6

***Солнце встало раньше всех. Яркие, игристые лучики солнца всë проходили через зашторенные окна. Тэмин не хотя разлепил глаза и повеляв хвостом спрыгнул с постели, где всë ещë нежился Тэин. Родители ушли за хворостом ранним утром, а им ничего не оставалось, как просто лежать и хандрить.

– Вот если бы Тэхён здесь был... – Начал Тэмин, как сзади него появился Тэин.

– Мы пошли бы играть в снегу...

Омеги переглянулись и заскули в голос, как же им не хватает брата. Они понимают, видят, что и родителям не сладко, но не смотря на это не могут с собой ничего поделать. Волчонки обнимаются и единогласно принимают решение.

– Ты тоже думаешь, что нужно навестить, Тэ?

– Да, мне кажется, что ему там одиноко и очень грустно...

Омежки наспех пишут родителям записку, оставляют еë на столе и начинают раздеваться, как дверь распахивается и заходит Тэджон с кучей деревяшек.

– Мальчики, вы уже встали. – Симфэн бодро заходит следом, подходит к мальчишкам и тут же обращает внимание на листок.

И не проходит и пяти минут, как оба взрослых начинают их отчитывать за безумство, ругают, чуть ли до истерик доходит.

– Отец, папа! Но мы так по нему скучаем! Сердце болит! – Тэин плачет хватаясь за кулон, который они когда-то делали все втроëм, у речки.

– Да, не справедливо! А справедливо оставлять записку и уходить в лес!

– В горы.

– Не умничай, Тэмин! Тебя это тоже касается! Вы двое! – Симфэн сглатывает все слова и обнимает их двоих.

Тэджон тяжко вздыхает.

– Дорогой, дети, я тоже об этом долго думал. Может нам действительно наведаться? Так невзначай.

– Тэджон, дорогой, а как же император?

– А мы не попайдëмся ему!

Все четверо переглядываются и обоюдно соглашаются, но перед тем как бездумно броситься в горы, они готовят одежду и привязывают верëвками к себе.

***В столице в это же время Сокджин сидит у себя в комнате и раздаëт команды новому слуге, мальчишка, то дуется, то не хотя выполняет, но не прирекается, а Сокджин это видя, только забавляется.

– Юнги, принеси мне чаю.

– Юнги, подай мне книгу.

– Юнги, сделай мне массаж.

Сокджин чуть ли каждую секунду ему что-то говорит от чего Юнги постоянно оказывается в делах. Мальчишка себе это представлял по другому. Почему такой важный человек сидит уже второй день у себя в комнате.

– Юнги, – Сокджин произнося имя слышит чужое недовольство. – Сядь за стол, давай поедим.

– Что?

– Поедим говорю. С этого дня будешь есть со мной.

– Но разве слуге можно...– Омега тушуется, ведь это не правильно, а если его разыгрывают, а потом накажут. – Я просто здесь постою.

– Нет, садись. Я тоже не великий там какой-нибудь, а просто подданный своего повелителя. Так что не прирекайся и садись, ты же с утра ничего не ел.

Омега как-то не уверенно опускается рядом и хватается за столовые приборы. Оглядывает еду и тут же начинает еë поглощать. Пачкает щëки, но не замечая этого продолжает.

– Ты испачкался.

– Где? – Юнги сразу же пытается найти на лице грязь, ведь понимает, что такому человеку, как Сокджину такая чумазость вздор и для глаз полнейшая боль.

– Здесь. – Сокджин на свою щëку показывает и Юнги тут же у себя в этом месте протирает и стыдливо опускает глаза. – Не стесняйся, кушай.

Юнги поднимает глаза и как-то воодушевлëнно начинает есть. Они не замечая этого начинают по дружески болтать, а после Сокджин впервые поступает по человечески и отпускает юнца домой.

Они расстаются, но всего-лишь до утра, но почему-то и Сокджину и Юнги, так тоскливо от этого расстования.

– Доброй ночи, господин.

– Доберись без происшествий. – Сокджин машет рукой в прощание от чего Юнги грустя вступает всë вперёд.

***В это же время Чонгук с Тэхëном закончили трапезу. Подготовили постель, приняли ванную, обоюдно впервые сплелись телами, как змейки в кровати.

– Это нормально, что мы до свадьбы спим в одной кровати?

– Мы же так часто делали, почему бы и сейчас нет? – Чонгук гладит чужие волосы и нежно смотрит.

– Да, но я почему-то тогда об этом не думал, а сейчас так ударило в голову.

– Не волнуйся, церемония скоро будет, думаю мы уже привыкли к друг другу.

Тэхён удовлетворëнно кивает и жмëтся к альфьему тело, что излучает жар и пыл. Ему так нравится проводить с ним время, даже сказать одно слово уже достаточно и даже просто молча в его компании ему ужасно хорошо. Чонгук понимает его и без слов, он глазами своими очаровательными на него посмотрит и тут же всë понимает.

Они по доброму улыбаются и смотрят друг на друга с любовью, как в покои стучат. Чонгук игнорирует ложась удобнее на подушке, а Тэхён прикрыв глаза убаюкивающе мурлычит. Стук повторяется и Чонгук не хотя отстраняется и выходит.

– В чëм дело? – Так недовольно и в какой-то мере со злобой.

– К Господину Тэхëну гостье...

– Кто?

– Не знаю, просто попросили оповестить. – Стражник готов на колени упасть, но стойко стоит.

– Опасность излучала?

– Нет, господин, эти люди безобидны, как мне показалось.

– Ладно, отправь их в тронный зал, мы сейчас же прийдëм.

– Как прикажите.

Чонгук возвращается и забравшись на кровать нежно целует румяную щëчку. Тэхён глаза приоткрывает и вешается на мощную шею старшего.

– К тебе гости.

– Ко мне? – Тэхён удивляется искренне и занимает сидячие положение. – Кто?

– Не знаю, сейчас сходим и узнаем. Только нужно переодеться. – Чонгук их оглядывает и спускается с кровати, Тэхён следом.

В тронный зал они приходят вместе и садятся так величественно, что хочется преклонить колени и молить, но не известно о чëм. Тэхён сев смотрит на людей в капюшонах и пытается из-за темноты разглядеть их лица, но ничего не выходит, пока один из стражников не зажигает в помещении фанари.

– Склоните головы, перед императором и его невестой. – Сокджин, как ошпаренный влетает в помещении и уже указывает пришедшим их место. – Кто вы и зачем пришли?

Все четверо тут же снимают капюшоны. Тэхён охает и тут же подрывается с места. Обнимает каждого, а Сокджин готов уже по полной отчитать этого несносного омегу, но сдерживается. Чонгук тоже поднимается и медленно спускается из-за чего прерывает чужую мирную идиллию.

– Это моя семья, – Тэхён поворачивается к альфе и светит ему своей улыбкой.

– Вот как, – Чонгук по-доброму улыбается.

– Ваше императорское Величество, простите нас всех четверых за то, что посмели явиться сюда, да ещë и так поздно. Мы сильно скачали по сыну. – Тэджон опускает голову и хочет поклониться, как Чонгук его останавливает.

– Не стоит, давайте лучше пройдëм в место более уютное.

– Точно! Отец, папа, братья! Вам наверное холодно, – Тэхён поворачивается к Сокджину. – Можешь принести для них сменную одежду.

Альфа фыркает, но послушно уходит и уже в подобии гостиной отдаëт каждому одеяние. Чонгук садится рядом с Тэхëном, который набросился на братьев с объятиями. Чонгук не знал, что он так любит обниматься, знал бы сразу бы его затискал в объятиях.

– Ваше императорское Величество, – Симфэн не поднимает глаз. – Большое спасибо за гостеприимство.

– Не стоит благодарностей, можете называть меня просто Чонгук.

Все удивляются и даже удивляются, когда альфа приказывает всем разлить чай и принести еду. Омеги, братья Тэхëна, изподтишка на него поглядывают и пугаются чужой ауры.

– Брат, тебе тут страшно? Ты хочешь домой? Мы можем тебя выкрасть!

Чонгук новостряет уши, делая вид, что не слышал только что чужих слов. Симфэн замечая это дёргается и тут же детям делает замечание.

– Всë в порядке, – Чонгук добро улыбается. – Но Тэхëн никуда не уедет.

Тэмин и Тэин хмурятся. Тэмин не боясь смерти подскакивает, а Тэин хватается за голову от дурости брата.

– Почему это! Вы не можете его заключить в рабство! Я вам шею перегрызу!

Чонгук смотрит на омегу, что внешнее воообще не похож на его маленького и хрупкого Тэхëна, но они братья, как так то.

– Вот как.

– Да как ты смеешь в лицо императора говорить такое! – Сокджин, достаëт меч. – Я тебя сейчас убью!

– Достаточно. – Чонгук поднимает руку.

– Прости его, – Тэхëна подходит к альфе и обнимает его. – Он просто переживает за меня.

– Всë хорошо, я если бы был твоим братом, тоже переживал. – Чонгук гладит его по макушке и берëт чашку с горячим чаем. – Вы скорее всего голодные, поешьте, перед тем, как лечь спать.

– Лечь спать? – Тэджон выходит из оцепенения.

– Поесть? – Симфэн шокированно смотрит на сына в объятиях императора.

– Брат, что это значит всë?

Тэхён смотрит на омег и родителей.

– Боже, – Сокджин вальяжно садится рядом и отпивает из чашки. – Это означает, что у вашего брата и императора любовь.

– Да, Сокджин, прав. – Тэхëна смущает и краснеет, поэтому прячется за чужим плечом.

– Так что садитесь и поешьте. – Джин после того, как убедился, что императору ничего не грозит уходит оставляя его в компании семьи его любимого омеги.

– Можете остаться тут насколько хотите, мы не против. – Чонгук кивает на них всех. – Тэхëн-а, тоже по вам очень скучал, но поехать в вашу стаю мы не могли.

– Почему? – Тэин сладкое печенье, что так любит Тэхëн ловко разламывает.

– Брат... –Тэхëн начинает пылать алым цветом смущения. – У нас скоро течка...

– Точно... А я и забыл...

Омеги переглядываются и все трое краснеют. Чонгук кажется это забавным, так в этой семье не только у Тэхëна привычка вечно краснеть.

– Большое спасибо за гостеприимство! Вы очень щедры.

– Папа, отец, мне кажется вам стоит остаться на подольше, – Тэхëн смотрит на альфу и тот одобрительно кивает. – У нас сколько будет свадьба, так что...

– Церемония?

– Ты и император... – Симфэн шокированно смотрит на пару. – О Боже... Это правда?

– Да, господин. Так что оставайтесь у нас на подольше.

Все неожиданно начинают привыкать к компании императора и звонко начинают обсуждения. Тэхëн ему улыбается и пальцы переплетает. Всë на своих местах. Так и должно всë быть.

Вскоре все уходят спать, лишь Чонгук остаётся недовольным этой ночью, потому что его омега уходит к себе в комнату с ббратьям, а он остаëтся один одинëшенька.