Глава 6: Часть II мята и малина

Пробуждение в тишине

Прошло пятнадцать часов. 

Бастион замер в режиме «глубокой тишины». Даже Пол в своем центре управления отключил все звуковые уведомления, оставив лишь мерцающие графики. Кира открыла глаза медленно, и первое, что она ощутила, был не свет, а звук.

Мир стал оглушительным. Она слышала, как в десяти метрах от неё, за бронированной дверью, Рамир перекладывает с руки на руку пустую чашку. Она слышала, как на нижних ярусах гудят мощные процессоры Пола, и этот гул раньше был для неё фоном, а теперь казался рокотом водопада.

Кира попыталась подняться, и её пальцы непроизвольно впились в шелк простыней. Ткань затрещала. В её мышцах больше не было слабости — там была плотность литого металла. Она чувствовала каждую ворсинку на одеяле, видела пылинки, танцующие в луче света, словно маленькие планеты. И самое странное — она видела инфракрасное тепло, исходящее от её собственных рук.

Но радость от исцеления мгновенно сменилась ледяным ужасом.

Она прижала ладонь к груди Рамира, который тут же оказался рядом, почувствовав её движение. Кира замерла. 

Внутри него было пусто. Тот привычный, мощный рокот Зверя, который был её колыбельной, её защитой и её солнцем, исчез. Осталась только холодная, тихая сталь.

— Рамир... — её голос сорвался на плач. — Где он? Почему внутри тебя так тихо? Ты... ты убил его ради меня?

Слезы покатились по её щекам. Для неё эта тишина была хуже самой смерти. Она чувствовала себя так, будто у Рамира вырвали сердце, чтобы согреть её.

— Нет, малышка, — Рамир подхватил её на руки. Она казалась ему совсем крошечной, но он чувствовал, как её пальцы сжимают его плечи с нечеловеческой силой. 

— Он просто ждет. Он в клетке.

Путь к исцелению на кухне

— Тебе нужно поесть, Кира. Твое тело изменилось, оно требует энергии, — Рамир пах свежей мятой и травяным чаем. Этот запах окутывал её, как невидимый кокон, унимая дрожь.

Он не позволил ей сделать ни шага. Рамир вынес её из спальни, и Кира впервые осознала свою новую силу. Она слышала, как в соседнем коттедже Ори грызет яблоко. Звук был таким четким, будто это происходило прямо у неё в ушах.

На кухне Бастиона горел мягкий, уютный свет. Рамир усадил её в глубокое кресло, набросив на плечи пушистый плед — её личный «трон». Он отказался от помощи Пола и Эстер, которые уже подготовили всё необходимое. Альфа хотел сделать всё сам.

Он принес тарелку горячего бульона и кружку того самого мятного чая.

— Малышка, просто ешь, — шептал он, опускаясь перед ней на корточки. 

Он сам подносил ложку к её губам, бережно вытирая капли с подбородка. Кира ела, и вкус еды казался ей божественным откровением — она чувствовала каждую специю, каждую нотку трав.

В этот момент на кухонной панели управления мигнул экран. Пол, выполнявший роль «дедушки» для Ари, не выдержал. 

Он показал видеосвязь из центра наблюдения.

— Мама! — Ари подпрыгнул на коленях у Пола, прижимая к себе плюшевого волка.

— Мама, ты кусаешь? Ты больше не спишь в огне?

Кира улыбнулась сквозь слезы, махая сыну рукой.

— Я кушаю, мой маленький волчонок. Скоро я приду, и мы будем играть.

Рамир кивнул Полу, благодаря его взглядом. Но как только экран погас, Кира взяла Рамира за руку.

 — Рамир. Пойдем за ним. Прямо сейчас. Я не смогу дышать в этой тишине.

Второе восхождение: Клетка

Они вошли в транс вместе, соприкоснувшись лбами прямо там, на кухне. Реальность Бастиона растаяла, уступая место ментальному Ликаэрону.

Но теперь всё было иначе. Рамир больше не был израненным человеком, ползущим по грязи. Рядом с ним шла она. Кира чувствовала, как её новые силы позволяют ей почти лететь над землей. Когда на их пути возникала пропасть подсознания, они прыгали вместе, и Кира поддерживала Рамира, давая ему ту опору, которой ему не хватало в одиночку.

Они вышли на вершину. Клетка из черного железа выглядела здесь как шрам на теле земли. Огромный черный Волк поднял голову. В его глазах вспыхнул янтарь, когда он увидел Киру. 

Он заскулил — так громко и радостно, что горы в подсознании задрожали.

— Открой, — прошептала Кира.

Рамир положил свою ладонь на тяжелый засов, а сверху её накрыла тонкая, но теперь невероятно сильная рука Киры. Только их общее касание, союз двух начал, могло разрушить магию сдерживания.

ЩЕЛЧЕК.

Металл не просто заскрежетал — он рассыпался в золотую пыль под их пальцами. Дверь распахнулась с оглушительным звоном свободы.

Волк не бросился в атаку. Он сделал медленный, величественный шаг наружу, вдыхая полной грудью. Его черная шерсть начала сиять, словно в неё вплели тысячи звезд. Он подошел к Кире, и она, не боясь, зарылась лицом в его густой мех. Зверь был настолько огромен, что она едва доставала ему до плеча.

Волк уткнулся мокрым носом в её шею, в самое основание метки, и его рык трансформировался в вибрирующий, счастливый голос, прозвучавший в их головах:

— Наша малинка жива... Моя Луна... Наша душа вернулась домой.

Возвращение и Трапеза

Когда они открыли глаза в реальности, Рамир ощутил, как его Волк внутри наконец-то «обернулся» — занял своё законное место, наполняя тело Альфы привычной мощью. Но теперь эта мощь была усмиренной.

Рамир пах по-новому. Ушел запах грозы и металла. Теперь от него исходил аромат свежей мяты и теплого травяного чая. 

Этот запах окутал Киру, как невидимый кокон, даря ей абсолютное успокоение.

Визит Ари и Сила Луны

Через десять минут двери кухни открылись. Ари влетел в комнату победным вихрем. — МАМА!

Рамир перехватил его в воздухе, крутанул и осторожно опустил на колени к Кире. Ари уткнулся ей в шею, и комната наполнилась его ароматом — чистым, свежим снегом.

Во время игры Ари случайно задел локтем своего плюшевого волка. Игрушка сорвалась со стола и полетела вниз. Кира, которая в этот момент смотрела на Рамира и разливала чай, среагировала мгновенно. Её рука метнулась назад со скоростью, которую Рамир видел только у лучших воинов стаи. Она поймала игрушку в миллиметре от пола, даже не повернув головы.

Рамир застыл с открытым ртом.

Его Альфа внутри издал гордый, ликующий рык.

— Кира... ты видела это?

— Я просто услышала, как он падает, — она сама была в шоке, глядя на свою руку.

Спальня Киры и Рамира

Эту ночь они провели вместе. Ари настоял на том, чтобы спать в спальне родителей.

Он устроился ровно посередине, став живым мостом между родителями. Рамир лег на бок, создавая живой щит из тепла и своей защитной ауры.

Он вдыхал запах снега от сына, малины от Киры и чувствовал свой собственный запах мяты.

Его Волк внутри больше не метался. Он лежал на мягком мхе их общей души, свернувшись вокруг образов своей семьи.

— Мы выстояли, — прошептал Рамир, накрывая их обоих своей огромной ладонью.

В Бастионе наступила весна. На мониторах Пола три линии жизни слились в один спокойный, мощный ритм. Стая была исцелена.