Куратор Бегунов. Мы со Стивом переглянулись, и мелкий прочищает горло, спрашивая:

— А где Чайник? Почти каждый вечер с нами сидел, а теперь и не видно.

Стив вертит головой, словно действительно пытается его найти.

— М? — говорит Минхо, прикладываясь к стакану с настойкой. Тот бидон, который я выиграла пару недель назад, всё ещё был у них в ходу. — Он завтра с нашей Бегуньей побежит.

Я тут же поднимаю на него взгляд — моя улыбка пропадает в ту же секунду. Мы, конечно, хотели вывести разговор на Люка, но вот это что такое? Шанки рядом начали посмеиваться и переглядываться.

— Нет, — говорю я. — Только не он. Мало того что он ко мне яйца катит, так я ещё его не перевариваю.

Молчание повисает в воздухе. Один только Стив начинает смеяться и вскакивает с места, хлопая присутствующих шанков по плечам.

— Вот и всё! Тащите всё, что ставили!

— Да ты ей всё рассказал и подстроил! — тут же взрывается Джордж, указывая то на меня пальцем, то на Стива. — Нихера, малой! Это нечестно.

— О чём вы? — успешно делаю вид, словно я действительно не понимаю, о чём речь.

— А действительно, о чём это вы? — спрашивает Минхо, наклоняясь к недовольным шанкам. — Эй? — он привлекает внимание Джорджа, который всё пытался спорить со Стивом.

Все переглядываются между собой, а затем Джордж вздыхает, разводя руками.

— Ставили ставки, когда Ева догадается, что Чайник к ней катит, — посмеивается он, а я выгибаю бровь. — Мы все ставили на то, что она вообще никогда не поймёт, пока он тут на колено перед ней не встанет. А Стив, мля, поставил, что она всё знает.

Минхо переводит взгляд на меня, и я пожимаю плечами.

— А он катит? — спрашивает Минхо у них. — Или этой просто...

— Да, катит-катит, — быстро отвечает Ньют. — Сам нам сказал. Мы ему сказали, что это запрещено. Потом решили поугарать — всё равно Эва бы его к чёрту ножами нашпиговала. А тут ты ещё так в точку их в пару поставил. Хер знает зачем.

— Он уже со всеми бегал, кроме неё, — говорит Минхо, кивая на меня. — И он спросил, когда они уже вместе побегут. Вот засранец.

Все взрываются смехом, только мне всё ещё было не смешно. Как бы я ни хотела помочь Стиву выиграть идиотский спор, я ещё больше не хотела бежать с Люком.

— Ева, скажи, ты не знала? Да? Это мелкий тебе рассказал, — подсаживается ко мне Джордж, обнимая за плечи. — Мля, я такую ставку поставил.

— А вот будешь знать, как на меня ставки делать, мудак, — пихаю его локтем под рёбра. — Сто процентов твоя ещё идея. И вообще, я спать. Завтра тяжёлый день.

Я встаю с бревна, собираясь уйти к себе. Все вокруг замолкают, замечая перемену в моём настроении, но никто не останавливает меня. Я уже оказываюсь около своего гамака, когда ко мне подходит Джордж.

— Блин, Ева, — ноет он, подходя ближе. — Да просто повеселились, ты ж...

— А? — отзываюсь я резко. — Ой, Джордж, забей, мне ещё на вас обижаться. Я не хочу с Чайником бежать завтра, хоть убей. Минхо ещё скажет: завались и делай так, как я тебе сказал, — пародирую я голос своего Куратора.

— Вообще-то он уже махнул тебя местами со Стивом, — хмыкает тут же Джордж. Я быстро поворачиваюсь к нему, удивлённо уставившись. — А ты с Эриком.

— Вот как, — тяну я, задумываясь о причинах, по которым Минхо так сделал. Забоялся, что я Люка в Обрыв спихну, если тот начнёт активно действовать? Или я заранее нашпигую Чайника просто потому, что выбешусь от того, что он откроет рот. — На одну смерть завтра меньше.

Я хихикаю и бросаю Джорджу через плечо:

— Вы уже отдали выигрыш Стиву?

Джордж закатывает глаза и кивает.

— Отлично, — улыбаюсь я. — Потому что я нихрена не знала.

Я громко смеюсь, пока Джордж ругается, подходит ко мне и начинает живо трепать мои волосы. Я отбиваюсь от него.

— Вы засранцы! — восклицает он. — Я так и знал, что вы сговорились. Млять, и не забрать же теперь!

— Это за то, что вы всё это за моей спиной затеяли, понял? Джордж выдыхает, желает мне добрых снов и уходит. А затем напоминает, что завтра приезжает новый Чайник. Как же летит время — прошло уже два месяца. Кто бы мог подумать.

______

По обычаю, мой тгк: mazeaver или по названию: образина