Акт 1. Цапля под ивой

[Основано на классической пьесе кабуки "Дева-цапля" или "鷺娘". В этом рассказе используются строки из пьесы и прочие японские произведения, такие как стихи или отрывки.]

Слепое наваждение поволокой ночи мглистые затягивает, в любви заблудилось сердце моё...

妄執の雲晴れやらぬ朧夜の　恋に迷ひし我心

•••☾︎•••

Древняя Япония, эпоха Эдо. Скользят по волнам корабли, охваченные бризом и дыханием хладным. Осакский залив под серым небом, плещание пены и брег Сума. И шелест сосен сдалека тихонько слышится, в лесах которых потихоньку засыпает земля. Поздним вечером, вдалеке от глаз, блуждала цапля одиноко, в воде задумчиво ступала. Ил и камышовые путы лапой разминулись, открывая серую воду. Скоро зима, день-два и снег посыплется с небесья. Зябко однако ходить по умирающему пруду. Пора улетать.

Птица распахнула белое крыло, словно половину рога месяца. Перья сияли в сумеречных ивах, привлекая взор кого-то голодного. В тишине хрустнула сухая трава. Не успела цапля поднять свой дух в высь, как из чащи с предвестием смерти показался волчий хвост.

Плюх!

Цапля застыла, не успев даже клюва сомкнуть, лишь сипло прокричала птичьим горлом о помощи. Поднялись всплески на пруду, пугая и вгоняя в ужас. В спину грозного волка вонзилась стрела! Как быстро всё случилось! Кровь хлынула, промакивая серую шерсть, заставляя зверя истошно скулить. Птица лишь крылом махнула, и, волк, сражённый болью, раскрыл свою пасть. Вонзил он ей свои клыки прямо в белое оперение. Раненных стало на сей миг больше...

— А ну! Брысь! Ушёл отсюда, серый плут! — послышался людской голос.

Цапля раскрыла янтарный глаз, пытаясь неуклюже отпрыгнуть в воде, скрыться в камышах. За травой и силуэтом уходящего волка открылись лицо, соломенная шляпа и большой лук с колчаном. Человек. Уходя дальше, последний раз сопровождая цаплю взглядом, охотник направился дальше по стёжке куда-то в лес. Не успела она и вдохнуть, только кровавые перья нахохлила, не отводя глаз с силуэта. "Постой" хотела прокричать. А зима близко, лететь уже пора, вот только ноги вода сомкнула, будто лёд озерцо покрыл. Ни глаза с него не спускает, ни шагу ступить не решается.

•••

Крыло чуть укушено, болит немного, но напоминает о нём. Ночь пролила свою тень на мир - видны корабельные огни. Журчит вода на пруду и ива гнётся. Среди её длинных ветвей на коряге понурая цапля сидит в одиночестве. Одну ногу поджала и замерла. Дух её светится в ночи - настолько белой среди ещё пыльного пейзажа казался её образ. Луна в небе не ярче её.

— Он спас меня. Как я могу это забыть? Не сомкнуть мне глаз сей ночью. Часто ходит он здесь - охотится на дичь. Вот только меня он не трогает, настолько я ему любима? Или жалкая средь ив? Что даже волку он не дал меня убить.

Холодает. Наваждение пронизывает своими тенётами шею птицы, оборачивая ветви ивы пленом. Ива - дерево плакучее, вечно скорбящее о чём-то. Ветвями своими машет, будто бы прощается всегда. Она не знает времени, она не знает никого, но вечно грусть хранит в себе. Застряла под сенью её цапля, размышляя неподобно птице.

☾︎

[Цапля в снежную ночь. Художник: Охара Косон.]

Цапля Белая шагает,В глазах её янтарных Отражается луна.

Луна и ива - символы утраты и печали. Как на берегу Сумы вода волнами мочит песок, так и цапля слезит о любви. Хмарью кроются глаза, смешиваются вода в пруду и слёзы. Что же делать? Сердце разрывается. В далёкой чаще он идёт - и я за ним слежу с кустов. Замер мир передо мной, и я замру в воде на миг. Запоминая каждый шрам - я связь с любимым обретаю. И словно струны играют, на веру ивы твоё имя шепчут. Не знакомые мне звуки впредь различимы. В воде и камышах перо моё опадает, сменяясь сизым зонтом.

От того, кто ушёл,Отраженья и то не осталось -В этом ручьеС водою смешались слёзы,Из моих упавшие глаз.

— Никому меня до сих пор было не жаль... — говорила она, уже по-человечески.

С луною воссиявши, птичий клюв и два крыла сменились образом девичьим. В ночи всё ходит, вспоминает, полупрозрачна и бледна. Словно ведение иль призрак - ступает девушка в пруду. Заплутала во тьме, в осоке сухой спуталась. Белый подол мочит в воде, голову пелена покрывает. Словно невеста бела, вот только одна и несчастна. Птица есть птица. Однако непрост её дух. Родство с ивой обретая, девица уселась на ветвь, саму ночь умоляя помочь.

Куда ей идти? Как быть ей сейчас? Уже вот-вот снег пойдёт. Сидит одиночка, скучает, готовая с жизнью расстаться.

— Я обязательно к тебе приду.

Гласил её слабый дух под луной.