24

Вечер в нашей квартире набирал обороты. Мы все втиснулись на огромный диван — ну, насколько это вообще возможно, когда трое парней ростом под два метра пытаются уместиться рядом. Фил с Эсфи устроились в углу, она уткнулась ему в плечо, а он время от времени шептал ей что-то, отчего она хихикала. Коул развалился сбоку, вытянув ноги так, будто это не гостиная, а его личный стадион, и ворчал:

— Ну какой ужастик? Я после него неделю спать не буду! Давайте комедию. Или мультик.

— Ты в прошлом месяце испугался рекламы йогурта, — фыркнул Джоб, щёлкая пультом. — Так что решаем большинством.

Я сидела между Джобом и подлокотником, старательно делая вид, что мне тут очень удобно, хотя Джоб периодически задевал меня плечом, и от этого внутри всё подпрыгивало.

— Ладно, ладно, — подняла я руки. — Пусть будет ужастик. Но если Коул заорёт — я снимаю с себя всякую ответственность.

Коул метнул в меня подушку. Я поймала её, усмехнулась — и запустила обратно. Он увернулся, подушка врезалась в стену, и тут началось.

Джоб, будто только этого и ждал, схватил вторую подушку и с театральным рёвом налетел на меня:

— Ага! Попалась!

Я взвизгнула, прикрылась пледом, но он уже лупил меня подушкой, а я отбивалась, хохоча так, что чуть не свалилась с дивана.

— Джоб, хватит! — кричала я сквозь смех. — Ты же футболист, а не гладиатор!

— Именно! — рявкнул он, замахиваясь снова. — У меня реакция лучше!

Фил и Эсфи хохотали, Коул подначивал: «Дави её, Джоб, дави!», а я, задыхаясь от смеха, пыталась дать отпор, но силы были явно не равны.

И вдруг Джоб замер. Поймал мою руку, притянул к себе — и одним движением подхватил, закинул на плечо, как будто я ничего не весила. Я взвизгнула уже по-другому — от неожиданности.

Он хлопнул меня по бедру — совсем не обидно, по-дружески, но так уверенно, что у меня дыхание сбилось.

— Всё, — заявил он, тяжело дыша от смеха. — Хватит. Я так делаю каждый раз, когда хочу что-то закончить.

Я закатила глаза, хотя сердце колотилось где-то в горле.

— Ты невозможный, — пропыхтела я.

Он только рассмеялся, опустил меня, но не отпустил — удержал за талию, притянув к себе так близко, что я почувствовала, как он дышит. И вдруг смех стих. В комнате стало тихо, будто даже фильм на секунду замер.

Джоб посмотрел на меня — не как на девчонку, с которой только что дрался подушками, а как на кого-то очень важного. Его пальцы чуть сильнее сжались на моей талии.

— Прости, — тихо сказал он, будто сам не верил, что сейчас сделает то, что сделает. — Но я больше не хочу быть просто тем, кто тебя поддразнивает.

И он поцеловал меня. В губы. Не резко, не напористо, а так, будто проверял — можно ли.

А я... я просто замерла. Потому что это был мой первый поцелуй. И в нём не было ничего от тех неловких сцен, которые я себе представляла. В нём была тишина, и тепло, и Джоб — тот самый Джоб, который утром делал мне кофе, который смеялся над моими шутками и который только что швырял в меня подушками.

Когда он чуть отстранился, я всё ещё не могла найти слов. Просто смотрела на него, чувствуя, как горят щёки.

Он провёл большим пальцем по моей скуле, будто хотел убедиться, что я настоящая.

— Если это слишком... — начал он, но я покачала головой.

— Не слишком, — прошептала я. — Просто... я раньше никогда...

Он сразу всё понял. Его лицо стало мягче, в глазах мелькнуло что-то бережное.

— Тогда я буду осторожен, — тихо пообещал он. — И буду рядом.

Из угла комнаты раздался деликатный кашель. Мы оба обернулись: Фил и Эсфи смотрели на нас, улыбаясь, а Коул прикрыл лицо руками.

— О боже, — простонал он. — Я же говорил, что не надо ужастиков. Теперь мне точно не уснуть.

Эсфи захихикала, Фил пихнул его локтем:

— Радуйся, что ты не в центре внимания.

Я уткнулась лбом Джобу в грудь, пряча улыбку, а он обнял меня, прижимая к себе.

— Ладно, — сказал он, глядя на всех, но будто только для меня. — Ужастик отменяется. Давайте что-нибудь доброе. Что-то, где все остаются вместе.

Мы выбрали старый мультфильм — тот, где герои в конце обязательно находят друг друга. И я сидела, прижавшись к Джобу, чувствуя, как его рука лежит на моём плече, и думала: вот оно, это «вместе». Не на поле, не в заголовках газет, а здесь, в нашей гостиной, среди подушек, смеха и людей, которые стали моей семьёй.

---

Ребчи, оформляйте подписон на мой тик ток, там я буду делать что то типо переписок? Мини фф? вообщем будет крутяк🫰🏿 @veksish