Глава 17 "Утраченный контроль"

Летний зной осел на деревянный пол, пропитывая каждую щель запахом дерева и сухих трав. Окно было распахнуто настежь, но из темнеющей горной рощи не доносилось ни малейшего сквозняка.

Вэй Ин сидел на краю низкого деревянного пуфика, покачивая ногой. Его нижний халат был небрежно запахнут. Он смотрел в одну точку.

Его взгляд неотрывно следовал за каждым движением Лань Чжаня. Ханьгуан-цзюнь стоял у противоположной стены, аккуратно складывая чистые простыни. На нем был легкий домашний халат без верхних слоев. Вэй Ин слишком хорошо изучил его за эти недели.

Поцелуй на траве, случившийся несколько часов назад, не принес облегчения.

— Лань Чжань, — тихо позвал Вэй Ин.

Лань Чжань замер с сложенной тканью в руках.

— Мгм?

— Хватит гладить эти тряпки. Иди сюда.

Лань Чжань медленно сложил простыню на полку, повернулся и подошел. Он остановился в двух шагах, глядя на Вэй Ина сверху вниз.

— Время для проверки каналов, — негромко произнес Лань Чжань, пытаясь уцепиться за безопасный ритуал.

Он протянул руку, намереваясь взять Вэй Ина за запястье. Но Вэй Ин не дал ему этого сделать. Он резко перехватил горячую ладонь Лань Чжаня, пальцами вплетаясь между его пальцев и с силой потянул на себя. Лань Чжань не стал сопротивляться. Он шагнул вперед, опускаясь на одно колено прямо между раздвинутых бедер Вэй Ина. Их лица оказались на одном уровне. Расстояние между ними сократилось до нескольких сантиметров. Вэй Ин почувствовал, как жар, исходящий от тела Лань Ванцзи, опаляет его собственную кожу.

— Вэй Ин, — выдохнул Лань Чжань.

— Лань Чжань, — Вэй Ин подался вперед, почти касаясь своими губами его губ, обдавая его горячим дыханием. — Хватит. Мне больше не нужна твоя игра на гуцине. Мои меридианы в порядке и я тоже в порядке. Посмотри на меня.

Он свободной рукой ухватился за ворот халата Лань Чжаня, слегка потянув вниз, обнажая ключицу.

— Больше никаких шуток, — тихо произнес Вэй Ин, глядя прямо в потемневшие янтарные глаза. — Я не хочу больше притворяться, что ничего не происходит. Я хочу тебя. Прямо сейчас.

Лань Чжань будто ждал этих слов. Последние крохи его ланьского самообладания рухнули мгновенно.

С глухим рыком он подался вперед, впиваясь в губы Вэй Ина яростным поцелуем. Его язык бесцеремонно ворвался в рот Вэй Ина, сминая, лаская, отдавая всего себя без остатка.

Вэй Ин откинул голову назад под этим напором, тихо застонав прямо в губы Лань Чжаня. Его пальцы судорожно вцепились в сильные плечи заклинателя, сжимая ткань халата так, что побелели костяшки. Он отвечал на поцелуй с той же накопившейся жаждой, пуская Лань Чжаня так глубоко, как только возможно.

Не разрывая поцелуя, Лань Чжань навалился на него всем телом, опрокидывая Вэй Ина навзничь на циновку. Деревянный пол глухо отозвался под их весом. Руки Лань Чжаня действовали с собственнической силой. Он рванул тонкую ткань нижнего халата Вэй Ина, безжалостно разрывая завязки. Белая шелковая ткань расползлась в стороны, обнажая бледную, худую грудь, на которой все еще виднелись тонкие шрамы от прошлых сражений.

Лань Чжань оторвался от его губ, тяжело дыша и его взгляд опустился на открывшееся тело. Вэй Ин лежал под ним, раскинув руки, его темные волосы разметались, а грудная клетка часто вздымалась. На бледной коже уже проступали пунцовые пятна от быстрых прикосновений.

— Красивый..— хрипло выдохнул Лань Чжань.

Это было первое абсолютно искреннее слово, сорвавшееся с его губ. Он приник поцелуями к шее Вэй Ина, кусая нежную кожу у самого уха, заставляя того выгибаться навстречу и ловить ртом воздух. Пальцы Лань Чжаня скользнули вниз, по ребрам, очерчивая изгиб талии, сжимая бедра с силой. Вэй Ин плавился под этими прикосновениями, его разум застилал туман.

— Лань Чжань.. Лань Чжань, быстрее, — умолял Вэй Ин, извиваясь под тяжелым телом. — Сними это.. сними с себя всё.

Лань Чжань приподнялся на руках. Одним резким движением он сбросил свой халат, оставаясь полностью обнаженным. Его дышало жаром. На его спине полосами темнели старые шрамы кнутом, но сейчас это не имело значения.

Вэй Ин потянулся к его лицу, но его взгляд упал на белую лобную ленту, которая всё еще безупречно сидела на лбу Ханьгуан-цзюня.

— Лань Ванцзи.. — с придыханием прошептал Вэй Ин, — Твой священный устав.. Ты всё еще носишь её.

Лань Чжань замер на секунду. Он посмотрел на ленту, затем на Вэй Ина. Без лишних слов он поднес руку к затылку, развязал узел и медленно снял шелковую полоску с серебряными облаками.

— Вэй Ин, — его голос дрожал от страсти. — Ты знаешь, что это значит.

— Знаю, — Вэй Ин перехватил его руку с лентой, притягивая к себе. — Плевать на правила. Свяжи меня.

Лань Чжань потемнел лицом. Он крепко обмотал прочный шелк вокруг запястий Вэй Ина, фиксируя его руки над головой.

Когда руки Вэй Ина оказались закреплены, Лань Чжань снова опустился на него, разводя его бедра еще шире, устраиваясь между ними. Его горячее бедро грубо прижалось к паху Вэй Ина, вызывая у того громкий, несдержанный стон.

— Лань.. — выдохнул Вэй Ин, теряя остатки контроля. — Пожалуйста..

Лань Чжань дотянулся до небольшой тумбочки у кровати, где стояла баночка с целебной мазью, которую Сичэнь принес для заживления ран. Сейчас эти травы должны были послужить другой, куда более приятной цели. Он обильно набрал смазку на пальцы и вернулся к Вэй Ину.

Когда первый палец Лань Чжаня коснулся его изголодавшегося по ласке тела, Вэй Ин резко вскинул бедра, втягивая воздух сквозь зубы.

— Тише.. — твердо прошептал Лань Чжань, целуя его в висок, пока его пальцы медленно, растягивая каждое движение, проникали внутрь, готовя Вэй Ина. — Вэй Ин, расслабься. Смотри на меня.

Вэй Ин послушно открыл глаза. Перед ним было лицо Лань Чжаня, с капельками пота на лбу, безумно красивое. Вэй Ин закусил губу до крови, стараясь подстроиться под ритм его пальцев, которые двигались уже быстрее, проникая глубже, нащупывая простату, от которых у Вэй Усяня искры сыпались из глаз.

— Лань Чжань.. я готов.. больше не надо.. — простонал он, дергая связанными руками, желая обнять его, прижать к себе еще крепче.

Лань Чжань вытащил пальцы. Мазь блестела на его коже. Он приподнялся, направляя себя к самому входу и на секунду замер, глядя Вэй Ину прямо в душу.

— Вэй Ин. Мой.

И с этими словами он вошел, одним сильным, глубоким толчком, заполняя Вэй Ина целиком.

Вэй Ин вскрикнул, запрокинув голову. Звук утонул в душном воздухе комнаты. Это было больно, но эта боль мгновенно растворилась в волне наслаждения.

Изнутри его каналов будто хлынул поток золотой энергии, соприкасаясь с духовными потоками Лань Чжаня. Это было то самое парное совершенствование, о котором он говорил.

Лань Чжань дал ему несколько секунд привыкнуть, тяжело дыша ему в шею, а затем начал двигаться.

Движения его были мощными и жесткими. Каждое проникновение отзывалось в теле Вэй Ина сладкой судорогой. Он стонал без умолку, не заботясь о том, что его могут услышать горные духи или случайные звери. Лань Чжань целовал его, заглушая эти стоны своими губами, переплетаясь с ним телами так тесно.

— Да.. Лань Чжань, еще сильнее! — кричал Вэй Ин, когда темп стал совсем сумасшедшим.

Лань Чжань больше не сдерживался. Его толчки стали быстрыми, глубокими и грубыми. Он вколачивал Вэй Ина в циновку, его сильные руки сжимали бедра парня так, что кожа горела. Вэй Ин изгибался, его ноги обвили поясницу Лань Чжаня, притягивая его еще глубже, заставляя отдавать всё.

В комнате стоял шлепок тел, тяжелое, рваное и хриплые стоны. Духовная энергия между ним пульсировала.

Вэй Ин почувствовал, как сладостная судорога стягивает низ живота. Он дернулся навстречу очередному мощному толчку и с его губ сорвался долгий стон. Он излился на их животы, полностью теряя связь с реальностью.

Лань Чжань сделал еще несколько быстрых, глубоких толчков, его тело напряглось. С глухим, хриплым стоном он излился глубоко внутрь Вэй Ина, содрогаясь всем телом.

Вэй Ин скользнул ниже, грубо толкнув Лань Чжаня в бедра и заставив его развести ноги шире. Вся нежность исчезла. Вэй Ин сел на колени между его ног, зафиксировал ладони на бедрах Лань Чжаня, до боли впиваясь пальцами в кожу и поднял взгляд.

— Смотри на меня, Лань Чжань, — выдохнул он и жестко насадился ртом на его хлынувший жаром, пульсирующий член.

Лань Чжань резко выгнулся, пятки до хруста впились в циновку, а из горла вырвался громкий, рваный стон. Вэй Ин не собирался с ним миндальничать. Он обхватил основание члена рукой, до белизны сжав пальцы и начал глубоко, до самого горла, заглатывать его, насаживаясь лицом в бешеном темпе.

Домик наполнился непристойными звуками мокрого трения и влажного шлепанья. Вэй Ин двигался, заставляя твердую плоть с силой тереться о свои губы и небо, намеренно царапая кожу зубами на выдохе. У него перехватывало дыхание, слезы выступили на глазах от глубины, но он лишь сильнее сжимал челюсти, не давая Лань Чжаню ни секунды передышки.

— Вэй Ин.. пусти.. — прохрипел Лань Ванцзи, окончательно теряя рассудок от этой грязной ласки.

Он попытался схватить Вэй Ина за волосы, чтобы оттащить, но пальцы судорожно сжались и вместо этого он лишь начал грубо, вбиваться бедрами прямо ему в рот, ловя этот жесткий ритм. Безупречный Ханьгуан-цзюнь двигался быстро, толкаясь глубоко в глотку. Вэй Ин глухо промычал ему в пах, принимая каждый удар и сжимая губы еще сильнее.

Когда напряжение дошло до пика, Вэй Ин сделал несколько самых глубоких, удушающих толчков, практически полностью впитав его в себя.

Лань Чжаня затрясло. Крупная судорога свела его бедра, глаза остекленели и из его рта вырвался хриплый стон. Он кончил горячими толчками прямо Вэй Ину в горло. Вэй Ин, не отстраняясь, до последнего глотка принял всю его сперму, чувствуя, как она обжигает пищевод и несколько раз жестко провел языком по обмякшему члену, подчищая остатки.

Он медленно поднялся, тяжело дыша. По подбородку текла капля слюны, смешанной со смазкой. Он вытер рот тыльной стороной ладони и развалился прямо на груди у тяжело вздымающегося Лань Чжаня. Глава ордена лежал полностью опустошенный, раскинув руки, его кожа горела пунцовым румянцем.

— Ну что, Ханьгуан-цзюнь, — хрипло ухмыльнулся Вэй Ин, слизывая каплю с губы и утыкаясь носом в его шею. — Чья медицина круче?

Лань Чжань ничего не ответил, он тяжело дышал, чувствуя, как горячее тело Вэй Ина расслабленно покоится на его груди. Но это затишье длилось недолго. Ухмылка на губах Вэй Усяня и то, с каким превосходством он слизывал сперму со своего подбородка, окончательно выжгли в душе Ханьгуан-цзюня остатки всякого терпения.

Одним резким движением Лань Чжань перевернул их тела. Вэй Ин даже пикнуть не успел, как оказался вдавлен спиной в циновку, а сверху над ним навис Лань Ванцзи. ЛАНЬ ЧЖАНЬ ХОТЕЛ ЕЩЕ. ПО ВТОРОМУ КРУГУ.

— Лань Чжань?.. — выдохнул Вэй Ин и его ухмылка на мгновение дрогнула от предвкушения, когда он увидел это пугающе выражение лица праведного заклинателя.

Лань Чжань не ответил. Он молча потянулся к изголовью и схватил сброшенную ранее белую лобную ленту. Он ещё раз заставил Вэй Ина завести руки за спину. Вэй Ин попытался дернуться, полушутя заныв, но Лань Чжань грубо, до боли сжал его запястья одной рукой, а второй быстро и намертво перетянул их прочным шелком, фиксируя узлом. Лобная лента ордена Гусу Лань теперь стягивала руки Старейшины Илина за спиной так крепко, что он едва мог пошевелить пальцами.

— Ого.. Ханьгуан-цзюнь, да ты сегодня настроен серьезно, — хрипло рассмеялся Вэй Ин, выгибая спину и подставляя шею, но его смех оборвался, когда Лань Чжань схватил его за волосы у затылка, заставляя запрокинуть голову назад до упора.

— Тихо, — приказным тоном выдохнул Лань Чжань прямо ему в губы.

Он грубо впился в его рот поцелуем, кусая губы до крови и силой втискивая свой язык внутрь. Вэй Ин промычал в поцелуй, чувствуя вкус собственной крови и то, как сильно Лань Чжань зажимает его бедра своими коленями, полностью лишая возможности двигаться.

Не давая ему опомниться, Лань Чжань оторвался от его губ и скользнул ниже. Он не стал использовать мазь повторно. Он грубо развел колени Вэй Ина в стороны, со всей силы надавливая на них и без предупреждения вогнал два пальца глубоко внутрь его растянутого, еще горячего лона.

— А-ах! Лань Чжань! — вскрикнул Вэй Ин, резко выгибаясь дугой. Связанные за спиной руки не давали найти опору и он мог только судорожно ловить ртом воздух, пока Лань Чжань внутри него делал рваные толчки пальцами, намеренно грубо задевая самую чувствительную точку.

— Вэй Ин. Смотри на меня, — потребовал Лань Чжань, нависая сверху. Его лицо было мокрым от пота.

Вэй Ин распахнул затуманенные, блестящие от подступающих слез глаза. В этот момент Лань Чжань резко вытащил пальцы и прижав плечи Вэй Ина к полу так, что тот не мог даже шелохнуться, одним мощным движением вогнал свой огромный, до предела налившийся член в его узкое нутро на всю длину.

— Сукааа! А-а-ах! — громкий, истошный стон Вэй Ина захлебнулся, когда Лань Чжань тут же зажал ему рот ладонью.

Внутри всё горело так, словно туда залили свинец, кхе-кхе. Лань Чжань не стал ждать, пока он привыкнет. Он сразу задал жесткий темп, вбиваясь в него без капли жалости. Каждым толчком он с силой впечатывал ягодицы Вэй Ина в деревянный пол, выбивая глухие шлепки тел. Под зажатой ладонью Вэй Ин отчаянно стонал, его глаза закатывались.

Лань Чжань двигался как псих полностью отдавшись накопившейся похоти. Он кусал Вэй Ина за плечи, за ключицы, оставляя багровые засосы на бледной коже. Каждое движение было глубоким. Связанный Вэй Ин мог только безвольно принимать эти яростные толчки, полностью подчиненный воле и силе Ханьгуан-цзюня.

Когда Лань Чжань наконец убрал ладонь от его рта, Вэй Ин сорвался на прерывистый плач, смешанный со стонами.

— Лань Чжань.. боги.. ты убьешь меня.. Еще! Быстрее, пожалуйста!

Этот умоляющий голос окончательно лишил Лань Ванцзи остатков рассудка. Он перехватил связанные запястья Вэй Ина, рванул их вверх, заставляя того согнуться в невероятной, порочной позе и сделал несколько последних, максимально глубоких толчков. Они трахались так грязно.

Вэй Ин закричал, когда мощная волна оргазма накрыла его. Его тело свело сильнейшей судорогой и он кончил прямо на свой живот горячими струями. В ту же секунду Лань Чжань с рыком рванулся вперед в последний раз, изливаясь глубоко внутрь него огромной, обжигающей порцией семени.

Затем, Лань Чжань скользнул поцелуями ниже по шее, оставляя на бледной коже отметины и прижался губами к вздымающейся груди Вэй Ина. Его дыхание обжигало.

Остановившись у самого соска, Лань Чжань прижал его пальцами, зажав у основания и резко оттянул. Вэй Ин застонал, выгибая грудную клетку навстречу этой грубой ласке. Лань Чжань опустил голову и влажно обхватил губами затвердевшую, покрасневшую плоть. Он принялся жестко терзать ее зубами, прикусывая и оттягивая сосок, пока тот не налился кровью до предела.

— Лань Чжань.. мх-х.. больно, — рвано выдохнул Вэй Ин, дергая связанными за спиной руками, но от этой боли внизу живота всё стянуло еще сильнее.

Лань Чжань проигнорировал его слабый протест. Его язык грубо и шершаво прошелся по истерзанной коже, очерчивая сосок кругами, а затем он сильно нажал на него большим пальцем, буквально втискивая обратно в грудь. Переместившись ко второму, Лань Чжань зажал его зубами и резко потянул вверх, заставляя Вэй Ина закричать от жгучей боли и удовольствия. На бледной коже груди расплывались багровые следы от укусов и пальцев Ханьгуан-цзюня, который зацеловывал и терзал его соски до полной потери чувствительности, заставляя Вэй Ина извиваться под ним в экстазе.

Прошло много времени, прежде чем их дыхание наконец выровнялось. Лань Чжань аккуратно развязал лобную ленту на запястьях Вэй Ина. Кожа там слегка покраснела и Лань Чжань тут же принялся бережно целовать эти места, будто замаливая свою минутную грубость. Вэй Ин лишь тихонько посмеивался, перебирая пальцами влажные волосы Ханьгуан-цзюня.

Они не стали убираться. Лань Чжань просто накрыл их обоих одним широким одеялом, прижимая Вэй Ина к своей груди.

В открытое окно наконец-то ворвался прохладный ночной ветер. На черном небе высыпали миллионы крупных звезд, освещая их убежище.

Вэй Ин уткнулся носом в теплую шею Лань Чжаня, вдыхая его родной запах. Его рука покоилась на груди заклинателя.

— Лань Чжань.. — сонно пробормотал он, прикрывая глаза.

Лань Чжань ничего не ответил. Он лишь крепче прижал его к себе, целуя в макушку. В его душе царил покой, которого он не чувствовал никогда в жизни. Он верил, что сможет защитить это счастье.

Они уснули, переплетенные телами, в своей счастливой ночи. Впереди их утро, которое принесет с собой удар из внешнего мира.