Не будите дракона

СТЕНА 299 АСДЖЕЙ

Когда Сиракс заметили, он приказал людям отступить, особенно варгам, так как он мог видеть, как один или два из них пялились на его орла. Хотя как только они увидели, что она летит к нему, они все равно остановились, даже Манс ухмыльнулся, что это один из его фамильяров. Из орла, драконов и Призрака, он не знал, что больше впечатляло людей, идея спутника-лютоволка была таким же чудом для Вольного Народа, как и Бранкардикс.

Джей же крепко обнимал Сиракс, приветствуя ее возвращение, и она явно тоже была рада его видеть, быстро поделившись с ним воспоминаниями о том, чем она занималась. Он покормил ее и снял записку с ее ноги, борясь с желанием просто разорвать ее и прочитать прямо сейчас. И Джейме, и Оберин изо всех сил старались скрыть ухмылки на своих лицах, в конце концов, он продержался не больше часа, в конце концов нашел небольшой камень, на который можно было сесть, и начал читать записку.

Моя любовь,

Я так счастлива, что ты возвращаешься ко мне, не так ли? Я так скучала по тебе, мои ночи были такими одинокими без тебя. Здесь все прошло хорошо, и ворон ждет тебя в Черном замке. Еще один для Оберина и Джейме, поспеши домой, моя любовь, я жажду снова увидеть твое лицо и почувствовать, как твои руки крепко обнимают меня еще раз.

Я люблю тебя, Джей,

Маргери.

Он скучал по ней так же сильно, как и она по нему, и он тоже не мог дождаться, когда они снова будут вместе. Они хорошо провели время и были не более чем в неделе от стены, останавливаясь только для охоты, и теперь, когда Сиракс была здесь, это тоже будет проще. Как только его орел отдохнет, он отправит ее вперед, чтобы привести их к большему количеству еды. Взяв записку, он положил ее в карман и пошел обратно, обнаружив Джейме, стоящего в нескольких футах от него и ожидающего его.

«В Черном Замке нас ждут вороны, Джейме, тебя, меня и Оберина», - сказал он, и Джейме улыбнулся и кивнул.

«Как долго вы еще подозреваете Джея?».

«Максимум неделя. Не терпится вернуться в Королевскую Гавань?» - ухмыльнулся он.

«Так же, как и ты - мой король», - ухмыльнулся в ответ Джейме.

«Идем, Тормунд и остальные, несомненно, будут обеспокоены тем, что мы еще не вернулись к ним», - сказал он, и они с Джейме пошли обратно, чтобы присоединиться к остальному Вольному Народу.

Джейме и он стали намного ближе в этом путешествии, рыцарь спас его в Восточном Дозоре и оказался бесценным здесь, он задавался вопросом, было ли это причиной, по которой Кроворон настоял, чтобы он назвал его своим Королевским Гвардейцем, если так, то он был бы благодарен за это, хотя он подозревал, что это было еще не все. Оберин тоже стал намного ближе к нему, само количество времени, которое они провели вместе, было достаточным, чтобы сформировать связь.

Что касается Вольного Народа, если бы Сигорн не был наследником Стира, то Джон бы включил его в свою Королевскую гвардию, молодой человек был прекрасным воином и стал верным другом. Тормунд тоже, казалось, почти усыновил его, человек, всегда желавший знать, где находится Всадник Дракона. Однако Манс был, пожалуй, тем, к кому он был ближе всего, королем за стеной, который знал правду о том, как трудно быть лидером, королем, гораздо лучше, чем кто-либо другой, кого он встречал.

«Она прекрасная птица, Джей», - сказал Манс, достигнув головы идущей группы, поскольку Сиракс летела впереди него и отдыхала на дереве в нескольких милях от него.

«Сиракс была со мной с тех пор, как я был мальчишкой, она была практически первым существом, с которым я когда-либо общался, первой, с кем я когда-либо был связан», - сказал он, пока они шли.

«Она из Эссоса?» - спросил Манс.

«Да, но ее забрали в эти края так, будто она всегда была здесь».

«Возможно, так оно и есть, она определенно намного крупнее любой птицы, которую я видел. Орелловский орел рядом с ней выглядит как воробей», - усмехнулся Манс.

«Я уверен, что Орелл все равно не откажется от своего орла», - сказал он, и Манс кивнул.

«Нет, он этого не сделает».

«Я отправлю ее утром следить за едой, она делает это гораздо лучше остальных», - сказал он, и Манс кивнул.

Он сделал, как сказал, и стадо лосей, которое она нашла, было невероятно зрелищем, лучники Вольного Народа провели лучший день охоты, который кто-либо из них мог вспомнить. Они не только хорошо поели той ночью, но и то, что они принесли с собой, могло бы сослужить им хорошую службу по крайней мере на одну луну. Поэтому настроение было приподнятым на следующий день и еще на следующий, когда они достигли деревни Уайттри.

Пока Свободный народ отдыхал, Джей взобрался на спину Бранкардикса и вместе с Сиракс быстро осмотрел местность, убедившись, что они все еще далеко впереди любой опасности. Убедившись, что они там, он полетел к самой стене, приземлился снаружи и коротко поговорил с Лордом-Командующим, сказав ему, что они будут там самое позднее послезавтра. Затем он полетел обратно и провел ночь, разговаривая с Тормундом и Сигорном, с Вал и Игритт, прежде чем лечь спать рядом с Бранкардиксом и Сиракс.

«Просыпайся, Всадник Дракона», - сказал Тормунд, и Джей рассмеялся, увидев, как близко он оказался к белобородому человеку.

«Я встал», - сказал он, вставая.

В то время как Свободный Народ был рад иметь дракона на своей стороне, они опасались Бранкардикса, Тормунд, однако, нет. То, что началось сначала, несомненно, как акт бравады со стороны высокого болтуна, вскоре стало даже больше, когда он понял, что Бранкардикс не собирается его сжигать. Что-то, чем, как он знал, этот человек теперь гордился, когда другие смотрели на него, и что, возможно, однажды станет сказкой, как Шейла.

«Мы готовы двигаться?» - спросил он, стряхивая растаявший снег с плаща.

«Да, мы сегодня доберемся до стены, ты уверен, что они нас пропустят?» - спросил Тормунд.

«Если нет, мы сожжем его дотла с помощью дракона, мой друг», - сказал он, и Тормунд рассмеялся.

«Даже этот большой ублюдок не смог сжечь стену, Всадник Дракона».

Они оба все еще смеялись, когда добрались до остальных, Джейме признал, что раз с Бранкардиксом он был достаточно безопасен, чтобы рыцарь мог немного поспать, и был отчасти причиной того, что Джей спал с драконом чаще, чем нет. Заставлять его пропускать свой собственный сон, чтобы охранять свою палатку, было смешно, хотя никакие слова не заставили бы его это понять.

Был уже полдень, когда они достигли стены, и рог прозвучал один раз, Джей увидел улыбку Манса. Над ними летели Бранкардикс и Сиракс, а на стене он мог видеть, как Лорд-Командующий кивнул, а затем ворота начали подниматься. Вольный Народ не ликовал, это были не они, вместо этого они просто шли, и потребовалось почти два дня, чтобы последний из них прошел через ворота.

Гигантам и мамонтам потребовалось еще два, чтобы пробраться, Вун Вуну пришлось почти поклониться, чтобы сделать это, а мамонты сильно задели лед над ними. Наконец, хотя ворота закрылись за последним из них, Джей, Джейме, Оберин, Манс и все остальные вздохнули с облегчением, что они прошли. Он сделал это, провел их, и теперь настало время почти такой же сложной части, расселения их на землях и в замках стражи.

ВИНТЕРФЕЛЛ 299 АСЛИАНА

Ей нравилось путешествовать по землям, ездить верхом и мчаться туда-сюда, когда ей этого хотелось. Будь то дочери Мейдж или сама Мейдж, Маленький Джон или кто-то другой из наследников и молодых людей Севера. Или Артур, который постоянно ехал с ней, и как ее муж, и как ее королевский гвардеец, которого она знала. Путешествие было веселым, с остановками по пути и осмотром некоторых достопримечательностей, которые она не видела годами.

Все было весело, пока не стало, Харренхолл был тяжелым, некоторые остались там, когда леди Уэнт предложила, но она, Артур, Калорс и несколько других отправились в гостиницу «Перекресток» и остались там вместо этого. Артур держал ее всю ночь, пока она плакала, вспоминая то место и давным-давно. Хотя по сравнению с Рубиновым Фордом, Харренхолл был приятным, просто зная, что он упал здесь, не только ей, но и Артуру было очень трудно оставаться спокойным.

Ее муж дал ей время и место, чтобы попрощаться, пока она стояла на коленях у реки, закрыв глаза и говоря вслух.

«Тебе стоит увидеть его, Рэй, увидеть, что он сделал, увидеть, кем он стал, нашим сыном, нашим мальчиком, он - все, о чем мы когда-либо могли мечтать», - сказала она, проводя пальцами по воде. «Скоро он станет отцом, Рэй, у него будут собственные дети, он продолжит имя твоей семьи для будущих поколений».

Она услышала позади себя какой-то звук и обернулась, но никого не увидела. Осмотревшись, она увидела Калорса, стоящего на некотором расстоянии, достаточно далеко, чтобы обеспечить ей уединение, но достаточно близко, чтобы она не подвергалась опасности.

«Он проводит Вольный Народ через стену Рэй, спасая их от того, что должно было произойти. Он объединил королевство, чтобы противостоять угрозе, о которой вы так беспокоились, принц, который, как было обещано, принесет рассвет. Наш принц, наш сын, единственное, что мы сделали правильно в этом мире, Рэй, присматривай за ним, защищай его», - сказала она, вставая и вытирая слезы с глаз.

Она молчала следующие несколько дней, ни Артур, ни Нед, ни Бенджен не пытались заговорить с ней, ее муж просто обнимал ее, когда она в этом нуждалась, занимался с ней любовью, когда она в этом нуждалась. Когда погода изменилась, и она впервые почувствовала порыв ветра, ее настроение улучшилось. Она была на Севере впервые за шесть и десять лет, она почти была дома.

«Когда свадьба?» - спросил Хоуленд, когда они сидели у костра тем вечером.

«Как только прибудет Вайман», - сказала Мейдж, и Хоуленд кивнул.

«Тогда я остановлюсь и заберу Джайану», - сказал Хоуленд с улыбкой.

«Вы возьмете с собой детей в Хоуленд?» - спросила Лианна.

«Они уже там, они с молодым Браном сблизились», - сказал Хоуленд.

«Как думаешь, это зелье подействует на мальчика, Лианна?» - спросил Большой Джон.

«Да, я знаю, это сработало с Уилласом и Недом, я думаю, это сработает».

«Слава старым богам, ни один парень не должен проходить жизнь таким образом, особенно такой молодой», - сказал Большой Джон.

Хоуленд оставил их около Моата Кейлин, и она фактически потребовала, чтобы он поторопился и приехал в Винтерфелл, Бенджен посмеивался, когда она это сделала. Они отдохнули в Моате Кейлин, и она поговорила с Сансой, которая писала письмо лорду Уилласу, идея брака была чем-то, что Оленна подняла с Недом. Ее племянница, казалось, была более чем довольна этой идеей, хотя и не тем фактом, что ей придется остаться на севере и ждать пару лет, прежде чем это можно будет сделать.

Это был Бенджен, с которым она мчалась, когда достигла Курганных земель, мчащийся по бороздам, заставивший ее снова почувствовать себя девочкой, это был ее брат, который был с ней, только усиливая радость, которую она чувствовала, делая это. Когда она наконец увидела серые стены Винтерфелла вдалеке, она заплакала, слезами радости и печали. Несмотря на все их планы, она поняла, что на самом деле никогда не думала, что снова увидит свой дом, и сделать это было гораздо сложнее, чем она себе представляла.

«Иди сюда, любовь моя, я уверен, внутри тебя есть много людей, которых ты хотела бы увидеть», - сказал Артур, и она кивнула.

Въехать в ворота Винтерфелла было словно вернуться назад во времени, конечно, они были старше, чем когда она видела их в последний раз, но увидев их, когда они увидели ее, это было словно вернуться на много лет назад. Сир Родрик, Халлен, Фарлен, Миккен, а затем она увидела Уолдера и Нэн, и слезы снова навернулись на глаза. Она вытерла глаза, когда спешилась и пошла приветствовать их всех.

«Уолдер, рада снова тебя видеть», - сказала она великану, который улыбнулся и обнял ее.

«Ходор», - взволнованно сказал он.

«Нэн», - сказала она, когда он отпустил ее.

«Мой дикий волк», - сказала Нэн со слезами на глазах, и они долго обнимались.

Она поговорила с Родриком и остальными, а затем встретила своих племянников, младший смотрел на нее с опаской, в то время как старший казался более счастливым из-за того, что он услышал, и она предположила, что Нед рассказал ему о зелье. Санса была только рада показать ей крепость, не то чтобы ей нужны были указания, но теперь комнаты принадлежали другим людям.

Комната Арьи была старой комнатой Бенджена, комната Робба была комнатой Брэндона, в то время как мальчики делили свою собственную комнату. Увидев комнату Сансы, она наклонилась и улыбнулась, увидев свое имя, вырезанное на стене, хотя комната была совсем другой, чем когда она была ее. Собственная личность Сансы была отпечатана повсюду, и ее племянница тоже была немного взволнована, вернувшись сюда.

«Я думала, что больше никогда не попаду в его комнату», - грустно сказала Санса.

«Я тоже», - сказала она, и Санса улыбнулась ей.

Они пировали в ту ночь, и позже она отправилась в склеп, Нед и Бенджен присоединились к ней. Видеть статуи отца и брата было тяжело, как и видеть свои собственные, но слезы не текли, и на мгновение она почувствовала, что позорит их память. Хотя она знала, что это не так, и что на самом деле она просто плакала.

Она попросила братьев отвести ее в Богорощу, и, преклонив колени перед деревом и помолившись старым богам, она обрела чувство покоя, которого не чувствовала годами. Словно с ее плеч свалилась огромная ноша, и она почувствовала себя такой счастливой, что совершила это путешествие.

«Спи, поговорим завтра», - сказал Артур, когда она вошла в гостевую комнату.

«Мы так и сделаем», - сказала она, целуя его, радуясь, что он знает, насколько утомительным был день, и она уснула вскоре после того, как ее голова коснулась подушки.

Они не смогли много поговорить на следующее утро, в конце концов, они завтракали, когда вбежал ее племянник. Кэт и Нед вскочили со своих мест, а мейстер вбежал несколько мгновений спустя. Убедившись, что все в порядке, она и Артур тихонько ускользнули. Лианна улыбалась, когда он привел ее в стеклянный сад, и даже вид зимних роз не мог стереть улыбку с ее лица.

СТЕНА 299 АСОБЕРИН

Он почувствовал такое облегчение, что наконец добрался до стены, даже ужасные условия самих зданий не смогли сдержать его энтузиазма. То, что его также ждал ворон, тоже помогло, и он был благодарен, когда толстый мальчик принес его ему, с нетерпением открыв, чтобы прочитать.

Оберин, любовь моя,

Я решила вернуться в Дорн, чтобы увидеть наших девочек, и привезу их с собой по возвращении. Я ужасно скучаю по тебе и надеюсь, что ты скучаешь по мне так же сильно, Обара, Ним и Тиена останутся с Дораном, пока я не вернусь, если ты приедешь раньше меня, то узнаешь, каково это - ждать кого-то, моя любовь, хотя, если бог будет милостив, мы окажемся в объятиях друг друга скорее раньше, чем позже.

Вся моя любовь,

Эллария.

Проверив толстяка Сэмвелла, он обнаружил, что ворон прилетел больше луны назад, зная это, это будет означать, что к тому времени, как они прибудут в Королевскую Гавань, Эллария должна была вернуться. Он не думал, что вынесет, если прибудет и ему придется ждать ее, и вскоре он обнаружил, что посмеивается, зная, что означала его любовь. Встав, он направился к солярию лорда-командующего, готовясь к новым спорам, которые были с тех пор, как он сюда попал.

Лорд-командующий пожелал, чтобы люди из Ночного Дозора остались с некоторыми из Вольного Народа в их замках, но Вольные Народы отказались принять это. Наряду с тем фактом, что некоторые из ордена и сам Лорд-командующий желали, чтобы Манс был приговорен к наказанию за дезертирство, это создало большую напряженность. Поднимаясь по лестнице, он слышал громкие голоса оттуда, где он был, и когда он добрался до комнаты, то увидел, что король вышел из себя, даже больше, чем обычно.

«Хватит!» - крикнул Джей.

«Нет, я не буду молчать об этом, ваша светлость», - громко сказал Джиор.

«Ты будешь молчать, потому что я сказал тебе молчать, и я сказал достаточно», - сказал Джей, хлопнув рукой по столу.

«Что происходит?» - прошептал он Игритт.

«Он хочет отрубить голову Мансу», - ответила ему рыжая.

«Король?» - спросил он, и она сердито посмотрела на него.

«Не король, блядь, а ворона».

«У меня есть власть помиловать любого человека, лорд-командующий, право судить любого человека, даже человека из Ночного Дозора».

«Этот человек - предатель своих клятв, ваша светлость. Я могу убедить своих людей в необходимости Вольного Народа, но не в необходимости Манса Налетчика».

«Ты продашь все, что я, блядь, прикажу тебе продать, или, да помогут мне боги, я распущу этот ебучий орден и отправлю вас всех за стену, посмотрим, как ваши ебучие клятвы сработают, когда столкнутся с Королем Ночи. У меня есть ебучий дракон, и мне повезло, что я здесь, думаешь, у тебя получится лучше?»

Никто не произнес ни слова, и Оберин увидел, как Игритт и Тормунд ухмыльнулись, Джейме держал руку на мече, а Манс просто стоял.

«То, что за этой стеной, то, что нам предстоит, гораздо важнее всего остального. Я объединил королевство, чтобы противостоять этой угрозе, а ты упрямишься из-за гребаной клятвы. Я больше этого не потерплю, и это последнее, что я слышу об этом, теперь замки».

«Ваша светлость...».

«Замки, лорд-командующий», - сказал Джей, пристально глядя на пожилого мужчину, и даже Оберин почувствовал, что немного съёжился от выражения лица Джея.

«Квинсгейт, Дубощит, Факелы, Длинный курган и Грингард», - сварливо сказал Джиор.

«Манс?» - спросил Джей.

«Сколько из остальных пилотируемых?» - спросил Манс.

«Западный дозор у моста, Черный замок, Восточный дозор, Ночная крепость, Теневая башня, Врата льда, Глубокое озеро и Соболь-холл», - сказал Джиор.

«Остается шесть: Сентинал Стэнд, Стоундор, Холм Инея, Айсмарк, Лесной Дозор у бассейна, Грейгард», - сказал Манс.

«Некоторые из них не подходят для этой цели, ваша светлость», - сказал Джиор.

«Их все еще нужно укомплектовать людьми, Манс, можешь взять несколько человек и проследить за этим? Я попрошу Станниса присоединиться к вам», - сказал Джей, и Манс кивнул.

«Поставляет вашу милость?» - спросил Джиор, и Манс с Тормундом тоже посмотрели на короля.

«Я организую более крупные поставки, каждый замок и поселение получат немного. Я также привезу больше из Эссоса, зима приближается, и вам всем нужно начать запасаться. Манс, ты позаботишься о своих людях?».

«Ай, Джэ, я сделаю это».

«Хорошо, оружие тоже начнет прибывать, мы нашли драконье стекло», - сказал Джей, улыбаясь и держа в руках свиток с изображением ворона.

«Где?» - спросил Джор.

«Драконий Камень, добыча уже началась. Королевские врата или Дубощит, Манс, решай сам».

«Наши люди уже в Глубоком озере, я возьму Квинсгейт, Тормунд возьмет Дубохилд», - сказал Манс.

«Если только мне не придется носить чертово черное», - сказал Тормунд, хотя рассмеялся только Вольный Народ.

«Мы уходим немедленно, лорд-командующий, Манс», - сказал Джей, выходя из комнаты.

Оберин последовал за Джеем вниз по ступеням, король все еще казался таким же взволнованным, как и всегда. Он прошел через двор позади него и увидел, как король остановился, прежде чем повернуться к нему с улыбкой на лице.

«Хочешь подраться?» - спросил Джей, и Оберин рассмеялся, отправляясь за копьем.

К тому времени, как он вернулся, собралась небольшая толпа, и Джей сражался с Джейме, двое мужчин двигались гораздо медленнее, чем могли, и Оберин быстро понял, что это всего лишь разминка. Как только его заметили, они остановились, а затем он и Джей столкнулись лицом к лицу, он с копьем, а Джей с мечом. Если и были какие-то сомнения относительно того, насколько быстр король, они быстро развеялись, удары, которые он не парировал, он просто уклонялся, и они быстро вошли в ритм.

Оберин был ошеломлен, когда Джейме присоединился, а Джей сражался с ними обоими, несмотря на то, что некоторое время отражал и парировал их, вскоре они начали одерживать верх, и когда Джей сосредоточился на Джейме, Оберин сбил его с ног древком копья и через несколько мгновений заставил его сдаться. Хотя, судя по улыбке на его лице, когда он встал, вы бы не поняли, что его только что победили.

«В следующий раз, Оберин, Джейме», - насвистывая, сказал Джей и ушел.

«Этот мальчик иногда бывает странным, Джейме», - сказал он с легким смехом.

«Я думаю, он просто хотел выплеснуть свое разочарование», - сказал Хайме.

«Где Лиф?» - спросил он, и Джейме указал на комнаты наверху: «Она все еще ни с кем не разговаривает?».

«Нет, только Джей», - сказал Джейме.

Они были готовы уйти через несколько часов, и Оберин должен был признать, что он рад это сделать, атмосфера была напряженной и накалялась с тех пор, как они прошли через ворота. Хотя они приняли Вольный Народ, казалось, они также не согласились с ними, то, что король так явно заступился за них, также обошел их, и некоторые взгляды, которые получил Джей, были тревожными.

Конечно, громкий рев, когда Бранкардикс пролетел над Стеной, вскоре, казалось, изменил взгляд черных братьев на короля. Им потребовалось еще несколько дней, чтобы добраться до Королевских ворот, Манс быстро обустроился, и они ждали, пока не прибыл Станнис, бывший король-олень, казалось, был рад видеть нового дракона.

«Ваша светлость, я достал вашего ворона», - сказал Станнис во дворе.

«Станнис, это Манс Рейдар, его жена Далла, а это Тормунд», - сказал Джей. Стир, Сигорн и некоторые другие отправились в Глубокое озеро, чтобы вернуть лесную ведьму для Даллы.

«Станнис Баратеон», - сказал Манс, глядя на мужчину, прежде чем кивнуть.

«Да, ты хочешь, чтобы я помог им обосноваться в твоей милости?»

«Манс посмотрит, как будут укомплектованы остальные замки Станниса, я хотел бы, чтобы ты сопровождал его и следил за тем, чтобы не было никаких проблем. Скоро прибудут еще люди, но пока они здесь, я бы хотел, чтобы ты и твои люди следили за тем, чтобы Вольный Народ оставался в покое», - сказал Джей.

«Как прикажете, ваша милость».

Каждый день их пребывания казался ему все труднее и труднее, когда родился ребенок Даллы, они столкнулись с тревожным ожиданием, чтобы увидеть, выкарабкается ли женщина, благодарные, когда это произошло, а Манс еще больше, что теперь у него есть сын. Хотя, учитывая обычай Вольного Народа, прошло два года, прежде чем его назвали. Джей отправил Сиракс в Королевскую Гавань, и они, к облегчению Оберина, наконец, приготовились к отъезду. Сам Манс выехал, чтобы увидеть, как Тормунд обосновался в Дубощите, как только они уедут.

«Если тебе что-нибудь понадобится, поговори со Станнисом, он сможет передать мне ворона, и я вернусь, когда смогу, Манс».

«Береги себя, Джей, мы посмотрим, что за стеной», - сказал Манс.

«Тормунд», - сказал Джей, прежде чем его крепко обняли.

«Всадник на драконе», - сказал Тормунд.

«Вал, передавай привет твоей сестре и малышке», - сказал Джейме и увидел, как блондинка, казалось, собиралась что-то сказать, но потом промолчала.

Он, Лиф, Джейме и Джей взобрались на дракона, и он улыбнулся, когда они взлетели, под ними, насколько хватало глаз, раскинулись Вольный Народ, сколько их было, он не был уверен, но они спасли их, по крайней мере, на данный момент. Оберин гордился своей ролью, и все же он был счастлив, что направляется на юг, и теплый воздух, и возможность снова увидеть свою любовь и детей заставляли его улыбаться.

КОРОЛЕВСКАЯ ГАВАНЬ 298 АСДЭНИ

И Арья, и Ширен добились невероятных успехов, их полеты становились все длиннее и длиннее, и больше не было таких несчастных случаев, как первый. Тем не менее, Дени попросила Тириона и Эймона заглянуть в книги и посмотреть, могут ли они что-нибудь сделать, чтобы они были более безопасны на спинах дракона. Эймон уже находил все больше и больше вещей в книгах и свитках, которые Джей нашел в Валирии, некоторые невероятные, некоторые обыденные, но ничего полезного в предстоящей битве.

Поэтому Дени взяла на себя задачу заставить Рейгона и Элланис выполнять более сложные движения, поворачиваться быстрее и, не пытаясь сбросить их, по крайней мере позволить им привыкнуть к мысли о необходимости двигаться, чтобы оставаться на спине. Для самой Дени это было почти второй натурой, ее связь с Элланис не позволяла ей упасть, она верила, будь то ее инстинкты или инстинкты дракона, независимо от того, что ей всегда удавалось исправить.

Полеты на Драконий Камень были обычным явлением для нее и девочек, не только драконы предпочитали это место, но и сам полет был хорошей тренировкой, и когда она была там, она могла проверить шахты. Они уже успели собрать приличное количество драконьего стекла и организовали несколько кузнецов, чтобы начать изготавливать оружие, наконечники стрел и копий, а также небольшие кинжалы, в основном пока.

«Можем ли мы теперь пойти домой?» - сварливо сказала Арья, когда они шли по пляжу.

«Драконы едят, так что нет», - сказала она, и Арья вздохнула, прежде чем направиться к Ширен.

Арья, возможно, скучала по Джей больше, чем кто-либо другой, кроме Маргери, она не то чтобы вела себя неподобающе, но она была гораздо более сварливой и угрюмой, чем обычно. Хотя Дени больше беспокоилась о своей племяннице, беременность и правление наносили ей урон. Именно из-за этого беспокойства, как только она почувствовала Эллани в своем сознании, она позвала ее забрать их, Рейегон последовал за своей сестрой.

Обычно она давала им отдохнуть после еды, но по какой-то причине ей хотелось вернуться в Королевскую Гавань до наступления темноты. Когда прилетели драконы, Арья практически взбежала по крылу Рейгона, Ширен последовала за ней более неторопливым шагом. Полет в Королевскую Гавань, казалось, не занял много времени, и как только они оказались там, Дени поспешила обратно в Красный замок.

«Увидимся позже за ужином, а Арья - пораньше», - сказала Дени, и Арья кивнула, прежде чем они с Ширен поспешили уйти.

«Ты вернулась рано, моя королева?» - сказала Миссандея, увидев, как она идет по коридору.

«Я, Лакоес?.».

«Помогает сиру Давосу».

«Королева?

«Отдыхая в постели, она почувствовала усталость и отменила утренние петиции, а лорд Тирион подал вместо нее дневные».

«Я пойду к ней, если Лакоес вернется, скажи ей, что я дома», - сказала Дени, и Миссандея кивнула.

Дени прошла по коридору и увидела, что сегодня дежурят сир Лораса и сир Бриенна. После недолгого сопротивления со стороны Лораса ей разрешили войти, и она обнаружила дядю и леди Оленну, стоящих у кровати.

«Что-то не так?» - обеспокоенно спросила она.

«Нет, племянница, ее светлости просто нужно больше отдыхать, она слишком много работала», - сказал Эйемон, и Оленна, похоже, согласилась.

«Я королева, дядя, и мне положено много работать», - сказала Маргери, покачав головой в ответ на предложенную еду.

«Вы также беременны, ваша светлость, и я могу добавить, что вскоре у вас появится ребенок, вам нужно отдохнуть», - сказал Эйемон.

Казалось, им удалось уговорить ее, но, тем не менее, им обоим пришлось удержать ее в постели, когда Сиракс приземлилась на балконе.

«Я принесу, ваша светлость», - сказала она, и Маргери кивнула, а Дени показалось, что она увидела легкую улыбку на ее лице, когда она побежала к балкону.

Она сняла записку с ноги орла и позвала сира Бриенну, чтобы он принес орла внутрь и организовал для нее еду, после чего подошла и вручила Маргери записку. Все трое смотрели на королеву в нетерпеливом ожидании того, что было написано в записке, и она, как и все остальные, вздохнула с облегчением, увидев улыбку на лице Маргери.

«Они прошли через стену, они вернутся в течение недели», - сказала Маргери, и Дени закрыла глаза, благодаря богов.

«Все прошло хорошо?» - спросил Эйемон, и Маргери протянула ему записку.

«Дядя?» - спросила она через несколько минут после того, как он прочитал.

«Они поселяют их в замках, Стена впервые за столетия полностью укомплектована людьми, и они провели через нее всех, даже великанов», - сказал Эйемон, сияя улыбкой.

«Гиганты?» - спросила Оленна.

«Гиганты», - усмехнулся ее дядя.

В течение следующих нескольких дней Маргери оставалась в постели, Тирион держал петиции, а Дени и Оленна решали, что Маргери нужно знать, а что нет. Арья сначала жаловалась на то, что ей не разрешают летать на драконах, затем, казалось, обрадовалась, узнав, что возвращается Джей, и, наконец, все больше и больше беспокоилась о том, что Маргери прикована к постели.

«С ней все будет в порядке?» - спросила Арья, когда они завтракали.

«Конечно, ей просто нужно немного отдохнуть и вернуть мужа», - сказала Дэни.

«Но он уже должен был вернуться, не так ли?» - спросила Ширен.

«Он сказал, что неделя прошла, а пять дней - это глупо», - сказала Арья.

«Ты глупая», - сказала Ширен, и Дени вздохнула, не готовая встретить еще одно такое утро.

Оказалось, что этого не произойдет, так как ее вызвали на соляр Тириона, прежде чем он смог перейти к полномасштабному фестивалю шуток между двумя девушками. Она обнаружила там Оленну, ожидающую ее, и Вариса, все трое выглядели обеспокоенными, сели и стали ждать, пока они расскажут ей, что происходит.

«У нас могут возникнуть проблемы», - сказал Тирион.

«Какого рода проблема?» - спросила она.

«Мы получили известие, что лорды Долины уже в пути, но с Железных островов дошли слухи», - сказал Варис, и она ждала, пока он продолжит. «Эурон Грейджой объявил себя королем», - сказал Варис, и она огляделась вокруг, пытаясь понять, что это значит.

«Я не понимаю, в чем именно проблема?» - сказала она, когда никто не ответил.

«Помимо того, что одно из семи королевств до сих пор не покорилось, человек, который сейчас на это претендует, - не тот человек, с которым можно вести переговоры», - сказал Тирион.

«Кто этот человек, этот Эурон Грейджой?» - спросила она.

«Вороний Глаз, брат Бейлона Грейджоя, он был архитектором сожжения кораблей моего отца в Ланниспорте, что стало первым выстрелом Восстания».

«И они были раздавлены, не так ли?» - пренебрежительно сказала Оленна.

«Они были», - сказал Тирион.

«Корабли сжигают Тириона, и у нас есть три дракона, которых у нас тогда не было», - сказала Оленна.

«У нас их двое», - сказал Тирион.

«Джей уже возвращается, он будет здесь через несколько дней», - сказала она, и Оленна кивнула.

«Как ты думаешь, он просто улетит обратно, когда понадобится? Ее светлость готова родить в любой день, дети появятся на свет, король никуда не денется», - сказал Тирион, и она поняла, что согласна с ним.

«Тогда я пойду, разошлю воронов к тем, кто ближе всего к Железным островам, в наиболее вероятные районы их нападения, приготовлю их на всякий случай. Я поговорю с племянником, когда он вернется, если понадобится, я сам полечу и разберусь с этим Эуроном».

«Хорошо, принцесса», - сказал Тирион, и Варис кивнул.

Возвращаясь к комнате Маргери вместе с Оленной, она почувствовала раздражение женщины рядом с собой. Она остановилась, прежде чем они дошли туда, и повернулась к ней, чтобы узнать, о чем она думает.

«Леди Оленна?.».

«Что, ой, извини, принцесса, я был в другом месте».

"Миледи?.".

«Эти дураки хотели донести это до моей внучки, как будто у нее недостаточно забот», - сказала Оленна.

«Мы разберемся с Грейджоями, Джей прибудет через день или около того, и мы решим, что делать, а до тех пор ничего не скажем ее светлости».

«Спасибо, принцесса», - сказала Оленна, улыбаясь.

Они услышали крики, как только вошли в коридор, два рыцаря у двери Маргери вбежали внутрь, и она и Оленна побежали к комнате. Когда они добрались туда, сир Торрхен выбежал из комнаты, а затем промчался мимо них, когда они достигли ее. Внутри Маргери была в постели, а сир Освелл прижимал ее к земле, она металась, и он, казалось, был рад видеть их обоих.

«Детки, деточки идут», - произнесла черная летучая мышь с явным паническим чувством в голосе.

«Мейстер?» - спросила Оленна, направляясь к кровати, и белый волк отодвинулся в сторону, пропуская ее мимо себя.

«Сир Торрен пошёл за ним», - сказала Освелл, увидев, как Призрак бежит на балкон.

Разрываясь между тем, чтобы помочь Оленне и Освеллу или пойти на балкон за белым волком, она в итоге последовала за Призраком. Посмотрев в том направлении, куда он смотрел, она улыбнулась, увидев это зрелище: Бранкардикс летел к ним, а не к Драконьему Логову. Она поспешила обратно внутрь и увидела, как Оленна прижимала влажную ткань к голове Маргери, пока Освелл пытался успокоить ее на кровати.

«Маргери, Маргери», - сказала она, но ей пришлось протянуть руку и схватить ее за руку, чтобы заставить ее посмотреть на нее. «Маргери, Джей, он вернулся», - сказала она и увидела, как она расслабилась, как раз в тот момент, когда появился ее дядя.

ОСТРОВ ФЕЙСОВ И КОРОЛЕВСКАЯ ГАВАНЬ 299 АСДЖЕЙ

Полет со Стены ощущался как оставление наполовину выполненной работы, он позволял другим людям делать то, что, как он знал, он должен был делать по праву, и все же он чувствовал, что ему нужно было уйти. Почему он не был уверен, он вошел в Призрака и увидел спящую Маргери, похоже, у него пока не было никакой настоятельной необходимости уходить, и все же он знал, что должен был уйти. Поэтому, оставив инструкции Мансу и Станнису, довольные тем, что имеют дело с менее упрямыми людьми, чем Джиор Мормонт, они направились на юг.

Он был так искушен отправиться в Винтерфелл, увидеть свою мать, о чем Сэмвелл ему доверил больше, чем кто-либо другой, о вороне его дяди Бенджена, который должен был дозорно донести, Джиор не упоминал. Но у Бранкардикса, похоже, была другая идея, дракон, летящий над Последним Очагом и Дредфортом, и не следующий по Королевской дороге по какой-то причине.

Они остановились у Сломанной Ветки, отдохнули там всю ночь, и его сон был беспокойным, но без сновидений. Проснувшись на следующее утро, они снова отправились в путь рано, и Джей был удивлен, когда они пролетели над Белой Гаванью и Укусом, Тремя Сестрами и Долиной. Если бы не отклонение к Острову Ликов, Джей бы почувствовал, что Дракон выбирает кратчайший путь, и это его обеспокоило.

«Мы не останемся здесь надолго», - сказал он, когда они приземлились на острове Лицес.

«Это Око Бога?» - спросил Джейме и кивнул, направляясь вместе с Лиф к пещере.

«Ничего не говорите, когда вы здесь», - сказал Джей им обоим, и Оберин с Джейме кивнули, входя в пещеру.

Внутри они обнаружили остальных детей, которые двигались, а сам Кровавый Ворон лежал у колонны, его глаза были открыты, хотя его там не было, по крайней мере, пока. Лист почти побежала к своим братьям и сестрам, ребенок выглядел счастливее, чем когда-либо за все луны. Когда Кровавый Ворон открыл глаза, он, казалось, был рад его видеть и повелел ему следовать за ним, Джей оставил Джейме и Оберина позади, пока Кровавый Ворон вел его по небольшому проходу.

«Ты хорошо постарался, молодой король, но я чувствую, что ты так не считаешь?»

«Рог Джорамуна, он настоящий?».

«Так и есть», - сказал Бладрейвен.

«Может ли он делать то, что они говорят?».

"Я не знаю.".

«Лиф думает, что он в Клыках Мороза, когда Вольный Народ ушел, она спряталась и пошла искать его».

"Я знаю.".

«Ты видел?» - спросил он, и Бладрейвен кивнул.

«Только после этого оно спасло тебя», - сказал он, стуча по своим доспехам.

«Так и было, мне нужно больше, книги, Валирия, мне нужно больше», - сказал он, и Кровавый Ворон закрыл глаза.

«Я посмотрю, ради этого и ради рога, ты видел, что случилось, когда пал Белый Ходок?» - спросил Кровавый Ворон.

"Я сделал.".

«Вот так ты завоюешь молодого короля, хотя для Короля Ночи это займет больше времени».

«Больше чего?».

«Я не знаю», - сказал Кровавый Ворон, и Джей почувствовал, как его разочарование растет, хотя Кровавый Ворон почувствовал это раньше него. «Я буду искать ответы, я искал их, я еще не знаю всего, когда узнаю, я поговорю с тобой».

«Мне пора идти», - сказал Джей, а Бладрейвен просто кивнул: «Лист?»

«Среди своих сородичей она снова станет самой собой, иди, молодой король, мы скоро поговорим снова».

Полет в Королевскую Гавань оказался даже быстрее, чем он себе представлял, и он был удивлен, когда Бранкардикс отказался идти в Драконье логово. Вместо этого его сын доставил его прямо в Красный замок и приземлился в пустом дворе. Как только они сошли с него, Бранкардикс взмыл в воздух, даже не дожидаясь, пока Джей поблагодарит его, если бы он не направлялся в Драконий Камень, а Барристан и Герольд не были перед ним, Джей попытался бы узнать, что у Бранкардикса на уме.

«Ваша светлость, королева, малыши идут», - сказал Джеральд, и Джей побежал по коридорам к комнатам, прежде чем кто-либо успел что-либо сказать.

Освелл и сир Бриенна охраняли дверь, и они открыли ее, как только увидели его, и это, и страдальческий голос Маргери заставили его бежать еще быстрее. Как он умудрился остановиться, прежде чем врезаться в тех, кто был внутри, он не знал, но когда он добрался до комнаты, он это сделал. Протиснувшись мимо, даже не увидев их, он встал на колени у кровати и взял жену за руку.

«Мардж, я здесь, моя любовь, я здесь», - сказал он, и она подняла на него глаза, пот выступил у нее на лбу, и она попыталась улыбнуться.

«Джей, Джей», - сказала она, когда Оленна протянула ему влажную тряпку, которой он вытер лоб своей жены.

Прошел почти час, когда их попросили уйти, его дядя не принял «нет» в качестве ответа, а Джей не смог с ним бороться по этому поводу так, как ему бы хотелось. Он наклонился вперед и поцеловал Маргери в щеку, а Оленна, Эллария и Дени фактически вытащили его наружу. Сир Барристан, сир Лорас и сир Герольд все прибыли. Джейме, Оберин, Тирион также прибыли несколькими минутами позже.

Ожидание было мучительным, звуки в комнате почти заставляли его выломать двери, и если бы не его дядя там с ней, то он, вероятно, так бы и сделал. Наконец Эймон вышел, Джей старался не смотреть на его окровавленные руки и не замечал, как глаза дяди блуждали по его лицу и телу.

«Родились дети, девочка и мальчик, оба здоровые», - сказал Эйемон и почувствовал, как все вокруг него празднуют, но он не мог.

«Моя жена, как поживает моя жена?» - спросил он, и голос его звучал гораздо более панически, чем когда-либо.

«Ее светлость чувствует себя хорошо, она устала и спит, но она здорова и должна полностью поправиться, ваша светлость», - сказал Эймон, и Джей почувствовал, как его тянет обнять мужчина, прежде чем он даже выдохнул.

«Спасибо, дядя, большое спасибо», - сказал он, а Эйемон просто кивнул: «Могу ли я их увидеть?»

«Конечно, ваша светлость», - сказал Эйемон.

Он повернулся к Оленне и Дэни, но они покачали головами и сказали ему идти одному. Двое младенцев лежали в двойной кроватке, и он задавался вопросом, когда Маргери успела ее сделать. Они были точно такими, как показал ему сон, младенцы были идеальными, и он почувствовал, как его сердце наполняется, когда он наклонился, чтобы прикоснуться к ним.

«Эйгон, Рейенис», - сказал он, вытирая глаза.

«Мы попросим кормилицу присмотреть за ними, пока ее светлость не будет готова, можешь поднять их, если хочешь, и показать остальным», - сказал Эйемон и покачал головой.

«Нет, пока нет», - сказал Джей, не сводя глаз с малышек.

Он сидел у кровати, когда она проснулась, он переоделся и умылся только потому, что Эймон предположил, что так будет лучше для Маргери. Кормилица покормила младенцев, и оба хорошо поели, хотя он знал, что Маргери захочет покормить их сама, и поэтому не позволил вынести их из комнаты.

«Джей, детки?» - спросила Маргери, увидев его.

«Ты спишь, любовь моя? Тебе хорошо?».

«Устала», - сказала она.

«Спи, Маргери, отдохни, я буду здесь, когда ты проснешься».

«Обещаешь?» - сказала она, и он наклонился и поцеловал ее в губы.

«Я обещаю свою любовь».

МАРГЕРИ

Она едва могла оторвать от них взгляд, с того самого момента, как она впервые взяла их на руки и сама их покормила, и до сегодняшних дней, когда она просто пялилась на малышей. С возвращением Джей ей не нужно было ходить на заседания малого совета или сидеть с петициями, и она могла просто быть с малышами, и она в полной мере этим пользовалась. Она, ее бабушка, ее мать, которая приехала на следующий день после их рождения, Арья и Ширен, все они жаждали провести время с новыми принцем и принцессой.

Это были не только женщины, Джей проводил с ними столько времени, сколько мог, выделяя время из своего дня, чтобы прийти и посидеть с ней, заканчивая пораньше, чтобы они могли быть вместе. Эймон под предлогом проверки здоровья младенцев проводил столько же времени, просто держа их, сколько и осматривая. Что касается Королевской гвардии, Герольд и Барристан были чем-то большим, чем Освелл, она бы не поверила, если бы сама не увидела, как его лицо загоралось вокруг младенцев.

«Он мой любимчик», - услышала она голос Арьи, пока она, Ширен и Дени играли с Эйгоном. Дени держала сына на руках, а обе девочки восхищались его смехом.

«Я думала, Рэй - твоя любимица», - сказала Маргери, и Арья перевела взгляд с Дени на нее, прежде чем подойти и присоединиться к ней, пока она играла с дочерью.

«Они оба мои любимые», - смеясь, сказала Арья, пока Рейнис покусывала ее протянутые пальцы.

Маргери обнаружила, что не может не согласиться с этим, они оба были ее любимцами, она не могла выбрать между ними и сомневалась, что кто-то когда-либо действительно мог. Когда пришло время кормить их, Дени забрала Арью и Ширен, оставив ее с матерью и бабушкой. Эйгон всегда был самым жадным до еды, Рейенис, казалось, ждала, пока ее брат будет накормлен, прежде чем она даже считала себя голодной.

После еды и отдыха она уложила их в кроватки, как бы трудно ни было заставить их принять разлуку, это было необходимо. Они оба уснули в считанные минуты, и Джейн пришла со служанкой, несущей поднос для ее собственной еды, ее мать и бабушка настояли, чтобы она поела после того, как покормила их. Несмотря на отсутствие голода, она немного поела, она предпочла поесть с Джей позже, получая удовольствие от того, что раздражала мужа, когда она отказывалась.

«Верховный септон желает благословить младенцев», - сказала ее бабушка.

«Он сможет это сделать, когда вернется Лианна», - сказала она, съедая виноградину.

«Нам следует пригласить больше лордов, ваша светлость, сделать это событием», - сказала ее мать, и она увидела, что бабушка согласилась.

«Это должна быть только семья, мама, у нас уже были лорды, которые приходили и уходили без всякой причины, пусть они сосредоточатся на том, чего хочет Джей», - сказала она и увидела, что никто из них не согласился, но они приняли ее слова.

Она собиралась что-то сказать, когда появился сир Давос, ее бабушка нахмурилась на мужчину, но это был их проект, она вложила в него свое время и усилия, как и во все, что она сделала. Хотя она приняла то, что ее не информируют о других вещах, об этом она хотела знать, и поэтому она снова добилась своего, и Джей также принял ее сторону.

«Ваша светлость, дамы, принц и принцесса спят?» - в голосе Давоса прозвучала нотка разочарования.

«Они сир Давос, хотя, возможно, это полезно для твоей туники», - сказала она с улыбкой, поскольку Рейенис вырвало прямо на рыцаря, когда он держал ее на руках около дня назад.

«Небольшая, но достойная плата за то, чтобы обладать чем-то столь ценным, ваша светлость», - сказал Давос, тоже улыбаясь.

«Как дела на работе, сэр?».

«Очень хорошо, ваша светлость, приюты полностью обеспечены, и хотя кухни в Фли-Боттоме временные, еда, которую они предоставляют, очень ценится. Мы также начали некоторые строительные работы и начали сначала переселять семьи или женщин с младенцами по вашей просьбе», - сказал Давос.

«Это отличные новости, как у вас дела с монетами?».

«Мы хорошо обеспечены, ваша светлость, средств пока достаточно, я пришел по другому делу».

«Другое дело, сэр?» - спросила ее бабушка.

«Да, работа продвигается успешно, и благодаря строительным работам мы смогли начать нанимать некоторых людей из самого Фли-Боттома, что позволило им обоим получать лучшую еду и немного денег. Одна из семей, которой мы помогли, была семьей ремесленника, который оказался в затруднительном положении, человека, которого уволили из дома лорда, он и его семья теперь имеют жилье благодаря вам, ваша светлость».

«Первый из многих, Ваша Светлость», - гордо сказала ее мать.

«Да, первый из многих, в любом случае он сделал кое-что для принца и принцессы, подарок», - сказал Давос, доставая из кармана деревянных драконов, белого и черного.

«Они в безопасности?» - спросила ее бабушка.

«Это моя леди, мейстер Эйемон проверил их, чтобы убедиться, что они чистые, и что они тщательно вымыты», - сказал он, и хотя поначалу ее раздражало, что бабушка задала такой вопрос, она знала причину этого, как и сир Давос, возможно, лучше, чем кто-либо другой.

«Я благодарю вас за то, что вы привели их, сир Давос, поблагодарите этого человека и его семью от меня, его светлости, а также от Эйгона и Рейенис», - сказала она, улыбаясь, глядя на двух маленьких деревянных драконов.

«Я сделаю это, ваша светлость, дамы», - сказал Давос, взглянув на детские кроватки, а затем вышел из комнаты.

Она провела день с матерью после того, как ее бабушка ушла проверить Уилласа, Лорас пришел, прежде чем он ушел на дежурство, чтобы проверить своих племянников и племянниц. Когда она снова покормила младенцев, она отдохнула, и ее разбудил муж, ее, хотя и случайно, так как он сидел на полу и играл с младенцами, когда он это сделал.

«Это твой маленький дракончик, Бранкардикс, а это Рейегон», - услышала она голос Джей, наклонившись в постели и посмотрев на них сверху вниз.

«Однажды вы двое полетите».

«Нет, Эйгон Бранкардикс тебе не принадлежит, позволь своей сестре играть с Рейегоном».

«Джей?» - сказала она, вставая с кровати и подходя к нему.

«Кажется, наши дети предпочитают черного дракона, любовь моя, Рейгон будет так доволен», - сказал Джей, улыбаясь, когда Рейнис и Эйгон снова потянулись к маленькому деревянному дракону.

«Как прошел твой день?» - спросила она, наклонившись к нему и положив подбородок ему на плечо, чтобы иметь возможность смотреть на малышек позади него.

«Скучно и скучно, я предлагаю поменяться местами: ты правишь, а я останусь с этими двумя», - смеясь, сказал Джей, а Эйгон громко рыгнул.

«Нет, ты король», - сказала она, протягивая руку и поднимая сына, потирая его спину, чтобы убедиться, что у него не застрял воздух.

«Ты такая злая», - сказал Джей, протягивая руку и делая то же самое с их дочерью.

Они легли на кровать с младенцами между ними, Эйгон и Рейнис быстро заснули. Она почувствовала руку Джея на своей щеке, его пальцы нежно коснулись ее губ, и посмотрела, насколько счастлив, насколько доволен ее муж. Если бы у нее было зеркало, она бы представила, что выглядела бы так же.

В течение следующих нескольких дней она чередовалась с Джеем, и чтобы дать ему время с цыпочками, и потому что, как сказал Джею, они были в этом вместе, она отлично справилась, пока его не было, и он хотел, чтобы она продолжала это делать. Она знала, что если бы она попросила, он бы позволил ей проводить все свое время с цыпочками, если бы она этого хотела, и часть ее хотела, но ей нужно было делать и то, и другое, поэтому он позволил ей это.

Она слушала петиции, когда пришло известие о корабле, входящем в гавань, корабле Железнорожденных, и, учитывая то, что ей рассказали об Эуроне Грейджое, и то, что Джей тоже сказал о нем, она сначала забеспокоилась. Хотя, учитывая, что это был всего один корабль, она знала, что ей не нужно было в этом беспокоиться. Тем не менее, Красный замок был приведен в полную боевую готовность, все должны были находиться под охраной, и ее мать забрала детей, а Королевская гвардия и Королевская гвардия вместе с некоторыми людьми Дени и Джей были отправлены в самое безопасное место, где они могли быть.

«Как ты думаешь, это он?» - спросила она Джея, когда он надевал доспехи.

«Нет, он не такой уж и тупой, это что-то другое, мы в безопасности, моя любовь, драконы летают над головой, Призрак с малышками, а Сиракс летит над заливом», - сказал Джей, целуя ее в губы.

ЯРА

Ей потребовалось некоторое время, чтобы доплыть до Королевской Гавани, ее люди нашли безопасное место для ночлега в Узком море. Пятьдесят кораблей в общей сложности ей удалось украсть из флота ее дяди, некоторые из лучших людей тоже, и все же они не были бы ровней Эурону, если бы он пришел за ними, а она знала, что он придет. Без помощи короля они были бы обречены, Читатель сказал ей, что даже без флота Редвинов у короля был больший флот, чем у Эурона.

Хотя в отличие от Восстания ее дядя не совершил бы ошибку, столкнувшись с ними лицом к лицу, он бы разорил, ударил и убежал, атаковал цели и заставил бы их разделить свой флот. Это то, что она сделала бы и что должен был сделать Виктарион, Эурон не совершил бы тех же ошибок. И он не отступил бы к Железным островам, он бы сражался с ними на своих условиях, заставил бы их сражаться в его войне, и они бы нуждались в ее помощи так же, как она нуждалась в их помощи.

Глядя на причал, она вздохнула: «Королевская гвардия, люди с копьями, это не было дружеским приемом, и она только надеялась, что он будет более дружелюбным, когда она встретится с королем и королевой. Она и Тристофер вместе с Харрасом будут единственными, кто высадится, остальные останутся на борту, пока она пойдет на переговоры с королем. Когда они шли с корабля, она подняла глаза и увидела их в небе, трех драконов, и она содрогнулась, подумав, что случится, если Эурон завладеет одним из них.

«Назовите свое имя и цель вашего дела», - раздался грубый голос.

«Я Аша Грейджой, это Тристофер Ботли и сир Харрас Харлоу, мы пришли поговорить с королем», - твердо сказала она.

«Вы только трое?» - спросил мужчина.

«Только нас трое», - сказала она мужчине, теперь всматриваясь в него более пристально. Он был старше и носил на доспехах черную летучую мышь, сочетавшуюся с белым плащом. По ее мнению, это был сир Освелл Уэнт, учитывая то, что Харрас сказал о Королевской гвардии.

«Твои руки», - сказал он, и она увидела, как Харрас покачал головой.

«Мы возьмем хлеб и соль, мы пришли с миром, но сир Харрас не отдаст свой фамильный клинок».

Рыцарь выглядел так, будто собирался поспорить, когда громкий крик заставил ее, Харраса и рыцаря посмотреть на небо. Орел был намного больше любого, кого она когда-либо видела, даже те, что в Эссосе, были бы карликами по сравнению с ним, она оглянулась на сира Освелла, который просто кивнул, а затем их привели в Красный замок. Когда они добрались туда, слуга ждал с хлебом и солью, которые все трое взяли, и как только они это сделали, их провели внутрь.

Каждый коридор был полон стражи, и когда они добрались до Тронного зала, это стало еще более очевидным: на троне сидела прекрасная женщина в короне, рядом с ней мужчина, одетый в самые невероятные доспехи, которые она когда-либо видела. С другой стороны стояла еще одна прекрасная женщина, ее серебряные волосы выдавали в ней Таргариена, а вокруг них стояли мужчины в белых плащах, мужчины в доспехах. и еще больше мужчин с копьями.

«Аша Грейджой, Тристофер Ботли и сир Харрас Харлоу, ваши светлости», - сказал сир Освелл, и Аша сделала шаг вперед от двух других.

«Какое у вас дело к короне, леди Грейджой?» - спросила женщина на троне.

«Я пришла принести клятву верности короне и просить ее о помощи, ваша светлость», - сказала Аша и увидела мимолетное удивление на лице женщины.

«Твоя верность нам по праву, а что касается нашей помощи, то в каком деле тебе она понадобилась?» - спросил человек в доспехах.

«В возвращении Железных островов под контроль короны, Ваша светлость».

«Леди Грейджой, следуйте за нами, ваши двое спутников могут подождать здесь, я прослежу, чтобы им дали что-нибудь угостить», - сказала королева.

Она спустилась в другую комнату, внутри обнаружила карлика, толстого лысого мужчину, старуху и мейстера, сидящих за длинным столом. Королева села во главе стола, а король встал позади нее, еще один пожилой мужчина и молодой тоже сели, и ей было предложено сесть, а седовласая женщина села справа от королевы.

«Значит, вы не пришли по воле своего дяди, леди Грейджой?» - спросила королева, и теперь настала очередь Аши удивиться, они уже знали об Эуроне.

«Я не знаю, мой дядя - убийца родичей, ваша светлость, он убил моего отца».

«Человек, который уже объявил себя королем», - сказал карлик.

«Мой отец все равно мой господин», - сказала она, и король кивнул.

«Твой дядя теперь объявил себя королем, не так ли?» - спросил король.

«Он обладает твоей милостью».

«И ты не хочешь быть королевой?» - спросила седовласая женщина.

«Я не моя леди».

«Принцесса», - сказал пожилой мужчина, и она снова посмотрела на седовласую женщину и улыбнулась.

«Принцесса, прости меня».

«Значит, ты хочешь, чтобы корона помогла тебе усмирить твоего мятежного дядю, и что потом?» - спросила старушка.

«Я пришла присягнуть на верность короне. Как только мой дядя будет побеждён, я хотела бы, чтобы меня назвали леди Железных островов. Я была наследницей своего отца».

«А что с твоим братом?» - спросил король.

«Я не слышала о Теоне с тех пор, как его увезли в Винтерфелл. Мы с отцом решили, что он потерял голову, когда мы напали. Так ли это было на самом деле?» - спросила она.

«Твой брат все еще жив, он остается заложником лорда Старка. Но его притязания важнее твоих, не так ли?» - спросил король.

«По закону это разрешено, ваша светлость, но мой народ не последует за Теоном, и на усмотрение вашей светлости, кого он назначит править Железными островами от его имени, особенно учитывая попытку восстания», - сказала она, и король ухмыльнулся, прежде чем кивнуть.

«У меня нет времени на вашего брата, леди Грейджой, и последнее, что мне нужно, как только вы разберетесь с вашим дядей, это еще одна гражданская война на Железных островах. Есть и другие места, где требуется мое внимание, так что вы можете рассчитывать на мою поддержку как леди Железных островов. Теперь расскажите мне о своем дяде».

Она продолжила рассказывать им о Вороньем Глазе, удивляясь, что король, казалось, был почти не заинтересован в том, что она сказала, остальные внимательно слушали. Только когда она добралась до Драконьего Рога, она увидела какую-то другую реакцию. Принцесса быстро посмотрела на мейстера, а затем оба на короля, который снова казался незаинтересованным. Когда она закончила, в комнате на несколько мгновений воцарилась тишина, а затем король подошел к столу и прошептал на ухо королеве.

«Леди Грейджой, почему бы вам не присоединиться к его светлости и мне за ужином сегодня вечером?» - сказала королева.

«Я буду польщена, ваша светлость», - сказала она, когда король и королева вышли из комнаты, а большинство остальных последовало за ними.

Она была в замешательстве, когда вернулась к Харрасу и Тристоферу, казалось, они приняли ее верность и ее просьбу, но они ничего не сказали, не построили никаких планов, и она задавалась вопросом, не потому ли, что они не доверяли ей. Им предложили комнаты, и Трисофер занял одну, как и она, Харрас направился обратно на корабль, а затем, позже тем же вечером, слуга постучал, чтобы отвести ее в королевское крыло на ужин.

Внутри комнаты ее привели, и она обнаружила короля, королеву, принцессу, старуху и молодую, которая немного напоминала королеву, и двух девочек. Вскоре к ним присоединились молодой человек и мейстер, и еда была превосходной. Не было никаких разговоров об Эуроне или о том, что они могут сделать, и, кроме вопросов о том, каково было расти на Железных островах, она могла бы и не быть там.

Только после того, как все было сделано, ее попросили присоединиться к королю на балконе, и она стояла там и смотрела, как драконы летят над заливом. Король некоторое время ничего не говорил, вместо этого он просто наблюдал за драконами с легкой улыбкой на лице, прежде чем наконец повернуться к ней.

«Драконы - мои дети, так же как мои сын и дочь. Ты знаешь, на что готов пойти отец, чтобы защитить своих детей?» - спросил король.

«Я предполагаю, что расстояние велико, ваша светлость».

«Действительно, я бы хотел, чтобы Железный остров сгорел, если бы моим детям угрожала опасность, леди Грейджой, поэтому я скажу вам это только один раз».

«Ваша светлость?»

«Солги мне, обмани меня, и я уничтожу твой дом, тебя, всех твоих дядей, твоего брата, я увижу вас всех мертвыми, Железные острова больше никогда не будут полны жизни, когда я покончу с ними, твои люди, где бы они ни были, станут моей единственной целью в жизни - увидеть, как они исчезнут из этого мира», - сказал король, и она сглотнула.

«Я пришла не для того, чтобы обманывать вас, ваша светлость», - сказала она мгновение спустя.

«Хорошо, тогда расскажи мне все, что можешь, о своем дяде, и вместе мы быстро покончим с этим», - сказал король, когда она начала говорить.

Когда она возвращалась в свою комнату той ночью, она чувствовала надежду, она не пришла, чтобы обмануть его, их помощь была для нее гораздо важнее этого. Услышав решимость в голосе короля и его угрозу, она почувствовала, что он был тем человеком, который должен был сразиться с Эуроном, и когда она легла спать, она обнаружила, что это был самый мирный сон, который она видела за все луны.