15

Общая комната казалась немного живее, чем обычно. После обеда Макс и Лукас подошли к Уиллу и Майку. Макс улыбалась широко и уверенно, как будто её ничего не могло запугать в этом мрачном месте.

— Ну что, будете с нами? — спросила она, подпрыгнув на месте.

— З depends… — буркнул Майк, но Уилл слегка толкнул его локтем, заставляя кивнуть.— Да, — сказал он. — Мы можем.

Лукас, высокий, спокойный, внимательно оглядывал комнату, как будто пытался понять, кому можно доверять.

Они сели в угол игровой, где не было камер — или, по словам Макс, “где камеры сломаны или очень старые”.

Разговоры сначала были странные, осторожные. Но через несколько минут дети смеялись — точнее, Макс и Лукас. Они рассказывали истории из жизни “До Дома”. О школе. О спорте. О бассейнах и велосипедах. О комиксах.

Уилл слушал и улыбался — тихо, немного стеснительно.Майк сидел рядом, почти не говоря. Он смотрел, наблюдал, как будто просчитывал каждое слово. Но время от времени он бросал короткие фразы — и Уилл видел, как Макс и Лукас сразу начинали уважать его. Может быть, потому что в нём было что-то взрослое, собранное, сильное.

К вечеру они почти выглядели как настоящая маленькая компания друзей.

---

Ночью всё рухнуло.

Уилл проснулся от звука дверей.От тяжёлых, грубых шагов.

Сердце сжалось — потому что он уже чувствовал, кто стал целью.

— Майк Уилер, выйти из комнаты. Немедленно.

Майк поднялся на кровати. Он выглядел спокойно, но Уилл заметил, как дрогнули его руки. Охранники зашли внутрь, но Майк поднялся сам, не дожидаясь, пока его потащат.

— Эй… — выдохнул Уилл, вскакивая. — Куда вы его—?!

Охранник грубо оттолкнул Уилла в сторону. Уилл упал на колени, даже не почувствовав боли. Только один ледяной страх, обжигающий.

Майк, уже у двери, обернулся.

На секунду их взгляды встретились.И в этот миг Уилл увидел в его глазах что-то, что заставило его задохнуться — страх.

— Всё нормально, — сказал Майк тихим голосом, чтобы слышал только Уилл. — Я вернусь.

Но он не вернулся.

Дверь закрылась.И дом вновь стал тёмным и глухим.

---

Прошла одна неделя.

Уилл почти не разговаривал.Ни с кем.

Макс пыталась. Лукаc тоже.

— Эй, Уилл… — мягко говорила Макс, садясь рядом в игровой. — Может, хочешь поиграть? Или просто… сидеть рядом?

Уилл молча качал головой.Он смотрел в одну точку. Игрушку, которая лежала на столе. Иногда пальцы тряслись. Иногда он прижимал руки к груди, будто боялся, что его разорвёт изнутри.

Опыты продолжались, но стали мягче — скорее проверки, измерения, чем пытки. Но даже во время них Уилл ничего не чувствовал. Ни страха, ни боли. Всё будто утонуло где-то глубоко.

---

Прошла вторая неделя.

Макс и Лукас уже не смеялись. Их разговоры стали тихими.

— Он… не ест нормально, — сказал Лукас шёпотом.— Я знаю, — ответила Макс, кусая губу. — Он будто… пустой.

Они не говорили с Уиллом во время этих разговоров — потому что он просто сидел, обхватив колени руками, не реагируя ни на что.

Его мысли были только о Майке.Где он?Жив ли?Замёрз? Ранен? Один?..

А главное — почему его забрали?

Иногда Уилл тихо плакал ночью — так, чтобы соседи по комнате не услышали. Без всхлипов, без звука. Просто слёзы, которые стекали по лицу и пропитывали подушку.

Слов было не нужно.Он чувствовал только боль.

---

Прошла третья неделя.

Уилл просыпался всё раньше и раньше, и каждый раз — с той же тянущей болью. Он больше не плакал. Просто… ничего не чувствовал.

Будто сердце выключилось.

Даже эксперимент в тот день не вызвал в нём реакции — доктор сказал поднять маленький кубик силой мысли. Уилл поднял. Без эмоций. Без усилия. Ему даже стало всё равно, что сила росла.

— Молодец, — сказал доктор.— …

Уилл не ответил.

Когда он вернулся в игровую, Макс и Лукас снова сидели в том же углу. Но Макс выглядела расстроенной. Лукаc держал её руку.

— Мы… беспокоимся, — сказала она тихо. — Ты совсем один. А мы рядом. Мы хотим помочь.

Уилл посмотрел на них.

И в его взгляде было… ничего.

---

Вечером третьей недели Уилл лёг на кровать, не надеясь ни на что.Он закрыл глаза, ожидая очередную ночь без сна.

Но вместо тишины услышал шум… шагов. Быстрых. Резких.Звук открывающейся двери.Охранников — нет.

Только одно тихое, хрипловатое дыхание.

Уилл медленно поднял голову.

И замер.

В дверях стоял Майк.

Но он выглядел… другим.Исхудавшим. В одежде, порванной в нескольких местах. С синяками под глазами.Но он был там.

Жив.

— Уилл… — выдохнул Майк тихо, дрожащим голосом.

И в тот миг в груди Уилла что-то взорвалось.Эмоции вернулись все сразу — боль, счастье, страх, облегчение.

Слёзы упали моментально, так резко, что Уилл даже не понял, что плачет.

Он встал на ноги.

И побежал к нему.