Глава 9. "Я попал"

  Надоедливый скрип качелей чуть заглушался под звоном пищащий голосов играющих в догонялки детей. Под ногами поднимался песок при толчке вверх для раскачки, его тут же подхватывал и уносил клубками пыли в самый дальний угол детской площадки. Как всегда ярко светило солнце, на небе ни тучки! Столько пережить зверепых монстров, гадких существ и неупокоенных духов ради такой спокойной жизни.. Это явно стоило того.   Как же приятно было осознавать, что всего за несколько недель в его жизни произошло столькое! Новые знакомства, вновь появилась любовь в работе, он успел совершить самую злорадную в своей жизни месть, успел повидаться со всеми своими родственниками аж целых несколько раз и.. Он влюбился. Влюбился сильно и громко, влюбился так, что в груди трепетало от того, как его грубоватые подушечки пальцев касались ладоней, висков и даже губ.. Это было так похоже на подростковую любовь из сериала, где они постоянно прятались от родителей, где сбегали вместе их дома по ночам, где смешно, так нелепо и странно они впервые поцеловались. Это ведь всё о них! Всё о нём и его любимом "Д".   Линч прямо сейчас летал где-то в облаках (которых на небе не было, зато они были в его голове), всё вспоминал о вчерашнем вечере, проведённый вместе с его племянником и Джоном. Они играли до упаду в приставку, ели горы фастфуда и постоянно хохотали над обсалютными пустяками. Это было так невероятно. Линч словно попал в новый мир! В мир, где он совершенно беззаботный, где нету кучи забот, где бесконечное лето и никогда нету не каких невзгод.  И здесь ему было хорошо! Не где никогда Егору не было ещё столь тепло и уютно. Роднее этого, совершенно нового мира, кажется, уже никогда ничего не будет.   Качаясь на качелях вместе с Джоном, Линч, зивая, поглядывал на него исподтишка и улыбался тому, какой он сонный всегда с утра. выспаться сегодня не удалось не кому, ибо Лукас спозаранок вскочил и потребовал, чтобы его отвели на площадку для приключений с друзьями. Делать было нечего; накормили дитя, напоили, одели, да повели капризульку играть, выплёскивать свою груду энергии на окружающих.   — как же я хочу спать.. — взмолился вдруг Джон по-актёрскому наигранно прихныкнул.   — о-о, я бы тоже с удовольствием вздремнул часик, другой. — улыбнулся Линч, протянув руку и аккуратно погладив торчащие на голове Джона петухи. Какие непослушные у этого очкарика волосы.. Забавно.   — ну не трогай, а! Они всегда так торчат, это моя изюминка.   — изюминка твоя? Ну хорошо, не буду я избавлять тебя от твоей "изюминки".   — молодец, хороший мальчик. —  Линч закатил глаза в ответ на сию насмешку.  — это прозвучало так, будто ты разговариваешь с щенком, выполнившим твою команду.   — знаю.  — но я не какой не щенок.   — знаю. —  Диалоги с этим, как его называл Линч, "бараном" были совершенно невозможны, и сам Джон прекрасно знал это, от того язвил ещё больше. Хотя.. Эта черта в нём даже забавна. Парнишке всего семнадцать, в голове один лишь ветер, мозги пока не сформировались. Так что с него взять? Линч ведь и сам три года назад был такой и даже видел какие-то свои черты в Джоне. В этом и вся прелесть подростковых лет, что так бушевали в юноше-писателе. И Линч просто обожал его таким, какой он есть.   В то время, пока ребята бурно беседовали, к ним подбежал юный воин: весь растрёпанный, на щеках маркером ранисованы три полоски чёрного цвета, на голове повязка сделаная из какой-то грязной тряпки (отрыли где-то в песочнице, засранцы). В руках у индейца была большущая палка, что, казалось, была ростом выше, чем эти 102 сантиметра ярости, а через плечо весела какая-то замусоленная, зелёная лента. Остановив качели, Линч, оглядев дитя с ног до головы, ахнул от ужаса и положил руку на грудь, на самое сердце. Джон же, так же остановившись со скрипом, оглядел мальчишку и как расхохотался на всю площадку!   — мать твою.. Лукас! Я сколько раз тебе говорил, чтобы ты играл аккуратно? — Егор подскочил со скрепящего маятника и сел перед мальчишкой на корточки, снимая с его головы повязку. лукас позвмущённо фыркнул и тут же забрал повязку из рук дяди.  — не смей, не трос! Мы играем с ребятами в индейцев, которые спасают мир от гигантских, мутировавсих монстров!   — игра игрой, да вот только наряжаться так было для чего? Надо срочно помыться, Лили уже к обеду приедет и если увидит тебя в таком наряде, то мне не жить..  — ёмаё.. Ну боец, реально как индюшка! Такой с копьём ещё по пустыне бегает и орёт "о-о-о-о"! — хохочущий Джон принялся изображать индейца, про которого только что вёл свое описание, что заставил Линча почувствовать испанский стыд.   — Джон, ну не позорься! Смотри, как на тебя мамочки смотрят. —  Пытаясь оттереть с щёк пищащего Лукаса полосы, Линч принялся было читать лекции племяннику. В то время Джон, услышав о мамочках, оглянулся и посмотрел на скамейку, что стояла под деревом, прямо около качелей. Не теряя возможностей, очкарик подмигнул сидящим дамам, от чего те повыторащивали на него свои очи.   — хей, красотки! Хорошая погодка сегодня, не правда ли?  —  Подняв голову, Линч посмотрел на парнишку и видимо посмотрел так, что тот, явно ощутив смятение, быстренько отвернулся от шокированных мамочек и стал с невероятным любопытством смотреть куда-то в даль.   — Джон.. —  Медленно повернув голову обратно к журналюге, Джон чуть напрягся.   — да-а?   — сразу, как мы приедем домой, я сверну тебе шею. —

  По приходу в дом Линч взглянул на время. О боги.. Уже почти 12 часов дня! Лили должна прибыть минут через 20-30, а тут.. Такое! Это ведь не отмыть за столь короткий срок!   Отмыть племянника было, конечно, не столь тяжело, закинуть измазанные грязью вещи и кроссовки.. Но вот маркер на щеках будто бы прямо впитался в бархатные, детские щёки. У Егора была паника, тот метался из угла в угол и пытался придумать, чем отмыть щёки Лукаса в то время, как Джон увиливал за ним хвостом и был абсолютно спокоен.   — да ладно тебе, Линч, — абсолютно спокойно промурлыкивал Джон, пока его возлюбленный рывками метался от тумбочки к шкафу пытаясь найти хоть какое-то средство хотя бы в ванной. — Лили может даже и не заметит особо.. Да и какая ей вообще разница? Ну поиграл ребёнок, ну нарисовал себе на щеках стрелки.. Чего такого-то?   — Джон, если она увидит это маленькое воплощение Рембо, то она меня задушит! И то если повезёт.. Может и похуже чего.    — ну правда, чего так кипишевать? У нас еще достаточно времени! Ну спиртом промой, может так маркер вымоется.. —  Джон тогда, без раздумий, взобрался и сел на стиральную машину. Странно, но Линч даже не обратил внимания. И правда нервничает значит.   — каким спиртом? Какой спирт на кожу? Джон, я серьёзно! Она сказала внимательно смотреть за тем, чтобы он ничего не вытворял! А тут.. И вообще, что это было за "хей, красотки", а? Не позорно тебе? —  Джон хотел было как-то оправдать себя, но не вышло. Послышался поворот ключей по часовой стрелке, а после раскрытия двери громкое "я дома!". Линч тогда, застав на несколько секунд, подбежал к Джону и, взяв того за плечи, принялся давать распоряжение.  — значит так, мачо.. Иди и отвлекай Лили, пока я разбираюсь с Лукасом и не каких "но"! Насчёт твоих подкатов мы ещё с тобой поговорим, ты меня понял? —  Эванс и сам не понял, как он пропустил момент того, что его выпихнули из ванной и оставили за дверью. Ну и влетит же ему, если всё пойдёт не по плану..   Спустившись вниз, очкарик подошёл к Лили и принялся вести с ней беседу.   — Лили, привет!   — хм? Оу, здравствуй, Джон. —  Разуваясь и параллельно разговаривая отвечала Лили.   — хм.. Знаешь, хочу сказать, что мы здорово провели время! Твой брат вёл себя как шёлковый под моим контролем. —  Взглянув на Джона, Лили усмехнулась.   — это очень здорово. Как там Лукас?   — Лукас? Всё просто прекрасно! Хороший пацан растёт, так тебе скажу. Кстати, это.. Может закусить хочешь, а?   — я так понимаю тем фаст-фудом, который вы вчера назаказывали в мой дом, да? —  Интересно, от куда она это узнала? Лучше, пожалуй, не донимать девушку этим вопросом..

  Линч тем временем продолжал превращение Лукаса в более-менее чистенькое дитя, однако эти полосы совершенно не оттерались.   — Лука-а-ас.. — взывал Линч.   — ну сто ты, дядя Линс? Ну я же не хотел, прости..   — не хотел то не хотел, да только вот вышло всё.. О боже. Так, погоди.. —  В голову Линча тогда пришла просто безупречная мысль! Тональник. Все девушки пользуются тональником, так ведь?  — точно.. Как я сразу не догодался!? Лу, сиди здесь, не куда не уходи! —  Сломя голову Линч выбежал из комнаты ребёнка и помчался в комнату своей сестры, принялся было искать и нашёл одну из косметичек, что лежала прямо на полочке около кровати. Взяв её, Егор распахнул "шкатулку" и принялся рыться в ней, выискивая маленькую баночку с заветным персиковым цветом в ней. Вроде так выглядят тональники? От куда же знать это обычному журналисту, который с девушкой то был всего раз?  Вроде бы нашёл.. Такая маленькая, похожая чем-то на мазь! Вроде бы должно подойти.   И, о разукрасив щёки своего племянника Линч прищурился. Вроде бы выглядит не дурно, совсем даже не дурно.. Правда вот он просто размазал его пальцами по щекам, по тому вышло как-то неровно, но помазав ещё немного Линч понял, что удача сегодня явно на его стороне.  — ты только молчи, щёки руками не трогай и веди себя как ни в чём не бывало.. Ладно?  — да ну холосо, холосо! — Лукас насупился, уже начал бушевать из-за того, что его не в право, не влево не пускают уже почти что час.

  — какой смак, какая медятина, м-м.. Аж челюсти сводит от этого безупречного вкуса! —  Стоя посреди кухни с распахнутой на столе коробкой пиццы, Джон пытался усадить Лили за стол, дабы та села есть. Нельзя было пускать её на второй этаж.   — да-да, Джон, я уже поняла.. — вздохнула девушка, без особого аппетита надкусывая кусочек пиццы. Эта дама не любила всей этой калорийности. В основном домашняя пища, ПП, да и только!   — а-а.. Как на работе вообще дела? Куда ты ездила то, Лили?   — по поводу своей работы. Я ведь, Джон, художница, а это постоянные выставки, поездки.. Уже даже неловко Егора постоянно просить посидеть с Лукасом.   — та не, ему ведь только в радость! Не боись, мы за ним всегда преглядим если что. —  Пока Лили, стоя около стены и облокотившись о неё спиной стояла скрестив руки на груди, на кухню забежал вдруг Лукас, что бросился в материнские объятия с оглушающим уши писком.   — мама!! Мамоська!!   — о-о, Лукас! — тон её потеплел, по лицу расплылась улыбка и та, чуть склонившись, подхватила мальца на руки и прижала его к своей груди. Следом в кухню вошёл Линч, подошёл к сидящему за столом Джону и, протянув руку к его лицу, легонько погладил того по бархатной щеке. Очкарик улыбнулся и аккуратно погладил кисть руки возлюбленного в то время, пока Лили и Лукас ничего не видели и были заняты своими собственными объятиями.   — я так соскуцился по тебе!  — и я по тебе скучала, малюточка мой! — усмехнулась Лили, поставив своё дитя на пол.   Глаза Линча и Джона полезли на лоб, когда они увидели то, как Лукас, когда матушка опускала его вниз, щекой прошёлся прямо по белоснежной рубашке Лили и оставил жирный, бежевый след.   — твою мать.. — присвистнул Джон находясь в полнейшем ступоре. Линч стоял и с открытым ртом смотрел на это пятно абсолютно молча. Лили тогда, удивившись, подняла брови вверх.   — не пойму.. Что стряслось? —  Следом за парнями Лукас с любопытством взглянул на рубашку матушки и сам округлил глаза. Опустив голову, Лили взглянула на свою когда-то белоснежную рубашку и по кухне разлился стон ужаса и потрясения.  — о боги.. Моя рубашка!!! —