Глава 17

Эсен открыла глаза, не в состоянии сделать вдох. Она задыхалась. Комната была наполнена едким дымом, в дальнем углу выделись языки пламени.Девушка ничего не помнила. Как она вновь оказалась во дворце? В голову смутно приходили воспоминания о том, как они с Валиде вошли в пустой дом, решив в нём переночевать.Послышался стон, от которого Мишель вздрогнула. Она не одна в комнате. Последние силы собрались вместе, разум постепенно приходил к ней. Хасеки приподнялась, но тут же легла обратно. Боль пронзила её голову.Прохрипев, Султанша перевернулась со спины на живот и поползла.– Ханде! – Ахнула Эсен, когда наткнулась на первое тело. – Кэтрин, сестра! – поняв, что девушка не дышит, она поползла дальше. Глаза стали мокрыми. Они слезились от едкого дыма и досады.– сюда – послышался тихий старческий голос совсем близко – сюда...– Махпейкер? – заметив светлые волосы, прошептала Мишель. Добравшись до места, где Султанша лежала, Хасеки поняла, что она, как и Ханде, уже не дышит.– детка... – женщина беспомощно попыталась протянуть руку.– о Аллах, вы тоже живы! – Эсен подползла ближе к Эсин. Она схватила её за руку и попыталась потянуть её в сторону двери – нам надо выбираться.– нет – покачала головой старая Валиде – моё время истекло, оставь меня. Тебе надо жить. – она сняла с пальца кольцо с сапфиром и положила в ладонь Хасеки – позаботься о всех детях моего внука.

°*****°

Холодную воду вылели на Султаншу, отчего та проснулась.– доброе утро – послышался до были знакомый голос, который она уже давно не слышала.В воздухе стоял запах дыма.– Айзада... – прошептала Айжан, проходя в себя после того, как холодная вода словно обожгла её.– да – улыбнулась женщина, появляясь перед глазами – помнишь, ты говорила, что воплощаешь в себе лёд? Лёд тает, когда горит огонь.– помню, – кивнула Валиде, а после приподняла подбородок – но помнишь ли ты, что последовало дальше? Помнишь что я сказала после твоих действий?– ты, похоже, меня не поняла – фыркнула Айзада.– всё что случилось с тобой в этом дворце - последствие твоей первой ошибки – без эмоций проговорила Айжан, не обращая внимания на слова старой Хасеки.– первая ошибка? – женщина приподняла бровь – ты о том, что мне не стоило тебе доверять?– нет. – криво улыбнулась Султанша – та пощёчина, она вернулась к тебе многократно.– об этом тебе надо было говорить десять лет назад – Айзада переменилась в лице – это уже не имеет смысла. Сейчас главное власть, а не любовь – она ближе, почти в плотную подошла к Айжан. – твоя последняя, серебряноволосая дочь, сгорела в огне, как и фаворитки Султана и Валиде. Твой сын, отправившись на твои поиски подписал смертный приговор себе. Он не выйдет из лесу живым. Ты будешь знать это всё, страдать и жалеть, что не умерла вместе с ними. – улыбка стала шире – твоих внуков не тронут, пока у Селима не появляться наследники, потом их удушат на твоих глаза и ты ничего не сможешь сделать.– сколько слов и наслаждения местью – заметила Айжан – и сколько в этих словах пустоты? Мечты, что не сбудутся никогда.– разве? – старая Хасеки слегка наклонила голову вбок – ты чувствуешь запах дыма в воздухе? Лёд тает, когда поблизости горит огонь.– как ты на такое осмеливаешься? – прошипела Валиде.– легко – улыбнулась Айзада, легонько прикасаясь подушечками пальцев ожога на лице. На свету свечей перстень с рубином сверкнул маленькими огоньками. – лёд будет таять, но его слёзы никто не увидет, кроме самого льда и огня, что он разжёг в попытке выиграть войну. – с этими словами она вышла из покоев.

°*****°

Звон металла разносился по округе. Сабли вздымались вверх и опускались. Раненые падали на землю и мучительно ждали своей смерти.Мехмед быстро уворачивался от яростных метаний саблей противника, иногда отвечая на удары. Он хотел ослабить пылкого и разъяренного мужчину, а после нанести решающий удар.Кылыч сражался рядом и сразу с двумя. Он искусно отражал удары сначала первого, а в другой миг уже второго противника.Металл просвистел около самого уха Султана, возвращая его из мимолётных раздумий. Короткие пряди его серебристых волос упали на землю.– нечестивец! – тихо прорычал Мехмед, заканчивая "игру" с противником и начиная атаку.