Глава 17: Тени старых разговоров

Слова Чонина на ночной улице остались без ответа — Хёнджин просто не нашёл, что сказать, и они разъехались по домам в оглушающем, ледяном молчании. Но дома, лёжа на кровати в темноте, Хван не мог уснуть. В его голове, подстёгиваемая чувством вины перед Чонином и странной защитной реакцией по отношению к Феликсу, внезапно всплыла старая деталь. Воспоминание, о котором он забыл, но которое теперь меняло абсолютно всё.

Это было полгода назад, ещё до того, как Феликс перевёлся в «Каннам Арт». Тогда Ликс жил в другом городе, и их отношения с Минхо были на расстоянии.

Хёнджин отчётливо вспомнил тот вечер. Они с Минхо сидели на крыше недостроенного здания за школой, пили дешёвое пиво и смотрели на огни Сеула. Минхо тогда был взвинчен из-за проблем с родителями и постоянных придирок футбольного тренера.

— Задолбало всё, — хмуро бросил тогда Минхо, делая глоток из банки. — Ещё и этот Ликс вечно ноет в сообщениях, соскучился он.

— Так расстанься, если бесит, — лениво отозвался Хёнджин, перебирая струны на гитаре. — В чём проблема? Тебе девок в школе мало? Или парней?

Минхо тогда горько и цинично усмехнулся. В его глазах не было и капли той нежности, которую он сейчас демонстрировал Феликсу на публике.

— Не, расставаться — плохой вариант. Его семья при деньгах, да и сам он... удобный. Верит каждому моему слову, заглядывает в рот. Идеальный вариант на будущее. Нагуляюсь, женюсь на нём или просто съедемся, оставлю его дома с детьми, пускай хозяйством занимается, пока я своей жизнью живу. Любви там давно нет, Хван. Просто привычка и холодный расчёт. Он слишком наивный, им легко управлять.

Тогда, полгода назад, Хёнджину было плевать. Он просто посмеялся над цинизмом друга, потому что не знал Феликса лично. Для него это был просто какой-то абстрактный «веснушчатый мальчик из провинции».

Но сейчас, вспоминая эти слова, Хёнджин почувствовал, как внутри закипает глухая, тяжёлая ярость. Минхо, который строил из себя благородного защитника и устраивал драку в коридоре из-за «пари», на самом деле сам держал Феликса за дурака. Он не любил его. Он просто использовал его чистоту и преданность.

Хёнджин сел на кровати, сжимая кулаки. Лед растаял, игра в пари окончательно сгорела, и теперь Хван понимал: он не просто хочет выиграть спор. Он должен вырвать Феликса из этих рук, даже если ради этого придётся разрушить их многолетнюю дружбу с Минхо и окончательно превратиться в глазах школы в главного злодея.

— —

Продолжение следует...