5 часть

Хёнджин удивлённо моргнул, а потом громко, от души, рассмеялся. Смех его эхом разнёсся по тесной кабинке, лёгкий, искренний, заразительный. Он откинул голову назад, прижимая Феликса к себе ещё крепче, и не мог остановиться.

— Договорились, — выдохнул он сквозь смех. — В следующий раз буду приглашать тебя в туалет культурно. С цветами и шоколадкой.

Феликс фыркнул и легонько стукнул его кулаком в грудь.

— Идиот.

— Но твой идиот, — парировал Хёнджин, и в его голосе вдруг проскользнула такая серьёзная, почти робкая нота, что Феликс снова почувствовал, как сердце пропускает удар.

Он замолчал. Хёнджин тоже. Они просто стояли, обнявшись, в тишине. Снаружи слышались шаги, кто-то зашёл в туалет, но кабинка была закрыта, и никто их не тревожил. Феликс чувствовал, как пальцы Хёнджина рисуют лёгкие круги на его пояснице, как дыхание Хвана становится ровным и спокойным.

— Хёнджин, — тихо позвал Феликс.

— М?

— У тебя есть ещё конфеты?

Хёнджин усмехнулся, отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть Феликсу в глаза. В его взгляде снова заплясали знакомые чёртики.

— А ты хочешь?

— Хочу, — честно признался Феликс и слегка прикусил губу.

Хёнджин медленно, дразняще, полез в карман брюк и достал маленький леденец в яркой обёртке. Но вместо того чтобы просто отдать, он развернул его, положил себе в рот и, приподняв бровь, с вызовом посмотрел на Феликса.

— Ну давай, — прошептал он, чуть наклоняясь вперёд. — Забирай.

Феликс закатил глаза, но улыбнулся. Он шагнул навстречу, приподнялся на цыпочки и снова прильнул к губам Хёнджина. Они встретились в поцелуе, и леденец перешёл изо рта Хёнджина в рот Феликса. На этот раз он был клубничным. Сладким, кисловатым, летним.

Феликс отстранился, довольно облизнулся и подмигнул:

— Мог бы и просто рукой дать.

— Скучно, — ответил Хёнджин и поцеловал его в кончик носа. — Так вкуснее.

В этот момент в коридоре раздался резкий голос учителя, который громко объявлял, что через минуту начнётся следующий урок, и все должны быть на местах. Феликс вздрогнул и посмотрел на часы.

— Нам пора, — сказал он.

— Угу, — без энтузиазма отозвался Хёнджин.

Он не спешил отпускать Феликса. Провёл большим пальцем по его скуле, заправил за ухо выбившуюся светлую прядь и сказал:

— Сегодня после уроков жди меня у входа. Провожу тебя до дома. Хорошо?

Феликс поднял на него взгляд. Внутри было тепло и спокойно. Какая-то необъяснимая уверенность, что всё будет хорошо. Этот странный, наглый, но такой нежный парень стал для него кем-то важным. И Феликс понял, что хочет этого. Хочет идти с ним по улице, слушать его голос, смотреть на его улыбку и ловить этот невозможный, сводящий с ума взгляд.

— Хорошо, — прошептал Феликс. — Жди.

Хёнджин улыбнулся той самой тёплой улыбкой, от которой у Феликса сладко сжималось сердце. Он аккуратно отодвинул щеколду на двери кабинки, выглянул наружу — никого — и жестом позвал Феликса.

Они вышли из туалета по очереди, словно не были знакомы. Феликс быстро зашагал к классу, а Хёнджин отстал на несколько шагов, провожая его взглядом.

Когда Феликс почти уже скрылся за поворотом, он обернулся. Встретился глазами с Хёнджином и улыбнулся.

Тот махнул ему рукой и беззвучно прошептал одними губами:

— Вечером.

Феликс отвернулся, пряча горящие щёки, и пошёл дальше.