КОНЕЦ

Прошло три года.Три сложных года. Они были вместе, но не все давалось так легко. Старые обиды давали о себе знать. Но они были ВМЕСТЕ. Парни пошли в терапию, говорили. Много говорили.За семь лет они сильно изменились, но чувства остались прежними. Хёнджин добивался доверия Феликса. Медленно и терпеливо, шаг за шагом он шёл к тому, чтобы наконец стало спокойно. Феликс искренне принимал все его шаги и наконец, между ними наступило то спокойствие о котором они мечтали.

Солнечный свет пробивался сквозь шторы, ложась на лицо Феликса. Он медленно открыл глаза. Из кухни доносился запах еды, перемешанный с приглушённым напевом. Ликс приподнялся, машинально потянулся рукой к пустому месту рядом и направился к звукам.

За плитой стоял высокий темноволосый парень, напевая выдуманную песенку.

— Джинни, уже десять... А как же работа? — голос Феликса был ещё хриплым от сна.

Хёнджин обернулся, и его лицо озарила улыбка.

— Я тебя разбудил? Прости, не хотел шуметь. — В два шага он оказался рядом, обнял младшего за талию и поцеловал в лоб. — Я предупредил, что меня не будет. Они справятся сегодня и без меня.

— Ты побудешь со мной? — мягко улыбнулся Феликс подняв глаза на старшего.

— Да. Хочешь просто остаться дома, закутаться в плед и посмотреть фильм?

— Хочу... — Ликс потянулся к нему, оставляя невесомый поцелуй на щеке и притягивая его за шею.

Так они и сделали Приготовили закуски, выбрали фильмы и просидели вместе до самого вечера. В доме царило тепло — от их смеха, от поцелуев во время скучных сцен, от привычного уюта их объятий.

Хёнджин поправил плед на плечах младшего и задержал взгляд на его лице: волосы, чуть растрёпанные после сна, ресницы, склеившиеся от слёз смеха. Он вдруг поймал себя на том, что не может оторваться, что сердце наполняется тем же самым отчаянием и счастьем сразу, как три года назад.

Феликс заметил этот взгляд и нахмурился.

— Ты чего так смотришь?

Хван дрогнул губами, будто слова застряли в горле, и только потом прошептал:

— Спасибо...

Ликс растерянно усмехнулся.

— Спасибо? За что это вдруг?

Глаза Хёнджина блеснули, в них мелькнула тень боли, быстро сменившаяся теплом. Он сжал пальцы Феликса чуть крепче, словно боялся потерять.

— За то, что тогда приехал. Три года назад. За то, что смог простить меня, даже когда я этого не заслуживал. За то, что остался... что не улетел в Австралию.

Феликс замер. В груди защемило, и на глаза предательски навернулись слёзы. Он уткнулся лбом в плечо Хёна, пряча дрожащую улыбку.

— Глупый... я бы просто не выдержал там без тебя.

Хван встал с места и направился в спальню.

— Ты куда? — спросил Феликс, но Хён уже закрывал дверь за собой.

Через минуту он вернулся и снова укутался в плед. Феликс продолжал смотреть на него вопросительно. Хёнджин задержался на мгновение, словно собирая все хрупкие слова, и наконец заговорил, голос дрожал:

— Я хотел сделать это в более... праздничной обстановке, — он смутился и с горечью улыбнулся, — но знаю, как ты не выносишь показухи и напыщенности.

Он опустил руку в карман и вынул маленькую бархатную коробочку. Руки дрожали. Он медленно открыл её — внутри лежало кольцо. Свет экрана бросал на металл мягкий отблеск.

— Ликс, — Хёнджин напрягся, стараясь удержать голос ровным, — я больше не хочу тебя терять. Я хочу, чтобы ты был со мной до конца жизни. Я готов доказывать это каждый день. Ты выйдешь за меня?

Феликс замер. Сердце гулко билось в груди, дыхание сбилось. Его глаза увлажнились — не от грусти, а от переполняющего чувства. Он прижал ладонь к губам, чтобы сдержать всхлип, и лишь после долгой паузы тихо прошептал:

— Чёрт... Джинни... Да... Да! Я выйду... — слезы полились ручьем.

Хёнджин замер, будто не поверил своим ушам, а потом рывком притянул Феликса к себе, обнял так крепко, будто боялся, что тот снова исчезнет. Ликс всхлипнул и уткнулся лицом ему в плечо, чувствуя, как сердце бьётся в унисон с его.