ГЛАВА 2

Мы шли по этой бескрайней поляне бесконечные двадцать минут, если я не ошибаюсь, а может и больше пока за очередным скалистым выступом реальность окончательно не перевернулась. То, что я увидела дальше, было просто невообразимо. От дикого удивления я буквально открыла рот и офигела - другого слова мое онемевшее сознание просто не находило.Передо мной, словно вырезанный из цельного куска облака и горного хрусталя, высился исполинский дворец. Его белоснежные шпили вонзались в небо так дерзко, будто хотели проткнуть лазурь. Но настоящим безумием был гигантский водопад, который не просто находился рядом, а буквально прошивал всё здание насквозь.

​Огромные потоки ледяной воды с оглушительным ревом срывались с вершин, пролетая под ажурными каменными мостами, которые соединяли башни дворца на головокружительной высоте. Водяная пыль в лучах солнца превращалась в сверкающее облако, в котором дрожали десятки радуг. Мосты казались сплетенными из тончайшего кружева, и по ним, крошечные, словно муравьи, двигались фигуры в ярких одеждах.Это было так красиво и величественно, что на секунду я даже забыла про свои грязные джинсы, проклятый автобус и ту стерву, что тащила меня за руку. Мой мозг отказывался верить, что такая роскошь может существовать на самом деле, а не на обложке дешевого фэнтези-романа. Мы начали спускаться. Бесконечные винтовые ступени вели нас всё глубже и глубже, подальше от сияющего солнца и свежего ветра водопадов. Воздух становился тяжелым, пропитанным ароматами жареного мяса, пряных трав и чем-то кислым, напоминающим чистящие средства.

​Наконец, мы оказались в помещении, которое больше всего напоминало огромный средневековый цех. Это была кухня, но масштабы её пугали. Огромные каменные своды закоптились от вечного огня в печах, где на вертелах шкварчали целые туши непонятных животных. Повсюду сновали слуги, гремя медными тазами и перекрикиваясь на своем странном певучем языке.

​Рыжая ведьма привела меня к массивному каменному столу, который буквально ломился от грязной утвари. Здесь были горы серебряных тарелок с остатками изысканных яств, причудливые кубки и тяжелые столовые приборы, украшенные резьбой.

​Айриль резко остановилась и, указав пальцем на этот металлический хлам, процедила:

- Вот твоя работа, Селебрин. Перемой всё до единой тарелки. И чтобы каждый нож сиял так, будто его только что выковала молния. Если к вечеру я увижу хоть одно жирное пятно - венчание принцессы станет твоим последним воспоминанием.

С этими словами она круто развернулась и, взметнув подол платья, скрылась в густом кухонном пару, оставив меня наедине с этой горой грязного «средневековья».

​Мой взгляд упал на гору посуды, и из груди вырвался гневный выдох.

- Вы что, издеваетесь?! - прорычала я, едва сдерживаясь. - Я вам не посудомойщица!

​В руке оказался тяжелый серебряный кубок, с которого свисали остатки какого-то фруктового пюре. Инстинктивно я замахнулась, готовая со всей силы швырнуть его в каменную стену, чтобы хоть как-то выразить своё бешенство. Но движение замерло.

В отполированной, хоть и грязноватой, поверхности кубка отразилось незнакомое лицо. На меня смотрела совершенно незнакомая девушка: острые эльфийские уши, обрамляющие лицо, ярко-зелёные глаза, сияющие из-под незнакомых, но удивительно густых ресниц. Волосы, кажется, были темно-синие или если проще говоря как в упаковке краски от гарньер иссиня-черный, или это игра теней на кухне? Твою же мышь! Это вообще кто? Неужели это... моё лицо? Вот черт! Проклятье!

​Сердце пропустило удар. Мало того, что я застряла в средневековой фантазии, так теперь еще и оказалась в чужом теле! Это было уже слишком. Мне до боли захотелось расплакаться, но внезапно в голове прояснилось, и меня осенило. Что ж, похоже, выбора у меня всё равно нет. Да и, если честно, возвращаться на свою дебильную работу в библиотеке мне не особо-то и хотелось. В конце концов, радикальная смена личности мне точно не помешает - отличный шанс узнать что-то новенькое, чего не встретишь в скучных бухгалтерских ведомостях. Интересно, как вообще здесь жила эта Селебрин? Судя по горе грязной посуды, не слишком сладко. Теперь мне придется всё аккуратно разузнать, действуя осторожно, чтобы не вызвать подозрений у этих остроухих. Но к сожалению,стены кухни начали давить на меня.Навалилось всё сразу: и грязная посуда, и чужое лицо, и осознание того, что я застряла в этом эльфийском аду. Ноги подкосились, и я буквально рухнула на жесткую деревянную лавку возле огромного чана.​- Что мне делать? - прошептала я, закрывая лицо руками. - Господи, что мне делать?..​Слезы обожгли глаза. Я, Лана, которая пережила три месяца в библиотеке с «с кошмарным коллективом сейчас была готова просто завыть от бессилия.​- Что случилось, Селебрин?​От неожиданности я подпрыгнула на месте. Прямо передо мной, словно соткавшись из кухонного пара и теней, стоял тот самый страж. Я даже не заметила, как он «нарисовался». Только что его не было - и вот он здесь, возвышается надо мной, заслоняя свет факелов своими широкими плечами в посеребренных доспехах ​- Ты сегодня какая-то странная, - произнес он, слегка прищурив свои золотисто-карие глаза.​Я судорожно вытерла щеки рукавом, пытаясь вернуть лицу хотя бы подобие безразличия.- Ты что, плакала? - Его голос неожиданно смягчился, в нем проскользнуло не то удивление, не то скрытая тревога. - Неужели тебя так задели слова Айриль? Ты ведь обычно пропускаешь её яд мимо ушей.​Я молчала, судорожно соображая. Интересно, как бы ответила настоящая Селебрин? Она была тихой овечкой или огрызалась в ответ? Нужно было срочно разузнать о ней хоть что-то, пока этот остроухий не понял, что под знакомой внешностью скрывается совершенно другой человек.

​- Э-э-э... извини, как тебя там? Леголас? - ляпнула я первое, что пришло в голову, вспомнив белокурого лучника из фильма Властелин Колец. Ну а что? Эльф же.​Пауза затянулась. Я замерла, ожидая, что он сейчас вызовет инквизицию или стражу, но вместо этого он... расхохотался. Его смех, глубокий и искренний, отразился от каменных сводов кухни, заставив пару поварят обернуться.

​- Кто? Леголас? - сквозь смех переспросил он, вытирая выступившую слезу. - Селебрин, ты что, головой ударилась, пока валялась на траве? Или тебя какой-то лесной колдун заколдовал, раз ты забыла имя того, с кем выросла в одном поселении?Он подошел ближе, и я уже почувствовала, как по спине поползли липкие мурашки. Его золотистые глаза сканировали меня, как рентген. Еще секунда - и он поймет, что я не Селебрин, а практикантка Лана, которая из эльфийского знает только «Леголас» и «спасибо».​К моему огромному счастью, в дверях кухни показался еще один страж в начищенном до блеска нагруднике.​- Эрион! - рявкнул он так, что пара медных тазов на полке жалобно звякнула. - Хватит болтать со служанками! Нас всех срочно зовет лорд Валериан. Весь гарнизон должен быть в главном зале через пять минут. Венчание на носу, а у нас дыра в охране северных ворот!Эриан тут же сменил ухмыляющее лицо на серьезное. Весь его веселый настрой испарился, уступив место военной дисциплине. Он бросил на меня короткий, пронзительный взгляд, в котором всё еще читалось сомнение.​Он развернулся и стремительным шагом направился к выходу, звеня доспехами. Я с облегчением выдохнула и сползла обратно на лавку. Пронесло. Пока что.

Когда Эрион и стража скрылись за поворотом, я осталась один на один с горой грязного серебра. Ладони вспотели. Я понятия не имела, как в этом мире моют посуду - здесь же явно нет «Фейри» или посудомоечной машины.​Подавив гордость, я подошла к двум дородным женщинам, которые неподалеку ощипывали каких-то длиннохвостых птиц.- Э-э-э, извините, - пробормотала я, стараясь не смотреть им в глаза. - А чем мыть посуду? И... где вообще взять воду?​Работницы замерли. Одна из них, с перепачканным мукой лицом, медленно повернулась ко мне и обменялась со второй красноречивым взглядом.- Ты что, и вправду сегодня головой ударилась, Селебрин? Или эльфийское вино с праздника заранее дегустировала? - она хохотнула, вытирая руки о передник. - Вон там желоб, дурная! Нажми на рычаг с руной - вода сама потечет. А корень мыльнянки в ящике под столом. Живо за работу, пока Айриль не вернулась с розгами!

​Я послушно побрела к каменному желобу. Нажала на странный костяной рычаг - и из стены хлынула кристально чистая, ледяная вода. Пока я неумело терла тарелки скользким корнем растения, до меня долетели приглушенные голоса тех самых кухарок. Они думали, что шум воды заглушает их слова.​- Слыхала? - прошептала та, что была в муке. - Говорят,принцесса Эланиэль три дня из своих покоев не выходит. Глаза все выплакала.- Еще бы! - отозвалась вторая. -Король Ауриус твердо решил: венчание состоится через неделю, и его не волнует, что сердце принцессы принадлежит какому-то бродячему менестрелю, а не заморскому принцу.- Тише ты! - шикнула первая. - Если лорд Валериан прознает про такие разговоры, нас всех на конюшне высекут. Но поговаривают, принцесса задумала что-то недоброе... Не бывать этой свадьбе, помяни мое слово.​Я замерла, прижимая к груди мокрый кубок. Значит, Эланиэль - невеста поневоле? А Ауриус - старый тиран. Кажется, я попала не в сказку, а в настоящий клубок змеиных интриг.​- Говорят, этот полукровка Лиам вовсе не уехал из города, - тише обычного прошептала кухарка, оглядываясь на двери. - Он где-то здесь. Видели, как в сумерках у башни принцессы мелькала тень с лютней за спиной.- С ума сошел! Если лорд Валериан поймает его, Лиаму не сносить головы. Даже его мастерское владение клинком не поможет против целого гарнизона.- Клинок клинком, а голос у него - чистый мед. Говорят, он может усыпить стражу одной песней...Следующие несколько часов превратились в утомительный марафон. Нас, младших служанок, запрягли таскать тяжелые подносы с серебром и охапки свежего льняного белья в верхние залы. Мы сновали туда-сюда, словно цепочка муравьев, под строгим надзором старших экономок.​Но пока мои ноги гудели от бесконечных лестниц, глаза жадно впитывали каждую деталь. Дворец внутри был еще прекраснее, чем снаружи, но эта красота пугала. Каменные стены были украшены живым мхом и светящимися кристаллами вместо факелов.​Проходя мимо восточного крыла, где располагались покои принцессы Эланиэль, я намеренно замедлила шаг. Двери охраняли двое стражей в тяжелых доспехах — они стояли неподвижно, как статуи, но их взгляды провожали каждую проходящую миму девушку.​В одном из переходов, заставленном высокими статуями королей древности, я краем глаза заметила какое-то движение. В тени за колонной стоял стражник. На первый взгляд — обычный дозорный, но что-то было не так. Его поза была слишком расслабленной, а пальцы на рукояти меча не сжимались в готовности, а отбивали какой-то сложный, едва слышный ритм.​«Это он? Тот самый менестрель Лиам?» — пронеслось в голове.​Я чуть не выронила стопку салфеток, когда он внезапно поднял голову и посмотрел прямо на меня. Его глаза не были хищными или золотистыми, как у Эриона или той рыжей ведьмы. В них читалось нечто человеческое, живое и чертовски авантюрное. Он подмигнул мне — просто и нагло — прежде чем снова раствориться в тени колонн.​Я ускорила шаг, чувствуя, как сердце колотится о ребра. Кажется, я только что нашла первого союзника... или самую большую проблему в этой новой жизни.