26 глава

Ранним утром, когда деревня была окутана густой пеленой тумана, люди получили строгое распоряжение оставаться внутри своих домов, дабы не нарушить священный порядок грядущего обряда. День ритуала наступил, а вместе с ним пришла необходимость соблюдения древних традиций и правил, установленных предками много веков назад.

Храм возвышался среди деревенских построек, освещённый лишь слабым светом фонарей. В главном зале царила атмосфера сосредоточенности и ожидания.

Прежде всего, Сайлаб и Майкл взялись за установку большой деревянной купели. Они осторожно разместили её ровно в центре помещения, тщательно проверяя устойчивость конструкции и качество древесины.

Тем временем Нат, Пон и Топтен помогали монахам в проведении религиозных обрядов. Под руководством опытных служителей они наполняли купель святой водой, аккуратно выливая её тонкой струйкой, чтобы ни одна капля не пролилась впустую. После этого они устанавливали свечи вокруг купели.

Священная вода источала особый аромат, распространяясь по всему залу, создавая атмосферу благоговения и покоя. Огоньки свечей мерцали, отражаясь в гладкой поверхности воды, словно маленькие звёзды, упавшие с небесного свода... .... Комната Гарфилда была погружена в полумрак раннего утра. В этом тихом уголке два сердца бились учащенно, ожидая важного события. Бенз стоял перед зеркалом, пытаясь справиться со своим волнением, пока его пальцы неуклюже пытались застегнуть пуговицы рубашки. Его движения были неуверенными, руки слегка дрожали, и даже дыхание сбивалось от напряжения.

На нём были белые брюки и рубашка – символ чистоты и искренности, выбранный специально для предстоящего ритуала. Но несмотря на элегантность одежды, его внешний вид выдавал внутреннее беспокойство: отросшие волосы спутались, будто он долго спал беспокойным сном, глаза блестели от усталости и переживаний.

Гарфилд внимательно смотрел на него со своего места на кровати, чувствуя каждую эмоцию, каждую тревогу любимого. Он видел, насколько тяжело ему давался этот процесс, и решил вмешаться. Медленно поднявшись, он подошел к Бензу сзади, положив руки поверх его рук. Его прикосновения были нежными, успокаивающими, как тёплый ветерок в жаркий летний день.

Он мягко направил его пальцы к последней пуговице, но прежде чем закончить, задержал взгляд на его лице в зеркале. Он взглянул на него с благодарностью и облегчением, позволив ему спокойно продолжить начатое им дело. Легким движением пальцев он завершил застёжку, затем медленно убрал руки, оставив парня вновь одного перед зеркалом.

Ни одно слово не прозвучало между ними с того момента, как они встали. Они оба знали, что слова будут лишними сейчас, потому что все чувства, переживания и надежды говорили сами за себя. Молчание было глубоким, спокойным, полным понимания и поддержки друг друга. Когда Гарфилд и Бенз вышли из уютного домика и отправились к храму, воздух наполнился ароматом цветов, которыми был украшен вход в главное здание. Цветочные гирлянды свешивались с колонн. Войдя внутрь, они оказались в просторном зале, заполненном мягкими лучами света, исходящим от искусственного освещения.

Их внимание сразу привлекло тщательно подготовленное пространство. На столах лежали свежие фрукты и напитки, принесённые жителями деревни в качестве подношения. Свечи горели ровным пламенем, озаряя пространство мягким золотистым сиянием. Главное украшение интерьера составлял алтарь, покрытый особыми символами, означавшими мир, процветание и благополучие.

Приближаясь к центру зала, Гарфилд почувствовал напряжение, исходящее от Бенза. Его тело начало мелко дрожать, выдавая внутреннюю борьбу с нервозностью и страхом перед предстоящими событиями. Ощущая это, он крепко взял его за руку, стараясь передать своё тепло и поддержку.

Вскоре к ним приблизился главный монах, самый уважаемый человек в деревне. Его мудрый взгляд свидетельствовали о долгой жизни, полной испытаний и мудрости. В руках он держал огромный круглый поднос, украшенный яркими золотыми лепестками цветка Кассии трубчатой, известного местным жителям как ратчапхруек. Эти лепестки символизировали чистоту намерений и удачу, поэтому их присутствие на церемонии считалось крайне важным. Главный монах осторожно насыпал золотые лепестки на голову Бенза, заполняя воздух тонким благоуханием Кассии. Сделав небольшой поклон, он молча указал взглядом на начало таинства. Монахи быстро пришли на помощь парню, поддерживая его при входе в купель, полную прозрачной святой воды и свежих лепестков лотоса. Теплые волны жидкости сомкнулись вокруг тела Бенза, вызывая мгновенное ощущение дискомфорта – ткань одежды стала влажной и липкой, доставляя странное чувство тяжести и неудобства.

Стоящий рядом Гарфилд чувствовал всю глубину его внутреннего смятения и страха. Пытаясь хоть немного облегчить состояние возлюбленного, он наклонился к нему.

— Готов? — тихо спросил он.

Голос его звучал мягко и уверенно, давая понять, что он полностью поддерживает его решение пройти через обряд.

— Да... — тихо ответил Бенз.

Его голос был таким слабым и неуверенным, что казалось, он сам сомневается в правильности ответа. Тем не менее, собрав последние силы, Бенз закрыл глаза и принял традиционную позу молитвы, складывая ладони вместе. Тихий вдох, глубокий выдох – это движение должно было успокоить его взволнованное сердце.

Вокруг зазвучали мелодичные голоса монахов, вплетающиеся в общее звучание пространства храма. Их тихие песнопения проникали в самую душу, постепенно растворяя тревогу и страхи. Постепенно сознание Бенза начинало освобождаться от ненужных мыслей, сосредотачиваясь исключительно на происходящем обряде. Все участники процесса заняли заранее отведённые им места. Среди них выделялся Сайлаб, который первым приступил к исполнению своего задания. Взяв длинный деревянный черпак, он двигался плавно и осторожно, подходя вплотную к купели, располагаясь позади парня. Позади всех остальных стояли монахи, образуя аккуратный полукруг, готовые приступить к следующему этапу церемонии.

Как только Сайлаб занял позицию, остальные участники замерли в ожидании начала процедуры. Вода в купели была абсолютно чистой, испускающей тонкий аромат лепестков лотоса, плавающих на её поверхности. Каждая деталь, каждое движение имели огромное значение, и каждый шаг проходил строго по установленным правилам.

Первый разлив начался с лёгкого движения рукой Сайлаба. Он опустил черпак в воду, зачерпывая небольшое количество жидкости, и аккуратно поднял его вверх. Мягко наклоняясь вперёд, он вылил содержимое на макушку Бенза, позволяя воде свободно стекать вниз по волосам и спине. Процедура повторялась несколько раз подряд, с каждым разом усиливая эффект очищения и восстановления душевного равновесия.

Затем черпак перешёл в руки Ната, который точно выполнил то же самое действие. Следующими участниками стали Пон, Майкл и Топтен, каждый из которых действовал методично и осознанно, соблюдая традиции и уважение к древнему обычаю. Настал черед Гарфилда принять участие в процессе. Слегка напряжённый, он осмотрел поверхность воды, убедившись, что ничего не нарушит целостность ритуала. Осторожно погрузив черпак в купель, он набрал небольшую порцию прохладной воды, ощутив легкую вибрацию, исходящую от соприкосновения дерева с жидкостью.

Медленным, уверенным движением он повернулся лицом к спине Бенза, сидящим неподвижно посреди купели. Водяная струя скользнула по его голове, стекая вниз по шее и плечам, оставляя за собой тонкое ощущение свежести и обновления. Бенз старался сохранять спокойствие, ощущая на себе внимательный взгляд любимого мужчины.

Сделав последний шаг, Гарфилд присел поближе к парню, чуть наклонившись вперед. Чувствуя, как близость их тел усиливается, он мягко коснулся губами его затылка, шепотом произнося заветное слово:

— Благословляю… . . . . После завершения первого этапа церемонии атмосфера в храме заметно изменилась. Напряжение отступило, уступив место чувству облегчения и удовлетворения выполненной задачей. Теперь настало время позаботиться о главном участнике событий.

Помогая Бензу выбраться из купели, Гарфилд проявлял максимальную осторожность и внимательность. Держа его за плечи, он ловко закутал парня в большое пушистое полотенце, которое согревало его замерзшее тело. Бледность кожи и легкая дрожь свидетельствовали о необходимости быстрого отдыха и восстановления сил.

Предложив ему сесть на стул, Гарфилд позаботился о комфорте Бенза, укладывая под ноги мягкий коврик. Лишь удостоверившись, что он чувствует себя достаточно хорошо, он позволил остальным участникам заняться уборкой помещения.

Теперь, оставшись вдвоём, пара наслаждалась тишиной и покоем. Гарфилд осторожно принялся снимать оставшиеся на волосах Бенза лепестки лотоса, нежно проводя пальцами по прядям. Время замедлилось, давая возможность насладиться моментом близости и взаимопонимания. Через некоторое время главный монах вернулся в помещение, неся в руках изящную маленькую чашу, наполненную свежей кокосовой водой.

Старик осторожно приблизился к парочке, почтительно протянув чашу Гарфилду. Без лишних слов и формальностей, он молчаливо отошёл в сторону, предоставив молодым людям самим провести ритуальный обмен.

Получив чашу, Гарфилд обернулся к Бензу, испытывая одновременно радость и трепет от важности данного момента. Прижав губы к краю сосуда, он слегка приподнял его, предлагая парню сделать глоток. Бенз начал осторожно пить предложенную воду, медленно опустошая ёмкость. Завершив питьё, он осторожно вытер капли, случайно попавшие на подбородок, смотря на Гарфилда с любопытством и интересом.

— Что это? — тихо спросил он, широко раскрыв глаза, словно ребёнок, впервые столкнувшийся с чем-то новым.

— Кокосовая вода. — ответил Гарфилд, улыбнувшись. — Её пьют, чтобы благословения точно сработали.

Парень снова улыбнулся, теперь уже шире и радостнее, показывая полное доверие своему партнёру. Обняв его крепче, он прижался влажными волосами к его груди, чувствуя его сердцебиение и дыхание. Из-за угла он видел, как Сайлаб и Майкл начали очищать купель от остатков воды, используя специальные инструменты. Рядом Топтен и Нат усердно собирали разбросанные лепестки, делая это терпеливо и внимательно.

Но вскоре появился ещё один человек — Пон. Он подошёл к паре, взял мягкое полотенце и начал бережно сушить волосы Бенза, нежно перебирая пряди.

— Когда второй этап? — спросил Пон, желая убедиться, что все понимают график мероприятий.

Гарфилд, услышав вопрос, откинулся на стуле, расслабленно скрестив руки на груди. Несмотря на усталость, его лицо выражало уверенность и готовность ко всем трудностям, которые могли возникнуть.

— Ровно в полночь, — чётко ответил он, выдерживая паузу, чтобы подчеркнуть важность информации. — Кинг придёт за ним, и мы проведём следующий ритуал. . . . . Полночь близилась стремительно, и церемония вступала в решающую фазу. Закончив все приготовления, монахи ушли обратно в храм, оставив главных действующих лиц на площадке за зданием. Отныне дальнейшее развитие событий зависело исключительно от Гарфилда.

Просторная территория за храмом была идеально подготовлена для ритуала. Центральное место занимал ярко-красный круг, искусно выложенный лепестками бугенвиллии. Именно там находился Бенз, облачённый в белую одежду, слегка влажную после купели. Парню удалось сохранить внешнюю невозмутимость, хотя внутренне он волновался сильнее обычного.

Рядом, вне границ центрального круга, сидел Гарфилд. На нём была простая красная хлопковая рубаха, обозначающая ответственность за происходящее. Его лицо оставалось серьезным и сосредоточенным, готовясь к любому повороту событий.

Дополнительно, чтобы защитить других участников ритуала, Сайлаб и Пон заняли посты в солевом круге, расположенных неподалёку. Такие барьеры усиливали защитные свойства участка, ограждая его от нежелательных влияний и гарантируя безопасность проходящего обряда. Следующий круг представлял собой линию из мелкой белой соли, очерченную вокруг фигуры Ната, принявшего классическую буддийскую позу, сидя на коленях. Белизна соли подчеркивала идеи абсолютной безопасности и духовной чистоты.

Неподалеку от белого круга находились Майкл и Топтен, расположившиеся в голубовато-синем солевом кольце. Соль, окрашенная в оттенки синего, использовалась для создания прочного барьера против вредоносных энергий и отрицательных воздействий. Глубокий синий цвет олицетворял мир, стабильность и баланс, обеспечивая надежную защиту двум мужчинам и способствуя поддержанию гармонии на протяжении всего мероприятия. Стрелки часов наконец достигли полуночи, разбивая гробовую тишину резкими ударами гонга. Едва затих последний удар, ночной воздух прорезали тревожные крики воронов, внезапно вспугнутых с ветвей старых деревьев, окружающих храм. Тысячи чёрных крыльев замелькали в темноте, поднимая облако пыли и листьев, исчезая высоко в ночном небе, оставляя за собой эхо тревожащих криков.

Наблюдавший за этим зрелищем Гарфилд нахмурился, инстинктивно напрягаясь. Он прекрасно знал, что подобные знаки природы часто предвещают перемены и влияние высших сил на ход событий. Внутренне он постарался подготовиться к тому, что может произойти дальше.

Внезапно из глубины леса раздался оглушительный раскат грома, сопровождаемый яркой вспышкой молнии, разрезавшей небеса надвое. Световые блики отразились от окон храма, ещё больше усиливая драматизм сцены. Сердца участников синхронно ускорили свой ритм, пульс начал бешено колотиться в венах, давление возрастало, предвкушая неизбежность финала. — Вот и настал тот самый момент, — тихо произнёс Гарфилд. Когда последнее эхо удара стихло, Гарфилд взял свою серебряную подвеску. Сложив руки в традиционном буддийском приветствии, он обратился к высшим силам с призывом услышать его молитву. Голос его вибрировал в воздухе, заполняя пространство и достигая каждой души, находящейся поблизости.

Закрыв глаза и сосредоточившись, он ощутил незримое присутствие божеств, готовых выслушать его мольбу. Его слова звучали громко, чтобы каждый мог их услышать.

Между тем, Бенз тяжело вздохнул, ощущая сильное давление на грудь. Сегодняшний день, изначально задуманный как веселый и радостный, превратился в точку отсчета последних моментов его жизни. Холодок побежал вдоль позвоночника, вызвав мурашки по коже. В глубине души он знал, что судьбу изменить невозможно, и оставалась лишь надежда на благоприятный исход обряда. Внезапная вспышка ослепительного света прорвала темноту ночи, заставив всех присутствующих подскочить на месте. Громоподобный раскат потряс землю, словно предупреждая о прибытии чего-то могущественного и разрушительного. Мощная молния ударила неподалеку, выжигая участок почвы, оставляя после себя пахучий дым и шипящие угли.

Из клубящихся клубов дыма постепенно проступила высокая фигура, принимая очертания человеческого облика. Силуэт казался неясным и изменчивым, словно существо не могло определиться с формой. Наконец, фигура окончательно сформировалась, представ перед всеми во всём своём ужасающем великолепии.

Кинг возник из пламени и пепла, возвышаясь над остальными своими огромными размерами и мрачной аурой. Его глаза горели яростью.

Обернувшись, Бенз встретился взглядом с духом, его сердце пропустило удар от неожиданности и ужаса. Лицо Кинга исказилось в жуткой ухмылке, обнажая острые зубы и линии морщин, делающие его облик ещё более устрашающим. В глазах читалась ненависть, угрожающе фиксировавшиеся на фигуре парня, ставшей центром внимания духа. — Давно не виделись, — с улыбкой произнёс Кинг. Кинг остановился, изучая окружающую обстановку и оценивая возможности. Как только его взгляд упал на фигуру Бенза, заключённого в круг из лепестков бугенвиллии, он презрительно усмехнулся, понимая, что преодоление подобного препятствия потребует значительных усилий и мастерства.

Решив проверить прочность ограждения, он сделал шаг вперёд, протянув руку к границе круга. Как только кончики пальцев коснулись магических линий, мощные импульсы энергии вырвались наружу, отбрасывая его назад. Яркие вспышки света сопровождали удары, причиняя боль и раздражение существу.

Защищаемая энергия лепесткового круга оказалась слишком сильной для обычной атаки, вынуждая Кинга искать альтернативные методы проникновения. Между тем, Гарфилд продолжал сидеть рядом с границей круга, вслух произнося древние молитвы, направленные на усиление охранительных чар. Его голос звучал твёрдо и решительно, убеждённо утверждая волю высшей силы.

Рядом с ним остальные тоже напряглись, готовые немедленно отреагировать на любые попытки вторжения со стороны духа. Волнение и тревога охватили всех присутствующих, подавляя обычную тишину и заменяя её напряжённым ожиданием дальнейших событий. Обнаружив невозможность прямого проникновения через магические границы, Кинг принял решение изучить круг подробнее. Быстро оценив периметр, он обнаружил отсутствие явных уязвимых мест, что вызвало у него раздражение и разочарование. Решив использовать другой подход, он двинулся вдоль внешнего края круга, внимательно анализируя структуру и возможные способы нарушения защиты.

Без предупреждения он нанес сильный удар ногой по земле, породивший мощнейшие колебания, сотрясшие почву. Землетрясение прокатилось волнами, заставляя землю содрогнуться и кружиться под ногами. Участников церемонии бросило в разные стороны, многие потеряли равновесие и падали на колени или спину.

Гарфилд, отвлечённый происходящим, временно прекратил читать заклинание, позволяя Кингу воспользоваться преимуществом. Смятение охватило всех присутствующих, паника нарастала, усложняя задачу удержания целостности ритуала. Потрясённый силой удара, Гарфилд отлетел в сторону, теряя равновесие и падая на землю, больно ушибив ногу. Боль вспыхнула острой стрелой, моментально отвлекая его от дальнейшего участия в борьбе. Попытавшись подняться, он понял, что повреждение серьёзно ограничивает подвижность, превращая передвижение в пытку.

Шокированный случившимся, Сайлаб хотел покинуть пределы своего безопасного круга, готовый прийти на помощь брату.

— Бенз! — воскликнул Сайлаб.

Увидев его порыв, Пон остановил мужчину, крепко сжимая его руку. Слезы выступили на его глазах, но внутренняя сила помогла удержать избранника возле себя, зная, что выход из зоны безопасности может оказаться фатальным.

Посмотрев на Бенз, Сайлаб осознал, насколько сильно страдает парень, будучи пойманным врасплох нападением Кинга. Опустив голову, Гарфилд боролся с болевыми ощущениями, слыша сдавленные хрипы, доносящиеся со стороны парня. Осознав опасность, он поднял взгляд и увидел ужасающую картину: Бенз пытался отползти подальше от духа, но его усилия были тщетны.

Кинг легко перехватил его за горло, резко подтянул к себе и поднял в воздух. Его выражение лица изменилось, превратившись в злорадную ухмылку, подчеркивая триумфальное настроение победителя. Парень беспомощно повис в воздухе, борясь за жизнь, его ногти царапали воздух, стремясь освободиться от хватки врага. Лицо Бенза приобрело болезненный оттенок, глаза широко раскрылись от ужаса и недостатка воздуха. Паника и отчаяние овладели парнем, когда он понял, что спасение далеко и шансов выжить практически нет. Он отчаянно цеплялся ногтями за руку духа, однако его железная хватка становилась только крепче.

Осознав положение, Гарфилд встал, невзирая на мучительную боль в поврежденной ноге. С трудом переставляя конечности, он рванул навстречу опасности, намереваясь спасти возлюбленного любыми средствами. Приблизившись к месту происшествия, он метнул подвеску, направленную прямо в грудь Кинга.

В тот же миг волшебный артефакт засиял ослепительным белым светом, окутывая духа плотным покрывалом сияния. Мощный поток энергии обжёг противника, заставив его завопить от невыносимой боли и отшатнуться. Рука, сжимавшая шею Бенза, ослабла, освобождая парня от смертельного захвата.

Освободившийся от гнета смерти, Бенз упал на пол, судорожно хватая ртом свежий воздух. Кашель сотрясал его тело, возвращая жизненные силы и надежду на будущее. Гарфилд поспешил к нему, помогая занять удобное положение и приводя одежду в порядок.

Прикрывая его плечо, он прижимал парня к себе, даря необходимое тепло и утешение. Бенз устроился удобнее, опираясь на надёжное плечо, стараясь восстановить нормальное дыхание и расслабиться после пережитого кошмара. - Ты... - прорычал Кинг, приходя в себя. - Ты ублюдок! Кинг неожиданно замер, отступив на шаг назад, словно задумываясь о новой стратегии. Загадочная улыбка появилась на его искажённом лице, намекая на рождение хитроумного плана. Он медленно развернулся, устремив взгляд на группу людей, стоящих неподалёку.

— Если я не могу забрать его с собой, то я заберу вас всех! — прорычал он, выпустив в пространство взрыв эмоций и раздражения. Эхо голосов раскатилось по лесу, усиливая общую атмосферу угрозы и опасности.

Одновременно с этими словами Бенз испытал сильнейшую боль, пронзившую его тело изнутри. Резкий крик вырвался из его горла, разрывая ночь и привлекая внимание остальных. Вырезанный ранее символ на его грудной клетке внезапно воспламенился алым цветом, порождая мучительное жжение и страдание.

Интенсивность ощущений росла с каждой секундой, заставляя парня корчиться и кататься по земле, истязаемого адской мукой. Пот градом струился по лицу, слёзы текли по щекам, смешиваясь с грязью и кровью. Агония длилась бесконечно долго, заставляя забыть обо всём, кроме одной цели — прекратить страдания. Практически одновременно с Бенз закричал и Сайлаб, стоящий неподалёку. Приступ невероятной боли пронзил его спину, сгибая тело пополам и выбивая почву из-под ног. Страдающий мужчина рухнул на колени, ломая идеальный контур сольного круга, созданного вокруг него. Нарушение целостности кольца снизило степень защиты, подвергая его опасностям и риску нападения.

Видя ухудшение состояния партнёра, Пон попытался подойти ближе, оказать первую помощь и поддержать его. Его шаги нарушили границу круга, уменьшив воздействие оборонительной магии и увеличив вероятность поражения атакующего духа.

Однако беда не обошла стороной и остальных членов команды. Нат, расположенный недалеко от центра, вдруг охнул, схватившись обеими руками за шею. Судороги сжали его мышцы, заставляя скорчиться и закрыть лицо ладонями. Мужчины, находящиеся рядом, бросились помогать ему, сломав ради спасения синее кольцо защиты, установленное для повышения уровня безопасности.

В течение нескольких минут группа потеряла значительную долю обороноспособности, подвергаясь риску полного уничтожения со стороны враждебного духа. Страх и паника охватили всех, заставляя действовать хаотично и необдуманно. Проходя глазами по сцене хаоса и замешательства, Кинг издал довольный смех, отдававшийся эхом среди лесной чащи. Уголки его рта растянулись в издевательской ухмылке, наслаждаясь видом страдающих и бессильных противников. Жажда власти и желание навредить другим играли главную роль в действиях духа, доводя его эмоции до крайнего возбуждения.

Ища способ остановить разрушение, Гарфилд предпринял попытку возобновить чтение древнего заклинания, возлагая надежды на силу древних текстов. Однако усилия были напрасны. Прежде чем успел произнести первые строки, Кинг совершил стремительный прыжок, схватив мужчину за волосы и грубо вытолкнув его из удобной позиции. — Тебе нравится смотреть на это? — с усмешкой спросил он. — Тебе доставляет удовольствие видеть, как они страдают? Пытаясь избавиться от мучительной боли, Гарфилд судорожно ухватился за руку Кинга, сжимавшего его волосы. Через скрип зубов он попытался повторить слова заклинания, считая их единственным способом спасти себя и команду от неминуемой гибели.

— ДжейДжей! — победоносно прокричал Кинг, отрывая юношу от земли и поворачивая к группе пострадавших. — Смотри, как я наконец покончу с их родом! Я отомщу за твою смерть!

Отзвук имени вызвал у Гарфилда смесь удивления и недоумения. Ему потребовалось мгновение, чтобы переварить информацию и оценить масштаб проблемы. Шагнув назад, он резко вырвался из хватки духа, свалившись на траву рядом с Бензом, корчащимся от боли и истощённости.

Оглядевшись, парень увидел полный разгром защитной системы и беспомощность соратников, неспособных сопротивляться натиску чуждой силы. Решение пришло мгновенно: необходимо предпринять активные меры, иначе финал окажется печален для всех участников действа. — Послушай, Кинг! — энергично крикнул Гарфилд, обратив внимание духа на важное обстоятельство. — ДжейДжея не казнили!

Выслушав это заявление, Кинг с негодованием поднял брови, готовясь дать достойный ответ.

— Я сам видел, как его голову выставляли на городской площади! — с негодованием заявил он, вспоминая прошлое событие. — Я уже стал мстительным духом, когда Тони поднял его отрубленную голову!

Несмотря на кажущуюся ясность воспоминаний, реальность преподнесла сюрприз. Буквально через секунду боли, терзавшие участников, чудесным образом испарились, оставив лишь легкое покалывание в местах предыдущих ранений. Воспользовавшись временной передышкой, Бенз осторожно поднял голову, прислушиваясь к изменениям в организме и окружающей обстановке.

Взгляд парня встретился с мутноватыми глазами братьев, Сайлаба и Ната, пытающихся разобраться в произошедшем и выработать стратегию дальнейших действий. Никто не мог объяснить причины прекращения боли, и обстановка осталась неопределённой и непредсказуемой. Передвинув взгляд в сторону, Бенз заметил Гарфилда, распростёршегося на земле. Фигура Кинга медленно приближалась к мужчине, тяжёлые шаги сопровождались негромким шипением, похожим на предостережение ядовитой змеи.

Решив вмешаться, парень попробовал поднять тело, но слабость сковала его суставы, препятствуя подъёму. Вновь оказавшись на земле, он вынужден был признать поражение и смириться с невозможностью физической помощи.

— ДжейДжей мёртв! — резко прокричал Кинг, останавливаясь в непосредственной близости от жертвы. — Он погиб из-за этого ублюдка Метаса!

— Гарфилд! — резко крикнул Бенз. Почувствовав изменения в атмосфере, Кинг круто развернулся, нацелив взгляд на Бенза. Его глаза, совершенно черные, поглощали свет, словно бездна, наполненная враждебностью и непримиримостью. Сжимая челюсти, он резко потянулся к поясу, откуда в его руке возник ржавый топор, появившийся словно из пустоты.

Жёстко сжимая рукоятку инструмента, Кинг зашагал в направлении парня, размеренно сокращая дистанцию. Каждый шаг звучал отчётливо, словно звон металла, наводя ужас и парализуя жертву. Оружие блеснуло в свете луны, притягивая внимание и усиливая восприятие неотвратимости трагедии.

Испуганный ситуацией, Бенз попытался отстраниться, пятясь назад и дергая конечностями, пытаясь избежать столкновения. Однако слабость и недостаток энергии делали его реакцию неэффективной и медленной. Расстояние между преследователем и жертвой стремительно сокращалось, приближая развязку.

Подняв топор над головой, Кинг замахнулся, сконцентрировав всю энергию и гнев в одном движении. Острое лезвие нависло над головой парня, готовое вот-вот обрушиться на его тело, положить конец его существованию и исполнить план духа. Неспособный спокойно смотреть на разворачивающийся кошмар, Гарфилд мгновенно переключился в режим борьбы. Толчком воли он поднялся на ноги, игнорируя боль и усталость, ринувшись спасать парня.

В этот момент Нат и Сайлаб, заметив происходящее, одновременно произнесли имя своего брата:

— Бенз!

Всего за мгновение Гарфилд преодолел разделяющее их пространство, оказавшись буквально в сантиметрах от падения топора.

Раздался резкий щелчок, за которым последовал ослепительный свет, озаривший всю площадь. Вспышка была настолько яркой, что на мгновение ослепила всех вокруг, лишив ориентации. Чье-то тело, отброшенное мощной волной энергии, отлетело в сторону...