Часть 21: Стукачка

«Ну, приятного обеденного перерыва, джентльмены и леди. Увидимся завтра на проверке эссе за каникулы». Жиру отпускает нас,с ее обычным ехидным взглядом, сверкающим сквозь очки-полумесяцы. Все встают и начинаютскладывать свои вещи в папки, затем выходят изкласса и направляются в кафетерий на обед.

«Анник, подожди меня! Мне нужно с тобой поговорить». Я останавливаюАнник, которая, как всегда, уже стоит готовая. Теперь ее вид больше не раздраженный,но смиренный. Я кладу последние вещи впортфель и закрыв его, встречаюсь взглядом с Джозефом, когда он приближается. Погладив меня по спине, он шепчет мне:«Увидимся позже». И выходит из класса с Дюпеном и Вергу, молча, держа руки в карманах.

«Роми, почему ты всегда такая медленная?» нетерпеливо говорит Анник. «У меня все, у меня все. Я готова!» — говорю я, улыбаясь, и она улыбается в ответ, немного подталкивая меня к выходу. Когда мы идем к кафетерию, я замедляю шаг, и она со мной.«Что ты хочешь мне сказать, Роми?» — спрашивает она, с любопытством наблюдая за мной; всегда с несколькими книгами,прижатыми к груди. Я смотрю на нее в свою очередь, и убедившись, что я одна с ней в коридоре, подхожу к ее уху. Я рассказала ей про ночь с Джозефом. Она, как только услышала это, остановилась и посмотрела на меня с изумлением. «Боже Роми!» — взволнованно говорит она, улыбаясь мне. «Я рада за тебя». Она говорит, дружелюбно поглаживая мою руку. После кратковременного приятного чувства я становлюсь мрачной. «Симона мне сказала одну плохую новость. Жан-Пьер на меня в ярости».

«С чего бы?»«Он думает, что я рассказала Джозефу о нихс Симоной и о том, что Мишель и Ален видят друг друга как пару». Говорю я, опуская взгляд иотступая. Она идет рядом со мной,выглядя нейтрально. «Тебе не имеет смысла бояться, Роми, ты не виновата. Твоя совесть чиста». Она успокаивает меня, стоя рядом со мной. Мы идём несколько метров в тишине, пока я размышляю что делать. «В конце сегодняшних занятий я поговорю с Джозефом, больше чем за себя, я беспокоюсь за него. Последняя драка закончилась плохо, если ты меня понимаешь». Я открываюсь ей. После занятий я поделюсь своими беспокойствами с Джозефом и постараюсь понять его точку зрения.К настоящему моменту я доверяю ему; поскольку он открылся мне, я могу доверять ему слепо. Вместе мы справимся с этим, надеюсь, что всё закончится хорошо, как сказала Симона.

«Да, я понимаю!» — шипит мужской голос позади нас.Мы разворачиваемся на каблуках, и пока Анник меняет позу, высокое тело Жан Пьера приближается ко мне, заставляя прижаться к стене. Его зеленые глаза смотрят на меня, и ячувствую, как мое сердце начинает бешено биться от испуга. «Жан Пьер, прекрати!» — говорит ему Анник, пытаясь остановить его.Жан Пьер остается неподвижным,как мрамор, и продолжает смотреть на меня сердито. «Я не думал, что ты стукачка, Сейеду» —шипит он, прижимая меня к стене. Ядержу его взгляд, бросая ему вызов. Анник права: у меня чистая совесть, и нет причин его бояться.

«Я не стукачка, Жан Пьер. Оставь меня в покое», — говорю я ему, пытаясь уйти, но он стоит передо мной,со своим мраморным присутствием. «Как хочешь...» — шипит он мне тихим, холодным голосом. Аник, тем временем, прижимая книгу к груди, хватает его за запястье и пытается оттащить его от меня, но безуспешно.Он заметно выше и сильнее ее.Я делаю шаг вперед, пытаясь набраться храбрости и продолжаю смотреть на него. «Ты шпионила за моими отношениями с Симоной, и теперь Мишель и я на наказаны. Я поздравляю тебя, Сейеду. Предать подругу ради этогобезглазого негодяя...»

«Это комплимент, Маньян?» — прошипел оченьзнакомый мужской голос из-за его спины. ЖанПьер резко поворачивается, и Джозеф делает шаг вперед на него. Без предупреждения он хватает меня за запястье и тащит за спину, близко к Анник, которая бросает на меня испуганный взгляд. «Декамп, какое удовольствие...» — рычит Жан Пьер,подняв подбородок. Джозеф улыбается ему своим обычным саркастическим тоном, и я чувствую, как его рука все еще сжимаетмоё запястье. «Почему бы тебе не уйти, Маньян,вместо того, чтобы беспокоить моих одноклассниц?» — рычит он.

«У нас есть незаконченные дела, Декамп,как ты думаешь?» Напряжение настолько ощутимо, что его можно размазать ножом по куску хлеба. Мое сердце все еще колотится, и Анник, видя меня в крайне взволнованном состоянии, кладет руку мне на спину.«У нас нет незаконченных дел. Так что,если ты позволишь, я пойду на обед».Джозеф собирается уйти, забрав нас с собой,когда Жан Пьер хватает его за руку и тащит обратно.Джозеф тут же отпускает мое запястье, и слабый,высокий крик вырывается из моего рта, боясь,что они могут снова подраться. Я судивлением замечаю, что Джозеф сохраняетспокойствие, поправляя рукав рубашки.

"Око за око... Маньян. Теперь мы квиты. Так чтооставь меня в покое, и Роми тоже оставь в покое. Не смей снова говорить с ней и обвинять ее вчем-либо"."Она испортила всю мою семью,проболтавшись! Она заслуживает того, чтобы с ней так обращались за то, кем она является: кровавая предательница".

Джозеф, вопреки моему раннему убеждению, приходит в ярость и прижимает Жан-Пьера к стене. «Роми не предательница! Если ты, мудак, не можешь скрыть тайную связь».Взгляд Жан-Пьера становится растерянным. «А что ты думал? Однажды я увидел, как вы двое целовались на скамейке в парке возле моего дома. Так же, как я видел, как твоя сестраи Ален обменивались поцелуями на улице. Еслиты действительно хочешь, чтобы ваши отношения оставались скрытыми,постарайся быть умнее!» — рычит Джозеф, медленно отпуская хватку Жан-Пьера.«Я был слишком добр, чтобы отомстить таким образом. Я мог легко ударить тебя по носу,сломав его. Но в отличие от тебя я не бью людей».

«Увидишь, когда я распущу слухи о вашихотношениях!» — угрожает Маньян нам.Когда Джозеф отпускает его руку, на которой виднеется красный след, Жан Пьер уходит, поджав хвост.Джозеф поворачивается ко мне и Анник и поправляет воротник рубашки. «Спасибо», — благодарит его Анник, и криво улыбнувшись, говорит: «Я подожду тебя в кафе», уходит оставляя меня наедине с Джозефом.

Оставшись одна, я поворачиваюсь к нему. «Я хотела поговорить с тобой об этом после уроков». Признаюсь ему, пересекая еговзгляд, который в процессе стал обеспокоенным и милым. «Он ведь ничего тебе не сделал?» — спрашивает он, глядя на меня и касаясь моих рук. «Нет, я в порядке, Джозеф. Не беспокойся об этом. Я просто хочу, чтобы всё закончилось как можно скорее. Мне так надоело». Я говорю раздраженно. Он целует меня в губы и, поглаживая мои волосы, говорит: «Не беспокойся, пока я рядом, Жан-Пьер ничеготебе не сделает».Когда мы идем к столовой, в моейголове возникает сомнение. «Как ты узнал, что происходит?» — спрашиваю я его.

«Я вошел в столовую и не увидел тебя на привычном месте. Поэтому я пошёл искать тебя» Говорит Джозеф не отводя от меня взгляд.