Часть 23

«Когда предательство пускает корни в тишине, оно бьёт не в грудь, а точно между лопаток - от тех, кому ты успел поверить».Погружённый в полумрак заброшенный ангар на окраине района дышал сыростью и страхом. На импровизированной трибуне собрались свыше двух десятков старшеклассников из Союза. В центре под единственной тусклой лампочкой стоял он - парень в плотной чёрной маске, закрывавшей всё лицо, кроме хищных, ядовитых глаз. Ян Чонин.- Порядок держится не на обещаниях, - прохрипел Чонин, и модуль в его телефоне исказил голос до неузнаваемости. - Порядок держится на страхе. Тот, кто отказывается платить дань и строит из себя героя, должен быть сломан. Публично. Наглядно. Наш главный кандидат - Хан Джисон. Сегодня вечер в спортивном зале. Сделайте так, чтобы он больше не смог удержать в руках даже собственную ручку.Вечером Джисону пришло короткое сообщение с неизвестного номера: *«Минхо зажали в старом спортзале, суки из Союза. Беги сюда один, если не хочешь, чтобы его забили»*.Джисон не раздумывал. Выскочив из корпуса, он рванул к отдельно стоящему зданию старого зала. Выбив тяжелую дубовую дверь, отличник влетел внутрь... и замёрз. Посреди полутёмного зала его ждали пятеро амбалов Союза с арматурами в руках. Минхо здесь не было. Ловушка.- Ну что, зубрила, доигрался? - процедил старший, занося металлический прут.Джисон судорожно выхватил ручку, вставая в стойку, но в этот момент входная дверь слетела с петель.- Суки, а про нас забыли?! - с диким, рёвущим хохотом в зал ворвался Сынмин, а следом за ним - свирепый Минхо.Завязалась суматошная, жестокая бойня. Сынмин дрался как ураган, принимая на себя основные удары и круша нападающих одного за другим, пока Минхо дорабатывал с ног. Но пока в центре зала трещали деревянные скамейки и льдась кровь, в тени дверного проёма неподвижно стоял Чанбин. Он просто смотрел. Смотрел, как тяжело дышит Джисон, как Сынмин закрывает его своим телом, принимая удар арматуры на плечо.Чанбин не сделал ни единого шага вперед. И Минхо это заметил.Когда последние шестёрки Союза со стонами поползли к выходу, Минхо тяжело дыша подошел к Чанбину и со всей дури прижал его за грудки к стене.- Ты че, совсем охуел, Чанбин?! - прорычал Минхо, и в его глазах пылал дикий огонь. - Ты просто стоял и смотрел?! Ты с ними заодно, мразь?! Ты нас предал?!Чанбин молчал. Его губы сжались в узкую нить, а взгляд был пустым и мёртвым. Внутри него всё кипело, жгло и рушилось на куски.В этот момент Сынмин тяжело подбежал к Джисону.- Ты цел, отличник?! - Сынмин, не скрывая дикой тревоги, сгреб Джисона в охапку, тяжело дыша и бережно обнимая его за плечи. - Живой, слава богу...Чанбин смотрел на эти объятия, и в его голове будто разом оборвался главный предохранитель. Картинка перед глазами поплыла. *«Если я не могу быть с ним... если я для него просто ничто... пусть никто не будет»*.Спустя час Чанбин стоял в узком, тёмном переулке за школьным стадионом. Из тени к нему бесшумно вышла фигура в чёрной маске.- Ты быстро принял решение, Чанбин-а, - прошелестел искажённый голос Чонина.- Завтра в пять вечера, - сдавленно, с глухой яростью выплюнул Чанбин, смотря прямо в ядовитые глаза под маской. - Сынмин будет один. В старом гаражном кооперативе возле стройки. Он пойдет туда забирать детали для отца. Он будет совершенно один.Чонин под маской тихо, зловеще расхохотался:- Замечательно. Завтра Баку окончательно станет историей.