Глава 2. Воля короля

  ■ Paris Paloma - Labour

Замок  Дэффиторр.Шотландия.

Король не ответил сразу. Он лишь медленно выпрямился, и шум пира начал стихать, словно кто-то невидимый сжал воздух в зале. Лорды переглядывались, кубки опускались на столы, смех угасал.

- Крестоносцы... - повторил Сальдер глухо, будто пробуя слово на вкус. - Сколько?

- Много, отец, - Ингрид наконец перевела дыхание. - Их знамёна видны с холма. Золочёный крест... и белые плащи.

Король сделал знак рукой, и двери зала распахнулись. Вошёл капитан стражи, на плаще его ещё блестели капли холодного дождя.

- Ваше Величество, - поклонился он. - Они у ворот. Во главе - человек, называющий себя Тиберием. Говорит, что прибыл с посланием от Иерусалима.

В зале прокатился тревожный шёпот. Имя Иерусалима здесь звучало как далёкий гром - не сразу, но неизбежно несущий бурю.

- Пусть войдут, - сказал король после короткой паузы. - Но без оружия.

Ингрид почувствовала, как холод, принесённый ею с улицы, всё ещё держит её за плечи. Она вышла из зала и увидела Ислу, стоявшую у колонны. Младшая сестра была бледна, пальцы её судорожно сжимали край плаща.

- Ингрид... - прошептала она. - Это из-за тебя?

Старшая принцесса не ответила. Она и сама ещё не знала ответа, но внутри уже зарождалось тяжёлое, неприятное предчувствие.

Крестоносцы вошли молча. Их было не так много, как ожидали - всего несколько десятков, но шагали они так, словно за их спинами стояла целая армия. Белые плащи с красными крестами были чисты, будто их не коснулись ни грязь дорог, ни шотландская осень.

Во главе шёл Тиберий.

Он был не стар, но и не молод - возраст человека, уже пережившего достаточно, чтобы не бояться последствий своих слов. Его лицо казалось высеченным из камня: узкое, с резкими скулами, тёмные глаза смотрели прямо, не склоняясь ни в поклоне, ни в вызове. На груди - золотой крест, тяжелый, нарочито заметный.

- Король Сальдер КамГаффин, - произнёс он на чистом, ровном языке. - Я прибыл от имени короля Иерусалима, Балдуина Четвёртого.

Король Шотландии стоял неподвижно, опираясь на трон, как на боевой щит.

- Говори, - сказал он. - И выбирай слова.

Тиберий слегка улыбнулся - уголками губ, без тепла.

- Мой король желает мира между нашими землями. Но мир требует уз. Крепких, нерушимых. Таких, как брак.

В зале повисла тишина. Ингрид почувствовала, как взгляды - осторожные, любопытные, жадные - медленно сходятся на ней.

- Принцесса Ингрид, - продолжал Тиберий, повернув голову в её сторону, - должна стать супругой короля Балдуина Четвёртого. Это условие союза.

Исла тихо ахнула. Король Сальдер сделал шаг вперёд.

- Балдуин болен, - холодно сказал он. - И ты это знаешь. Он никогда не ступал на нашу землю и не знает наших законов. Ты предлагаешь мне отдать дочь как залог?

- Я предлагаю вам выбор, - ответил Тиберий спокойно. - Брак... или войну.

Он поднял руку, и один из крестоносцев развернул пергамент с печатями.

- Отказ будет расценён как враждебный акт против Святого престола. В таком случае крестоносные войска получат благословение идти на север. Ваши замки падут. Ваши земли будут «очищены».

Слово прозвучало особенно страшно.

Ингрид не помнила, как сделала шаг вперёд.

- А моё согласие? - спросила она, глядя прямо в глаза Тиберию.

Тот задержал на ней взгляд чуть дольше, чем позволяла вежливость.

- История редко спрашивает согласия у тех, кому суждено стать её частью, принцесса.

Король Сальдер сжал кулаки.

- Ты получишь мой ответ, - сказал он медленно. - Но не сегодня. Убирайся из моего зала.

Тиберий склонил голову - не в поклоне, а в знак завершённого разговора.

- У вас есть время до первого снега, - сказал он. - Потом говорить будут мечи.

Когда двери за крестоносцами закрылись, зал остался наполнен тяжёлым, давящим молчанием. Король посмотрел на Ингрид - впервые не как на наследницу, не как на символ короны, а как на дочь.

Единственное что оставил за собой Тиберий это шелка, золото, драгоценности и украшения — судя по всему дары короля.

Шотландия за стенами замка дала почувствовать себя еще холоднее...