Глава 2. День языков

Наступило утро субботы. Погода на улице была той же, что и вчера. За окном светились яркие лучи Солнца, но при этом украшали небо белыми облаками.

Лучи горели так ярко, что освещали также и стены спальни и саму кровать. От такого количества света просыпается Аурелия. Зажмурившись, она не ожидала увидеть столь яркий свет в комнате.

И тут она поймала себя на мысли, что сегодня наступила суббота. Выходной день. День, в котором у них не было дел и день, в котором можно было провести чисто вдвоём.

Повернувшись на другой бок, та снова видит перед собой Мирелу. Но в этот раз она не спала как это бывало обычно или не покидала на кухню, когда просыпалась чуть раньше неё.

Сама она тоже лежала на кровати, при этом глядя на Марович. Заметив этот взгляд, та подумала, что этот взгляд преследует её со вчерашнего дня. С того момента, когда та подстриглась.

Зрачки расширились, отражая утренний свет. Карнери смотрела так, будто никак не могла привыкнуть к новой стрижке Марович. Также можно было цвет её глаз, ореховых, через которых можно было увидеть янтарное небо.

- Почему ты все время так на меня смотришь? - поинтересовалась Аурелия.

- Просто все еще не могу любоваться твоей новой стрижкой. - ответила Мирела сонным голосом.

Отчего та не сдержалась и усмехнулась над словами девушки. На лице другой появилась лёгкая улыбка, наблюдая за этим.

- Можно я поглажу тебя по волосам? - вдруг спросила Карнери.

На что Марович молча кивнула головой, а та коснулась рукой её короткие волосы, причем нужно поглаживая её макушку. Эти прикосновения касались нежными, но в то же время и немного щекотливыми.

Медленно проходило время, в котором обе девушки все еще лежали на кровати, наслаждаясь тишиной, что царила в их комнате, если не считая шума улицы с закрытых окон.

- Кстати, а ты когда-нибудь чувствовала, что после прихода парикмахерской у тебя начиналась новая эра? - Мирела вдруг нарушила тишину. - Ну... То, что ты не связана с прошлой частью себя или типа того.

На что Аурелия задумалась над этим. Ей вспомнился вчерашний день, особенно момент когда она только вышла с парикмахерской. Смены атмосферы даже не ощущалось и лишь ощущался как обычный день.

- Нет, не чувствовала такого. - честно призналась она. - Но у меня есть предчувствие, что начиная с этой недели что-то изменится. Как будто наступит что-то новое.

- Тогда это будет что-то хорошее.

- Я тоже на это надеюсь.

После того, как они еще немного полежали на кровати, те встали и направились на кухню, чтобы позавтракать.

Марович сидела за столом, ожидая своего завтрака, а Карнери стояла возле плиты, приготавливая её. На кухне ощущался запах как выпекалась тесто панкейки. В нём чувствовалась нотка обжаренных какао-бобов. Сам запах чем-то напоминал свежий Брауни, отчего той хотелось есть еще сильнее.

Спустя несколько минут, еда была готова. Положив одну из них на тарелку, Мирела подошла, положила на стол и произнесла:

- Bine Povecho! (Приятного аппетита!)

От услышанного, Аурелия резко повернулась к ней. Та не ожидала услышать, как её девушка внезапно заговорит на своем родном языке.

- Погоди, ты заговорила со мной на дакамелийском?

На что та подсела к ней рядом и стала объяснять, при этом разрезая панкейки:

- Знаешь... мы уже целый год вместе. Мне кажется, пора перестать полагаться только на общий язык и наконец начать учить языки друг друга.

- Yasna.

- Подожди, что ты сейчас сказала?

- Я сказала, что мне все понятно.

И так дальше продолжился завтрак. Помимо поедания панкейков, они также попивали тёплого какао.

Вдруг к Марович пришла одна идея, касаемая языков. Ведь таким образом, они смогут заговорить на языке друг друга.

- Как тебе такая идея? Значит, сегодня ты говоришь со мной только на дакамелийском. А я с тобой только на монтелийском.

Услышав это предложение, Карнери сделала небольшой глоток напитка, а потом ответила:

- Звучит интересно. Я согласна.

- И Даже если будет трудно.

- Даже если будет трудно.

После того, как девушки позавтракали, они дальше занялись повседневными делами.

Им предстояло пойти в магазин за продуктами чтобы приготовить вместе вкусный обед.

Перед тем, как пойти сюда, Мирела стояла на кухне возле стола. На бумажке она записывала список продуктов. Хотя старалась записывать все это на монтелийском языке, а не на родном, что и затрудняло положение.

Девушка все время стояла и вспоминала как переводится то или иное слово хотя ранее вспоминала те моменты, когда в приложении для языков учила здесь монтелийский.

Несмотря на это, ей все же удалось как-то заполнить список. И решила позвать девушку в данном случае:

- Аурелия!

На кухню зашла она сама, уже переодевшись в черную майку с тонкими бретельками и брюками того же цвета.

- Штуо е таке? (Что такое?) - спросила она.

- Можешь пожалуйста проверить список продуктов, который я заполнила? - спросила Карнери в ответ, передав бумажку в руки.

Та взглянула сюда и решила проверить есть ли там ошибки:

Krub (хлеб) Maso (мясо) Braška (мука) Kartpir (Картофель) Morgarepa (Морковь) Ogravaca (Огурец) Paračica (Помидор) Maleko (Молоко) Siyer (Сыр)

Прочитав все это, Марович кивала головой, при этом удивившись как её девушка написала слова.

- Ну? И как получилось?

- Получилось почти идеально, но... - она встала возле Мирелы, указав пальцем на две последние слова. - Только эти слова ты написала с ошибками. Вообще-то "молоко" пишется как "мелако", а " сыр" пишется без "y".

- Всё, поняла.

Аурелия покинула комнату. Мирела снова поставила бумажку на стол, где принялась исправлять ошибки со словами.

После чего, обе девушки вышли в магазин. Там они покупали нужные продукты, что были в списке.

Как только все было готово, им осталось подойти к кассе и все оплатить. Возле одной кассы стояла небольшая очередь.

- Если что, сегодня ты платишь. - шепотом заявила Карнери.

- Погоди? Я плачу? - у Марович округлились слова от этого. - Может, лучше ты?

- Да ладно, Аурелия, не переживай. Разговаривать с кассиром не так уж тяжело. Достаточно ответить чем ты расплатишься.

Из-за чего, та волновалась. Особенно волнение ощущалось сильнее, когда в очереди становилось всё меньше и меньше людей.

Когда дошла очередь двоих, кассирша начала проводить продукты по аппарату.

- Cema opaliti? Kun tarca kredita on daneri? (Чем оплачиваете? Кредитной картой или наличными?) - спросила она.

От услышанного, Аурелию застали врасплох. Казалось бы, за год проживания Мирделле, она должна была выучить все слова, которые слышала здесь. Но с ответами все равно были затруднения.

Заметив как там волнуется, Мирела наклоняется к ней, подсказывая шепотом:

- Kun tarca kredita.

- Kun harte kredit. - тут же произнесла Марович.

Однако кассирша была в недоумении, когда услышала ответ:

- Pute repetit iste? Niu vostră oito. (Можете повторить? Я вас не расслышала)

- Eyo oplati kun harte kredit. - повторила Аурелия.

- Cer, pascupă? (Что, простите?)

Волнение охватывало всех. Теперь Марович было тяжело отвечать. Она нервно оглядываясь, пытаясь придумать как ответить дальше, но в ничего не приходило из-за переживаний.

Из-за чего возле кассы стали подходить ещё люди. Кто-то тяжело вздохнул, кто-то посмотрел на часы, а кто-то начал переступать с ноги на ногу.

- Pute bapete? Nas colte acheie! (Можете побыстрее? У нас тут очередь!) - с возмущением крикнул мужчина.

- Parscupe, vio cete. (Извините, мы сейчас) - извинилась перед ним Мирела с неловкой улыбкой.

И тогда Аурелия молча протянула кассирше свою кредитную карту и ею оплатила все продукты.

После этого, обе девушки покинули магазин с пакетами в руках.

- У тебя произношение было неправильным. - под правила Карнери. - Надо было говорить не "harte", а "tarca".

- Знаю, просто плохо расслышала, извини.

Отчего Марович молча отпустила голову. Уж неловкая получилась ситуация на кассе. Мало того, что она неправильно произнесла это слово, так ещё заддержала остальных клиентов в этом магазине.

Но к счастью, время пролетело мимолетно, что позволило девушке забыть этот конфуз.

Теперь в Мирделле наступала ночь. Небо темнело, а облака совсем пропали и вместо них заменяли звёзды на нём. Помимо звёзд также светились окна со всех зданий.

К этому времени, девушки собирались ложиться спать. Они уже умылись, переоделись в пижамы и легли в кровать.

Свет был выключен и можно было засыпать. Однако за окном все равно светил слабый, но приятный лунный свет.

- Ну что, сколько слов сегодня выучила? - Мирела нарушила тишину, спрашивая.

- Не знаю... Может, десять. - Аурелия подала плечами.

- А я - двенадцать.

- Правда?

- Нет. Девять. Но зато среди них есть самое важное.

- Какое?

На что Карнери передвигается к ней ближе и произносит:

- Я иубем та. (Я тебя люблю) - однако произнесла эти слова с акцентом.

От услышанного, на лице Марович появилась лёгкая улыбка, а также тёплое ощущение в области сердца. Уж ей приятно было слышать такое на родном языке.

- Multacies! - радостно поблагодарила та. - Quebesc tuo, Mirela!

Теперь эту радость ощущала и Мирела. Ей тоже стало приятно слышать со стороны свой родной язык.

Они ещё несколько секунд смотрели друг на друга, тихо улыбаясь. За один день они выучили всего несколько новых слов. Но самое важное из них уже успело прозвучать.