Глава 8. Жить настоящим

Невыносимо. Лучше я буду сидеть дома в четырех стенах и листать ленту в телефоне весь день, чем здесь вспоминать, как было хорошо когда-то. Я поднялась с травы, отряхивая штаны. Кислов продолжал сидеть, не реагируя ни на что. Я сблизилась с кустами, собираясь вернуться домой.

— Грустно. Вот бы Киса мяукнул.

Фраза Кислова заставила меня впасть в ступор. Меня будто ледяной водой окатили. Я медленно обернулась на него. Он всё так же смотрел вдаль, даже не поворачиваясь на меня. Я сделала пару шагов назад. Едва слышно переспросила и надеялась, что у меня просто галлюцинации.

— Что ты сказал?— Говорю грустно. Вот бы Киса мяукнул.

Я поджала губы, сдерживая эмоции. Вскинув голову кверху, я проморгалась, не давая слезам показаться на глазах. Эта фраза была моей. Когда мы были детьми я часто её говорила. Если в компании становилась скучно, я произносила её. А под «мяукнуть» подразумевалось рассказать что-то интересное или смешное. Кислов всегда злился, когда слышал это, потому что пытался быть крутым и мужественным. Всегда говорил, что он не мяукает, а разговаривает. Злить его было моей маленькой радостью всё детство. Я не говорю так лет с десяти и была уверена, что кроме меня об этом никто не помнит.

Киса медленно перевел на меня взгляд. Я всё так же пялилась в небо, борясь с эмоциями. Он поднялся с травы и встал рядом, чтобы наблюдать реакцию.

— Зачем ты это делаешь? Кис, зачем?— Разве не это ты вспоминала, сидя здесь со скорбью на лице?— Какая разница? Тебя это не касается, иди к этим придуркам и продолжайте ржать над моей толстой задницей.— Остынь. Я не смеялся. И они не правы.— Ох, ты включил защитника? Очень мило, но не стоит за меня переживать. Я в порядке.— Ты вот-вот сорвёшься. Слушай, Пушка, выключай эту сухую леди и дай волю эмоциям.— А ты выключи психолога и уйди от меня.— Хочешь обсудить детство? Давай, я поговорю с тобой, нам есть, что вспомнить.— Нам — нет.

Я бы хотела уйти, но стояла на месте. Чего-то ждала. Не знаю, чего именно, но, казалось, если уйду, то что-то упущу. Я снова уселась на землю, нахмурившись и обняв колени руками. Кислов не стал садиться, а подошел к обрыву, загадочно глядя на горизонт и щурясь от солнца. Он тихо продолжил разговор.

— Кажется, совсем недавно здесь строили шалаш и придумывали пароль, чтобы туда зайти. Сейчас всё совсем по-другому. В то время я мечтал стать полицейским и обещал тебе, что...— Замолчи, — я резко прервала парня.— Чего? Не об этом ты думала, сидя здесь? — Он обернулся, улыбаясь и приподнимая брови.

Его улыбка злила ещё сильнее. Я не испытывала радости, вспоминая прошлое, но перестать крутить это в голове тоже не получалось.

— Не об этом.— О чём же?— Как ты с дерева упал.— А как ты мне к сломанной руке подорожник приклеивала? Не вспомнила?— Нет.— Не ври. Не могла ты такое забыть. Ты тогда плакала и переживала за меня. Тебе не было всё равно. Такое не забыть, Пушка.— Я не хочу разговаривать с тобой, Кис. Уйди, пожалуйста, оставь меня одну.— Как скажешь, зануда. Я уйду, а ты продолжай убиваться по прошлому. Хочешь совет? Живи в моменте, не оглядывайся назад.

Я заметила, что его обижала моя резкость и агрессия. Улыбка пропала. Он поджал губы. Всегда так делал, когда злился или расстраивался. Но он ничего не стал говорить. Отряхнулся и быстрым шагом начал уходить, выполняя мою просьбу. Внутри вдруг что-то переключилось. В голове начался монолог с размышлением о том, в чём кайф жизни в моменте? Я громко ответила брюнету.

— Мне кажется, жизнь в моменте переоценена.

Кислов обернулся, внимательно уставившись на меня. Быстро он вернулся и сел напротив, чтобы не спугнуть мой настрой. Он лишь вопросительно кивнул, чтобы я продолжила свою мысль.

— Я, например, не живу в моменте. Я не умею этого делать. Истинное удовольствие я получаю от тоски. Живу прошлым, его искаженными вариациями. Самое приятное для меня — возвращаться головой в то время, когда мы детьми играли здесь. Нам тогда было по десять, и мы даже не знали, что через несколько месяцев наша дружба закончится.— Ты вспоминаешь именно это, потому что это был последний год, когда ты жила настоящим. Сейчас ты повернулась спиной к будущему и смотришь только назад.— Это затягивает. Сознанию всё равно, происходит это в мыслях или наяву. Разница лишь в том, что к мыслям я не прилагаю усилий. Мыслями я теперь всегда в прошлом. В настоящем только тело лежит.— Ты сама себе ответила. Получается, что жизнь в моменте не переоценена. Тебе просто нужно перестать искать подобное старому и проводить параллели с прошлым. Никогда не будет как раньше, Адель. Никогда. Но ведь новое и другое — не значит плохое.

Я подняла на Кису глаза, они были полны слёз. Попытки им сопротивляться не увенчались успехом. Я закрыла лицо руками, чтобы хоть как-то спрятать свою слабость. Он был прав. Все сказал так, как есть на самом деле. От такой правды становилось грустно и радостно одновременно. Иногда хочется снова пережить приятные моменты из прошлого, но это желание становится преградой для того, чтобы искренне радоваться хорошему в настоящем. Только после этого диалога с Кисой получилось чуть легче относиться к нахлынувшим воспоминаниям. Я шумно вдохнула, снова обращаясь к Кислову.

— Хочешь сказать, что последний раз я жила настоящим в десять? А потом?— Потом ты открыла для себя мир галлюцинаций и отходняков.— Я подсела на наркотики в пятнадцать. По твоему, как я жила до этого?— Не знаю. С тех пор, как распалась компания, мы общались только в школе. Из того, что я заметил, могу сказать, что ты проживала хорошую веселую жизнь. Отдых заграницей, шоппинги, рестораны, всевозможные развлечения. Хочешь сказать, и тогда ты скучала по прошлому?— Безумно. Я мечтала о той компании: ты, Мел, Хэнк, Анжела и ребята, которые в итоге куда-то переехали. Катаясь на аттракционах, я хотела видеть рядом вас, а не детей друзей моих родителей. И пока летела на острова, умирая со скуки в самолете, тоже хотела, чтобы вы были рядом. Ты зря думал, что деньги отца легко заменили мне друзей. Наша семья стала богатой, приобрела хороший дом, машины. Но я не могла разделить радость с родителями. Меня мучал вопрос: почему, когда несколько ребят уехали, наша компания окончательно распалась? Я не мечтала о новых вещал и поездках, я мечтала только о восстановлении той дружбы.— Я немного удивлен. Всегда казалось, что ты меньше всех была заинтересована в той дружбе.— Ошибаешься, я жила этой дружбой. Тяжело было принять тот факт, что она закончилась.— Я быстро смирился. Это же детская дружба, она не живет долго.— Тебе легко говорить. Вспомни, с кем ты ближе всех общался тогда? С Мелом и Хэнком. С кем ты дружишь сейчас? Всё с теми же. Самые близкие так и остались с тобой, поэтому ты даже не расстроился. Остальные были лишь дополнением на фоне.— А ты?— Что я?— Ты же общаешься с Анжелой.— И? В детстве нас объединяла лишь эта компания и дружба наших семей. Её туда привел Мел, потому что любит её с начальных классов. Я общалась с ней, потому что другие не замечали её присутствия. Не могу сказать, что тогда я считала Анжелу лучшей подругой. Это сейчас мы близки, а тогда я не доверяла ей всё.— А кого ты считала самым близким другом в детстве?

В опустила глаза на траву, ничего не говоря и проводя по ней рукой. Разговор зашел слишком далеко и сейчас я подвела к тому, о чем было вспоминать грустнее всего.

— Тебя. Я знаю, что ты не считал так же, но факт остается фактом. Будем честны, ты был активнее и интереснее всех. Я тянулась к тебе и ориентировалась на тебя. Я прекрасно видела, что ты отдавал предпочтение Мелу и Хэнку, но это не мешало мне видеть в тебе лучшего друга.— Да мы все были близки тогда.

Он дал ответ, который не мог никого обидеть. Это было лучшее, что он мог сказать. Ему не нужно было подтверждать мои слова, я знала, что была права, но не хотела слышать напрямую, что близкими друзьями мы никогда не были.

— Да, но никто из них не лечил тебя подорожником, не подначивал острыми словечками и не вытирал слёзы, когда мама посадила тебя на домашний арест.— Это когда она разозлилась, что я куртку новую порвал?— Да.— Я даже забыл.— Вот и я о том. Ты забыл, а я помню всё. Иногда тоже хочу забыть. Это и есть одна из причин, почему я стала употреблять. Знаешь, помогает уйти от прошлого. И из настоящего тоже выбивает. Не приходится мучаться и искать способы отвлечься. Теперь я не знаю, что мне делать.

Киса молча смотрел на меня, о чём то думая. Я медленно поднялась с травы, чётко решив, что мне точно пора домой. Слишком уж я разоткровенничалась сегодня. Кислов шел следом за мной. Мы уже вышли к гаражам, когда он снова заговорил.

— Если так, то почему мы не продолжили дружить дальше? Что нам мешало?— Ребята уехали.— И что? Мы же могли общаться так же, просто без них, нет? Наши отношения же никак не зависели от их присутствия.— Мы продружили ещё пару месяцев. Мне чётко запомнился день, когда всё пошло не так. Я позвала всех гулять, но вы все сказали мне, что у вас дела и вы не выйдете. Я сидела дома и мама отправила меня в магазин. Сначала я встретила Мела с Анжелой. Оправдала их тем, что они друг другу нравятся и решили пойти вдвоем. А когда шла домой, на площадке увидела тебя и Хэнка. Тогда стало обидно. Я пыталась не думать о плохом, но не получилось. Я весь вечер провела в слезах и одиночестве. На следующий день мы всё же собрались. Знаешь, я была в большой компании, но мне было одиноко. Анжела ворковала с Мелом, ты угорал с Хэнком, а я сидела в стороне, уткнувшись в телефон. Этого никто не заметил. Более того, никто не заметил, даже когда компания распалась. Все спокойно восприняли тот факт, что вы начали общаться по двое. Ты и Хэнк, Анжела и Мел. Про меня забыли. Я осталась одна.— Прости, Пушка. Мы были детьми.— Да, конечно. Я давно не держу обиду. Анжела вспомнила обо мне сразу, как только у них с Мелом начался кризис в общении. С тобой мы всегда сидели за одной партой. Я пыталась создавать для себя иллюзию, что всё хорошо. В конечном итоге смирилась. Ты воспринимаешь меня как одноклассницу и потенциального клиента. Как клиент я больше не актуальна, а за партой нам еще год сидеть. Так что, увидимся первого сентября.

Я уверенно шла в сторону дома, пока Кислов молча размышлял над моими словами. Я заметила, что дала ему пищу для размышлений. В любом случае, о чём бы он сейчас ни думал, это не исправит прошлое. Так, не проронив ни слова, мы дошли до моего дома. Я остановилась у забора, оборачиваясь на Кису. В его глазах тоже появилась тоска и грусть. Неужели, забыл свои слова и решил окунуться в прошлое? А как же жизнь в моменте?

— Кис, забей. Жить настоящим действительно круто. Особенно, если есть, чему радоваться.

Я вошла в дом, оставив Кислова одного у забора. Он постоял ещё минуту и ушел.