9

Гарри не забыл своих намерений разобраться с тем, чем же ему стоит заняться по окончании учебы в Хогвартсе. Для начала он насел на подругу и выпытал у Гермионы все, что она знала о специальностях волшебников и о том, каким образом маги получают квалификацию. Этого ему показалось недостаточно, чтобы принять решение, и Гарри попросил профессора МакГонагалл уделить ему немного времени и внимания. Декан оказалась весьма удивлена просьбой Поттера:

— Разве вы не собирались связать свою жизнь с Авроратом?

— С чего вы это взяли, профессор? Неужели я лично когда-нибудь об этом говорил? — Гарри в некоторой мере забавлялся растерянным выражением лица профессора МакГонагалл.

— Но Альбус... и ваши родители...

— Вот вы и нашли ответ — это профессор Дамблдор считал профессию аврора подходящей для меня, потому что мои родители были настоящими бойцами. Но я — не они. Я сражаюсь с одиннадцати лет, так что мне хочется что-то изменить в моей жизни, — без лишнего пафоса объяснил Гарри свою позицию.

— Похвально, мистер Поттер, — поддержала его МакГонагалл и рассказала все, что смогла вспомнить по интересующему его вопросу, а затем посоветовала обратиться еще и к другим преподавателям для получения исчерпывающей информации о магических профессиях.

Последовав ее рекомендации, Гарри поговорил с профессорами Флитвиком и Спраут, решив все же не надоедать всем учителям, а ограничиться лишь деканами факультетов, разумно посчитав, что для них его интерес не окажется неожиданным. Свои просьбы о помощи Гарри приурочивал к выходным дням, понимая, что посреди учебной недели у профессоров достаточно забот и без его расспросов. Оставалось побеседовать только с деканом Слизерина.

Поттер долго раздумывал над тем, стоит ли обращаться еще и к Снейпу? Во-первых, у него самого уже и так голова шла кругом — оказалось, что в волшебном мире есть много магических профессий и способов применить свои колдовские способности на благо обществу. А во-вторых, Гарри чувствовал некоторое смятение, вспоминая о том, каким он увидел Снейпа в ночь игры в фанты — совсем непохожим на строгого учителя, мягким и способным на нежность. Даже делая скидку на опьянение, Гарри не мог не признать, что если бы всех тех новых качеств, которые он увидел в Снейпе, у того не имелось, то никакой огневиски не смог бы изменить его к лучшему. Но, прикинув все за и против, Гарри все же решил обратиться за помощью и к Снейпу, который с первого курса всегда говорил ему только правду, хоть и приправлял ее доброй долей обидных для ребенка ехидства и сарказма. Вот и сейчас Гарри надеялся, что получит не просто обзор возможных специальностей, но и бесплатный и откровенный совет — куда ему лучше и не соваться. Это должно помочь во время окончательного выбора.

В субботу, тринадцатого февраля, Гарри после обеда подошел к Снейпу и попросил того уделить ему немного времени для личной беседы.

— Это очень срочно? — Северус догадывался, о чем пойдет речь — остальные деканы, не таясь, обсуждали в учительской серьезность подхода Поттера к избранию своего будущего.

— Нет. Вовсе нет. Меня устроит любой день, — поспешил заверить Гарри и объяснил причину своей просьбы.

— Тема серьезная, в десять минут не уложиться... Сегодня я не смогу поговорить с вами, а завтра ожидается сложный день, — Северус невольно скривился, вспоминая о предстоящем балагане. Он на секунду задумался. — Если у вас не будет планов на завтрашний вечер после отбоя, и вы не будете спешить лечь спать, то можете составить мне компанию во время дежурства по школе — заодно и обсудим ваши вопросы. Если нет, то договоримся в понедельник после урока зельеварения в вашей группе.

— Думаю, завтра мне будет вполне удобно, — Гарри понравилась идея Снейпа — беседовать, прохаживаясь по коридорам. Так он сможет не чувствовать себя несколько скованно, как это было при разговоре с другими деканами, когда те все время внимательно смотрели на него, словно пытаясь убедиться, что он понимает, о чем ему говорят.

— Тогда подходите завтра к кабинету зельеварения перед отбоем, — предложил Снейп.

* * *

Праздник Святого Валентина в Хогвартсе прошел шумно и суматошно. Совпав с выходным днем, он позволил студентам не отвлекаться на занятия и всецело посвятить себя написанию и получению поздравлений. Большой зал и коридоры были украшены наколдованными гирляндами цветов, на которых, как на качелях, раскачивались пухленькие амуры с луками и полными колчанами стрел. В глазах рябило от алых сердечек с крылышками, носящихся по школе — зачарованные открытки сами разыскивали своих адресатов. Кто-то смеялся, кто-то дул губы, а кто-то презрительно кривился, глядя на весь этот шабаш влюбленных и не очень.

Гарри, уставший за день отбиваться от назойливых посланий поклонниц и поклонников, надеющихся завоевать освободившееся сердце национального героя, минут за десять до отбоя пришел к кабинету зельеварения. Заглянув в класс, он никого там не обнаружил, лишь еще одно крылатое сердечко, неведомо как заблудившееся здесь, рвануло к нему навстречу. Поттер уже хотел было сжечь его, не читая — настолько достали его все эти слащавые сюси-пуси — но его остановил ироничный голос профессора Снейпа: «Не спешите уничтожать, Поттер. Сначала выслушайте. Директор собрал срочное совещание. Если вы все же решите не откладывать беседу, дождитесь меня у вестибюля — начнем обход оттуда». Гарри поймал падающее сердечко, сложившее крылышки сразу после того, как голосовое сообщение закончилось, и засмеялся — впервые искренне за весь сегодняшний день. Снейп, использовав для своего послания зачарованную на поиск адресата валентинку, тем самым как бы приглашал Гарри на свидание — именно это и послужило причиной для веселья.

* * *

Когда на ступенях центральной лестницы в вестибюле появился Снейп, Гарри все еще улыбался, не выпуская открытку из рук.

— Все не можете расстаться с дорогими вашему сердцу признаниями? — Северус кивнул на красное картонное сердечко в руках Гарри.

— Можно и так сказать, — Гарри расплылся в лукавой улыбке. — Это ваше приглашение на свидание, сэр.

— Ммм?.. — недоумение на миг мелькнуло во взгляде Снейпа. — Хотя вы правы, Поттер. Некоторая двусмысленность получилась, — согласился он, ранее даже не задумываясь, как можно интерпретировать его записку.

— Надеюсь, вы с меня не снимете баллы за прогулку после отбоя? — Гарри так заразительно улыбался, что Северусу и самому захотелось ответить ему тем же, но он все же сдержался.

— У нас намечается серьезный разговор, так что про баллы можете забыть, мистер Поттер.

— Простите, сэр, не могли бы вы называть меня по имени, как тогда — летом. Ведь у нас все же будет не совсем официальная беседа, — попросил Поттер.

— Хорошо, Гарри, — Северус указал рукой, с какого крыла они начнут обход, предлагая отправиться в путь. — Прежде, чем я начну рассказывать, давай договоримся — если я поднимаю тему, не интересующую тебя, ты сразу мне об этом говоришь. Не будем зря тратить время на пустые рассуждения. Я так понял, аврором, как раньше было заявлено, ты становиться по каким-то причинам не хочешь.

— Не хочу. Да и раньше не собирался я быть аврором, просто все, как обычно, все решили за меня, — Гарри пожал плечами. — Да и работать в Министерстве, как предлагал мне мистер Уизли, я тоже не хочу. Не вижу я себя там. Вы же понимаете, мне не позволят занять место какого-нибудь пятого помощника третьего клерка при чьем-то секретаре. Я же — герой, — Гарри немного насмехался над собственным статусом в магическом мире — он не любил все эти попытки чиновников и общественности вознести его на пьедестал, где ему было неуютно и одиноко. Северус прекрасно знал об этом и полностью разделял его точку зрения, потому что и к нему отношение было подобным — никто больше не поднимал тему его Пожирательского прошлого, помня лишь о заслугах, благодаря обширному архиву, оставленному Дамблдором для законников. — А занимать ответственный пост, при этом ничего не смысля в работе — это не по мне. Да и не хочу я быть на виду — устал. Так что мне бы подобрать что-нибудь увлекательное, но без публичности.

— Разумно, как на мой взгляд. И насчет Аврората, и по поводу работы в Министерстве, — Северус приступил к рассказу, конечно же, в первую очередь повествуя о профессиях, связанных с зельеварением: выпуск специализированного оборудования, производство и добыча ингредиентов для зелий, затем перешел к освещению особенностей специальностей, близких к колдомедицине.

Проходя по этажам, Северус и Гарри, не прерывая беседы, попутно уничтожали чарами праздничные украшения, в которых уже не было нужды — Валентинов день закончился. Кое о чем Гарри просил рассказать поподробнее, а что-то рекомендовал пропустить без уточнений. К часу ночи они успели обойти все основные лестницы и коридоры, несколько студентов удостоились от Снейпа снятых баллов, а Гарри обогатился основательными знаниями еще о трех дюжинах профессий.

— Это последняя, — Снейп указал на цветочную гирлянду с амурами, глядя на нее с таким выразительным мстительным удовлетворением, словно она была его личным врагом. Он ткнул волшебной палочкой в ее сторону, и от украшения остались лишь редкие магические искры, быстро гаснущие в полумраке ночного коридора. — Прекрасно! — казалось, что Северус сейчас довольно потрет руки и разразится победным мрачным хохотом так, как в маггловских фильмах это обычно делали злодеи.

Гарри не выдержал и рассмеялся: громко, счастливо, до слез от переполнявших его эмоций. Северус посмотрел на него сначала с удивлением, а затем не смог не улыбнуться в ответ — Гарри радовался столь искренне и самозабвенно, что, казалось, согревал своими чувствами даже его саркастичное сердце. Гарри поднял руку, чтобы утереть выступившие от смеха слезы, рукав его мантии задрался, и взгляду Северуса открылся какой-то шрам на тыльной стороне его запястья — четкий, словно старательно высеченный резцом. Было похоже, что штрихи шрама складывались в какое-то слово, но разобраться и прочесть его времени не хватило — Гарри уже опустил руку и поправил рукав. Яркая мысль завладела сознанием Северуса: «Вот оно! Вот то, что он упускал, вспоминая ночное происшествие! На запястье «воришки шлема» тоже имелась отметина — то ли шрам, то ли татуировка. Не может ли так совпасть, что именно Поттер был тем, кто голышом бегал по Хогвартсу?» Северус еще раз окинул внимательным взглядом фигуру Гарри, идущего на пару шагов впереди и объясняющего, что его так рассмешило. Рост был подходящим, так же как и цвет волос, и прическа. Северусу пришлось приложить некоторое усилие, чтобы отвлечься от своих мыслей и все-таки выслушать, что говорил Поттер.

— ...и у вас красивая улыбка, — Гарри, смутившись собственной откровенности, отвернулся в сторону.

— Ты слишком заразительно смеешься, — оправдал Северус свою оплошность, выдавшую его «огромную тайну» — он тоже умел смеяться и улыбаться, однако делал это крайне редко, не находя для этого в жизненных буднях достаточно причин. — Я рассказал тебе основное о профессиях. Если заинтересуешься чем-то конкретным — можем обсудить подробнее, — предложил Северус. — А сейчас нам стоит отправиться отдыхать — уже поздно. И... Спасибо, Гарри, за помощь в уничтожении всего этого безвкусия, — он покрутил поднятым вверх пальцем, намекая на праздничные гирлянды.

— Да не за что, — пожал плечами Поттер. — Мне понравилось наводить порядок.

— Надеюсь, провожать тебя не нужно, несмотря на то, что на свидание приглашал именно я? — Северус решил немного отыграться за шуточку Поттера.

— О нет! Не нужно! Это меня скомпрометирует, сэр! — Гарри изобразил нарочитый испуг, манерно хлопая глазами и прикрывая рот ладонью, как это зачастую делают женщины, а затем снова рассмеялся. — Спасибо за беседу, профессор, — он воспитанно слегка поклонился — еще летом ему пришлось срочно обучиться основам этикета, принятого в магическом мире, чтобы не выглядеть на публике глупым увальнем. — Доброй ночи.

— Доброй ночи, Гарри, — Северус улыбнулся, провожая взглядом Поттера. Тот, несомненно, становился очень интересным и весьма незаурядным молодым человеком.