111. Крах

Ким-вей смотрел наверх. Там, над ветвями высоких кустарников, закрывающих парк от посторонних взглядов, был будто натянут прозрачный купол. Он видел, как капли дождя ударяются об этот купол, оставляя площадь под ним совершенно сухой. Это была магия воздуха, причем... довольно мощная.

- Это Обитель Тишины, - произнес старик, присаживаясь на одну из скамеек. – Приятное место. Оно закрыто от оживленных улиц, и сюда не доносятся звуки города.

Ким-вей ещё раз взглянул на него. Крах Бэкхерт... Он точно совершенно никогда не слышал это имя. У старика были совершенно седые волосы по плечи, небольшая аккуратная борода, морщинистое лицо, но выделяющиеся темно-синие глаза. Он не был нищим, судя по весьма достойному крою его одежды, но и богатым назвать его было нельзя. Едва ли он был местным аристократом.

- Анализируете меня, молодой человек?

Ким-вей очаровательно улыбнулся:

- Привычка при встрече с незнакомцами. Или, все же, мы где-то встречались?

- Хм, не думаю, - он доброжелательно усмехнулся. – Когда я служил во дворце Хэссии, Вы ещё не появились на этот свет. Как и темный король, полагаю.

Ким-вей перевел на Мрака взгляд, но тот и бровью не повел. Они и не могли увидеться, Мрак никогда не бывал в Хэссии...

- Значит, Вы – бывший королевский чиновник?

- Так и есть. Я был советником при короле Балле, прошлом монархе, и его отце. Но король Балл снял меня с должности вскоре после рождения своего сына и назначил на должность Альвиласа из рода Лютинг. Его, я полагаю, вы знаете.

Ким-вей прищурился. Бывший советник... И что он хочет?

- Вы здесь из-за лорда Лютинга? – уточнил Ким-вей.

- Совсем нет, - синие глаза старика смотрели внимательно, но с искренней доброжелательностью. - Из-за Вас. Давненько я не встречал... других жрецов.

Ким-вей широко распахнул глаза. Жрец?! Но он... не похож на жреца, ведь..!

Он замер. Нет. Я никогда не встречал жрецов воздуха, поэтому и не смог распознать ощущение. Но, вспоминая сейчас, я ведь знал, что кто-то приблизился к двери ещё до того, как он постучал в нее. Жрецы даже разных стихий могли чувствовать друг друга, хоть и не так отчётливо как «себе подобных». Впервые встретившись с жрецами Фахары, Ким-вей их сразу узнал – это было так, словно теплый костерок оказывался рядом и обогревал тебя в холодный день. Сейчас же ощущение было другим. Этот человек был словно порыв ветра, хоть и двигался довольно медленно. Он точно был жрецом.

- Не знал, что в Хэссии есть жрецы, - проговорил Ким-вей потерянно.

Крах хмыкнул:

- Даже монархи сего не знали.

- Почему? – строго спросил Мрак.

А Ким-вей вдруг подумал... У Краха такое имя... будто он родился в Шархелме. Конечно, это было маловероятно, но уж больно говорящее имечко.

- Когда я пришел во дворец, Сердце Воздуха уже было там, - прикрыл глаза Крах. – Много лет. Оно там уже очень долго. И за все время своей службы я смог поговорить с ним лишь однажды.

- Говорите так, будто Сердце там заперто, - заметил Мрак.

Заперто... Ким-вей помнил свою встречу с Сердцем Хэссии во сне, хоть она и была достаточно скоротечной. Последний вопрос Ким-вей так и остался тогда без ответа на вопрос: «Как давно ты здесь?» Шэхен был не прочь говорить – но только во сне. Потому что... не мог выбраться? Его держат в плену?

- Какой смысл запирать Сердце? – звенящим от удивления голосом произнес Ким-вей. Но он не просил о помощи. Выглядел так, будто давно смирился и не ждет спасения.

- Вам это решение кажется странным, но короли прошлого частенько прибегали к нему, - проговорил Крах. – Так же было и с Сердцем Шархелма. Много... безумно много лет назад его заперли в специально созданном для него магическом пространстве, которое впоследствии назвали Бездной. Для того, чтобы он не погиб, чтобы мог жить вечно и дарил Шархелму свою тьму без перебоев. Вы же знаете – когда Сердце умирает, магия покидает земли королевства до тех пор, пока не родится новое. Магии становится мало, начинают рождаться дети без магии... Для любого королевства, строящего свою мощь на применении стихий, это огромный кризис.

Мрак повернул голову к Ким-вей:

- Без внешнего воздействия Сердце может жить вечно?

Тот повел плечами – он этого не знал.

- Сердца – это не люди, в конце концов, - проговорил он неуверенно. – Они не маги. Они – магия.

Крах кивнул:

- Этим знанием короли прошлого и пользовались. Они использовали Сердца как источник магии для себя – и только. Поэтому Сердцам и нужны жрецы, способные защищать от угрозы. К сожалению, не во все времена жрецы были на эту защиту способны... Я здесь для того, чтобы рассказать вам о Сердце Воздуха и о том, что произошло с ним много лет назад. Потому что хочу попросить Вас о помощи, - старик улыбнулся. – Сердца друг другу не чужие... и жрецы разных стран, какими бы противниками эти страны ни были, все равно друг другу союзники. Все так?

Ким-вей не сдержал улыбки. Он верил в это свято большую часть жизни: какими бы разными ни были, Сердца и жрецы всегда будут друг друга поддерживать. Дядя Рейхерт вбил ему это так строго, будто это было непреложной истиной, но Ким-вей в какой-то момент все равно начал сомневаться. Думал, что, возможно, этому учили лишь его. Но всё это было правдой с самого начала – жрецы были союзниками.

- Все так, - уверенно кивнул он. – Конечно, я помогу. Расскажите.

***

- Как дела в Бездне?

- Дартнес и Личия, не затыкаясь, обсуждают возможное магическое устройство того, как вообще все работает в Бездне, - Дэус потёр виски. – Я их иногда даже сквозь сон слышу.

Шэхен легко рассмеялся:

- Согласись, тебе было бы грустно без них двоих.

Они сидели под жухлым деревом на выжженной земле – уже знакомое им обоим место. Шэхен смотрел на горы. Сердце Света давно не показывалось на горизонте, чтобы провести свой уже привычный ритуал и спросить, как ему пройти к Клау Хейне. Шэхен надеялся, что это временно... Он тряхнул головой:

- Дартнес был учёным при жизни, так что это тот случай, когда горбатого даже могила не исправила, - весело заметил он. – А малышка Личия...

- Кажется, она просто не хочет, чтобы для нее все так закончилось, - Дэус вздохнул. – Это все пустое. Они уже не люди... Даже если бы Бездна разверзлась, как того хотела Королева, они бы не смогли вернуться и жить на земле. Их тел уже нет.

- Зато твое тело там, - осторожно заметил Шэхен, окидывая его взглядом.

- Ну и толку от него? - фыркнул тот. – Твое тело тоже в замке. Только единственное, как ты его используешь, это бесконечно поглощаешь кексы со сгущенкой.

- Они очень вкусные! – не стал спорить Шэхен. – Как жаль, что ты не можешь их попробовать!

Дэус в Бездне ничего не ел. Его существование там в принципе было... не совсем обычным. Шэхен не очень хорошо понимал, как работает это место, так что рассказы о догадках Дартнеса слушал с большим интересом. Возможно, исследования давно погибшего ученого могли им помочь...

Дэус был в Бездне уже очень давно. Он рассказывал о том, с чего все началось, хоть воспоминания об этом уже изрядно потрепались в его памяти. В те времена Шархелм-Эридейл страдал от большой проблемы: неупокоенные души мертвецов возвращались на землю и творили бесчинства, вселялись в живых, устраивали кровавые бани или тихие, но не менее пугающие массовые смерти. Справиться с этим мог лишь повелитель смерти, Сердце Тьмы.

Дэус был занят «эпидемией злых духов» больше, чем чем-либо ещё, но этого было недостаточно. И тогда он придумал план.

- Это должна была быть временная мера, - немного раздражённо произнес он в день, когда поведал эту историю. – Бездна создавалась для того, чтобы урегулировать поток мертвых душ, которые никак не желают отправляться в мир иной. Я должен был лишь задать направление, а там бы все пошло по накатанной... Но я не смог выбраться обратно. Неожиданно «ворота назад захлопнулись».

- Так всё-таки это физическое место или магическое?

- Ну, смотри... - Дэус начал активно жестикулировать, рисовать на земле круги и символы, и апеллировать такими словами, которые Шэхен впервые слышал. - ...Таким образом, Бездна – это некий срез полу-физического умбриального мира и нашей реальности, который находится одновременно внутри и параллельно физическому миру, хоть и отделено метафизической мембраной. Но все это относится к пре-классу второго уровня, тебе надо это объяснить?

- ...

Шэхен понял лишь одно: во времена, когда жил Дэус, изучение магии было на таком колоссальном уровне, какой ему и представить сложно. Не нужно было даже проверять, чтобы убедиться – все эти знания давно исчезли, а изучение магической сути нужно было начинать заново. Интересно, что произошло такого, что знания сотен лет оказались погребены вскоре после падения Дэуса в Бездну.

Когда Дэус говорил этими своими словами, его глаза горели такой жизнью, что оставалось лишь любоваться. Шэхен искренне хотел разобраться во всем, что тот говорил, но до такого уровня ему было не допрыгнуть. Когда Дэус пытался объяснить какой-то термин «словами попроще», эти слова оказывались Шэхену также незнакомыми. Каким бы древним ни был сам Шэхен, Дэус был гораздо древнее его.

Поэтому ему и нравились исследования Дартнеса – когда Дэус пересказал изыскания своего подчинённого, его изложение было хотя бы понятно.

- Король пришел, - Шэхен прислушался. – Мне нужно проснуться.

Дэус взглянул на него с раздражением:

- Этот король... ни один из королей прошлого не приходил к тебе так часто.

- Ну... - это было правдой.

- Что ему нужно?

- Я не уверен, - Шэхен растянул губы в неуверенной улыбке.

- Если он задумает что-то неподобающее, скажи мне!

И что ты сделаешь? Шэхен снова улыбнулся.

Ничего он не собирался говорить.

***

- Это случилось много лет назад, во времена, которые известны тем, что происходили гонения на Клау Хейне. Знаете эту историю? Маги двух стихий стали гонимыми в обществе и были вынуждены отправиться в далёкие бесплодные земли, чтобы их наконец оставили в покое. Вместе с ними бежали и другие: преследуемые, голодные или те, кто находился в опасности. Правда в том, что народ Клау Хейне состоял не из одних лишь двухзерновых магов. Вышло и так, что среди гонимых был жрец Хэссии. Жрец был совсем один, с новорожденным Сердцем на руках, и он понимал, что во времена, когда на сильных магов началась охота, они с Сердцем станут лёгкой добычей. Поэтому, когда настал черный час, он бежал вместе с двухзерновыми – чтобы переждать бурю. Вдали от Хэссии и своего короля Сердце дарило мало магии поданным королевства Воздуха, но оно хотя бы было живо. Оно постепенно крепло и росло, будучи взращиваемым в доброте и безопасности народа Клау Хейне. Но потом кое-что случилось...

- Погодите, мне в голову пришла одна мысль, - поднял руку Ким-вей, напряжённо хмурясь. Крах не выглядел раздосадованным тем, что его перебили, но распевчатый тон сказителя, которым он орудовал, оборвался, уничтожая и сказочную атмосферу старой легенды. – У Сердца Хэссии... фиолетовые волосы.

- Так ведь он Клау Хейне, - посмотрел на него Мрак.

Ким-вей замотал головой:

- Он лишь жил среди них, но он не может быть двухзерновым, он же Сердце! Сердце – это воплощение стихии.

- Он может быть каким-то новым видом Сердца? Бывают же двухзерновые жрецы.

Ким-вей страшно удивился:

- Это какие?

- Ты, например.

- Я не Клау Хейне, – снова замотал головой Ким-вей. – У меня же белые воло... сы, - он замер.

Мрак кивнул:

- Но ты можешь делать их черными, когда переключаешься на магию тьмы.

Ким-вей поморгал, глядя на него:

- Подожди, но это же... я думал, только жрецы света и тьмы могут... Это не одно и то же!

«Сюрп!»

Они оба синхронно взглянули на Краха. Тот преспокойно сидел на лавочке и попивал что-то из небольшой фарфоровой чашки.

- ...

Ким-вей был готов поклясться, что в чашке горячий чай.

- ...Откуда Вы достали чашку?

- О, она была у меня с собой!

- А как налили чай?

- Он с лимоном, - горделиво заметил Крах, приподнимая чашку, будто поднимал за них тост. – Вы, молодые люди, пока договорите, я и поужинать успею.

Если этот человек где-то и горячий ужин прятал, Ким-вей был готов записаться к нему в ученики.

Мрак немного склонил голову:

- Это было неучтиво с нашей стороны.

Крах покачал головой:

- Ответ на свой вопрос вы найдете в моей истории дальше. Я продолжу, если вы не против. Так вот, - он откашлялся и снова сделал свой голос глубоким и плавным. – Однажды случилось нечто невообразимое. В Клау Хейне, мирно жившему уже много лет, пришел человек. Это был монарх, коронованный властитель одной из стихийных земель. Вместе с ним была прекрасная девушка с розовыми волосами...

- С розовыми?!

- Ким-вей.

- Молчу-молчу.

Крах отпил из своей чашки снова, но уже несколько раздражённо. Кажется, ему стоило усилий снова сделать голос загадочным.

- Так вот... Прекрасная девушка с длинными розовыми волосами была Сердцем. И вместе со своим королем она пришла за своим юным братом, но не знала она истинные намерения монарха. А мысли у того были черные... Хотел он то, что испокон веков было запрещено делать во имя не наступления хаоса. Из уст в уста монархи передавали мудрость о том, что ни в коем случае, как бы ни враждовали страны между собой, нельзя трогать Сердца. Но тот король хотел власти большей, чем была у него, и задумал он уничтожить все Сердца, которые найдет, и в образовавшемся хаосе и мире, где лишь его магия не угасла, захватить чужие территории...

Он внимательно посмотрел на Ким-вей, но тот молчал. Прищурив глаза, Крах снова отпил из чашки и продолжил:

- Поняв, что хочет натворить ее обожаемый король, Сердце испугалась. К тому времени армия вступила в кровавый бой с Клау Хейне, что не желали отдавать чужаку одного из своих, и невинные жертвы тяжело ранили ее бедную душу. Она взмолила своего повелителя о пощаде для Клау Хейне и своего брата, но тот лишь оттолкнул ее. Правда в том... что Сердце по природе своей не может пойти против короля. Она была в отчаянии, и когда ситуация стала совсем критической, использовала магию, чтобы остановить сражение. Множество больших кристаллов лилового цвета заполнили всю обитель Клау Хейне. Кристаллы должны были остановить бойню, но вместо этого стали беспорядочно поглощать всех подряд. Сердце не успела скорректировать собственную магию – в этот момент она услышала крик. Кристалл поглощал и ее короля.

Он снова взглянул на Ким-вей. Тот, вообще-то, не планировал перебивать – история и без его комментариев выходила трагической. Но, подумав, всё-таки воспользовался паузой, чтобы сказать:

- Как Сердце может так не контролировать свою магию, чтобы невольно навредить королю?

- Магию питают эмоции, - он вздохнул. – Она была ещё достаточно молодым Сердцем, и перепития судьбы не так коснулись ее, чтобы закалить дух. Она не была готова. Вероятно, ее король и не подумал рассказать ей о своих истинных планах, а лишь использовал как инструмент в своих руках. И этот же инструмент взбунтовался, когда он решил использовать его в своих планах... Но, поняв, что натворила, она впала в ещё большее отчаяние. Она была не в силах остановить свою магию, и первым делом сделала то, что велела ей душа – спасла своего брата, откинув своей магией за пределы Клау Хейне. Сердце Воздуха было спасено, но она не смогла вынести произошедшего. В глубоком отчаянии, она отреклась от своей магии.

Ким-вей помрачнел. Октавия уже рассказывала ему о том, что будет, если Сердце откажется от своей магии. Если это сделает человек, он просто станет беззерновым, но Сердца – не люди. Отрекшись от своей стихии, они отрекаются от своего существования.

- Затем...

- То есть, она умерла?

Фарфоровая чашечка полетела в Ким-вей. Он одним движением увернулся и коротко улыбнулся.

- Да, она погибла.

Мрак кинул на Ким-вей «ты-же-это-специально»-взгляд.

Ким-вей внимательно наблюдал за движениями Краха: как он поправил ткань на своих коленях, потянулся к рукаву... Ким-вей моргнул. Всего лишь моргнул, а Крах уже сидел с новой чашкой! Какого?! От чашки шел горячий пар.

- С малиной, - приподнял чашку Крах и отпил.

- Так что произошло с Сердцем Воздуха? - Ким-вей сложил руки на груди. – Неужели после этого его нашли люди из Хэссии и заперли? Узнав о том, что на Сердце покушались, они решили запереть его для того, чтобы это не повторилось?

- Они не узнали, - Крах внимательно взглянул на него. – Сердце Воздуха был в ужасе от того, что произошло, но он понимал, что если кто-то узнает о произошедшем, это может стать поводом для войны. Он вернулся в Хэссию и сам попросил запереть его – чтобы ситуация не повторилась. Чтобы последователи того короля не вернулись за ним, и жертва юной девы не была напрасной. Однако... когда произошло падение Клау Хейне?

- Эм... лет двести назад.

- Короли сменяли друг друга. А Сердце все ещё взаперти, - Крах прикрыл глаза. – Так не должно быть. Нация, строящаяся на чужих страданиях... к чему нас ведёт такое существование? Сердце должно быть свободным.

Он открыл глаза и медленно перевел взгляд на Ким-вей:

- За сим, вот суть моей просьбы: чтобы не было больше трагедий в этом ми...

- Эй, а про фиолетовые волосы я так и не понял!

Вторая чашка полетела в Ким-вей. Он увернулся и обернулся к Мраку с очень счастливым лицом:

- Мы подружились.