ПЕПЕЛ

Сначала пришёл запах. Не дыма. Не крови.

​Чего-то чужого - тяжёлого, гнилого и холодного одновременно. Собаки в деревне завыли почти синхронно. Куры шарахнулись в курятники.

​А Элиам, сидевший на крыльце, вдруг почувствовал, как вся земля под Ваго будто сжалась от страха. Потом раздался первый крик.

​Из-за крайних домов вырвалось нечто огромное. Оно было неправильным: слишком много суставов, слишком чёрная кожа, которая двигалась, будто под ней кипела тьма.

​Существо издало низкий, влажный рёв и ударило по ближайшему дому. Стены сложились, как карточный домик.

​После этого начался ад. Элиам помнил всё обрывками. Вот отец выбегает с топором. Нерокс - простой человек, без магии - всё равно бросается вперёд, закрывая собой кого-то из соседей. Существо бьёт его лапой наотмашь. Тело отца пролетает несколько метров и падает так, что больше не двигается.

​Элиам видит его открытые глаза. Они смотрят в небо и уже ничего не отражают.

​- Папа... - голос теряется.

​Кто-то хватает его сзади.

- Мам?

Реона прижимает сына к себе так сильно, что становится больно. Она тащит его к дому, но тот уже горит. Крыша рушится. Они падают.

​- Беги, - шепчет она ему в волосы. - Пожалуйста, беги...

​Но он не бежит. Он держит её. А она вдруг тяжело выдыхает ему в шею.

​Элиам отстраняется и видит тёмный рваный след на её боку. Кровь очень быстро пропитывает платье.

​- Мама?

​Реона пытается улыбнуться. У неё это почти получается.

​- Всё хорошо... - говорит она совсем тихо. - Ты... сильный. Живи, солнышко моё.

​Её пальцы слабеют на его руке, а потом и вовсе отпускают. Элиам кричит. Он не узнаёт собственный голос.

​Он трясёт мать за плечи, прижимается лбом к её груди, умоляет, но она уже не отвечает.

​Вокруг всё горит. Кто-то ещё кричит, но звуки становятся глухими, будто он под водой.

​Сильные руки хватают его и отрывают от тела матери.

​- Вставай! - голос деда хриплый и жёсткий. - Вставай, мальчик!

​Ланех весь в крови. Часть его плаща оборвана, на плече страшная рана, но он всё ещё стоит. Он ставит Элиама позади себя и поднимает руку:

​- Магия ветра - Стена бури!

​Плотный поток воздуха обрушивается на существо, отбрасывая его на несколько шагов. Но тварь почти сразу поднимается и рычит.

​Элиам на земле. Он раскачивается, закрыв уши руками, и повторяет одно и то же:

​- Мама... папа...

​Ланех оборачивается на секунду. В его глазах боль, которую он не успевает скрыть.

​- Элиам. Посмотри на меня.

​Существо бьёт снова. Дед не успевает полностью закрыться - удар приходится в бок. Ланех падает на одно колено, сплёвывая кровь.

​Элиам вдруг слышит его. Сквозь вой в голове, сквозь боль - голос деда:

​- Ты не имеешь права сейчас умирать... слышишь?..

​Что-то щёлкает внутри. Элиам поднимает трясущиеся руки. Перед глазами вспыхивают страницы старого гримуара, которые дед когда-то осторожно показывал ему. Одно заклинание. Очень старое.

​Он ползёт к Ланеху и кладёт окровавленные ладони ему на грудь:

​- Магия природы... Преобразование души жизни.

​Свет, вырывающийся из его рук, кажется почти нежным. Золотисто-зелёным. Тело деда на секунду расслабляется, а потом из груди Ланеха медленно поднимается тусклое сияние и сжимается в маленький тёплый амулет, который падает Элиаму прямо в ладонь.

​Ланех (его голос теперь звучит будто издалека) хрипло шепчет:

​- Живи... доберись до Неора... он... поможет...

​Он собирает последние силы. Воздух вокруг Элиама резко сгущается.

​- Магия ветра - Последний путь.

​Мощный поток подхватывает мальчика, как пёрышко. Элиам ещё успевает увидеть, как существо снова поднимает когтистую лапу над дедом, и как Ваго окончательно тонет в огне и дыму.

​Потом мир становится скоростью, ветром и болью. Когда поток наконец отпускает его, Элиам падает на жёсткую землю где-то далеко от дома.

​В руке он по-прежнему сжимает тёплый амулет. А в груди - огромную, рваную пустоту.

​Он лежит лицом вниз и больше не кричит. Слёзы просто текут сами.