15

Ира битый час шастает по дому, постоянно поглядывая в окна. По какой-то непонятной причине Лиза задерживается на работе. Конечно, подобное происходило и раньше, вот только солнце уже давным-давно село за горизонт, а если у полковника скапливались дела, она всегда предупреждала жену заранее — практичность Лизы просто не позволяла ей забывать о таких важных вещах.Ира нутром ощущает, что что-то не так. Странное чувство тревоги не покидает её, напротив — усиливается с каждой прошедшей минутой. Она даже не может позволить себе расслабиться за чтением новых книг у камина или приготовлением любимого блюда — все мысли вертятся вокруг внезапного исчезновения родного солдата.Ира решает сделать перерыв, заварив себе успокаивающий чай с ромашкой. Но как только её рука касается чайника, раздаётся стук в дверь — громкий и ритмичный, непохожий на сумбурный галдёж Игоря Лазутчикова. На секунду в груди поселяется крохотная надежда на возвращение жены, но затем девушка осознаёт, что это не Лиза — зачем полковнику стучать в собственные двери при наличии ключей? Ко всему прочему, запасная связка лежит прямо под ковриком около входа, и они обе прекрасно помнят об этой тайной лазейке, не раз выручавшей их в сложных ситуациях.Ира отпирает дверь и видит на крыльце незнакомого солдата в синем бушлате; его голова опущена, а пышные усы слегка растрёпаны.— Вы мадам Андрияненко, верно? — уточняет он, не поднимая взгляда голубых глаз.— Воу, странно слышать такое обращение, — удивлённо бормочет шатенка, оглядывая неизвестного гостя. Её лицо вмиг бледнеет, а глаза округляются, когда она замечает багровые пятна на его куртке, смутно напоминающие кровь. Голову молниеносно заполняют страшные мысли и миллионы вопросов. — Ч-что случилось?! Где Лиза?— Прошу прощения, мадам, мой капитан хотел прийти вместо меня, но кому-то нужно было остаться с врачами и доложить обстановку. — Мужчина прочищает горло, не зная, с чего начать. По нему было видно, что он изрядно нервничает. — Меня зовут лейтенант Генри Холлидей, прихожусь коллегой Елизавете. Прежде, чем я всё объясню, знайте одно: ваша супруга жива.— Что это значит? — шокированно вопрошает девушка.— Около часа назад на полковника Андрияненко было совершено нападение членами опасной бандитской группировки. Ей нанесли ножевое ранение в бок, — без запинки отчеканивает солдат.Ира молчит. Она не знает, что ей сказать.Казалось, весь мир, существовавший до этого, рухнул в мгновение ока.— Мы с капитаном находились неподалёку, вовремя услышали крики и нашли её, — неспешно продолжает он. — Насколько мне известно, сейчас Лиза находится в окружном госпитале. Поверьте, мэм, врачи делают всё возможное, чтобы спас…— Сейчас же отведите меня к ней, — решительно проговаривает она, затыкая Генри.***Ира распахивает двери больницы и тут же видит высокого солдата в красной форме, беспокойно расхаживающего около приёмной. Мужчина останавливается и протягивает ей руку, как только они с лейтенантом резво подбегают к нему.— Здравствуйте, мадам Андрияненко. Я капитан Ксавьер Доллс, — представляется он, крепко пожимая ладонь шатенки.Ира учтиво кивает, переводя тему:— Как там Лиза?— Она хорошо держится. Я, Генри и ещё несколько солдат вовремя вмешались и доставили полковника сюда, прежде чем её состояние ухудшилось. Большинство нападавших, включая лидера, — мертвы. На данный момент наш отряд допрашивает выживших, пытаясь во всём разобраться, а мы охраняем госпиталь в случае повторной атаки на вашу супругу, — ровным тоном докладывает Ксавьер.Ира вновь кивает, обессиленно падая на рядом стоящий стул и прикрывая лицо ладонями. Она чувствует себя неимоверно потерянной. Страхи и сомнения, закрадывающиеся в разум, измываются над бедной девушкой, настраивая её на худший исход.Она не может и не хочет представлять свою дальнейшую жизнь без Лизы. Эта прекрасная девушка спасла её, научила отличать жизнь от сурового выживания, противостоять даже самым страшным демонам, но, что важнее всего — она научила её любить.Лиза показала ей мир без страданий, наполнила её сердце тёплыми чувствами и излечила израненную годами душу. Впервые за долгие годы Ира поняла, каково это — ощущать безграничную свободу. И всё благодаря полковнику Елизавете Андрияненко, неожиданно избравшей её в жёны год тому назад…Нет, Ира точно не готова отпускать её.Холлидей осторожно подходит к девушке, опускаясь на одно колено:— Мадам, если хотите, я найду ваших близких, которые могли бы составить вам компанию в трудный час, — предлагает он. — Поверьте, так и свихнуться можно, если проходить через подобное совсем в одиночку. К тому же, никто точно не знает, когда появятся известия от врачей. Что скажите?— Д-да, есть кое-кто, кого я хочу видеть сейчас, — взволнованно лепечет она. — Прошу, позовите мою сестру. Её зовут Татьяна Лазутчикова, она живёт недалеко отсюда.Солдаты молчаливо обмениваются взглядами.— Будьте уверены, я разыщу её, — искренне обещает лейтенант.Капитан Доллс соглашается:— Иди, Генри. Мы будем ждать здесь.***К моменту появления Тани в госпитале Ира совершенно теряет счёт времени.— Малышка, всё будет хорошо, — проговаривает брюнетка, усаживаясь на соседний стул и крепко обнимая рыдающую сестрёнку.— Ты этого не знаешь, — всхлипывает она. — Никто не знает…— Ты права, Ира. Но это не означает, что надо опускать руки, слышишь? Пока Лиза в операционной, ещё не всё потеряно.— Я люблю её, Таня. Боже, как же сильно я люблю её… Если она… Если она умрёт, я понятия не имею, что…— Ш-ш-ш, — успокаивает Лазутчикова, гладя младшую сестру по волосам. — Она не умрёт, малышка. Лиза — крепкий орешек. И мы с тобой обе знаем, насколько крута эта безбашенная мечеголовая солдатка. Она выкарабкается.— Но что, если нет? — дрожащим голосом шепчет Ира.Неизвестность и томительное ожидание буквально убивают её изнутри. Но Таня права как никогда. Надежда на лучшее — единственное, что у них остаётся.***По прошествии нескольких часов свершается невероятное: Ире позволяют войти в палату Лизы.Пройдя через порог, девушка ужасается при виде супруги: её тело обёрнуто в тоненькую больничную сорочку, лицо усыпано мелкими ссадинами, а голова и бок солдата перевязаны бинтами, что всё ещё хранят на себе кровавые следы. Кожа Лизы белая-белая, местами покрыта капельками пота, а в глазах её, обращённых на шатенку, читается усталость, но вместе с тем — упоение и невозмутимость.— Хей, — хриплым шёпотом зовёт полковник, вяло улыбаясь. — Как же я рада видеть тебя, любимая.Ира выходит из состояния оцепенения, в два шага оказываясь около Лизы, и яростно целует её в уста.— Оух, — от неожиданности восклицает полковник.— Прости, — хнычет Ира, даже не подозревая, насколько её голос пропитан отчаянием. — Боже, мне так жаль, так жаль. — Она проводит пальцами по щеке солдата, соединяя их лбы. — Как ты себя чувствуешь?— Да так, немного подрезана.Ира тихо смеётся:— Немного? Ну-ну.Лиза оставляет быстрый поцелуй на носу жены и перемещается на край кровати:— Врачи сказали, что мне жутко повезло. Но всё худшее уже позади. Ты и глазом моргнуть не успеешь, как я пойду на поправку, Ира.С позволения солдата шатенка ложится рядом, эфемерно касаясь пальцами бинтов на её повреждённой стороне:— Надеюсь, всё так и будет.***— Капитан Доллс, мне нужно с вами серьёзно поговорить, — сообщает Таня, переводя взгляд с палаты полковника на мужчину. — Я хочу знать, кто конкретно совершил покушение на Лизу.— Это засекреченная информация «Чёрного жетона», мисс Лазутчикова. Не уверен, что я вправе делиться сведениями такой важности.Таня смеряет его внимательным взглядом:— Я бы не спрашивала, если бы не могла предложить кое-что взамен. Скажем так, у меня есть догадка, кто может быть причастен к делу или даже стоять за всем этим. Но мне не под силу сложить кусочки мозаики воедино без наличия достоверных данных. Прошу, капитан.Ксавьер прислоняется к стене и скрещивает руки на груди, понижая тон голоса:— Они представились некими «Возвращенцами». Их лидера, погибшего в схватке, звали Бобо Дель Рэй. Именно он и набросился на полковника Андрияненко, чуть не лишив её жизни.— Ах ты ж сучий потрох! — озлобленно рыкает Таня. Она зажимает переносицу, качая головой.— Мисс Лазутчикова? Это имя говорит вам о чём-то?— Да. Я точно знаю, почему Лиза была их целью.Доллс выпрямляется, отходя от стены, а Генри, сосредоточенно карауливший палату Лизы, обращает часть внимания на брюнетку.Таня тяжело вздыхает:— Разбойникам и моему отцу как никогда хотелось избавиться от препятствия в виде опытного солдата, здорово подпортившего им жизни. Иоорь планировал отдать замуж мою старшую сестру, Уиллу, своему давнишнему другу по имени Бобо Дель Рэй. — Нахмурившись, она встречает взор капитана. — Теперь мне понятно, чем этот ублюдок намеревался заплатить отцу за право жениться на ней — убийством Лизы.***Проходит несколько недель, и Лизу наконец выписывают из госпиталя с обязательным наставлением побольше отдыхать и принимать необходимые для полного восстановления витамины.— Не торопись. Осторожно, здесь ступенька.Обернув руку вокруг талии полковника, Ира осторожно ведёт её к их дому. Девушки медленно преодолевают крыльцо и прохожую, подбираясь прямиком к самому излюбленному месту в гостиной.— Не стоит так усердно заботиться обо мне, милая, — шепчет Лиза, с осторожностью ложась на диван.— Помолчи. — Шатенка оставляет быстрый поцелуй на лбу солдата. — Разве мы не закрыли эту тему после многочисленных споров?— Закрыли, — признаётся Лиза, прекращая попытки возразить. Она ласково переплетает свои пальцы с пальцами Иры и тянет их на себя, приглашая шатенку расположиться рядом с ней. — Прошло не так много времени, но мне действительно хочется наверстать упущенное и разобраться во всём, — полковник делает паузу, давая супруге последнюю возможность остановить её. — Ира, расскажи, что произошло за время моего отсутствия? Как там твой отец и Уилла?Ира издаёт сухой смешок:— Они сознались в содеянном, представляешь? Они, чёрт побери, оба признали свою вину без всякого отрицания. Отец с гордостью заявил об этом на суде и пересказал историю во всех подробностях, давно считая тебя мёртвой. Отец решил, что после твоей кончины все деньги и богатства мира законным путём перейдут мне, и тут-то он и нарисуется и заберёт всё до единого цента, оставив меня ни с чем.— Детка, без обид, но твой папаша — тот ещё подонок.— А ты не упустишь шанса съязвить, так? — выгибая бровь, усмехается Ира. — Должно быть, действие лекарств ещё не прошло. Мне даже начинает нравиться твоя сварливость.Лиза мягко хихикает:— Что ж, рада, что тебе становится легче.— Видеть тебя живой — вот, отчего мне и вправду становится легче, Лиз.— Ну не знаю, — застенчиво произносит полковник, опуская взгляд.Шатенка прикрывает рот рукой, посмеиваясь с реакции жены:— Прекрати, стесняшка.— Ладно, ладно. Если хочешь, можем пока поговорить о другом.— Мы непременно вернёмся к этому, но позже.— Хорошо. — Лиза расслабленно откидывает голову на подушку. — Эй, могу я узнать ещё кое-что?— Что угодно.— Почему ты до сих пор хранишь то письмо, что я послала тебе, когда была в отъезде?— Ты нашла его? — Щёчки Иры вмиг заливаются краской.— Угу, оно было под нашим матрасом. Я просто не знала, как поднять этот вопрос.— Понимаешь… Это было самое первое письмо, которое я получала. И… И оно было от тебя. Тогда я не совсем осознавала это, но я была бы разбита, приключись с тобой что-то серьёзнее небольшого ранения на рёбрах. Я хранила это письмо на случай, если эти слова были твоими последними, адресованными мне.Лиза подносит руку шатенки к своим губам, оставляя невесомые поцелуи на её костяшках:— Ты ни за что не потеряешь меня.— Да уж, забавно ты это демонстрируешь.Полковник посмеивается, но тут же затихает, жмурясь от боли в боку.Ира проводит пальцами под футболкой Лизы, поглаживая забинтованную рану. И хотя затягивался порез не так быстро, как хотелось бы, солдат отмечает существенные изменения в своём самочувствии. До полного восстановления оставалось всего ничего.— Как там Таня?— Счастлива, в каком-то смысле. Отец и Уилла в тюрьме, а значит теперь она может спокойно жить в доме без постоянных унижений и избиений.— Уверена, в вашей семье многое изменилось с того момента, как Игорь окончательно обезумел. Но я всё равно куплю Тане и Гас новые дома для свежего старта. Они заслуживают иметь места, которые по праву могут называть своими.Ира сглатывает, чувствуя, как к глазам стремительно подступают слёзы:— Ответь мне, Елизавета Андрияненко. Что такого я сделала, чтобы заслужить тебя?— Ох, милая, ты вовсе не заслужила меня. Я делаю всё возможное, чтобы удостоиться чести провести остаток жизни с тобой.Ира поднимается и осторожно седлает бёдра Лизы, позволяя своим проворным рукам интригующе блуждать по рубашке жены:— Хочешь узнать секрет, любовь моя? — спрашивает она.— Что угодно.— Я действительно верю, что у нас всё получится.Лиза одаривает шатенку лучезарной улыбкой, обхватывает её лицо и затягивает жену в нежный, трепетный поцелуй.— Ох, Ирина Андрияненко. Ничего важнее и быть не может…