4.планшет-беглец

Прошел ровно месяц после того, как на школьном дворе «Франсуа Дюпон» отгремел бой с Перфекционистом. За это время Париж успел пережить еще три суперзлодейские атаки, но для Марка и Натаниэля этот месяц ознаменовался прежде всего жесточайшей, изнурительной битвой с дедлайнами. Тот самый тридцатистраничный черновик, который они так весело обсуждали в кондитерской, превратился в полноценную, готовую к печати главу. Почти готовую.

Летний зной накрыл французскую столицу тяжелым, душным одеялом. В душном художественном классе находиться было невозможно, поэтому соавторы перенесли свою рабочую резиденцию на гранитную набережную Сены, неподалеку от моста Искусств. Здесь, у самой воды, хотя бы изредка пролетал легкий, спасительный ветерок.

Натаниэль сидел на нижней каменной ступени, поджав под себя ноги. Его верный графический планшет лежал на коленях, а стилус выводил финальные штрихи на развороте, где Кокатрикс - тонкая отсылка для понимающих - выполнял эпическое фуэте на крыше. Марк расположился чуть выше, на две ступеньки позади, прислонившись спиной к прохладному парапету. На его коленях лежал раскрытый ноутбук, где он правил финальные диалоги. Рядом стояли две пустые бутылки из-под лимонада и недоеденный багет.

- Нэйт, если ты добавишь еще больше бликов на его перья, наш колорист сойдет с ума и акуматизируется прямо в офисе издательства, - сонно пробормотал Марк, потирая уставшие от экрана глаза.

- Это не просто блики, Марк, это художественная экспрессия! - отозвался Натаниэль, не оборачиваясь, - этот кадр должен кричать о грации. Мы целый месяц его вынашивали. Я не могу схалтурить на финише.

Нэйт потянулся, чтобы размять затекшую шею. Он поднял руки вверх, на секунду расслабившись и выпустив из внимания свой рабочий инструмент. Планшет, до этого надежно покоившийся на его гладких джинсах, под действием силы тяжести и законов физики медленно соскользнул вперед.

Раздался сухой, страшный для слуха любого художника звук - пластик ударился о гранит.

- Ой... - только и успел выдохнуть Натаниэль, как его планшет, на котором хранился единственный, еще не скопированный в облако финальный файл всей главы, резво покатился вниз по пологим ступеням. Прямо к мутной, глубокой воде Сены.

Время словно замедлилось. Натаниэль застыл в нелепой позе с поднятыми руками, его лицо мгновенно потеряло все краски, став бледнее больничной стены. В его глазах отразился весь ужас мира: месяц бессонных ночей, литры выпитого кофе, сотни перерисованных линий - всё это сейчас катилось навстречу своей водной могиле.

Но там, где у художника случился ментальный паралич, сработали рефлексы сценариста. Или, точнее, рефлексы супергероя, пусть даже Марк сейчас и не был в костюме Смелого петуха.

- Назад! - диким, не своим голосом взревел Марк.

То, что произошло в следующие три секунды, Аля Сезар, случайно проходившая мимо по мосту Искусств с телефоном в руках, позже назвала в своем Ледиблоге «лучшим комедийным трюком года, исполненным без Камней Чудес».

Марк совершил яростный, абсолютно нерассчитанный прыжок со своей верхней ступени. Его длинный черно-белый шарф, который он упрямо носил даже в тридцатиградусную жару, взметнулся в воздух, словно пиратский флаг. В полете Марк умудрился запутаться собственной ногой в лямке рюкзака Натаниэля. Это изменило траекторию его падения, превратив контролируемый прыжок в хаотичное вращение.

Сметая всё на своем пути, Марк покатился боком по ступеням. На его несчастье, именно в этот момент по набережной мирно ехал на скейтборде Нино Лейф, слушавший музыку в огромных наушниках. Марк на полной скорости врезался Нино под колени.

- Йоу, чувак! - только и успел крикнуть Нино, взлетая в воздух и эффектно приземляясь задом в кусты дикого плюща, растущего у парапета. Скейтборд со свистом улетел в сторону.

Марка это не остановило. Потеряв из-за столкновения шарф и окончательно дезориентировавшись, он по инерции проскозил на животе по последней, самой скользкой ступеньке, которая уже омывалась речной водой. Он вытянул правую руку вперед в отчаянном, слепом жесте.

Шлеп.

Планшет замер. Его нижний пластиковый кант уже коснулся зеленоватой глади Сены, когда пальцы Марка намертво вцепились в верхний угол корпуса.

На набережной воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая лишь плеском волн от проплывавшего вдали речного трамвайчика и тяжелым, хриплым дыханием Марка. Он лежал, растянувшись на животе, его лицо находилось в паре сантиметров от воды, а джинсы ниже колен полностью промокли.

Натаниэль медленно, словно боялся спугнуть чудо, подошел к краю и заглянул вниз.

- Марк... Ты... Ты живой?

Марк медленно повернул к нему голову. Из его растрепанных черных волос торчал кусок зеленой речной водоросли, очки съехали набок, а щека была испачкана какой-то прибрежной тиной. Но в вытянутой руке он победоносно держал абсолютно сухой, работающий планшет. На экране всё еще светился тот самый идеальный блик на перьях Кокатрикса.

- Живой, - прохрипел Марк, пытаясь приподняться на локтях, но тут же шумно выдохнул, когда его кроссовка, полная речной воды, издала смачный хлюпающий звук, - но если ты... сейчас же не нажмешь кнопку «Сохранить»... я сам выкину тебя в эту реку, Куртцберг. Вместе с твоей художественной экспрессией.

Из кустов плюща с треском высунулась голова Нино. Его кепка съехала на затылок.

- Чуваки, я, конечно, всё понимаю, арт-хаус, перформанс... Но мой скейт теперь ищет Леди Баг на дне реки, а я, кажется, сломал свои лучшие наушники.

Натаниэль посмотрел на мокрого, взъерошенного Марка с водорослями в волосах, затем на ошарашенного Нино, а потом перевел взгляд на спасенный планшет. Напряжение, державшее его в тисках последние несколько минут, внезапно прорвалось бурным, неудержимым смехом. Он упал на ступени рядом с Марком, хохоча до слез и хватаясь за живот. Через секунду, оценив всю нелепость своего вида, к нему присоединился и сам Марк.

- Месяц... Мы целый месяц тренировали балетное равновесие в костюмах супергероев, - сквозь слезы и смех выдавил Натаниэль, помогая другу подняться и вытягивая водоросли из его волос, - чтобы в итоге ты совершил самый неуклюжий прыжок в истории Парижа ради куска пластика!

- Зато эффективный, - ухмыльнулся Марк, снимая мокрые кроссовки и сливая воду, - запиши в блокнот: «Глава 4. Спасение рядового планшета». Это пойдет в мемуары.

Они сидели на набережной, греясь под лучами предзакатного солнца. Марк сушил носки на гранитном парапете, Нино, вылезший из кустов, ворчливо принимал от Натаниэля обещание нарисовать для его нового альбома эксклюзивную обложку в качестве компенсации, а файл комикса наконец-то улетал в облачное хранилище.

Это был идеальный, теплый и полный веселья вечер. Месяц упорной работы остался позади, книга была сдана, и ребятам казалось, что самое сложное они уже преодолели. Они радовались своей маленькой победе, совершенно не подозревая, что ровно через несколько дней Монарх нанесет удар, который заставит их забыть о смехе, а их привычный, безопасный мир разлетится на осколки.