Мы не звери. Это в воспитательных целях

Третий день в этой, как выразилась Лиза, днище. Она искренне не понимала, как можно здесь оставаться в здравом уме. Пробуждение встречало не лазурью небес и свежим дыханием ветра, а удушливой вонью камеры. Решетка на окне. Вместо бабушкиных пирогов, пропитанных ароматом варенья, на завтрак подавали резиновую серую массу, именуемую кашей, и чай без сахара. Лиза, отчаянно нуждавшаяся в сладком, больше не жила, а влачила жалкое существование.Алиса же сейчас на свободе – вдыхает полной грудью воздух, наслаждается изысканными блюдами и не ведает забот. Лиза же словно на собственной шкуре прочувствовала горечь фразы: «Я на твоём месте…».– Лизок, колись давай, что вчера на завтраке было? – Вилка приземлилась рядом на кровать.– Ты о чём? – Лиза вскинула бровь в немом вопросе.– Ну, я не слепая, – отрезала Ви, – ты что, соблазнить их решила?Глаза Лизы распахнулись от изумления.– Чего?! – наконец выдохнула она.– А ты думаешь, я не заметила, как ты себя вела, когда они пришли? Внимания захотелось?– Ви, ты бредишь. Да я плевать на них хотела.– Ну, ладно, поверю на слово, но предупреждаю, – протянула Ви, – у Киры есть Геля, а у Крис – Мишель.Лиза не удивилась. Она и так знала.Лиза отвернулась к стене, чувствуя, как внутри закипает раздражение. Она и так еле сдерживала себя, чтобы не сорваться, а тут еще Вилка со своими подозрениями. Неужели так сложно поверить, что ей просто противно находиться в этом месте и видеть эти лица?– Знаешь, Ви, – проговорила Лиза, не оборачиваясь, – мне совершенно все равно, кто там у кого есть. У меня свои планы.Вилка хмыкнула, но ничего не ответила. Лиза чувствовала на себе ее изучающий взгляд, полный сомнений и недоверия. Она знала, что Вилка никогда не поверит ей до конца. В этом месте вообще мало кто кому верил. Каждый был сам за себя, и любое проявление внимания воспринималось как угроза или попытка манипуляции.Лиза закрыла глаза, стараясь отгородиться от окружающей действительности. Ей нужно было сосредоточиться на главном – на плане, который она вынашивала уже несколько дней. План был рискованный, но это был ее единственный шанс вырваться из этой клетки.В голове отчетливо всплыл образ Алисы, купающейся в роскоши и не подозревающей о том, что творится с ней, Лизой. Ярость волной захлестнула ее. Она обязательно выберется отсюда и заставит Алису заплатить за все. За украденную жизнь, за проклятые слова, за это унижение. И тогда уже Алиса почувствует на себе горечь проклятия.

***Ночь. В камере стало зябко, несмотря на затхлый воздух и спертый запах. Лиза лежала, не смыкая глаз, прокручивая в голове детали плана. Каждая мелочь должна быть учтена, каждый шаг выверен. Ошибка недопустима, она может стоить ей свободы, а может, и жизни.

***– Эй, Лиз, ты вообще вставать планируешь? – донесся сонный голос Леры. – Подъем уже, наверное, час как отгремел.– Не планирую, – буркнула Лиза, отворачиваясь лицом к стене. – А какой смысл? Каждый день – словно отпечаток предыдущего. Подъем, завтрак, швейная мастерская, ужин и отбой. Тоска смертная.– Сегодня хоть какое-то разнообразие, – отозвалась Вилка, энергично заправляя свою койку. – По субботам психолог приезжает. У нас у всех "душеспасительные беседы".– Прямо вся трепещу от восторга, – проворчала Лиза, но все же неохотно поднялась.– Да уж, Розенберг – та еще штучка, – протянула Юля. – Вечно норовит в душу залезть, да еще и прилюдно. Удержаться от греха подальше – целая проблема.– Это ее работа, – вставила Амина. – Поэтому она с нами и возится, чтобы мы, когда на волю выйдем, старых ошибок не повторяли.– То-то я смотрю, ты худеть стала, – без тени эмоций парировала Чикина. – На ошибках учишься?– Ты рот свой прикрой, пока я тебе его не заткнула, – прошипела Амина, сжимая кулаки.– Да-да, лучше помолчу, – усмехнулась Юля. – А то такая махина меня в лепешку превратит.Лиза лишь закатила глаза – детский сад какой-то.– Так, девочки, хорош ссориться, чего вы как малые дети, – фыркнула Лера. – Пошли уже завтракать.И вся эта развеселая компания двинулась в столовую.Там уже все сидели, даже Кристина с Кирой ворковали со своими… подружками. Лиза отметила это про себя и лишь закатила глаза, беря поднос с кашей и чаем.Проходя мимо их стола, Лиза вдруг споткнулась о чью-то подставленную ногу и растянулась во весь рост на полу.– Не ушиблась, Лизок? – ехидно поинтересовалась Мишель. – Какая же ты все-таки растяпа. Смотреть надо, куда прешь.Все вокруг разразились хохотом, а Лиза лишь испепелила ее взглядом и поднялась на ноги.– Лиз, ты сильно ударилась? – обеспокоенно спросила Лера, когда Лиза села за их стол.– Да нет, все нормально.– Держи мою кашу, – предложила Амина, подвинув к ней свою тарелку. – Я все равно ее есть не буду, а ты голодная ходить будешь.– Спасибо, Амин, – с благодарной улыбкой ответила Лиза и принялась за завтрак.Юля, быстро доев свою порцию, встала из-за стола и, проходя мимо того же столика, "случайно" облила девушку горячим чаем, отчего та аж взвизгнула.– Ты что, совсем с ума сошла?! – взревела Мишель, заставив всех обернуться.– Ой, прости, я случайно, – невинно захлопала глазками Юля. – Ну какая же я растяпа!Чикина многозначительно посмотрела на Лизу и криво усмехнулась. Девочки сдержанно улыбнулись, а Лизе вдруг стало тепло на душе.

После завтрака Лиза чувствовала себя гораздо лучше. Поддержка новых знакомых оказалась как нельзя кстати. Она знала, что в этом месте, где каждый сам за себя, ей наверное повезло попасть именно к ним в камеру.В швейной мастерской день тянулся мучительно медленно. Монотонная работа утомляла, а надзирательницы бдительно следили за каждым движением, пресекая любые попытки разговоров. Лиза машинально строчила шов за швом, погрузившись в собственные мысли. Она мечтала о свободе, о доме, о простой человеческой жизни, где не нужно было думать о каждом съеденном куске хлеба и бояться косого взгляда.

***Наконец, прозвучал долгожданный сигнал об окончании рабочего дня. Лиза поспешила в душ, чтобы смыть с себя усталость и ощущение несвободы. Вода приятно обжигала кожу, и на мгновение ей показалось, что она снова дома.После ужина все собрались в актовом зале для встречи с психологом. Розенберг, как всегда, выглядела безупречно: отглаженный костюм, аккуратная прическа, проницательный взгляд. Она начала свою речь с дежурных фраз о важности самоанализа и работы над собой, но Лиза знала, что за этими словами скрывается ее истинная цель – выпытать из них самые сокровенные тайны и использовать их против них же самих. Лиза не доверяла психологам.Она сидела, сжавшись, и старалась не привлекать к себе внимания. Знала, что любой неосторожный жест или слово могут стать поводом для пристального внимания Любови, а этого она сейчас хотела меньше всего. Она просто хотела, чтобы этот день поскорее закончился.Всё бы ничего, если бы Лиза не ощутила на себе буравящий, немигающий взгляд Захаровой, пропитанный неприкрытой неприязнью. Это раздражало до зубовного скрежета.

***После занятий Лиза с Ви уже предвкушали отдых в своей камере, но у самого выхода её перехватила Геля.– Ви, иди, я догоню, – бросила Лиза и обернулась к Новосёловой. – Что-то хотела?– Кира и Крис сказали, чтобы ты к ним зашла, ждут.– Очень надо, сами пусть подойдут, а не гонцов шлют, – фыркнула Лиза.– Меньше слов, больше дела, пошли уже, – нервно огрызнулась Геля и, не дожидаясь ответа, потянула Лизу в их камеру.Едва переступив порог, Лиза ощутила удушливый смрад сигарет и дешёвого алкоголя. Кира и Крис, завидев Андрющенко, отложили карты. Мишель, сидя на кровати, прожигала Лизу взглядом, полным клокочущей ненависти.– Ну что ж, здравствуй… Индиго, – бесцветно процедила Кира, намекая на татуировку, проглядывающую на шее Лизы.– Что вам нужно? – с вызовом в голосе спросила Лиза, приподняв бровь.Дверь захлопнулась, отрезая путь к отступлению. Геля застыла у прохода, словно цепной пёс.– Почему у вас тут помойка? Вас вообще проверяют?– Не-а, – отозвалась Крис. – Охранники к нам и носа не кажут, боятся, как бы чего не вышло.– Испугались вас, как же, – невозмутимо протянула Лиза, облизывая губы.– До нас тут слушок дошёл, – начала Кира, – что ты себя выше других ставишь, наши порядки не уважаешь. Так не пойдёт.– Куда уж мне до вашего величия, – парировала Лиза, и в глазах её не было ни тени страха.– Раз такая языкастая, отвечать за подружку будешь, – поднявшись, прорычала Крис. – За чай, которым Мишель окатили.– Обожглась бедненькая Кулак обрушился на живот, отчего Лиза согнулась пополам.– Не переживай, – ухмыльнулась Кира. – Мы не звери. Это в воспитательных целях.Последовал удар в лицо, и Лиза рухнула на грязный пол.Лиза попыталась подняться, но Крис не дала ей такой возможности, пиная в бок. Боль пронзила всё тело, заставляя задыхаться. Она чувствовала, как кровь течёт из разбитой губы, смешиваясь со слюной и пылью на полу.Мишель торжествовала, наблюдая за происходящим с довольной ухмылкой. Геля стояла у двери, не вмешиваясь, её лицо выражало лишь испуг. Лиза понимала, что помощи ждать неоткуда. Она одна против этой шайки.Собрав последние силы, Лиза перевернулась на спину и, улучив момент, ударила Крис ногой в колено. Та взвыла от боли, лишь подхлестнув ее озверевшую ярость.Она присела рядом с Лизой, начав душить.— На кого ножи точишь, Индиго? — процедила Криc сквозь зубы. — Или жить надоело? - добавила она, кинув Лизу обратно на пол.В ответ Лиза лишь сплюнула кровь, окрасившую ее губы багрянцем.Криc с раздражением харкнула в ее сторону и добавила еще один удар по ноге.— Хватит с нее, — ледяным тоном прервала Медведева. — Убивать не входит в наши планы, к сожалению, — с нарочитым акцентом на последнем слове закончила она.

***Лиза, шатаясь, словно сломанная кукла, добралась до камеры. Увиденное повергло всех в шок. Ви, с нескрываемым ужасом и горечью в глазах, бросилась к ней.— Это Криc с Кирой так с тобой? — прошептала Лера, в голосе которой слышался гнев.Лиза молчала. Ви, бережно перекинув ее руку через плечо, помогла добраться до койки.— За что они так? — Юля, опустившись на колени рядом с Лизой, с тревогой вглядывалась в ее лицо.— За чай… — прошептала Лиза, и голос ее дрожал от боли и слабости. Ей было невыносимо говорить. Она отвернулась к стене и закрыла глаза, ища спасения в темноте.