Первый урок

— В Облачных глубинах запрещено бродить по ночам и алкоголь. Ты в один присест нарушил два правила, и ты хочешь сказать, что Ванцзи тебя просто отпустил!? — Удивился Не Хуайсан.

Вэй Усянь задумался: «Почему такой человек отпустил меня, а не повёл отбывать наказание? Он сказал, что я интересный, но почему Ванцзи, так считает? Мы с ним не виделись раньше. Наверное. Ладно, спрошу у него ещё раз».

Вэй Ин направился в сторону Лань Чжаня и сел за соседний стол. Вэй Усянь повернул голову и начал рассматривать юношу. Его длинные ресницы были изящно изогнуты, а осанка — идеально ровной.Второй Нефрит почувствовав на себя пристальный взгляд и повернул голову. Вэй Ин улыбнулся ему и хотел начать разговор, но тут в комнату вошёл Лань Цижэнь.

Лань Цижэнь — Учитель и Старейшина Ордене Гусу Лань. Является младшим братом Главы Клана. Ванцзи и Сичэнь его племянники.

Учитель был высок и подтянут, с такой же идеальной осанкой, что и Лань Ванцзи, и совсем не стар, хотя и носил чёрную длинную козлиную бородку. Кроме того, он полностью соответствовал традициям, принятым в Ордене Гусу Лань, потому имел весьма и весьма приятную наружность. Но, к сожалению, атмосфера чрезмерной педантичности и жёсткости, окружающая его, давала все основания называть его стариком. В одной руке он держал свиток, который не замедлил развернуть, да так что добрая часть бумаги оказалась на полу, и невозмутимо начал зачитывать правила Ордена Гусу Лань. Лица всех присутствующих постепенно мрачнели. Вэй Усянь помирал от скуки и бесцельно бродил взглядом по комнате, пока вновь не наткнулся на профиль Лань Ванцзи. Он поразился, каким серьёзным и сосредоточенным тот был, причём явно без тени притворства: «И как только он может с таким вниманием слушать эту скукотищу?»

Вдруг Лань Цижэнь с грохотом бросил свиток на пол и едко улыбнулся:— Мне пришлось повторить эти правила одно за другим, потому что никто не удосуживается их прочесть, хотя они и высечены на каменной стене. С этого момента никто не посмеет нарушать их и прикрываться незнанием. Но коль скоро среди вас есть те, кто меня не слушал... Что ж, мы поговорим о другом.Эти слова могли относиться с равным успехом к любому в ланьши, но чутьё подсказало Вэй Усяню, что это был камень в его огород.— Вэй Усянь, — позвал Учитель Вэй Ин с готовностью отозвался: — Здесь, — он потянул руку вверх и улыбнулся.— Ответь мне на один вопрос. Оборотни, демоны, призраки и монстры — это одни и те же твари?Вэй Усянь с улыбкой сказал:— Конечно, нет.— Почему? В чём их различие?— Оборотни получаются из живых нечеловекоподобных созданий; демоны — из живых людей; призраки — из мертвых людей; монстры — из мёртвых нечеловекоподобных созданий.— Оборотней и монстров часто путают. Приведи пример, как их можно отличить.— Запросто, — Вэй Усянь указал на голубовато-зеленое дерево за окном ланьши и продолжил. — Предположим, за все годы, что это дерево стоит здесь, оно впитало в себя энергию здешних книг и стало сознательным существом, которое способно причинять вред людям — это будет «оборотень». Но если я возьму топор и срублю его, так что от него останется только пенёк, и дерево превратится в сознательное существо уже после этого, — то это будет «монстр».

Лань Ванцзи с восхищением смотрел на Усяня. Вэй Ин отвечал на вопросы быстро, но что самое главное — правильно. Из всех находящихся в классе не многие смогли бы так же.

— Кто был по профессии родоначальник Ордена Цинхэ Не?— Мясник.— Клановый узор Ордена Ланьлин Цзинь — белый пион. Какой именно сорт?— Сияние средь снегов.— Кто впервые в истории сконцентрировался на прославлении и возвышении своего клана, а не ордена?— Родоначальник Ордена Цишань Вэнь, Вэнь Мао.

Его беглые ответы заставили сердца присутствующих пропустить пару ударов. Они чувствовали облегчение, но в то же время молились, чтобы Вэй Усянь продолжал отвечать также складно и ни в коем случае не запнулся, дабы Лань Цижэнь не начал поиски новой жертвы.Лань Чжаня охватила тревога. Он знал, что за вопрос будет дальше.

Тем временем Учитель продолжил:— Ты — ученик Ордена Юньмэн Цзян, так что ты и должен был знать назубок все ответы на предыдущие вопросы, и тебе нет никакой причины гордиться собой. Ответь мне лучше вот на что. К примеру, жил на свете один палач, и были у него родители, жена и дети. За всю свою жизнь он обезглавил больше сотни человек, а сам внезапно скончался прямо посреди городской площади, и в наказание за его деяния труп выставили на солнце на семь дней. Вскоре затаённая злоба сделала своё дело — он восстал и начал убивать. Как ты поступишь? — Лань Цижэнь подошёл к Вэй Ину.

На этот раз Вэй Усянь медлил. Все остальные подумали, что он не знает ответа, и заёрзали от волнения, но Ванцзи знал истинную причину этого молчания. 

Пока Лань Цижэнь отвлекся на учеников Лань Чжань прошептал Вэй Ину:— Не стоит говорить лишнего. Вэй Усянь посмотрел на него с удивлением, но кивнул.

— Правило трёх «У»: Упокоение, Усмирение, Уничтожение. Сначала следует обратиться к его родственникам и исполнить его последнюю волю — дать ему возможность отпустить свои земные заботы и упокоиться с миром. Если это не сработает — усмирить его. Если же он зашёл слишком далеко, и преступления его столь сильны, что тёмная энергия злобы не рассеивается, — полностью уничтожить, — был ответ Вэй Ина.

Все остальные ученики с облегчением выдохнули, благодаря Небеса за то, что Вэй Усянь всё же знал ответ.Лань Цижэнь нахмурился, но кивнул:— Безупречный ответ. — затем, помолчав, добавил. — Вы всегда должны быть такими же основательными и убедительными, неважно, как заклинатель или как обычный человек. Если кто-то убил нескольких мелких оборотней в горах у себя дома и заработал себе пустую славу, а теперь расслабился и самодовольно гордится собой, то этот юноша рано или поздно навлечёт на себя позор.

                                    ***

Вэй Усянь предупредил друзей, что ему нужно поговорить с Ванцзи и убежал.— Лань Ванцзи! Лань Ванцзи! Лань Чжань застыл. Он привык к тому, что Вэй Ин зовёт его по первому имени, но сейчас это было не так. Второй Нефрит отрицательно покачал головой:— Лань Чжань.— Но почему? Мы с тобой считай и не знакомы, но ты говоришь мне своё первое имя. Не ведёшь отбывать наказание за нарушение правил. На уроке ты как будто мысли мои прочёл. Ты не хочешь мне объяснить, что это всё значит? — Я... — Лань Ванцзи опустил взгляд.

Он сомневался. Стоит ли говорить или лучше оставить в тайне? Лань Чжань был уверен на семьдесят процентов, что ему поверят. Но нужна ли это знать Вэй Ину?: «Что если после рассказа он перестанет с ним общаться?»

Собравшись с мыслями Ванцзи посмотрел в серые глаза Вэй Усяня:— Я был уверен, что ты знаешь правильный ответ, но ты начал размышлять. Дяде бы не понравился твой ответ, если бы ты придумал, что-то своё. А вчера я не сдал тебя из-за интереса. Я бы хотел с тобой подружиться. Я плохо проявляю эмоции и из-за этого люди часто меня неправильно понимают. Тем более ты только приехал и ещё не знал правила. А на счёт имени... это просто моя прихоть.

— О, — только и смог произнести Усянь.

Лань Чжань вопросительно на него посмотрел. Придя в себя Вэй Ин улыбнулся: — Лань Чжань, я поражен. Мне про тебя многое рассказали, но они все были неправы. Ты такой очаровательный. Можешь звать меня Вэй Ином.

Глаза Второго Нефрита загорелись, а на лице появилась еле уловимая улыбка. Вэй Усянь её заметил и улыбнулся ещё шире.

— Вэй Ин, расскажешь о чём задумался на уроке?— Конечно!— «Упокоение» идёт всегда первым, но всё же зачастую его невозможно выполнить. «Исполнить последнюю волю и дать возможность отпустить земные заботы» только кажется простым. Хорошо, если усопший хотел новую одежду. Но что если он желал отмщения и убийства множества людей, как поступить в таком случае?Лань Ванцзи сказал:— Именно поэтому за упокоением следует усмирение, а при необходимости — уничтожение.Улыбка тронула губы Вэй Усяня:— Какое расточительство. При жизни палач обезглавил более сотни человек, а в смерти преобразился в лютого мертвеца, что совершенно очевидно проистекает из условий его кончины. Так почему бы заклинателю не вскрыть могилы его жертв, пробудить в них затаённую злобу, собрать из них сотенную армию и использовать в битве против лютого мертвеца... Духовное начало — это светлая энергия, затаённая злоба — тёмная энергия. Светлая энергия копится у человека в даньтяне, и с её помощью можно раскалывать горы и осушать моря, то есть использовать в своих целях. Так почему же нам не научиться использовать и тёмную энергию? — На одном дыхании произнёс Вэй.— Ты можешь гарантировать, что тёмная энергия будет подчиняться тебе полностью и не навредит остальным?— Я ещё не думал об этом!— Одно дело разговоры, но не вздумай на самом деле следовать этому извращённому пути. Следуя ему ты можешь навредить своему телу и душе, — Ванцзи был обеспокоен.Вэй Усянь улыбнулся:— С чего бы вдруг я предпочёл светлой и широкой дороге узкую и скользкую тропинку? Если всё действительно было бы так просто, то кто-нибудь уже давно бы следовал этому пути. Так что, не волнуйся.                                     ***

— Вэй-сюн! Вэй-сюн! — Не-сюн? Ты что-то хотел?Не Хуайсан ответил:— Не мог ли ты мне помочь? Дело вот в чём. У старика Ланя есть одна дурная привычка. Он любит устраивать контрольные. Вэй Усянь хитро улыбнулся: — И что мне за это будет?— Пожалуйста, Вэй-сюн, в долгу не останусь. Я уже третий год прохожу обучение в Гусу, и если на этот раз получу оценку ниже И4, мой брат на самом деле сломает мне ноги! Всё эти прямое наследование, побочное наследование, главный клан, ответвления от главного клана... Мы, адепты из огромных кланов, не можем разобраться даже со своими родственниками, и просто-напросто зовём дядями и тётями всех, кто отстоит от нас дальше, чем на два колена. Это ж сколько нужно иметь в голове места, чтобы запомнить родственные связи ещё и других кланов!

                                  ***

Только через три дня Вэй Усянь узнал о дурной привычке Лань Цижэня.Он не только вёл уроки в самой скучной и тягомотной манере из всех возможных, но ещё и проводил контрольные по всему изученному материалу: политические изменения в мире заклинателей, раздел сфер влияния кланов, известные изречения прославленных заклинателей, семейные древа... На лекциях всё это казалось священным знанием, способным вознести к вершинам. На контрольной же превратилось в тяжкие кандалы, которые тянули к земле.

В итоге шпаргалки так и летали по классу, и, конечно же, Лань Ванцзи, внезапно выйдя на охоту, поймал нарушителей на горяченьком, а Лань Цижэнь вновь впал в неописуемую ярость и настрочил кляузные письма в их именитые кланы. Он искренне ненавидел Вэй Усяня: раньше молодые ученики и без того были непоседами, но во всяком случае, никто не решался пойти против установленных правил, и все сидели смирно, прижав ягодицы к икрам. Но сейчас, с появлением Вэй Ина, все те, кто раньше лишь мечтал о всяческих безобразиях, теперь вдохновились его смелостью и стали вести себя более чем разнузданно, бродя по ночам и распивая алкоголь, когда им захочется. С каждым днём становилось всё хуже и хуже. Вышло так, как и опасался Лань Цижэнь — Вэй Ин действительно был одной из главных угроз всему человечеству!Цзян Фэнмянь ответил:— Ин всегда был таким. Пожалуйста, обучите его хорошим манерам, господин Лань.

И Вэй Усяня вновь наказали.Поначалу он не очень-то беспокоился. Наказанием всегда было переписывание текстов, а Вэй Усянь никогда не испытывал недостатка в добровольцах, желающих сделать это за него. Но на этот раз Не Хуайсан отказал ему:— Вэй-сюн, я больше не смогу помочь тебе, хоть и очень хочу. Тебе придётся пройти через это самому.— Почему? Ты ведь мне должен, — удивился Вэй Ин.— Ста... Господин Лань приказал тебе переписать Разделы о Добродетели и Надлежащем Поведении.

Раздел о Надлежащем Поведении был самым сложным из всех двенадцати разделов свода правил Ордена Гусу Лань. Он был ужасающе длинен и скучен, содержал множество цитат из классической литературы, а также содержал невероятное количество редких иероглифов. Перепиши его один раз — и навсегда потеряешь радость в жизни, перепиши десять — и тут же вознесёшься на Небеса.

Не Хуайсан добавил:— И ещё он сказал, чтобы во время наказания никто не болтался рядом и не вздумал переписывать правила за тебя.Вэй Усянь полюбопытствовал:— Как он узнает, я их перепишу или не я? Он же не приставит ко мне неусыпно бдящего стражника.— Именно это он и сделает, — оповестил его Цзян Чэн.— ...