Глава 48. ✟ Спиритическая доска ✟

Суть парадигмы «Единый Тлен»:

...Некрополи связаны не биологически, а ритуально

и административно — через единый имперский

протокол захоронения и через то, что жрецы

называют «непрерывностью тлена». Под ним

подразумевается надверование в то, что смерть,

однажды впущенная в мир через погребальный

обряд, образует одну непрерывную субстанцию,

которая проходит сквозь все некрополи Империи,

как кровь сквозь тело. Происходит это не потому,

что города физически соединены, а потому что все

они проводят один и тот же ритуал над одним

и тем же явлением — смертью...

Выписка из имперской энциклопедии

— Ну а если все-таки...

Адам находился в шаге от того, чтобы признать: уж лучше бы Вивер и дальше пытал его дурацкими намеками на недавний, случайно произошедший петтинг. И не надо закатывать глаза и вопрошать, как петтинг может быть случайным. Крон и сам бы хотел разгадать эту головоломку. Он полночи мучил спектр расспросами, прекрасно понимая, что не все им задуманное было выполнено добросовестно. Трансцендентная материя подчинялась не только указке Адама. Как он это понял? Благодаря Виверу, который как бы невзначай упомянул, что далеко не всегда укусы сосков ввергают человека в раболепный ужас. Иногда, бес его подери, это возбуждает.

— Ты бы мне еще подрочил, а потом возмущался, с какого это хрена я, сволочь такая, кончил! — звонко смеялся Вивер, даже не подозревая, что каждое произносимое им слово — как гвоздь в ментальный гроб Адама.

Какие еще на хуй укусы каких еще на хер сосков?!

Никогда еще Адам не орал мысленно с такой натугой, что у него на лбу вздувались вены.

Ты спрашиваешь у нас? Обвиняешь нас?! Д-а к-а-к т-ы с-м-е-е-ш-ь?! Мы бЫ нИ зА чТо...

В искренности голосов, привычно терзавших сознание носителя, Адам не сомневался. Они бы не совершили ничего подобного ни ради развлечения, ни даже чтобы позлить Адама. К счастью ли или сожалению, у Крона имелся более подходящий кандидат, способный на подобные непотребства. И имя ему было Грюнендаль. Тупорылая, не знающая границ дозволенного псина творила все, что ей вздумается! Грюнендаль обладал голосом, как и любой другой осколок спектра, но речью он почти не владел. В основном он издавал рыки, скулеж или по-глупому счастливое тявканье. Но этой ночью он решил слегка отойти от образа безмозглого животного.

Грюнендаль, это твоих лап дело?

Как ты мог? К-т-о т-е-б-е разрешал?! Из-за теБя мы...

Мол... чать... Я... не обя... зан... пер... ед ва... ми от... читы... вать... ся... Вы... нич... то...

Густой рык прокатился по подсознанию Крона физически ощутимой рябью. Адама аж передернуло от нахлынувшего холода и неожиданного чувства беспомощности. Остальные голоса действительно резко замолкли. Все это время Крон считал, что Грюнендаль — слабое звено пострадавшего спектра, которое вбирало в себя те слабости и эмоции Адама, которые другими голосами отвергались. Вторая половина предположений все еще имела основания, но вот насчет слабости Крон мог и слегка погорячиться. Только Грюнендаль мог вырваться наружу и творить что угодно. Только он был способен лишать Адама сил. Иные голоса предпочитали сыпать угрозами, но сделать не могли ровным счетом ничего. Не потому ли они являлись лишь частью хвоста трансцендентной химеры?

«Больше никогда...» — Адам хотел было дать Грюнендалю понять, кто тут хозяин положения, но химера не возжелала прогибаться перед носителем.

Я все... го лишь... де... лаю то... чего... ты желаешь.

Не морочь мне голову!

Гол... ову зде... сь мор... очи... шь себе... толь... ко ты.

Но даже подобные беседы казались безопаснее, чем рассуждения Вивера о повстанческих силах сарварского некрополя посреди вражеской территории под надзором местных инквизоров. Серьезно, напарник не мог придумать места лучше?

— Никаких «ну а если», — в очередной раз пресёк Крон попытку Вивера развить запрещенную тему разговора. Адам страшно не выспался, так как и без того малое время на сон потратил на ругань со спектром. А лишь он сомкнул глаза, как инквизоры включили сирену, давая понять, что наступает рассвет, а значит, некропольцам пора поднимать свои бренные кости и тащить их на работу.

Утренний паек состоял из стакана воды и куска черствого, отдающего плесенью хлеба, после поедания которого следовало сразу же идти на инструктаж. Все без исключения полендрумские некропольцы выглядели уставшими, что не навело местных инквизоров на разумные мысли в следующий раз дать людям чуть больше времени на восстановление. Нет, скорее всего, законники даже порадуются, если к концу этой командировки парочка похоронщиков испустит дух из-за усталости. В этом случае законники смогут похвастать начальству, что заставляли работать убогих некропольцев до изнеможения. Возможно, за такое достижение они даже получат награды или премии.

— До обеда каждому из вас следует добыть девятьсот спектров! — безжалостно заявил главный инквизор. — Все, кто не сможет одолеть этот план, будут лишены дневного пайка!

Он выглядел довольным, вероятно, потому, что осознавал, насколько озвученный им план неподъёмный. То есть он собирался еще и сэкономить империи деньги на пайках. Если он продолжит придерживаться такой стратегии, от истощения поляжет добрая часть похоронщиков. Так себе вариант.

По толпе некропольцев прошли недовольные шепотки. Девятьсот? А не многовато ли?

— Но это же невозможно, — раздался тихий возглас из толпы. Далеко не только Крон осознал, что таким образом некропольцы прилягут в братскую могилу вслед за местными.

— Возможно, — парировал инквизор. — Вы же профессионалы. По расчетам наших счетчиков, профессионалу требуется в среднем двадцать секунд на извлечение спектра. Три спектра в минуту. Значит, за пять часов можно извлечь девятьсот спектров, — озвучил мужчина расчеты с таким видом, будто это знание являлось очевидным. — Что может быть проще? — закончил он риторическим вопросом, тем самым пытаясь подчеркнуть свою правоту.

— Ваши счетчики — идиоты, — всколыхнуло некропольцев новое заявление. Причем на этот раз голос прозвучал рядом с Адамом. Крон невольно клацнул зубами, оборачиваясь на придурочного Вивера. Какого беса он творит на этот раз?!

— Готовы оспорить их расчеты? — повернулся инквизор в сторону, откуда говорили. Пока еще он не понял, кому именно принадлежал голос, но теперь, если Вивер ответит, законник заметит его и возьмет под прицел.

— Готов, — будто не осознавая последствий, кивнул напарник. При этом он смотрел инквизору прямо в глаза, так что законник не смог бы проглядеть говорившего, даже если бы очень этого захотел.

— Почему счетчики не вписали в уравнение время, которое мы затрачиваем на смену стеклянных капсул в экстракторе? Иногда это происходит быстро, а иногда капсулы заедают. С ними можно провозиться десять, а то и пятнадцать секунд. Оборудование-то не новое, и менять вы нам его не будете. Износ оборудования — это для ваших счетчиков шутка? Вопиющая ошибка, которая будет стоить жизни нам и репутации вам. Если все мы умрем до того, как произойдет зачистка сектора, ваше руководство будет в бешенстве. И вы это понимаете не хуже меня.

— Советую тебе заткнуться, полендрумец, а иначе... — заговорил один из инквизоров среднего звена, но их главный взмахом руки приказал ему замолчать.

— Продолжай, — кивнул он Виверу, но по его тону легко прочиталось, что мужчина не на стороне Арчи. Он лишь хотел, чтобы напарник Крона высказался, тем самым решив свою судьбу.

— Заткнись. Тебя сожгут, — процедил Крон сквозь зубы.

— Не сожгут, — также, не размыкая губ, выговорил Вивер, после чего заговорил нормально, вновь обращаясь к законникам:

— Кроме того, ваши гениальные счетчики, которых я, к слову, советую уволить одним днем, почему-то не взяли во внимание время на переход от тела к телу. Трупы не лежат перед нами штабелями, а разбросаны по кварталам кто где. В разных позах, за разными преградами, в разном состоянии. И до некоторых из них еще требуется добраться, — продолжал рассуждать Вивер. — В конце концов, кому-то из нас может потребоваться отвлечься на туалет. Кто-то может получить травму и замедлиться. Кто-то окажется недостаточно выносливым. Человеческие нужды первой необходимости игнорировать нельзя, — заявил он. — Вы можете решить, будто я открываю рот, чтобы подорвать ваш авторитет, но это не так. Я, как и вы, и любой другой находящийся в этом месте человек, в первую очередь хочу выжить. А времени у нас в обрез. Всего восемь с половиной дней до того, как спектры начнут аномалировать. И при условии, что нам повезет, и мы не натолкнемся ни на единый ранне-аномалирующий спектр. Неточные расчеты ваших счетчиков приговаривают к смерти всех нас. Подчеркиваю, всех. Нам нельзя работать в том же формате, которому мы придерживались вчера. Рассредоточившись по всем кварталам, мы тратим много драгоценного времени. Если позволите мне поделиться, я считаю, что работу нам следует оптимизировать, — подвел итог Вивер и наконец-то замолк. Адам невольно напрягся. Пальцы сами собой сжались, готовые в любой момент выбросить в пространство трансцендентную материю, которая бы сформировала щит и закрыла напарника от языков священного огня, который грозил за секунды стянуть плоть с его костей.

— Самый умный? — раздраженно уточнил инквизор, не торопясь освобождать руки от перчаток и все вокруг опалять огнем.

— Хороший счетчик, — парировал Вивер невозмутимо.

— Хорошему счетчику надоело жить? — спросил инквизор с нажимом.

— Девятьсот спектров за пять часов — это не жизнь, — ответил Вивер, не отреагировав на то, с какой силой Адам наступил ему на ногу. — Я понимаю, для зачистки некрополя очень мало времени. Но мы не единственные похоронщики в этом мертвом городе, верно? Вы, будучи людьми осмотрительными, наверняка сперва разбили территорию на секторы, и в каждом работают некропольцы из разных городов.

Адам подивился, как ловко Вивер вплел в свое возмущение комплимент, который однозначно должен был польстить законнику и немного снизить градус напряжения.

— Поэтому я предлагаю разбиться на группы. Одни будут отрубать головы, чтобы не возиться с целым телом, вторые — переносить их с места смерти к месту извлечения, третьи — непосредственно извлекать спектры.

Что он задумал?

— Группы? — переспросил инквизор, кривясь. Пока что идея законника не впечатлила.

— Когда человек делает одну задачу, он доводит ее до автоматизма и, соответственно, справляется с ней быстрее и качественней. Если же мы постоянно отвлекаемся то на переход от тела к телу, то на извлечение спектра, то на смену капсулы — мы теряем драгоценное время. Если мы разделим обязанности, я вам гарантирую, что мы ускорим процесс!

По толпе похоронщиков пробежали шепотки. Никому не хотелось рубить головы хотя бы потому, что это было куда тяжелее, нежели извлекать спектры. Но разделение труда в данном случае действительно могло выиграть им время хотя бы потому, что извлекателям спектра не потребуется каждый раз настраивать оборудование перед применением. Экстракторы ведь отличались чувствительностью. И перед каждым новым извлечением спектра инструкция требовала проверку экстрактора на возможную расшатанность его металлических шипов. Шипы могли разболтаться из-за тряски при носке оборудования, при случайных ударах и подобном внешнем влиянии. Но если после одного извлечения сразу же шло следующее, подобная проверка теряла смысл.

— Что ж... мысль неплохая, — на удивление согласился главный инквизор. — Как понимаю, ты и твои дружки готовы взяться за грязную работенку и начать рубить головы? — кивнул он на Крона и Черри, что стояли по обе стороны от Вивера.

— Конечно!

«Конечно, нет» — хотел ты сказать?!

Адаму выдалась возможность встряхнуть Вивера и выпытать из него причину подобного решения лишь через сорок минут, когда они, уже вооруженные инквизорными топориками под надзором единственного, явно скучающего законника, взялись уходить вглубь города, по пути собирая головы, будто капустные кочаны. Адам и Арчи махали топорами, а Черри бегал туда-сюда, доставляя свежие «овощи» извлекателям. Рубить приходилось у самого основания шеи, иногда задевая ключицы, чтобы ненароком не повредить спектры.

— О чем ты думал? — прошипел Крон сквозь зубы, знатно запыхавшись. Утро еще не закончилось, а его тело уже ныло от натуги.

— О тебе.

Адам резко стушевался, но тут же вернул себе трезвость ума.

— При чём здесь я и рубка голов?!

— А, ты спрашиваешь о моменте, когда я говорил с инквизорами? Следует уточнять, — заметил Арчи как ни в чем не бывало. — Считаю, обезглавливание — отличная ширма для осмотра ближайших кварталов. Ты так не думаешь?

— Зачем нам их осматривать? — выдохнул Крон с недовольной миной.

— Хочу понять, как глубоко укоренились в этом месте повстанческие силы, — пояснил Вивер. Никак он не желал закрывать глаза на найденный флаг. Ансэт его подери, да может просто какой-то сумасшедший решил сделать знамя, опираясь на гуляющие по городу рассказы. Это еще не означало, что реальные силы собирались в городе, чтобы выступить против ВсеИмператора!

— Помнишь, что сказал ВсеИмператор на трансляции? Что в сарварском некрополе эпидемия, из-за чего он исчез в очищающем пламени. Но не многовато ли трупов без ожогов для повсеместных пожаров? И не опасно ли запускать в город людей, где имеются несожжённые трупы? Разве мы таким образом не рискуем заразиться? Тут напрашивается два варианта: либо дело не в эпидемии...

— Либо нас не собираются выпускать отсюда живыми, — закончил за напарника Крон.

— Верно, — беспечно кивнул Вивер. — Только вот второй вариант несостоятелен.

— Почему?

— Разве ты не слышал? Я предположил, что город поделили на сегменты и в каждый завезли похоронщиков из других городов. Сколько нас здесь? Не меньше трех сотен только из Полендрума. На сколько сегментов разделили город? Судя по доступным нам территориям, не меньше чем на четыре части. Но я бы ставил на все восемь. Итак, получается, прямо сейчас в сарварском некрополе не меньше тысячи иногородних некропольцев. Предположим, мы зачистим территории, а затем от нас решат избавиться. Тысячу человек не так-то просто убить одним днем, но если даже они вновь пустят по улицам газ или сделают что-то еще, что убьет нас быстро, кто будет заниматься повторной зачисткой? Тысяча человек — это немало. А инквизоры скверно обращаются с экстракторами. Нужен опыт, которым мы обладаем, а они нет.

— В акрополе Сарвара могут быть похоронщики для элитарных семей, какие существуют у нас, — напомнил Адам.

— Да, но и здесь загвоздка. Элиты против того, чтобы их похоронщики прикасались к обычным людям. Извлекая спектры обывателей, они теряют свою святоносность.

— Хорошо, остановимся на том, что сарварский некрополь уничтожили не из-за болезни. Так ли важно знать истинные причины? — развел Адам руками. Вивер в ответ уставился на Крона, как на душевнобольного человека.

— Безусловно, — кивнул Вивер. — Ведь нет ничего ценнее информации. Разгадка любых сложных хитросплетений — само по себе любопытно и поучительно. Но в нашем случае это еще и вопрос выживания. Узнав, из-за чего уничтожили сарварский некрополь, мы в будущем сможем предотвратить уничтожение полендрумского. Разве ты ничего не знаешь о парадигме «Единый тлен»?

Адам слышал об этой парадигме и считал, что держится она исключительно на суеверии. Ее часто упоминали монахи ансианства. Они уверяли, что все в этом мире, так или иначе, связано. «Единый тлен» являлся частью этой связи. Живое к живому, мертвое к мертвому. Если что-то может произойти, рано или поздно оно произойдет. Смерть — клей мироздания. И так далее и тому подобное. Звучало пафосно, мрачно и бестолково, как и большая часть курсировавших по некрополю историй, теорий, псевдонаучных знаний и религиозных опусов. И Вивер сколько угодно мог убеждать Крона, якобы любая информация важна. Адам считал, что большая часть так называемых знаний — дрянь, которой забивали людям головы, чтобы они за пеленой познанного не замечали реальных проблем.

— Терпеть не могу могильные суеверия, — фыркнул Крон, размахиваясь и одним ударом отсекая очередную голову. На этот раз жертвой Адама оказалась девушка лет двадцати пяти. Кожа ее посерела, глаза налились кровью, язык вывалился и опух. Признаки удушья каким-то ядовитым газом, не иначе. Несмотря на уродства из-за отравления, девушка все еще не потеряла отголоски былой красоты. Впереди ее могли ждать минимум десять лет жизни, но империя решила иначе.

Адам забросил голову в большую сумку, которую им с Арчи выдали инквизоры. Пока Крон размышлял о судьбе одной незнакомки, Вивер успел отрубить головы сразу двоим. Мишенями напарника стала пара: мужчина и женщина лежали на каменистой дорожке, держа друг друга за руки. Это было бы очень мило, если бы они перед смертью не взялись истекать кровью из всех отверстий разом. Черри как раз побрел назад к площади с новой порцией голов, а инквизор, пасший их, будто стадо овец, отстал, чтобы покурить, так что Крон и Вивер могли без зазрения совести спорить друг с другом, стараясь не вспоминать случившееся прошлой ночью.

— Суеверия или нет, в данном случае мы в первую очередь добываем информацию, — парировал Вивер.

— Бесполезную, — настаивал Адам.

— Бесполезной информации не бывает, — покачал Арчи головой. — Да, возможно узнанное здесь нам не понадобится сразу по возвращении и даже через год. И все же я считаю, что наличие информации любого вида — это всегда лучше полного ее отсутствия.

— Хорошо, предположим, — сдался Крон. — Но что именно мы сейчас ищем?

Адаму не хотелось признавать, но зерно истины в словах Вивера имелось. Что бы здесь ни произошло, империя однозначно желала это скрыть, и у нее на то были причины. Осведомлен, значит, вооружен.

— Что угодно. Например, несоответствия наподобие того, на которое мы наткнулись вчера. Я про полендрумский кофе.

— Думаешь, это не случайность?

— Думаю, это указатель, спрятанный на виду. Инквизор, прочитавший табличку, решит, что продавец кофе — идиот. А знающий человек сразу поймет, что этот простенький шифр означает на самом деле.

— Шифрование через ошибки? Интересный метод, если это правда он.

— Думаю, он и есть. Все это не так просто, — подал голос Ярдли, размахиваясь и избавляя очередное тело от головы. — Я прогулялся по городу, по тем кварталам, что нам доступны, и не смог отделаться от ощущения, что нам всюду врут.

Крон и Вивер недоуменно уставились на Вэйсса. Оба потеряли дар речи. Как давно этот тип здесь и как много он слышал?!

Ярдли добыл еще две головы, прежде чем заметил пристальное внимание со стороны Адама и Арчи. Наличие Крона он проигнорировал. Взгляд красивых голубых глаз остановился на Вивере. На губах парня расцвела искренняя улыбка. Адам никогда не видел мясника таким... открытым.

— Кстати, доброе утро, — кивнул он Виверу.

— Доброе, — рефлекторно отреагировал Арчи в легкой растерянности. — Как... как ты себя чувствуешь?

— Отлично, спасибо! Впервые за долгое время я выспался, ни разу не проснувшись за ночь, — радостно поделился Вэйсс. И бес его подери, он не притворялся!

— Спасибо, что поинтересовался. А тебе как спалось? — спросил Ярдли, при этом посмотрев на Вивера так, что не оставалось сомнений: Адам наблюдал стремительно зарождающуюся... любовь.

Черри, чтоб тебя бесы драли, что ты наделал?!

✟✟✟✟✟

Предыдущий день оказался богатым на события, из-за чего Флетчер теперь то и дело клевал носом. Началось все с Триши, которая раскрыла жуткий секрет пожирателя ногтей. Никс порекомендовал ей забыть об увиденном как о страшном сне, но девчонка так и не смогла успокоиться, потому названивала регенту до глубокой ночи, пока тот не сдался и не приказал ей возвращаться в Аранк. Переночевать она могла и в собственной комнате. Лабораторный дом за одну ночь не развалился бы. Пока Лемьер бежала к бюро, из своей импровизированной тюрьмы вывалился Слейд с новостью о том, что, оказывается, полендрумцы не в курсе происходящего в сарварском некрополе.

— А с чего ты взял, что империя обязана перед ними отчитываться? — хохотнул Флетчер.

— Нет, ты не понимаешь! Нико сказал, что какой-то там болгер... боглер... бо... короче, какой-то человек вел трансляцию из сарварского некрополя, и якобы там все хорошо!

Флетчер не удивился, что империя скрывает информацию о случившемся от обыкновенных людей, его куда больше поразило, что те позволили утечку информации через Маккея. Ныне внутренняя разведка империи работала из рук вон плохо? Или это какая-то уловка, направленная на разрушение Аранка изнутри? Неужели они, наконец-то, поняли, что чем годами следить за Флетчером, проще избавиться от него раз и навсегда? По крайней мере, окажись Никс на их месте, и он бы избавился от себя в тот же день. Слишком опасная фигура для того, чтобы позволять ей жить.

Остаток нервных клеток регента прожевали и выплюнули Роксана и Оуэн, которые ворвались в Аранк, вопя о том, что побывали рядом с источником черной лихорадки. Без лишних вопросов все аранковцы кубарем вывалились к местному кладбищу. Пока Маккей разогревал печь для кремации, а Триша бегала вокруг коллег, пытаясь заглянуть во все их щели на наличие черных мохнатых пятнышек, Оуэн и Роксана стянули с себя всю одежду и отправили ее прямиком в разгоревшийся огонь. Не отходя от печи слишком далеко, чтобы она хоть чуть-чуть обогревала их, Харт и Сиверс расставили руки в стороны и позволили Трише дважды оглядеть их с головы до пят. Маккей в этот момент причитал из-за того, какие хорошие пальто приходится сжигать из-за необдуманных действий коллег, а Флетчер мешал особый химический раствор, которым империя рекомендовала обрабатывать руки врачам и патанатомам, работавшим с зараженными пациентами и трупами. Влив в бутылку перекись водорода, пару баночек йода и еще несколько ингредиентов, Флетчер все хорошенько взболтал, после чего прикрутил к бутылке распылитель. Вообще-то, никто не знал, каким образом передавалась черная лихорадка, но точно не воздушно-капельным путем и не контактным. Так что обработка тел подобной смесью являлась как мертвому припарка, но эта процедура хоть немного успокоила бы до предела взвинченных Харт и Сиверса.

Флетчер вышел с распылителем под взбитое, будто пуховая подушка, небо, рассекаемое редкими трещинами звездного небосвода. Белые яркие вкрапления на фоне насыщенной синевы поблескивали сквозь кровавую пелену облаков, отражавших от себя красный свет городских фонарей.

— Это у меня что, новая родинка? — ткнула Роксана пальцем в пятнышко на левом бедре. — Скажи, что это родинка! Или черная лихорадка?! Оуэн, глянь!

— Не хочу я смотреть на твой голый зад! Для этого у нас в бюро существует Триша! — фыркнул в ответ Сиверс, нелепо закрывая ладонями гениталии. Он в Аранке единственный переживал из-за наготы. Хотя уже не единственный. Вивер же тоже предпочитал переодеваться не у всех на глазах. У него была даже более тяжелая форма стеснения, чем у Оуэна. Флетчер предполагал, что со временем это пройдет. Несколько дел, в которых из-за аномалии они останутся без одежды, еще одно — где все сплошным рядом отравятся и будут драться за право посидеть на унитазе, тройка игр на раздевание, и Вивер освоится и поймет, что никому не интересно, что у него там под одеждой.

— Успокойся. Это грязь, — фыркнула Триша, пальцем счищая с зада Харт так взбудоражившее Роксану пятнышко. Девушка в ответ, видимо, хотела схватиться за сердце, но вместо этого сжала свою левую грудь.

— Я так перепугалась! — воскликнула она.

— Хватит паясничать! — огрызнулся в ответ Маккей. — Два пальто с куста! Вы вообще соображаете, какие они дорогие?!

— Я готова расплатиться с тобой демонстрацией моего великолепного тела, — предложила Рокси. Маккей в ответ повернулся к ней с плаксивым выражением лица.

— На твою наготу пальто не купить! — выдохнул он, смахивая навернувшиеся на глазах слезы.

— Я могу переспать с портным!

— Не смей! Все, с кем ты спишь, подозрительно быстро умирают! А наш портной не только хорошо шьет, но еще и делает нам скидку! — всплеснул Слейд руками.

— Тогда ты с ним переспи, — предложила Харт невзначай.

— Что? Я?! Да не в... погоди, думаешь, прокатит? — встрепенулся Слейд. На его лице отразилось четкое: «А так можно было?!».

— Никто ни с кем не будет спать! — гаркнул Флетчер, прыская на Роксану ледяным раствором. Девушка взвизгнула, а затем рассмеялась.

Харт, для тебя развлечение — стоять посреди кладбища голышом с перспективой заболеть ужасной заразой и умереть в собственном дерьме и моче?! Что ж... В таком случае наслаждайся.

— По крайней мере, не ради пальто! — поправился он, услышав тихие вскрики возмущения. — У нас здесь не бордель!

— Конечно, нет. В борделях куча еды и кагор льется реками. А мы, как понимаю, снова делим одну банку фасоли на... — Роксана взялась загибать пальцы, считая присутствующих, — ...пять с половиной порций.

Половину, как догадался Флетчер, она оставила Каллисто, который сидел рядом с крематорской печью и то и дело пускал в нее небольшие языки пламени. В момент упоминания красной фасоли, одна из голов гуся закашлялась. Питомцу однозначно не нравилась нынешняя диета Аранка.

Роксана и Оуэн взялись крутиться вокруг своей оси, пока Флетчер распылял вокруг них вонючий раствор. Чем больше капель опускалось на бедолаг, тем больше они покрывались мурашками. Ночь и правда вышла зябкой, потому Флетчер поплотнее закутался в свое пальто, прежде чем дораспылить на сотрудников сказочную панацею.

— Я считаю, что нам необходимо предупредить Адама и Арчи, — вновь завела шарманку Триша. Ей не давал покоя Жак Черри с его садистскими наклонностями, так что пока Роксана и Оуэн переживали о своей смерти, а Маккей — о смерти пальто, Лемьер не поленилась пересказать им все то же, чем до того поделилась с регентом.

— Уверен, если Жаку захочется над кем-то поглумиться, он найдет цели послабее, — заметил Оуэн, стуча зубами. — Сдались ему Крон и Вивер? Тем более что мы защищаем его лабораторный дом! Он, наоборот, должен испытывать к нам благодарность!

— А если нет? Он же псих! Психи могут испытывать благодарность? Я в этом не уверена! — настаивала на своем Триша. — В любом случае я бы хотела знать, если рядом со мной гуляет маньяк!

— Ну и что ты предлагаешь? Отправить им письмо вороном? Так у нас его, бес побери, нет! — развел руками Маккей.

Уже который год Флетчер мечтал о своем вороннике. Он даже не поленился снять мерки с колокольни и нашел человека, который смог бы в этом небольшом пространстве построить дом для воронов. Птицы эти считались безумно умными, хорошо запоминали дорогу к дому и своих непосредственных хозяев, и могли отыскать их где угодно. Вот только заводить воронов воспрещалось, как воспрещалось и отправлять птицами письма за пределы мертвого города, но Никс слишком любил пернатых, чтобы вот так просто отказываться от своей мечты. Когда-то он разводил воронов, но то была прошлая, сытая, но лживая жизнь.

— Ай! — невольно воскликнул Флетчер, привлекая всеобщее внимание. Его возглас вызвала резкая боль в районе голени, причиной которой оказался ревнивый гусь. Заполучив всеобщее внимание, Каллисто зашипел, давая понять, что пернатой конкуренции в стенах Аранка не потерпит.

— Твоего мнения никто не спрашивал, — фыркнула Роксана, ежась от холода и воняя смесью перекиси и йода. Обе головы гуся уставились на девушку. Секунду Роксана и Каллисто смотрели друг на друга, чувствуя, как ситуация накаляется. Гусь сорвался с места и побежал на Харт, та ринулась за ближайшее надгробие, Маккей высморкался в салфетку, все еще оплакивая пальто, Триша раздумывала о том, как же связаться с Адамом, и лишь Сиверс стоял на месте и будто бы не думал вообще ни о чем.

— А как насчет спиритической доски? — неожиданно предложил он, все же, как оказалось, полный мыслей и идей.

— А? — встрепенулась Триша.

— Если в сарварском некрополе есть спиритические доски, может, нам удастся связаться через одну из них с Адамом? — развил Оуэн идею.

Спиритические доски считались предметами прошлого. Они были полны загадок не меньше, чем интеркомы ветров. Кто-то использовал их для связи с духами, кто-то — для мошенничества. До Флетчера доходили слухи, что доски способны и на более дальнюю связь, но, если честно, верилось ему в это с большим трудом. Причина, по которой доска обладала столь странными характеристиками, крылась во флоксирской древесине, из которой эти доски создавали. Флоксирский лес произрастал неподалеку от города Флоксир, что очевидно. Некропольцы Флоксира были чуть ли не единственными, кому разрешалось покидать стены их некрополя ради работы в лесу. Там они добывали деревья и сходили с ума, ибо считалось, что во флоре леса живут разгневанные духи, которые проклинали каждого, кто касался их растений. Никс подозревал, что эта история — маркетинговая утка и не более, а на самом деле секрет спиритической доски крылся в чем-то ином.

В некрополь доски попадали случайно и обычно в поломанном виде, но, если очень постараться, пару рабочих экземпляров отыскать бы Аранку удалось. Всего лишь несколько часов перерывания всего и вся, беседа с разгневанным из-за ночного пробуждения Луисом Гипсеном, терзание еще парочки знатоков по наводке Луиса и вот уже Флетчер и Триша сидели с утра пораньше в очереди к псевдомедиуму с предложением за услугу одолжить им спиритическую доску. На сутки, не больше. Честное слово.

Флетчер зевнул в десятый раз за последние пару минут, ощущая себя так, будто его переехал кортеж из катафалков. Опрокинуть бы в себя чашечку каспиарского эспрессо для бодрости духа и тела.

Сколько еще лет мы собираемся влачить это жалкое существование?

Спектр Никса, как обычно, предпочитал вести беседу в меланхолично-обвинительном тоне. И время он выбрал наилучшее: когда Флетчеру хотелось чего угодно, но не выслушивать чужой скулеж.

Есть предложение, как поскорее разбогатеть?

Отправь их на серьезное дело. Ты собираешь вокруг себя таланты не для того, чтобы они охотились на трупы в стенах и сидели в счетобойне.

Верно, но так же я собираю их вокруг себя не для того, чтобы потом хоронить.

Все вы рано или поздно умрете. Так не лучше ли сделать это на мягких простынях и с полным желудком?

Нет способов, которые могли бы сделать смерть лучше. Это тот уникальный случай, когда нечто может быть только хуже.

— Флетчер Никс? — в узкий душный холл заглянула девушка с идеальной укладкой и в старомодном, но очень ей идущем платье.

— Это я.

— Оракул ждет вас!

Чудесно. Надеюсь, оракул уже успел углядеть, что мы нищие крысы.

✟✟✟✟✟

Было очень странно осознавать, что человек, который еще вчера ненавидел Вивера, теперь питал к нему яркие чувства. Но Арчи бы соврал, если бы сказал, что ему такие изменения не нравились.

— Кофе? — Ярдли откуда-то раздобыл зерна и с утра пораньше сварил кофе, который теперь то и дело потягивал из фляжки.

— О, спас... — Вивер осекся, заметив на себе испепеляющий взгляд Адама.

— Ничего у него не бери, — проговорил напарник одними губами. — Это может быть уловкой.

К сожалению, Крон был прав. Не следовало расслабляться раньше времени.

— Спасибо, но нет, — отказался Вивер, при этом закидывая в широкую сумку новую голову. Они успели зачистить несколько кварталов. Арчи казалось, что извлечение спектров, поставленное на поток, действительно набирало обороты. По крайней мере инквизор, который изначально отправил на сбор голов только Арчи и его знакомых, в результате распорядился о создании еще пяти таких же групп. Те, кого вызвали в сборщики, то и дело косились на Вивера, недовольные тем, на что их обрек длинный язык Арчи. Ничего, они еще скажут ему спасибо, когда вернутся домой целые и невредимые, а не пожранные аномалией. Инквизор, которого приставили к Виверу и его команде, полностью потерял интерес к их компании часа через полтора, а он и без того не отличался заинтересованностью и даже умудрился не заметить, что к компании из трех человек присоединился четвертый. Ярдли Вэйсс, наоборот, демонстрировал чудеса продуктивности. Куда бы ни шел Арчи, тот следовал за ним шаг в шаг. Жак на справедливый вопрос Крона «Какого хрена?!» разводил руками, уверяя, что всего лишь поменял цвет у последнего воспоминания мясника с агрессивно-красного на позитивный нежно-желтый. Арчи считал, что Черри лукавит. Даже если предположить, что мозг Ярдли под влиянием парамнезиста решил, будто между Вэйссом и Арчи произошла не драка, а секс, должен ли был мясник измениться так сильно? Казалось, будто сама его личность претерпела изменения, за которыми рано или поздно потянутся серьезные последствия. Нельзя так сильно искажать чужое сознание.

Вэйсс, получив отказ, погрустнел, но продолжил следовать за Арчи.

К обеду план в девятьсот спектров на персону оказался выполнен и даже перевыполнен. Инквизоры Сарвара ходили довольные и расслабленные. Один даже кивнул Арчи в знак приветствия. Этот жест ухудшил и без того не лучшее положение Вивера среди своих. Не успели они с Адамом, Вэйссом и Черри отойти в сторону, чтобы поесть похлебки, которую раздавала полевая кухня Сарвара, как к ним подошло несколько бугаев. По эмблемам пальто Арчи сразу понял, что дело они имеют с сусальным золотом. От этих хорошего не жди.

— Свалил на нас работу, а теперь сидишь жрешь, как ни в чем не бывало? — рыкнул громила, лишь инквизоры удалились на обед. При этом он взмахнул рукой, попытавшись выбить глубокую металлическую миску из рук Вивера. Арчи легко избежал удара, даже не расплескав супа. А с едой следовало вести себя бережно. Законники дали понять гостям, что те не получат и кусочка лишнего хлеба. И если Вивер не хотел умереть от измождения или выгорания, следовало съедать все до капли, пусть суп был пресным и слегка отдавал канализацией.

— Я работаю не меньше вашего, — заметил Арчи спокойно.

— Ты это придумал, сам и отдувайся, — зашипел бугай.

— Придумал что? Способ спасти нас всех? — уточнил Вивер невозмутимо.

— Мы бы успели в любом случае!

— Уверен? Ты выглядишь силовиком, — заметил Вивер.

— Он и есть, — рыкнул бугай.

— Так откуда бы силовику знать, сколько людей и времени потребуется для данной работы? Я — счетчик — могу рассчитать все до и после запятой. Зачем ты пытаешься делать чужую работу?

— Чужую работу я делаю из-за тебя! — гаркнул бугай. Он хотел ударить Вивера, но не успел. Из домика, который для своих нужд забрали инквизоры, выглянул один из законников. Смерив небольшую компанию взглядом, он легко считал флюиды насилия и гаркнул:

— Разошлись!

— А если нет, что ты мне сд... — бугай, слишком перевозбужденный, не успел взять себя в руки. Инквизоры сарварского некрополя обладали таким же минимальным терпением, как и инквизоры некрополя Полендрума. От щелчка пальцев невысокого мужчины у бугая загорелись ботинки. Тот взвизгнул и взялся сперва бить ногами по земле, пытаясь затушить пламя, а затем, не выдержав, стянул их с себя. На светлой коже появились волдыри от свежих ожогов. Плохо. Без нормального лечения в следующую неделю ему придется туго. Впрочем, Вивера это не волновало. Идиот сам нарвался на неприятности.

— Ты еще поплатишься, — пообещал бугай, прежде чем ретироваться. Обращался он к Виверу, хотя ожоги на его теле оставил инквизор. Парадоксально.

Арчи обернулся на Адама, собираясь озвучить вслух ироничность ситуации, но по выражению лица напарника понял, что что-то не так. Глаза Крона будто остекленели и уперлись в никуда.

— Все в порядке? — тихо спросил Вивер, касаясь плеча Адама. Тот вздрогнул. К глазам его вернулась ясность, но тревога не торопилась уходить с белоснежного лица.

— Ты это слышал? — спросил он тихо, чтобы распознал его голос лишь Арчи.

— Слышал что?

— Шепот.

— Нет. А что он говорит?

— Называет меня по имени и зовет.

Арчи обернулся к улице, на которую кивнул Крон. Одна загадка наслаивалась на другую, грозя свести с ума любого, кто попытается мыслить трезво.

— Раз зовут, надо бы сходить и проверить, кто, — наконец, ответил Вивер Адаму.

— Но ты этого не слышишь?

— Нет.

— Может, я схожу с ума?

— И в этом я тоже очень сомневаюсь.

— Тогда что?

Арчи парой глотков осушил миску с супом, вручил ее Вэйссу, а сам поднялся с бордюра.

— Пора возвращаться к работе. Ярдли, Жак, не могли бы вы заняться посудой. А мы пойдем проверим с Адамом во-о-он ту улочку. Сдается мне, мы пропустили там несколько трупов.

Котятки, у меня появился Бусти :) Там главы выходят на пару недель раньше :) Заглядывайте! (ссылка в моем профиле)❤️✨