У дракона три головы

Джон приблизился к камере, где он нашел Демона внутри. Безликий убийца, которого они поместили в камеры, выглядел окровавленным и избитым.

«Он говорит?» - спросил Джон. Демон двинулся к Джону, его руки были покрыты кровью человека.

«Нет, наш друг, по-видимому, совершенно невосприимчив к пыткам. Возможно, нам следует спросить твою сестру, она ведь безликая убийца», - устало предложил Деймон, он уже давно этим занимался.

«Девушка - не одна из нас. Девушка отказалась быть никем», - сказал Якен, и кровь капала с его лица. Деймон бросил на Джона смущенный взгляд, давая понять, что мужчина все это время говорил загадками. Джон повернул Деймона поближе к себе, чтобы тот мог прошептать.

«Арья с Сансой и Браном. Они разговаривают с леди Старк», - прокомментировал Джон, выглядя усталым. Ночь выдалась долгой. Убийца сумел проникнуть в их замок, притворившись одним из незапятнанных стражников, с целью убить Дени или его. Этот момент должен был стать самым безумным событием той ночи, но леди Старк каким-то образом восстала из могилы. Джон все еще был явно потрясен видом женщины.

Она выглядела бледной, как привидение, лицо ее было изрезано когтями выше глаз, голос был резким и хриплым, словно она всю жизнь работала в кузницах, дым которых до краев вырывался из ее легких.

«Я слышал об этом. Что случилось, когда ты ее увидел?» - спросил Деймон, зная только о событиях, предшествовавших явлению леди Кейтилин. Джон ссутулился, признавая поражение и гримасничая про себя.

«Ну, мы долго смотрели в недоумении. Когда шок утих, Санса и Арья подбежали к ней, чтобы обнять, но леди Старк не отреагировала, мы предположили, что она все еще в шоке, увидев своих детей впервые с тех пор, как мы покинули Винтерфелл много лет назад. Она выглядела иначе, она выглядела мертвой», - печально заявил Джон. «Затем Дени предложила отвести ее в наши гостевые покои и оставить детей Старков присматривать за ней».

«А как насчет тебя?» - спросил Деймон, чувствуя, как Джон волнуется из-за всего этого испытания.

«Я не Старк», - заявил Джон. Джону показалось странным, что он снова произнес эту фразу. Теперь он был Таргариеном, и этот стыд быть бастардом был действительно сметён, но теперь это напоминание вернулось. Напоминание о том, что он никогда не сможет быть таким, как его отец, напоминание о том, что Бран, Арья и Санса технически не являются его братьями и сестрами, этим напоминанием была женщина, которая всегда следила за тем, чтобы он знал, что он бастард. Они услышали движение цепей Якена, что было кратким напоминанием Джону о том, для чего он на самом деле пришёл сюда.

«Наверное, мне стоит пойти и проверить Сансу», - тихо сказал Деймон. Джон поднял бровь, глядя на Деймона, на что Деймон улыбнулся почти смущенно.

«Разве мы не верные друзья, а? Я думал, ты сказал, что ты зарезервирован», - заметил Джон, его голос был полон осуждения и легкого веселья. Деймон закатил глаза на Джона, как будто тот вел себя по-детски.

«Я. Верьте или нет, ваша светлость, вы можете дружить с женщиной, не прибегая к любви», - произнес Деймон с мягким акцентом, прежде чем попрощаться с ним. Джон покачал головой, посмеиваясь, а затем обратил свое внимание на мужчину, лежащего на полу и истекающего кровью.

«Неужели человек собирается продолжать свои пытки?» - съязвил Якен. Джон улыбнулся и подошел к Якену, он отстегнул цепи, которые его держали. Якен удивленно посмотрел на Джона. Безликий убийца начал измерять Джона с ног до головы, пытаясь вычислить, сможет ли он убить Джона, разоружив его и сбежав, Джон понял, о чем думает Якен.

«Что бы ты ни думал, я настоятельно рекомендую тебе не пытаться этого делать, потому что это плохо для тебя кончится», - посоветовал Джон понимающим тоном, а Якен улыбнулся и снова опустился на пол.

«Моя сестра сказала, что ты помог ей стать тем человеком, которым она является, если бы она не встретила тебя, она бы не смогла защитить себя. Я должен быть тебе благодарен за это, я полагаю, и я прошу прощения за пытки, но, учитывая твои намерения убить нас по чьему-то приказу, я не чувствую себя таким уж раскаявшимся», - сказал Джон сонным голосом.

«Человеку не был дан приказ убить вас. Человек пытался захватить одного из вас», - заявил Якен.

«Почему?» - спросил Джон. Якен колебался, не пытаясь подорвать свой контракт. «Послушай, Шакал или как там тебя зовут, черт возьми. Я тебе не враг». Якен улыбнулся ответу Джона.

«Мужчина - мой враг. Мужчина и его жена. Мужчина планирует построить новую Валирию. Основатели Безликих людей были рабами Четырнадцати Огней ваших предков. Многоликий Бог помог извергнуть вулкан, который уничтожил валирийское фригольд. Как слуга Многоликого Бога, мужчина не может позволить тебе и твоему потомству восстановить Валирию», - Якен заговорил зловещим голосом. Этот голос нервировал Джона, потому что именно так говорила Арья, когда в ее глазах была жажда крови.

«Я думал, ты сказал, что не пытаешься нас убить?» - спросил Джон. Якен ухмыльнулся внимательности Джона.

«Человеку был дан приказ захватить, но человек может выполнять приказы только от Многоликого бога», - ответил Якен. Джон задумался над своим заявлением. Он повернулся к окну, прежде чем снова взглянуть на Якена.

«Если ты исполняешь приказы своего бога, то почему бы тебе не служить мне?» - спрашивает Джон, его глаза сверкают от волнения. Якен остался в замешательстве, уставившись на Джона.

«Человек верит не в королей, а только в Многоликого Бога», - сказал Якен с категоричностью в голосе.

«Да, но из того, что объяснила мне моя сестра, твой Многоликий Бог - единственный бог, будь он Старый или Новый, для тебя Бог один и тот же», - с энтузиазмом заявил Джон. Якен кивнул в знак согласия.

Джон занял очередь, чтобы продолжить: «Тогда логично, что ты на нашей стороне. Мы верим во всех богов, друг. Мы верим в старых Богов леса, мой брат - трехглазый ворон, зеленовидец. Мои братья и сестры, и я обладаем силой Древних Богов, наша кровь Первых Людей настолько сильна, что мы все связаны с лютоволками. Не может быть совпадением, что Арья нашла тебя. Бог огня Р'глор, Владыка Света, он выбрал мою жену своим защитником, ее кровь течет с огнем, а ее магия самая мощная, которую я когда-либо видел, настолько мощная, что она снова родила драконов в этом мире. Все эти Боги, в которых мы все верим, более верны твоей вере, чем ты», - сказал Джон, надеясь, что каким-то образом убедил Якена.

«Человек отчасти прав», - ответил Якен, - «Но человек забывает, что Многоликий Бог - это также Смерть. Я не вижу смерти, когда вижу вашу империю, человек видит только династию, которая может просуществовать тысячу лет, нет равновесия». Джон резко вздыхает, прежде чем продолжить, на его лице появляется выражение поражения, прежде чем в его голове мелькает идея. Затем Джон развязывает шнурки на своей кожаной рубашке, пока не остается без рубашки, и его грудь полностью не обнажается.

«Есть равновесие. Я отдал за него свою жизнь. Я боролся со смертью, потому что если бы не я, то наступила бы бесконечная ночь. Я знаю смерть и знаю, как ее уравновесить», - сказал Джон, указывая на шрам, которым пронзили его сердце клинком Олли. «Посмотрите на Королевскую Гавань, там было много тех, кто пал от рук Королевы, и я хотел бы думать, что их смерть важна. Я хотел бы думать, что их смерть принесла равновесие». Якен странно смотрит на Джона, пытаясь понять, верит он в него или нет.

«Человеку скажут то, что он хочет знать, если он согласится на две вещи», - предложил Якен. Джон притворился, что у него на лице ошарашенное выражение, то самое, которое он использовал, чтобы казаться менее резким, чем он есть на самом деле.

«Назовите свои условия», - сухо отвечает Джон.

«Мужчина освобождается из этой клетки и не причинит вреда семье мужчины, и когда мужчина и его невеста решат сжечь Браавос, храм многоликих богов будет пощажен. Сестра мужчины знает это место».

«Согласен», - отвечает Джон. «Теперь расскажи мне все, что ты знаешь».

Джон сидел в своих покоях с чашей вина, переваривая новости, которые только что сообщил ему Якен. Его чувства были в беспорядке, но умная часть его разума знала, что нужно сделать и что необходимо. Он слышал какие-то возни снаружи, но он не был в настроении противостоять им, он просто хотел лечь и отдохнуть.

Джорган, один из Одичалых из Клана Ледяной Реки, вошел внутрь. После переполоха, который устроил Якен, некоторые Одичалые сочли своей привилегией прийти и защитить Короля и Королеву. Одичалые стали чрезвычайно преданы Джону после того, как он помог им сражаться.

«Король Кроу, лидер безупречных, желает поговорить с тобой», - сердито заявил Джорган. Джон повернулся к нему, прежде чем кивнуть, чтобы впустить Грейворма. Джорган поманил его, чтобы он вошел, Грейворм обменялся с Джорганом презрительным взглядом, эти двое явно были в разногласии. Джон это заметил.

«Что происходит?» - спросил Джон.

«Незапятнанный человек спрашивал, почему одичалые стоят у дверей замка, хотя один человек нарушил их ряды, и вас двоих чуть не убили», - с отвращением заявил Джорган, в нем росла злость.

«Незапятнанные защищают свою королеву. Незапятнанные продолжат свой долг. Вольные могут охранять снаружи», - еще более резко ответил Грейворм. Джорган стоял прямо перед лицом Грейворма.

«Да, ты защищаешь свою королеву, но как насчет короля, ты, бестолковый ублюдок...» - заявил он, но Джон тут же его оборвал.

«ХВАТИТ, ЙОРГАН! Мы все на взводе и все устали. Незапятнанные вернутся на свой пост, охраняя королеву. А теперь иди и прими ванну, я чувствую запах козла отсюда», - пренебрежительно сказал Джон. Йорган улыбнулся, прежде чем бросить на Грейворма суровый взгляд и уйти. Затем Грейворм подошел к Джону.

«Я хотел извиниться», - сказал Грейворм с сильным валирийским акцентом.

«Не за что извиняться перед Greyworm. Никто бы его не заметил, нам повезло», - ответил Джон рассеянным голосом, он никогда не разговаривает с незапятнанными людьми.

«Королева сказала, что ты не хочешь, чтобы я был Мастером Войны», - заявил Грейворм. Джон повернулся, чтобы посмотреть на него, и увидел в его глазах легкую уязвимость.

«У меня были сомнения, но я доверяю Дени, а она доверяет тебе, так что вот мы здесь», - сказал Джон, отпивая вино. Грейворм взглянул на Джона, прежде чем кивнуть головой, простой человек, который не обременял себя множеством эмоций, что Джон немного оценил.

«Ты мне доверяешь?» - спросил его Грейворм.

«Я чувствую к тебе то же, что и ты ко мне. Это всегда будет моим ответом на этот вопрос», - ответил Джон, прежде чем слегка улыбнуться. Грейворм снова кивнул, прежде чем уйти. Когда он уходил, Джон окликнул его.

'Torgo Nudho Pār ilon pāsagon each tolie, nyke jorrāelagon ao naejot gaomagon mirros syt nyke yn nyke jorrāelagon ao naejot gaomagon ziry quiet', сказал Джон, медленно выговаривая каждое слово, как ребенок, который учится говорить на валирийском. Грейворм улыбнулся его попытке, а затем удивленно взглянул на Джона, задаваясь вопросом, как он выучил все эти слова. 'Daenerys' сказал Джон, надеясь, что это подскажет ему, кто его учитель. Грейворм снова кивнул.

«Что тебе нужно?» - спросил Грейворм.

«Найди сира Давоса и Джендри и запри их в камере. Смотри, чтобы тебя никто не увидел», - тихо отвечает Джон.

'Aōha dārōñe' сказал Грейворм, прежде чем кивнуть и уйти. Джон мог только кивнуть в ответ, чувствуя себя немного странно, это был первый раз, когда Грейворм признал его своей милостью. Возможно, есть надежда на мир в конце концов

Вскоре после того, как Дени вошла в их покои, он услышал, как Арианна на заднем плане желает им спокойной ночи пьяным голосом. Дени подошла к Джону, сидевшему за столом, и слегка улыбнулась ему, выглядя такой же измученной, как и он. Теперь ее живот был виден людям, она больше не могла скрывать свою беременность. Она подарила ему мокрый поцелуй, на который Джон ухмыльнулся в ответ в знак признательности.

«Все так плохо, да?» - сказала Дени, раздеваясь и ложась в постель. Джон наморщил переносицу, показывая, что он напряжен.

«Откуда ты знаешь?» - заметил Джон. Дени бросила на него лукавый взгляд.

«Ты пьешь вино. Вот как я могу это определить», - тихо говорит она.

«Мы обсудим это утром. А сейчас давайте немного поспим. Через несколько часов рассветет», - сказал он, не готовый к тому, что им нужно было обсудить. Дэни кивнула, прежде чем протянуть ему руку. Затем она направилась к кровати.

В тот момент, когда он упал в постель, его охватил сон, и он начал видеть сны.

Восьмилетний Джон стоял в залах изначального тронного зала, до того, как Дени и он превратили его в пепел. Королевская гвардия Таргариенов выстроилась по всему тронному залу. Когда он вошел, он увидел старый Железный трон, до того, как Дрогон сжег его по приказу Дени. На троне сидел красивый мужчина с серебристыми волосами, у него были фиолетовые глаза, как у Дени.

Вокруг него играли трое детей. Один из них был мальчиком с серебристыми волосами и карамельной кожей.

Остальные двое были девочками, у одной была карамельная кожа, но фиолетовые глаза, как у человека, сидевшего на троне, девочка, о которой идет речь, играла с черной кошкой, у нее были темно-черные волосы, как у Джона. Другая девочка выглядела точь-в-точь как человек, сидевший на железном троне, Джону не потребовалось много времени, чтобы понять, что третий ребенок - Дени. Ее движения и ее праведная надутость выдавали это. Трое детей спорили о чем-то расстраивающем, а человек на троне продолжал смеяться.

«Дейенерис, ты не можешь забрать куклу. Балерион все еще играл с ней», - сказала темноволосая девушка, указывая на черную кошку. Дени рассмеялась над девочкой, отказавшейся отдать куклу.

«Эта кукла моя, Рейнис. Ты была настолько глупа, что потеряла свою, я не позволю тебе сломать эту», - очаровательно сказала Дени. Джон ухмыльнулся, понимая, что даже в детстве Дени будет иметь самодовольную позу по отношению к ней. Рейнис, девушка, которая спорила с Дени, начала плакать. Затем Джон понял, что смотрит на свою давно потерянную сестру. Другой мальчик с серебристыми волосами подошел к Рейнис, чтобы утешить ее, мальчик, о котором идет речь, должно быть, Эйгон.

«Отец, пожалуйста, скажи ей, чтобы она отдала мне куклу», - закричала Рейнис. «Балериону нужен наездник, и моя кукла будет ездить на нем», - умоляющим голосом сказала она, пытаясь манипулировать отцом. Человек на троне, Рейегар, как понял Джон, начал смеяться вместе со своей королевской гвардией.

«Дэни, моя дорогая сестренка. Не будешь ли ты так любезна одолжить Рейенис свою куклу? Пожалуйста, для меня?» - спросил Рейегар сладким голосом. Дени обдумывала то, о чем просил отец Джона, она, казалось, была готова смягчиться, но черный кот Балерион внезапно двинулся и побежал в ярости, что сделало ее еще более решительной в своей позиции.

«Я не отдам его ее брату. Ей нравится ломать моих кукол и бежать к тебе. Ты король, внуши ей немного здравого смысла», - упрямо сказала Дени, крепко держа куклу обеими руками. Затем комната разразилась смехом из-за того, что две принцессы Таргариенов не согласились друг с другом.

Джон внезапно почувствовал на себе чью-то руку. Он обернулся и посмотрел на женщину с темными волосами и темно-карими глазами, ее волосы были завязаны сзади, а на бедре у нее висел меч.

«Арья?» - спросил Джон в замешательстве, пытаясь понять, кто эта женщина. Женщина улыбнулась ему, прежде чем наклониться и схватить его за щеки.

«Вижу, твой отец рассказал тебе хорошие новости о твоей новорожденной кузине. Твой дядя Эддард сказал мне, что у нее карие глаза, как у тебя», - сказала женщина, нежно поцеловав его. Джон, должно быть, посмотрел на нее с недоумением, потому что леди озадаченно уставилась на него.

«Дорогая, что случилось?» - спросила женщина. Прежде чем Джон успел ответить, к ним подошел рыцарь.

«Королева Лианна, принц Джейхейрис», - приветствовал их рыцарь. Джон был потрясен, глядя на свою мать.

«Сир Артур», - поприветствовала его Лианна.

«Мы готовы к обучению, дорогой мальчик?» - спросил сир Артур Дейн, прежде чем взъерошить волосы Джона. Джон все еще имел озадаченное лицо, пытаясь собрать все воедино. Лианна нежно держала его, глядя на него с материнской заботой.

«Возможно, мы пропустим его тренировку сегодня. Он более задумчив, чем обычно. Тренируйся со мной, дорогой сэр», - предложила Лианна. Рыцарь улыбнулся Лианне, прежде чем протянуть руку. Лианна наклонилась и поцеловала Джона в лоб, а затем вышла вместе с рыцарем. Джон завороженно наблюдал за ними, прежде чем услышал крик.

'ДЖЕЙХЕЙРИС' Дэни и Рейнис закричали от радости, прежде чем подбежать к нему. Они подошли к нему, оба улыбаясь от уха до уха. Дэни обняла его.

«Давай сегодня поплаваем в озере, Джейхейрис», - сказала Рейнис оптимистичным голосом, ей было не больше десяти и одного года. Джон не мог не улыбнуться оптимизму девушки.

«Хорошо, мы сделаем это», - сказал Джон северным голосом, улыбаясь Рейнис. Рейнис бросила на него проницательный взгляд, как будто Джон сказал что-то странное.

«Ты звучишь странно. Ты говоришь как королева Лианна», - Рейнис указывает на северный акцент Джона.

«Не будь грубой, Рейенис, оставь его в покое», - защищаясь, сказала Дени. Рейенис закатила глаза на маленькую Дени.

«Почему ты всегда его защищаешь?» - спрашивает Рейнис, кажется, раздраженная. Дени покачала головой в знак несогласия, держась за куклу.

«Почему ты всегда ведешь себя как дурачок?» - резко ответила маленькая Дэни.

«Я знаю, почему ты так его защищаешь, потому что вы двое хотите быть как Папа и Королева Лианна», - насмешливо сказала Рейнис, хихикая, и начала строить рожицы для поцелуев в сторону Дени. Дени начала краснеть, ее щеки стали более темного оттенка розового. Зрелище было бы очаровательным, если бы не было уморительным. Редко можно увидеть, как краснеет сильная Королева Драконов, даже если это ее более молодая версия.

«Фу, нет, не знаю. Он мой друг, а ты тупица», - ответила Дени фальшивым тоном. Джон не мог не рассмеяться, пока они продолжали препираться.

Он почувствовал, как тень приближается к нему. Он повернулся и увидел, что его отец держит Эйгона за руку. Рейегар улыбнулся ему, прежде чем отпустить руку Эйгона.

«В идеальном мире это была бы твоя жизнь», - сказал Рейегар, приседая и глядя на Джона. «Но жизнь сложилась не так. Вам с Дени пришлось пойти по ужасному пути. Дени пришлось стать настоящим драконом и завоевать мир, а тебе пришлось взять имя брата и сделать то, что я не смог сделать, возглавив борьбу с долгой ночью». Рейегар обратил свое внимание на Рейенис. «Вы двое сильны вместе, но для того, чтобы восстановить Валирию, у дракона должно быть три головы. Самозванец, маскирующийся под моего мертвого сына, потерпит неудачу со своей ложью, но не наказывай Рейенис, потому что она не знает, что он Черное Пламя, твоя сестра нуждается в тебе сейчас больше, чем когда-либо, три головы должны быть полными». Рейенис и Дени начали хихикать, играя с Балерионом. Рейегар улыбнулся, прежде чем снова посмотреть на Джона.

«Я надеюсь, что мои внуки получат это», - сказал он, прежде чем поцеловать Джона. «Если ты когда-нибудь почувствуешь себя потерянным, посмотри в глаза Рейегаля, и ты поймешь, что я буду с тобой».

И с этим сон рассеялся.

На следующее утро

Джон проснулся с этим чувством беспокойства. Он едва спал, зная, с какими проблемами ему предстоит столкнуться в течение дня. Дени уже проснулась, она купалась в большом бассейне в другой стороне их комнаты. Джон решил снять нижнюю рубашку и присоединиться к ней.

Он вошел в воду и тут же пожалел об этом из-за нечеловеческих температур кипения. Он издал смущающий визг, как кабан перед тем, как его зарежут, Дени хихикнула над его реакцией, найдя его неуклюжесть несколько забавной. Закончив купаться, они оделись и сели на стол, накрытый в их комнате. Джон налил себе вина, а Дени начала есть фруктовое ассорти, которое было накрыто для нее ее служанками. Она терпеливо ждала, когда он начнет.

«Мой брат жив», - сказал Джон после того, как прошла минута молчания. Дени уставилась на него в замешательстве, пытаясь понять, что он имел в виду.

«Робб Старк жив?» - спросила она, учитывая внезапное появление леди Старк, к такому выводу она могла легко прийти.

«Нет, не мой брат Старк», - сказал Джон, избегая встречаться с ней взглядом.

«Значит, брат из ночного дозора?» - спросила она. «Джон, перестань быть зловещим и скажи мне, что происходит. Ты допрашивал Якена, пытаясь выяснить, кто работает против нас».

«Я сделал это, и это мой сводный брат Эйгон. Он жив, Рейенис тоже жива», - сказал Джон, наконец взглянув ей в глаза, на лице Дени отразилось потрясение, призывая Джона продолжить. «Когда Тайвин разграбил Королевскую Гавань и убил детей Рейегара... детей моего отца... моего брата и сестру. Варис умудрился подменить младенцев. Он тайно вывез ребенка и вырастил его с Иллирио». Упоминание Иллирио заставило Дени содрогнуться от отвращения. «Они выросли на другом конце света, где их вырастил и защитил Джон Коннингтон. Варис хотел, чтобы Эйгон занял трон дома Таргариенов, но он хотел, чтобы ты разобрался со всеми врагами в Вестеросе, и когда ты закончишь, Эйгон придет и будет править всеми нами. На его стороне Железный банк, триста тысяч человек. У него пять гигантских орлов, каждый почти такой же большой, как большие повозки, Якен назвал их Грифонами. Он использует красную жрицу, чтобы блокировать любого, у кого есть зрение, поэтому Бран не может видеть его или железный банк. Хуже всего то, что он знал наши секреты, потому что Джендри был его шпионом, поэтому Якен смог так легко войти в город. Джон посмотрел на нее, но Дени все еще глотала всю информацию, которую Джон только что ей выложил. Ее глаза стали уязвимыми, прежде чем они обратились к ужасающему спокойствию, которое означало опасность.

«И ты в это веришь?» - недоверчиво спросила Дени.

«Я считаю, что Варис вывез ребенка. Одного ребенка в единственном числе», - ответил Джон.

«Рейнис?» - переспросила Дени, хотя и знала, что он имел в виду именно это.

«Да», - ответил Джон.

«Ну, похоже, у нас есть только один выход», - сказала Дени смертельным шепотом, не отрывая глаз от Джона. На лице Джона отразился ужас, он прекрасно понимал, что она имела в виду. Если они нападут на самозванца, то его давно потерянная сестра может попасть под перекрестный огонь.

«Прости его», - устало сказал Джон.

«Я не могу», - грустно ответила Дени.

«Ты можешь простить их обоих. Заставь их увидеть, что они совершают ошибку. Мы можем убедить Эйгона присоединиться к нам, Рейенис может быть со своей семьей, своей настоящей семьей. Мы можем следить за Джендри. Мы можем простить их всех, заставить их понять», - сказал Джон, неловко пожимая плечами, Дени обдумывала то, что он говорит, но в глубине души она не обращала на него никакого внимания. «Пожалуйста, Дени», - умолял он, как будто он был маленьким мальчиком, Дени смягчилась при виде его, почти до слез.

«Мы не можем прятаться за маленькими милостями. Мир, который нужен нашему ребенку, не будет построен людьми, преданными тому миру, который у нас есть», - вздохнула Дени.

«Да, но мир, который нужен нашему ребенку, - это мир милосердия, он должен быть таким», - твердо ответил Джон. Дени подошла к нему, положив руку ему на плечо.

«И так и будет. Я знаю, что ты не хочешь этого делать, потому что считаешь его своим братом, но это не так. Участие Вариса и Иллирио подтверждает это. Мы последние Таргариены, Джон, ты, я и наши близнецы. Мне приснился сон, в котором я видела, как Эйгон погибает от руки гор. Кем бы ни выдавал себя этот человек, мы убьем его и покончим с ним, прежде чем он покончит с нами. Он почти это сделал», - решительно сказала Дени, она держала свой беременный живот, чтобы подчеркнуть свою точку зрения, это было то, что она делала, когда Джон не соглашался с ней. Джон молча кивнул, все еще чувствуя себя неуверенным.

«Что касается моей племянницы, мы предоставим ей выбор. Если она откажется, то мы ничего больше сделать не можем. Я уже дала двум твоим сестрам шанс на успех, и это привело к тому, что Варис попытался отравить меня и моих близнецов. Варис помогал воспитывать Рейнис, что, если она разделяет со мной ту же привязанность, что и Варис?» - холодно заявила Дени. Джон знал, что она права, но сон, в котором отец велел ему защищать Рейнис, звенел у него в голове.

«А как же Джендри?» - тихо спросил Джон.

«Нам нужно сделать то, что необходимо», - твердо ответила Дени, показывая свою королевскую персону. Джон понял, что она имела в виду.

«А что необходимо?» - раздался голос Арьи позади них двоих. Джон и Дени в шоке повернулись к Арье, не зная, что она тихонько пробралась, пока они спорили.

«Что ты здесь делаешь?» - спросил Джон, явно не одобряя того, что Арья подкралась к ним и застала их обоих врасплох в их личных покоях.

«Моя мать хочет поговорить с тобой», - ответила она Джону, прежде чем снова прищуриться и посмотреть на Дени. «Что ты имел в виду, когда сказал, что сделаешь все необходимое в отношении Джендри?»

Джон начал объяснять, что Джендри шпионил за ними месяцами. Он упомянул, что Джендри делал это, чтобы вернуть свою мать. Когда он упомянул Алиссу, Дени сверкнула глазами, узнав имя. Он объяснил, что его давно потерянные братья и сестры все еще живы. Он подчеркнул, что Эйгон был притворщиком, но Рейнис была его настоящей кровью

«Твои брат и сестра все еще живы», - ахнула Арья.

«Его сестра - да. Его брат - нет», - быстро возразила Дени.

«Как ты можешь быть уверен?» - спросила Арья, приподняв бровь. Дени с абсолютной уверенностью сложила руки в ладонях.

«Потому что я знаю Иллрио и знаю Вариса. Мне снились сны обо всех детях моего брата. Я видела детей Рейегара в своих снах, я видела, как Эйгон был раздавлен рукой горы о стену. Я видела, как Рейенис утащил Джон Коннингтон. Я видела зимнюю розу, означающую рождение Джона, и когда он умер, я почувствовала это, я услышала его волчий вой и почувствовала себя одинокой. Мои сны не лгут, Арья», - сказала она без тени эмоций. Джон был потрясен этим откровением, никогда не зная этой стороны истории ее видений.

«А как же Джендри? Он просто пытался вернуть свою мать», - резко ответила Арья.

«Мы сделаем то, что необходимо», - наконец говорит Джон, не желая, чтобы его жена оправдывалась.

«И необходимо убить своего друга. Того, кто предан тебе, того, кто рисковал своей жизнью, чтобы пойти с тобой за стену», - кричит Арья, и ее голос становится все более и более гневным. У Дени в глазах горел огонь, но Джон протянул руку.

«Ты говоришь о преданности. Его отец убил моего отца из ревности, оставив меня на костыли жестокости твоей матери. Оставив мою жену на милость ее другого брата. Даже несмотря на все это, она смотрела сквозь пальцы и узаконивала его, он отплатил ей за милость предательством», - отвечает Джон тихим голосом.

«Он искал свою мать, а когда нашел, ее увезли. У него не было выбора, Джон», - попыталась оправдаться Арья. Джон покачал головой в знак несогласия.

«У него был выбор. Он мог прийти к нам и попросить о помощи, но он этого не сделал», - повторил Джон.

«Потому что он испугался. Если бы все было наоборот и они забрали нашу тетю Лианну, ты бы так себя вела?» - спросила Арья, пытаясь сдержать слезы.

«Две недели назад ты предложил мне убить Грейворма, потому что считал его обузой. Теперь, когда мы столкнулись с настоящей изменой, ты хочешь, чтобы мы проявили к нему милосердие», - отвечает Дени, зная, что поймала ее на месте. Арья перевела взгляд на Джона.

«Джон, я люблю его», - говорит Арья, плача. Затем Джон смотрит на Дени, которая смотрит на Арью с сочувствием, ее ярость медленно угасает. «Я люблю его так же, как ты любишь ее. Я люблю его уже давно. Пусть он докажет свою преданность еще раз. Дай ему тот же шанс, который ты хотел, чтобы я дала твоей королеве. Он хороший человек, ты знаешь, что он хороший». Видеть, как Арья плачет, было всем, что мог вынести Джон, он автоматически хотел сказать «да», но именно это Дени не понравилось; его сестры играли на его сочувствии. Он посмотрел на свою жену, ища намек на одобрение. Ее глаза смягчились, прежде чем она начала говорить.

«Джендри и сир Давос будут немедленно освобождены из своих камер», - сказала Дени. Арья бросилась к ней и обняла.

«Спасибо, Дейенерис», - сказала она тихим голосом.

«Не благодари меня пока, Арья. Ты сказала, что хочешь, чтобы я дала ему шанс, и я дам ему шанс, он пойдет к Гриффу, и тот даст ему ложную информацию. Мы поняли?» - спросила Дени.

«Я понимаю», - сказала Арья, направляясь к двери, но прежде чем она ушла. Джон жестом остановил ее.

«Ты сказала, что леди Старк хочет поговорить со мной? Ты знаешь, чего она хочет?» - спросил Джон Арью.

«Она хочет, чтобы ты убил ее, и, честно говоря, я чувствую, что это может быть к лучшему», - заявила Арья, закрывая дверь. Он обменялся нервным взглядом с Дени, садясь.

Путешествие в Королевскую Гавань

Грифф вошел в комнату. Он увидел, как лорд Джон и Рейнис смотрят на карту, обдумывая наилучший способ использования своих сил.

«Если они решат использовать своих драконов, ты заберешься на Грифона, и мы улетим. У людей есть приказ рассеяться и встретиться в Хорнхилле», - сказала Рейнис командным голосом. Она была в нагрудной броне, а ее волосы были связаны в простой узел. Она поморщилась, глядя на карту, прежде чем ее лицо приняло естественное состояние задумчивости.

«Так Тарли станет союзником?» - спросил Коннингтон.

«Он это сделает. Его отношения с нашим братом нарушены», - ответила Рейнис твердым голосом. Грифф продолжил давать знать о своем присутствии.

«Ваша светлость», - поклонился Коннингтон. Рейнис раздраженно уставилась на Гриффа.

«Если бы вы оставили нас, лорд Коннингтон», - спросил Грифф. Джон кивнул, прежде чем выйти из комнаты.

«Я слышала, что ваш безликий убийца был схвачен?» - спросила она, и ее голос был скован отвращением. У Гриффа был стыдливый вид, она отговаривала от этой тактики. По ее мнению, переговоры были лучшим способом продвижения вперед

«Он был», - ответил Грифф.

«Теперь они знают, что мы идем, и когда мы будем вести с ними переговоры, они будут настроены крайне враждебно, да?» - спросила Рейнис, посмотрев на него. Грифф опустил взгляд.

«Да, они это делают, но это не имеет значения. Мы проведем с ними переговоры, и я получу свой трон», - ответил Грифф.

«А ты уверен, что трон твой?» - с любопытством спросила Рейнис.

«Да. Я наследник отца. Не ты, не наша тетя и не мальчишка Старк», - проговорил Грифф, его голос перешел в рычание.

«Технически ты - бастард Отца. Если верить письму, которое послал Варис», - сухо ответила Рейнис.

«Это письмо полно лжи», - сказал Грифф, его голос был полон неуверенности. Рейнис подняла бровь.

«Зачем ему лгать? Джон Сноу - наездник на драконе, обладающий собственной магией, он, очевидно, наш родственник. Письмо написал Варис. Это был его почерк», - задала вопрос Рейенис.

«Да, это был почерк, но его могли заставить. Наша тетя убила его, а Джон Сноу был свидетелем, что вы об этом думаете? И еще: «Если я бастард, то и вы тоже», - злобно ответил Грифф.

«Следи за своим тоном, Грифф. Я на твоей стороне», - предупредила его Рейнис.

«Тогда почему ты выглядишь расстроенным?» - спросил Грифф.

«Когда Варис бросил нас. Я отвоевал для вас ваши армии. Я сплотил Железный банк. Я отплыл в Валирию и привез вам грифонов, которыми я управляю, я позволил вам разделить эту силу. Я сделал это, потому что люблю вас. Все, о чем я просил взамен, это чтобы вы действовали осторожно. Но вы проигнорировали меня, и теперь у нас в руках может быть война. Война, которую мы проиграем из-за вашей глупости», - заметила Рейнис.

«Мне не следовало посылать безликого убийцу. Обещаю, я больше тебя не подведу. Можешь ли ты меня простить?» - спросил Грифф с легкой улыбкой.

«Зависит от того, скрываешь ли ты от меня что-то еще?» - спросила Рейнис.

«Вы на что-то намекаете?» - спросил Грифф.

«Красная жрица говорит, что ты притворщик. Она говорит, что ты на самом деле не мой брат», - сказала Рейнис, не отрывая глаз от Гриффа.

«Она меня не любит, возможно, я был немного груб с ней во время нашего путешествия в Цитадель. Это ложь, которую она пытается использовать, чтобы разделить нас», - спокойно ответил Грифф. Она уставилась на него на мгновение, прежде чем снова взглянуть на карты. Грифф решил выйти из комнаты.

«Грифф», - сказала она, прежде чем он вышел за дверь. «Я поклялась тебе, что добуду тебе твой трон, но если ты когда-нибудь солжешь мне, я убью тебя на месте. Понял, ваша светлость?» - пригрозила Рейнис.

Грифф просто кивнул.