138. Огненный вихрь

Феанор был серьезно настроен на поиски, так что в каждую попадающуюся ему на глаза таверну заглядывал с лицом стражника, выискивающего правонарушителя. Но беспокоило Ивейна даже не это. Это-то как раз было вполне в стиле самого Ивейна – в Эридейле он и сам грешил тем, что искал кого-то с таким выражением лица. Вот только его не встречали такими... заинтересованными взглядами.

Конечно, его предупреждали, что в Фахаре любят иностранцев, но это даже немного пугало.

Когда к Феанору подплыла, двигаясь от бедра, какая-то незнакомая и, правда очень красивая, рыжеволосая девушка, Ивейн почти запаниковал. Противостоять любителям заграничных красавцев он был готов, если бы они были мужчинами, а вот как стряхивать с Феанора женщин не имел ни малейшего понятия. Богатый опыт общения с сестрой показывал, что если они, не дай свет, разрыдаются, у него не будет ни малейшего шанса на победу.

- А зачем мы ищем Рубена? – всё же поинтересовался Ивейн, когда уже из пятой посещенной им таверны стали выглядывать люди, чтобы посмотреть им вслед. – Мы привлекаем внимание.

- В Фахару просто редко приезжают представители других наций – с трудом выдерживают местный климат. А людям всегда интересно поглазеть на тех, кто не похож на них, тем более, что и сами фахарцы редко покидают родину, - ровно отозвался Феанор, не прекращая своего методичного поиска. – А Рубена мы ищем, чтобы... На самом деле, я просто волнуюсь.

- За Рубена?

- Он начинает искать приключений, когда напьется. В Хэссии с ним был Велар, поэтому всё его желание развлечься было сосредоточено в основном вокруг него, так что он почти не доставлял проблем. Но даже тогда я старался следить, чтобы в питейные заведения его не пускали. Он любит... устраивать поединки.

- Это Фахара, - заметил Ивейн. – Страна сражений. Думаю, остальные его энтузиазму будут только рады.

- Именно, и это самое страшное. Лучше не стоит... Это не Эридейл, где для Рубена было мало соперников. Здесь это может плохо закончиться.

- Понял.

Ивейн с трудом мог представить себе такую ситуацию, когда у Рубена могли быть проблемы из-за драки, но благоразумно решил, что Феанору виднее. В конце концов, они были друзьями, и Феанор имел неплохое представление о том, как тот себя ведёт обычно.

Но, судя по всему, Феанору и самому было, чему удивляться в поведении его друзей, потому что, когда в седьмой таверне они наконец обнаружили свою пропажу, он растерянно замер на пороге.

Рубен сидел за барной стойкой, тяжело облокотившись о свои локти и сгорбившись так, что всей своей фигурой показывал, что сегодня, и возможно завтра, к нему ни с какими сражениями подходить не стоит. Его волосы были распущены и безвольно лежали на плечах, глаза были потухшими и безжизненными. Он крутил небольшую чарку с чем-то явно очень алкогольным и безучастно смотрел на нее.

Отмерев, Феанор решительно двинулся в его сторону.

- Рубен!

Тот почти не среагировал. С задержкой – слишком большой, на самом деле – перевел взгляд на своих визитёров.

- О... Ким-вей быстро послал на мои поиски.

- Ким-вей нас не посылал, - заметил Феанор. – Мы просто волновались.

- Обо мне? – фыркнул Рубен и подпёр голову рукой. – Разве есть повод? Или... Хм. Вы встретили по дороге Велара? И он сказал вам что-то, что вынудило вас пойти искать меня?

- Нет, - пожал плечами Ивейн.

- Да, - признался Феанор и в ответ на удивленный взгляд того, улыбнулся краем губ. – Извини. Я встретил его по пути от арены.

- Даже интересно, - мрачно хмыкнул Рубен. – Что он сказал?

- Что вы поругались, и он идёт пить. Я предположил, что ты тоже захочешь, поэтому мы стали искать тебя здесь.

- Вот как, даже обидно. Считаешь, что я тот, о ком стоит волноваться, когда он выпьет?

- Да, - даже секунды не подумав, Феанор. Рубен на это лишь вздохнул. – Так что случилось?

- Ничего такого, чего нельзя было ожидать, - Рубен, вроде бы, говорил спокойно и даже трезво, но его апатичная медлительность, проявляющаяся в разговоре, намекала на обратное. - Никаких неожиданностей...

- Рубен, - недовольно произнес Феанор.

- Что?

- Мелкие ссоры не стоят того, чтобы хвататься за бутылку. Ты же всегда так себя вел, стоило вам хоть немного поругаться – шел в ближайшую таверну, устраивал дебош, дожидался, пока Велар придет угомонить тебя до того, как ты вконец достанешь сильверьеров своим поведением. Эта стратегия, может, и срабатывала в Эридейле, но здесь все иначе.

- А то я не знаю, что сейчас всё иначе, - с долей раздражения сказал Рубен. – И я пью не для того, чтобы помириться. Бывают ситуации, когда ты пьешь просто потому, что не можешь не пить. Впрочем, вам двоим не понять теперь.

Феанор поднял взгляд на разливного таверны, что все это время стоял поодаль, протирая стаканы и с интересом поглядывая в их сторону.

- Сколько он выпил?

- Нисколько. Это первая, - ответил тот. – Это наша новая фирменная настойка – «Огненный вихрь». С нее обычно все с первого глотка падают, так что мы ждём.

Чего они ждут становилось понятно, если хоть мельком оглядеться – почти вся таверна с интересом поглядывала на Рубена, и им явно чхать было на разговор, а вот на то, упадет тот после настойки или нет – вот это было интересно.

Рубен вздохнул и одним глотком выпил содержимое своей чарки, почти сразу встав со своего места.

- Ладно, идём, - сказал он довольно спокойно, хотя даже Ивейн дернулся в инстинктивной попытке его поймать, когда он так легко опрокинул в себя очень крепкое пойло. – В конце концов, это и правда не Эридейл, расслабляться не стоит.

Что будет, когда Рубен узнает о том, что его непродолжительное «расслабление» уже вынудило его пропустить немаленькое такое побоище в центре города, думать не хотелось.

Ивейн шел наготове всю дорогу до дворца, чтобы в случае чего подхватить заваливающегося товарища, но этого так и не произошло.

~

- Рубен, на ближайшие пару лет это – твой новый дом! – Ким-вей махнул рукой, светясь, как небольшое солнышко. «Тучка» рядом с ним продолжала сверлить гостя взглядом. И наконец высказалась.

- Какой – прости, небо – посол, Ким-вей? Зачем он нам здесь?

У Рубена было ма-аленькое предположение, что Велар, этот рьяный и преданный телохранитель Ким-вей, его недолюбливает. Поэтому он улыбнулся во все тридцать два:

- Боишься не выдержать конкуренции?

- Какой ещё конкуренции, нахлебник? Ты будешь жить здесь за счет казны, есть наши фрукты, а взамен что?

- А взамен – добрые отношения с Фахарой, залог мира, а ещё нам будет проще держать связь с Солью, - ответил за рыжего Ким-вей. – Не ворчи, Вэл.

- Это кто тут ворчун?

Рубен усмехнулся. Велар зыркнул на него с агрессией. И вдруг сказал:

- Испытания.

- Чего? – со смешком переспросил Рубен.

- Испытания, - повторил Велар. – Соломон, может, и доверил тебе быть связующим звеном между нашими королевствами, но нам стоит быть уверенными в том, что ты не станешь обузой. Докажи свою полезность. Или трусишь?

Рубен медленно наклонился вперёд, чтобы быть ближе к лицу того, кто бросал ему вызов.

- Это я-то трус? – вкрадчиво спросил он.

- Вот и докажи обратное, - рыкнул в ответ тот, сверкнув глазами. – Если не пройдешь испытания – свалишь обратно в свою Фахару.

Как потом сказал Ким-вей, Велар не любил изменения. И появление в их окружении какого-то наглого типа – это было то изменение, с которым он мог смириться едва ли. И ставить условие, подобное этому, хоть как-то затрагивающее нахождение Рубена в Эридейле, Велар не имел права. Но Ким-вей, слышащий всё это, смолчал, так что Рубен принял правила игры.

- Каким бы ни было испытание, истинный сын Фахары пройдет его, - заметил он. – У нас даже праздник такой планируется... тоже с испытаниями.

- Отлично, - и было в этом слове столько злодейского, будто перед Рубеном был темный, а не маг земли.

~

Рубен помнил, как когда-то давно проходил испытания Велара. Как ни странно, первым из них было сражение. Истинный сын Фахары был уверен в своей победе, и эта уверенность его ослепила. Это было откровение: как когда-то его шокировала способность Ким-вей одерживать победу, вообще не поднимая меча, на этот раз его шокировало понимание, что победу над ним и его огромным мечом сможет одержать человек с парой кинжалов. Не используя магию, не имея выделяющейся физической силы. Просто ловкостью, хитростью и быстротой. И тогда Рубен впервые почувствовал это – такой восторг, что он почти захлебывался им.

Красивая победа. Красивая победа над ним. Он не помнил, когда в последний раз искренне радовался тому, что проиграл.

В другом испытании Велар заставил его ходить покупать ингредиенты для своих лекарств, и Рубен тогда неплохо так погулял по столице. Но в итоге всё равно взял почти всё не то, что нужно, и Велару пришлось, страшно ругаясь, взять его чуть ли не за ухо и потащить показывать разницу между физалисом и фиалками.

А потом было ещё...

Их было много, на самом деле, этих испытаний. В большинстве из них Велар, кажется, просто привыкал к нахождению Рубена вблизи себя и Ким-вей. Или хотел тем самым заставить его уехать – кто уж теперь знает. Но что Рубен отлично помнил, так это то, как весело ему было во время этих «испытаний». И как с не меньшим восторгом он отзывался на любое предложение, в котором подразумевался даже небольшой вызов.

Сам Велар, в общем-то, был вызовом.

Рубен постучал в дверь, и за ней что-то упало. Он подумал, прислушался и постучал ещё раз.

Вообще-то, он был пьян. У него никогда не было проблем с тем, чтобы признать собственное опьянение, но в этот момент, несмотря на достаточную ясность мыслей, подозрительно заваливающийся горизонт подсказывал, что за стеночку он держится не из-за трезвости. Хорошая была настойка, всё-таки. Если бы не она, он бы не решился даже на глаза Велару показываться, причем в ближайшие пару дней или даже лет.

Но точно бы не стучал в его комнату с решительным видом.

Пауза затягивалась, хотя Рубен слышал, что хозяин комнаты искренне пытается добраться до двери, чтобы открыть её. Кажется, Велар всё-таки не солгал Феанору о том, что собирается пить. Возможно, если бы не этот факт, Рубен допустил бы мысль, что Велар его тогда, на площади, просто не понял – и потому ушел. Но если у него появилось желание напиться...

В конце концов, Велар был умным – как минимум, гораздо умнее его.

И поэтому, когда дверь отворилась, Рубен сразу сказал:

- Я тут подумал, ты же мне... так и не ответил.

Велар был растрёпанный и помятый, так что напоминал одновременно какую-то птицу и дикого, но очень сонного, зверя. Пьяненькие движения слишком контрастировали с хмурым взглядом, которым тот одарил своего гостя. В этом взгляде было слишком много мыслей.

Рубен достаточно в прошлом пил с Веларом, чтобы знать, что тот сможет соображать в любой кондиции.

- Я пьян, - словно это было оправданием не отвечать, заявил он.

Рубен пожал плечами:

- Поэтому, возможно, ответишь мне честно.

Тот махнул рукой и сделал шаг в сторону. Язык у него немного заплетался при разговоре, так что Рубен предполагал, что на пороге тот выяснять отношения не хочет – учитывая, с каким трудом он складывал мысли в слова, это могло затянуться.

Рубен зашёл в комнату – но за стеночку держаться не забывал. Завершив эту миссию и наугад захлопнув за собой дверь, он встал ровно, будто ничего и не плыло.

- Я хочу слышать ответ, - заявил он. – Да или нет. Могу ли я хоть чуть-чуть рассчитывать на то... что мои чувства взаимны.

Велар на него не смотрел. Тяжело и даже несколько раздражённо вздохнув, он отошёл на пару шагов и сел прямо на пол, скрестив ноги.

- Ладно, - пробормотал он. – Вот давай рассуждать.

Рубен с интересом склонил голову.

- Вот допустим я скажу «да», - Велар не поднимал головы, так что его глаз не было видно за падающими на лицо прядями, но Рубен не был уверен, оттого ли это, что он прячет взгляд, или у него просто сил нет поднять голову. – Что дальше? Что ты сделаешь, если я скажу «да»?

- Поцелую тебя, - искренне ответил тот.

- Нет, - поднял палец Велар и покачал его в ту сторону, где по его предположению находился Рубен. – Что ты будешь делать дальше? Вернёшься со мной в Эридейл? А на правах кого – посла, как и раньше? Когда тебя могут призвать в любой момент обратно, и тогда ты уедешь, и можешь больше никогда не вернуться. Или ты бросишь свою страну? Своего короля, свой долг – ради меня? Не лги, что сделаешь это, потому что ты не сделаешь.

- Велар...

- Не сделаешь, - повторил он. – Ну тогда и смысл мне отвечать? Итог будет один. Я с тобой в Фахаре точно не останусь. Нет ни единого варианта, где бы мы могли быть вместе, даже если бы я ответил «да». А когда результат один и при ответе «да», и при ответе «нет», отвечать нет никого смысла.

Рубен повертел эти слова в голове с разных ракурсов, думая о том, что может им противопоставить. Затем тяжело вздохнул и сделал несколько медленных шагов к Велару, но, приблизившись совсем вплотную, сделал ещё шаг, дальше. Опустившись так же, на пол, он слегка коснулся чужой спины своей – так, будто между ними сейчас не строилась стена внушительнее, чем обычная невзаимность.

- И что нам тогда делать? – проговорил он, глядя куда-то в стену. Спиной он вдруг почувствовал тепло – Велар на него тяжело навалился и вздохнул.

- Я не знаю...

Они больше ничего не говорили. Рубен рассматривал стены, глубоко дыша и чувствуя спиной чужое сердцебиение. Тепло. Велар навалился на него всем телом – видимо, слишком устал и разморился от алкоголя. Это давление было приятным. Рубену всегда нравилось, когда тот на него наваливался – иногда даже специально, желая наткнуться на недовольство. Никогда не наталкивался, потому что Рубену нравились его прикосновения.

- Можно я всё-таки тебя поцелую? – спросил он.

- Нет, - послышался тихий ответ сзади.

Рубен подумал.

- А почему? – спросил он. – Потому что это ничего не изменит?

- Потому что может что-то изменить... Не мешай моему разуму принимать верные решения.

Рубен ещё подумал.

- Я понял, - сказал он и повернулся. Чуть развернув к себе другого и поймав его мутный взгляд, он обхватил его лицо ладонями и мягко прижался к его губам. 

____________________*возводит богине артов новый храм*