Мечта

3 глава

Аннора стояла посреди кабинета отца, стараясь скрыть волнение. От его решения зависело её будущее. Казалось, даже воздух здесь стал тяжелее.

— Ты просил, чтобы я пришла. Я здесь, отец, — тихо сказала девушка, глядя на Лоренцо.

Тот поднял взгляд от документов и спокойно произнес:

— Да, Аннора. Я принял решение относительно твоей просьбы. Но сначала хочу сообщить тебе ещё одну новость.

Он поднялся из-за стола и медленно подошёл к окну.

— Завтра вечером в нашем особняке состоится званый ужин. Будут присутствовать наши деловые партнёры и несколько важных чиновников. Ты обязана быть там.

— По какому поводу этот ужин, папа? — спросила художница.

— Ты же знаешь, дочь моя, бизнес не стоит на месте. В одних странах мы уже занимаем лидирующие позиции, но впереди ещё много работы. Этот вечер посвящён новым партнёрствам и дальнейшему развитию компании.

Аннора молча кивнула.

Когда-то отец часто посвящал её в свои дела. В редкие свободные вечера они часами гуляли по саду, обсуждали бизнес, строили планы и спорили о будущем. Лоренцо внимательно выслушивал мнение дочери, несмотря на её возраст. Иногда они даже сбегали от бесконечной охраны и строгого взгляда Селин, чтобы хоть ненадолго почувствовать себя обычными отцом и дочерью.

Но последний год изменил всё.

Работа почти полностью поглотила Лоренцо, а усилия Селин постепенно отдалили его от Анноры. Несмотря на это, именно старшую дочь он по-прежнему считал своей будущей наследницей — самой способной из детей . Правда, сама госпожа Розавелли даже не подозревала о планах мужа.

— Хорошо, отец. Я обязательно буду на ужине. Но разве от меня будет какая-то польза? Я всего лишь твоя дочь, а не деловой партнёр. Даже если захочу высказать своё мнение, боюсь, твоим коллегам это не понравится. Многие из них до сих пор считают, что женщинам не место ни в политике, ни в бизнесе.

Лоренцо посмотрел на неё с лёгкой улыбкой.

— Не обращай внимания на их предрассудки. Весь вечер ты будешь рядом со мной. Слушай, анализируй, задавай вопросы и не бойся высказывать своё мнение. Даже если ошибёшься — это лучше, чем молчать.

Он сделал небольшую паузу.

— А теперь поговорим о твоей просьбе.

Аннора подошла к окну.

Солнце почти скрылось за горизонтом, оставляя после себя удивительный закат. В небе медленно пролетела одинокая птица. Она свободно парила над землёй, не боясь ни расстояния, ни одиночества.

Девушка невольно улыбнулась.

«Вот бы и мне так...»

Она глубоко вдохнула, отвернулась от окна и села рядом с отцом.

Заглянув ему в глаза, Аннора пыталась скрыть тревогу, но внутри всё сжималось от ожидания.

Лоренцо осторожно взял дочь за руку.

— Аннора...

Он говорил непривычно мягко.

— Я знаю, какую боль тебе причинил мой отказ отпустить тебя в университет. Но моя дочь не должна жить прошлым. Она должна идти вперёд с высоко поднятой головой, даже если внутри ей очень больно.

Он ненадолго замолчал.

Сердце Анноры забилось быстрее.

— Именно поэтому...

Она перестала дышать.

— ...я решил отпустить тебя.

Девушка широко распахнула глаза.

— Ты вместе с Хеленой отправишься на юг Франции.

На мгновение мир словно остановился.

Аннора не могла поверить услышанному.

Но Лоренцо продолжил:

— Однако вы поедете не одни. Ты знаешь, что у меня везде есть свои люди. Я смогу найти тебя где угодно, но всё равно не хочу рисковать твоей безопасностью. Поэтому вместе с вами отправится Энцо.

На лице девушки появилась улыбка.

— Он будет сопровождать вас весь месяц. На юге Франции находится поместье, принадлежащее твоей матери. Там есть всё необходимое для жизни.

Лоренцо достал со стола плотную папку и протянул её дочери.

— И ещё...

Он положил ее ей в руки.

— Здесь собраны лучшие художественные курсы, которые я смог найти. Я внимательно изучил каждый вариант и уже связался с организаторами. Посмотри всё спокойно и выбери то, что понравится именно тебе.

Аннора осторожно открыла папку.

Несколько секунд она просто смотрела на документы.

Потом подняла глаза на отца.

Она всё ещё не могла поверить, что это происходит на самом деле.

В следующую секунду девушка бросилась ему на шею.

— Спасибо...

Её голос дрожал.

— Спасибо, папа...

Слёзы счастья сами покатились по щекам.

Лоренцо замер.

Он давно не позволял себе подобных проявлений чувств. Привык быть сильным, холодным и расчётливым. Но сейчас, обнимая дочь, неожиданно понял, как сильно ему не хватало этого простого момента.

Груз вины, который он носил в себе после истории с университетом, словно стал немного легче.

— Спасибо, отец... — прошептала Аннора. — Спасибо, что подарил мне этот месяц. Обещаю, я не подведу тебя.

Она улыбалась сквозь слёзы.

Впервые за долгое время девушка чувствовала себя по-настоящему счастливой.

После того как эмоции немного улеглись, она осторожно спросила:

— Когда мы отправляемся?

— Сразу после завтрашнего ужина. Поздно ночью.

— Так быстро?

— Чем меньше людей будут знать о поездке, тем безопаснее. Вы полетите на самолёте нашей семьи под другими именами. Никто не должен узнать, где ты находишься.

Он снова стал серьёзным.

— Аннора, ты должна понимать, что мои враги могут использовать тебя против меня. Поэтому этот месяц должен пройти в полной тайне.

Девушка внимательно слушала.

— Если заметишь хоть что-то подозрительное — сразу звони мне. Не сомневайся ни секунды.

Она молча кивнула.

— Энцо будет представляться твоим братом. Для окружающих именно так будет выглядеть ваша история. Он станет держать меня в курсе всего происходящего.

Лоренцо слегка улыбнулся.

— А теперь иди отдыхать. Остальные подробности Энцо расскажет вам уже в самолёте.

Он сделал вид, что снова возвращается к работе.

— И не забудь...

Аннора остановилась у двери.

— Завтра вечером ты должна затмить всех.

Девушка улыбнулась.

— Обещаю, отец.

Она ещё раз крепко обняла его и вышла из кабинета.

За дверью улыбка не сходила с её лица.

Ей казалось, что наконец-то распахнулась дверца клетки, в которой она жила столько лет.

Но стоило сделать несколько шагов по коридору, как перед ней возникла Селин.

Женщина стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на дочь холодным, почти ледяным взглядом.

— Не радуйся раньше времени, — тихо произнесла она. — Ты ведь знаешь... всё может измениться в любую минуту.

На её губах появилась едва заметная, колючая улыбка.

Не сказав больше ни слова, мать  прошла мимо.

А радость Анноры впервые за этот вечер сменилась тревогой.                                 ~~~~~~~~~~~

До глубокой ночи Аннора разговаривала с Хеленой по телефону. Перед ней на кровати лежали десятки рисунков — девушка никак не могла решить, какие работы взять с собой и показать преподавателям на курсах.

— Неужели наша птичка наконец-то покидает свою клетку? — весело рассмеялась Хелена. — Да ещё и на целый месяц! И не куда-нибудь, а на юг Франции!

Аннора улыбнулась.

— Ну хватит смеяться. Представляешь? Целый месяц свободы. Я столько лет мечтала хотя бы ненадолго почувствовать себя обычным человеком.

— Почти свободной, — тут же поправила её подруга. — Неужели твоя матушка приготовила очередной сюрприз, и вместе с нами поедет целый батальон телохранителей?

Аннора покачала головой.

— На удивление, мама даже не вмешивалась. Она сказала, что решение полностью остаётся за отцом. Хотя, думаю, она просто надеется, что я сама всё испорчу.

Девушка на секунду замолчала, перебирая рисунки.

— Но этого не случится. Что бы ни произошло, я не дам ей повода сказать отцу: «Я же предупреждала».

— Вот это уже моя Аннора! — довольно произнесла Хелена. — Пора наконец показать всем, что ты умеешь бороться.

— Завтра после ужина мы с Энцо заедем за тобой. Будь готова к часу ночи.

— Так значит, мы всё-таки летим с твоим красавчиком-охранником? — оживилась Хелена.

Аннора тихо рассмеялась.

— Даже не начинай.

— А что? Очень приятная компания. Высокий, красивый, воспитанный... Да ещё и всегда спасает нас из неприятностей.

Аннора лишь покачала головой.

За всё время их дружбы Энцо действительно не раз выручал девушек. Он никогда не читал им нотаций, не выдавал их маленькие шалости Лоренцо и всегда находил способ незаметно исправить ситуацию.

Именно поэтому обе давно перестали воспринимать его как обычного телохранителя.

Но было в нём что-то странное.

Иногда взгляд Энцо становился таким тяжёлым и печальным, словно он носил внутри боль, о которой предпочитал никому не рассказывать.

Хелена замечала это каждый раз.

И каждый раз задавалась вопросом: кого или что он потерял?

— Неужели моя прекрасная блондинка влюбилась? — с улыбкой спросила Аннора.

— Не говори ерунды, — фыркнула Хелена, хотя её голос прозвучал не слишком убедительно. — Просто приятно знать, что рядом будет такой симпатичный молодой человек.

Она быстро сменила тему:

— Лучше скажи, ты уже выбрала курсы?

Аннора перевела взгляд на папку, которую несколько часов назад получилa от отца.

Она осторожно провела пальцами по её обложке, словно до сих пор не могла поверить, что всё это происходит наяву.

— Да...

Она улыбнулась.

— Папа уже отправил заявку. Представляешь? Ответ пришёл почти сразу. Уже на следующий день после прилёта у меня начинаются занятия.

В её голосе звучало неподдельное счастье.

Но спустя мгновение улыбка исчезла.

— Только рисунки...

Она тяжело вздохнула.

— Не знаю, какие взять. Вдруг мои работы окажутся самыми слабыми? Вдруг преподаватель посмотрит на них и поймёт, что я совершенно бездарна?

— Так! — решительно перебила её Хелена. — Немедленно прекращай себя накручивать.

Аннора невольно улыбнулась.

— Включай видеосвязь. Будем выбирать вместе. И даже не думай оставить дома мой любимый рисунок.

Девушка тихо рассмеялась. Она сразу поняла, о какой работе говорит подруга.Это был старый пейзаж, написанный много лет назад.

Тогда они впервые сбежали из-под надзора взрослых, провели целый день на природе, рисовали, смеялись и мечтали о будущем.Именно в тот день родилась их дружба.Рисунок был далёк от совершенства. В нём было множество ошибок.Но именно поэтому Аннора любила его больше остальных.

Он хранил воспоминания.

— Конечно, возьму, — мягко ответила она. — Пусть он далеко не идеален технически... зато он настоящий.

Остаток ночи девушки провели за видеозвонком. Они перебирали рисунки, вспоминали забавные истории, строили планы на путешествие и фантазировали, каким окажется их месяц свободы.Когда разговор наконец закончился, за окном уже занимался рассвет.

Аннора легла спать с улыбкой. Впервые за долгое время будущее перестало казаться ей пугающим. Теперь оно было наполнено надеждой.    

                       ~~~~~~~~~~~~~~~~

Аннору разбудил настойчивый стук в дверь.Она лишь недовольно перевернулась на другой бок и, не открывая глаз, сонно пробормотала:

— Войдите...

Дверь распахнулась.

В комнату вихрем влетела черноволосая девушка. Не успела Аннора окончательно проснуться, как незнакомка уже запрыгнула к ней на кровать и крепко обняла за плечи.

Сначала художница испуганно вздрогнула.

Но уже через мгновение вдохнула знакомый запах волос и широко улыбнулась.

— Беатрис?..

Она резко открыла глаза.

— Когда ты приехала? Ты же должна была вернуться только через неделю!

Младшая сестра хитро улыбнулась.

— То есть ты не рада меня видеть?

— Конечно рада! Аннора села на кровати.

— Просто испугалась... Неужели с бабушкой что-то случилось?

— Да нет.

Беатрис театрально закатила глаза.

— Просто ей надоело моё общество.

Она даже попыталась скопировать голос бабушки:

— «Беатрис, дорогая, тебе пора домой. После твоего пребывания мне необходимо восстановить душевное равновесие».

Аннора звонко рассмеялась.

Только теперь она заметила, что сестра совершенно спокойно ест яблоко, сидя прямо на её кровати.

— Ты невозможна.

— Знаю.

Беатрис довольно откусила ещё кусочек. Аннора не выдержала, схватила подушку и со смехом ударила сестру.

— Эй!

В ответ Беатрис тут же схватила вторую. Через несколько секунд вся комната наполнилась смехом.

Подушки летали по комнате, перья кружились в воздухе, а две сестры снова чувствовали себя маленькими девочками, которым всё ещё можно смеяться без причины.

Это было самое счастливое утро за долгое время. Два месяца разлуки будто исчезли в одно мгновение.

Беатрис была младшей дочерью Лоренцо и Селин Розавелли. Она была младше Анноры всего на два года, но казалась её полной противоположностью. Если Аннора сначала думала, а потом действовала, то Беатрис сначала совершала поступок, а уже потом задумывалась о последствиях.

Упрямая.

Дерзкая.

Неугомонная.

Настоящая головная боль для всей семьи.

Несколько месяцев назад Лоренцо отправил её к своей матери — госпоже Бриджит Розавелли.

Причина была весьма серьёзной.

Во время конфликта в школе Беатрис окунула головой в унитаз сына одного из деловых партнёров семьи. Лоренцо даже не стал разбираться, что именно произошло. Он просто отправил дочь к бабушке, надеясь, что та сумеет научить её дисциплине.

Но спустя два месяца даже железная леди семьи Розавелли была вынуждена признать поражение.

Вернув внучку домой, Бриджит лишь сухо заметила:

— Эту девчонку  невозможно перевоспитать. Можно только любить и надеяться, что однажды она сама станет мудрее.

Сейчас же сестры снова лежали рядом, тихо переговариваясь обо всём на свете. Для них внешний мир переставал существовать, стоило оказаться вместе.

Здесь не было строгой матери.

Не было бесконечной охраны.

Не было обязанностей.

Были только две сестры.

И доверие.

Аннора рассказала Беатрис обо всём, что произошло за последние недели.

О ссоре с матерью.

О пощёчине.

О своей просьбе к отцу.

О долгожданном разрешении отправиться во Францию.

Беатрис внимательно слушала, не перебивая.

Когда рассказ закончился, она тяжело вздохнула.

— Значит... ты оставляешь меня одну?

Она сделала самое жалобное лицо на свете.

— Совсем одну. Беззащитного котёнка в логове волков.

Аннора не выдержала и рассмеялась.

— Ты? Беззащитный котёнок?

Она покачала головой.

— Беатрис, ты способна перевернуть весь этот дом вверх дном за пять минут.

— Неправда.

— Правда.

— Совсем чуть-чуть.

Сёстры снова рассмеялись.

— Я буду звонить тебе каждый день, — пообещала Аннора. — Рассказывать обо всём, что увижу.

Она лукаво улыбнулась.

— Только пообещай, что не устроишь революцию, пока меня не будет. Я должна увидеть это своими глазами.

— Ладно.

Беатрис тяжело вздохнула.

— Постараюсь потерпеть.

Через несколько секунд она снова оживилась.

— А ты идёшь сегодня на ужин?- спросила Беатрис .

— Конечно.Мы улетаем  после ужина.-ответила старшая сестра .

— Отлично. Не хочу изображать счастливую дочь в одиночку.- Беатрис  закатила глаза — Меня тоже заставили идти , отец сказал, что ему спокойнее держать меня рядом, чем потом искать последствия моих новых приключений.

Аннора улыбнулась.

— Звучит очень похоже на тебя.

— Вот именно.

Она пожала плечами.

— Иногда мне кажется, что родители воспринимают меня как стихийное бедствие.

— Не переживай.

Аннора ласково сжала её ладонь.

— Думаю, сегодня ты всё-таки найдёшь способ развлечься.

— Даже не сомневайся.

Беатрис хитро улыбнулась.

И именно в этот момент раздался стук в дверь. Комната мгновенно погрузилась в тишину. На пороге появилась Селин. Она остановилась, наблюдая, как дочери смеются, сидя на кровати.

На её лице промелькнула едва заметная улыбка.Но исчезла так же быстро, как и появилась.

— Аннора.

Голос снова стал холодным.

— Дона уже готовит твоё платье. Через час она займётся твоими сборами.

Лицо Анноры сразу просветлело.

Дона была её самым дорогим человеком в этом доме после отца и сестры. Именно она в детстве рассказывала сказки, успокаивала после кошмаров и укладывала её спать, пока родители были заняты своими делами. Даже спустя годы старая служанка продолжала относиться к Анноре почти как к собственной внучке.

Селин перевела взгляд на младшую дочь.

— Беатрис.

— Да, мама?

— Пойдём со мной. Тебя тоже необходимо подготовить к сегодняшнему вечеру.

Сёстры переглянулись. Одного взгляда оказалось достаточно. «Увидимся позже.»Беатрис незаметно кивнула и вышла из комнаты вслед за матерью.

                          ~~~~Беатрис~~~~~~~

Всю дорогу до своей комнаты Беатрис молчала. Она шла рядом с матерью, но даже не пыталась заговорить. За долгие годы девушка научилась чувствовать настроение Селин без слов. Сегодня вокруг матери словно сгущался холод. Она была раздражена.Очень раздражена. И Беатрис понимала: сейчас произойдёт что-то неприятное.Зайдя к себе , младшая дочь начала ждать что же ей скажет , мать .

— Даже миссис Бриджит не смогла справиться с тобой.

Её голос звучал спокойно.

Но именно такое спокойствие всегда пугало Беатрис больше всего.

— Негодная девчонка...

Женщина сделала несколько шагов вперёд.

— Я надеялась, что хотя бы моя свекровь научит тебя манерам. Но, как оказалось, даже её терпение имеет предел.

Беатрис молча смотрела матери в глаза.Не отводя взгляда.Не опуская головы.

Селин раздражённо усмехнулась.

— Из-за тебя мне пришлось почти час выслушивать нравоучения о том, что я плохо воспитала собственных детей.

— А разве ты нас воспитывала?

Слова сорвались сами собой.

Беатрис тут же поняла, что следовало промолчать.

Но было поздно.

— Нас растили няни. Они учили нас читать, успокаивали после кошмаров, лечили разбитые коленки... А не ты.

В комнате повисла звенящая тишина.

Селин медленно приблизилась почти вплотную.

— Следи за своим языком.

— Почему?

Беатрис горько усмехнулась.

— Потому что правда режет слух?

В глазах Селин вспыхнула ярость.

Она с трудом удерживала себя в руках.

— Не думай, что твоё поведение останется безнаказанным. - сказал мать и продолжила .- Сегодня вечером ты обязана вести себя идеально.Никаких выходок.Никаких скандалов. Никаких сцен.Иначе ...... - не успев договорить Селин перебил голос дочки.

— Иначе что?

Беатрис сделала шаг навстречу матери.

— Снова отправишь меня к бабушке? Запрёшь дома? Лишишь телефона? Что ещё ты можешь сделать?

Она смотрела прямо в холодные глаза матери .

— Я давно перестала бояться твоих наказаний. Если кто и имеет право решать мою судьбу, то только отец.- говорила Беатрис , совсем не страшась матери .

Лицо Селин осталось совершенно спокойным. Это спокойствие оказалось страшнее любого крика. На её губах появилась едва заметная улыбка.

— Нет.

Она покачала головой.

— Наказывать я буду не тебя.

Беатрис нахмурилась.

— Если сегодня вечером ты устроишь хотя бы одну сцену...

Женщина сделала короткую паузу.

— Аннора не полетит во Францию.

Мир будто остановился. Улыбка мгновенно исчезла с лица Беатрис. Сердце болезненно сжалось. Перед глазами возникла сестра.Её счастливые глаза. Слёзы радости в кабинете отца. Мечты, о которых Аннора рассказывала всё утро.

Нет.

Этого нельзя допустить.

Ни за что.

Селин внимательно наблюдала за дочерью.Она увидела именно ту реакцию, которой добивалась.

Страх. Настоящий страх.

Беатрис медленно опустила взгляд.Впервые за долгое время. Её пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Она ненавидела проигрывать. Но ещё сильнее она любила сестру.Ради Анноры она была готова проглотить любую обиду. Даже собственную гордость.

Спустя несколько секунд девушка снова подняла голову.В её глазах больше не было вызова. Только решимость.

— Хорошо.

Она произнесла это почти шёпотом.

— Сегодня я буду вести себя так, как ты хочешь.

Селин удовлетворённо улыбнулась.

— Вот видишь. Я всегда знала, что ты умеешь быть благоразумной.

Беатрис тяжело сглотнула.

— Но ответь мне на один вопрос.

Женщина вопросительно подняла бровь.

— Почему?

— Что именно?

— Почему ты так поступаешь с нами? Почему тебе недостаточно просто быть нашей матерью? Почему тебе обязательно нужно нами управлять?

На лице Селин не дрогнул ни один мускул.

Она ответила спокойно.

Слишком спокойно.

— Потому что однажды вы поймёте... что любовь не всегда выглядит как ласка. Иногда любовь — это контроль. Иногда любовь — это жёсткость.А иногда... это способность принять ненависть собственного ребёнка ради его будущего.

Беатрис долго смотрела на мать.

Потом тихо произнесла:

— Нет...Это не любовь.Это страх.Ты просто боишься потерять власть над нами.

На этот раз Селин ничего не ответила.

Она лишь открыла дверь.

— Собирайся.Я за тобой зайду . И помни ... я буду следить за вами двумя весь вечер , вам не скрыться от меня . Она вышла.Дверь негромко закрылась.

Беатрис осталась одна. Несколько секунд она неподвижно стояла посреди комнаты. Потом медленно опустилась на кровать. Только сейчас она позволила себе закрыть лицо руками. Нет... Она не плакала. Слёз уже почти не осталось. Но внутри всё сжималось от бессилия.

Если раньше она была готова испортить сегодняшний ужин просто назло матери, то теперь права на ошибку не существовало.

На кону стояла не её свобода. На кону стояла мечта Анноры.

Беатрис глубоко вдохнула. Затем медленно выдохнула.

— Ради тебя, сестра я выдержу даже этот вечер.