XIII

  — Тэхён, пожалуйста, отдай ножницы, — попросил Чимин, медленно приближаясь к другу.  — Нет, — сказал Тэхён и провел лезвием по правому запястью.  — Тэхён! — кинулся Юнги к парню, но тот забился в угол, повторяя, чтобы к нему никто не подходил.  Джин окаменел и не мог двинуться с места. Он не верил, не хотел верить своим глазам. Ему просто снится страшный сон. Сейчас он себя ущипнёт, и всё исчезнет. Три… два… один… Почему же он не просыпается? Неужели так крепко спит? Нет, этого не может быть. Не может.  — Зачем? — только и смог спросить Джин перед тем, как ноги отказались его держать.  Тэхён молчал. Он наблюдал за тем, как капли крови падают на паркет, образуя маленькое море. Жаль, что под рукой нет фотоаппарата. «Красное море»… Подходящее название…  — Звони в скорую, — прошептал Намджун Хосоку, а сам поддержал Джина, всего содрогавшегося от рыданий.

  Хосок незаметно выскользнул из комнаты. В такой ситуации сложно сохранять спокойствие, но если и он сейчас начнёт паниковать, то больше никогда не увидит Тэхёна. Ну, только если сам коньки не откинет.  — Алло?  — Здравствуйте, слушаем вас, — ответил звонкий женский голос.  — Здравствуйте, всё очень плохо. Парень умирает. Если вы не приедете, то…  — Опишите состояние человека, пожалуйста, — потребовала девушка.  — Вены.  — Поконкретнее, пожа…  — Господи, из вен кровь льётся ручьём, парень бледнее мертвеца, — орал в трубку Хосок. — Как мне ещё описать его состояние?!  — Молодой человек, успокойтесь. Через пять минут к вам приедут. Диктуйте адрес.

  — Мы так и будем просто наблюдать за тем, как он истекает кровью?! — нервничал Юнги, навёрстывая десятый круг по комнате.  — Тэхён, я прошу тебя, отдай мне эти чёртовы ножницы, — умолял Чимин, стоя на коленях.  Тэхён слышал Чимина, но уже не понимал, что тот говорит. Всё начинало расплываться перед глазами, было такое ощущение, что бродишь в тумане. Хватка ослабла, но ножницы до сих пор были у него в руках.  — Тэхён, ты меня слышишь?  Тэхён опустил глаза и заметил, что «море» стало больше. Потом он перевёл взгляд на рукава: больше они не были белыми как снег. Казалось, что кто-то пролил вино, но…  «Как много крови, —думала Тэхён. — Что же я сделал?! Я не хочу умирать. Нет, нет, не хочу!»  — Тэхён, я здесь, — протянул руку Чимин.  — Я… я не хочу умирать, — угасающим голосом сказал Тэхён и посмотрел на Чимина. — Н-не хочу… Что же я сделал?  — Всё хорошо. Сейчас приедет скорая, мы отвезём тебя в больницу, — говорил Чимин, обняв друга и отобрав ножницы. — Ты не умрёшь, не умрёшь…

  Хосок топтался в коридоре минут десять, но до сих пор никто не приехал. Он уже успел пообещать себе, что поступит в медицинский (а если не поступит, то устроиться работать водителем скорой помощи), ибо должен же кто-то спасать людей.  Устав бессмысленно пялиться на домофон, Хосок решил посмотреть, как обстоят дела у ребят. Что ж, если Хо думал, что всё обойдётся только порезанными венами, то он глубоко ошибался.  Заглянув в комнату, Хосоку захотелось самому вскрыться: Намджун пытался привести Джина в чувства, Юнги чуть ли не рвал на себе волосы, а на коленях у Чимина лежал Тэхён, который вот-вот отойдёт в мир иной. Хосок пытался не разрыдаться от такой картины, но когда заплакал даже Юнги, то парень дал волю слезам. Надежда умирает последней, но только не в этом случае.                              ***

  — Где это я?  Тэхён осмотрелся: мягкая трава под ногами, чистое голубое небо над головой, в пару шагах от него бурлит река, а рядом стоит скамеечка. Стойте, на ней кто-то сидит. Бабушка? Да это же его бабушка!  — Бабушка! — позвал Тэхён.  — Тэхён?! — удивилась женщина и поднялась со скамейки. — Почему ты здесь? Время ещё не пришло…  — А где я? — спросил Тэхён, подойдя ближе к берегу.  Бабушка что-то ответила, но Тэхён не расслышал из-за шумной реки.  — Подожди, я сейчас к тебе переберусь! — сказал Тэхён и хотел уже вступить в реку.  — Стой! Не надо! — остановила его бабушка. — Тебе нельзя!  — П-почему?  — Потому что ты должен жить.  — Но я так скучаю, бабушка, — не успел Тэхён сказать, как по щеке покатилась слеза.  — Я тоже, дорогой. Мне очень хочется, чтобы ты остался со мной, но тебя ждут.  Вдруг рядом с Тэхёном появились Джин, Чимин и Юнги.  — Ч-что вы здесь делаете? — опешил Тэхён.  — Тебе пора возвращаться, — сказал Юнги и протянул руку, чтобы взять Тэхёна.  Парень посмотрел на бабушку: та кивнула головой и еле слышно сказала: «Иди».  — Пойдём, — сказал Чимин и улыбнулся своей солнечной улыбкой.  Тэхён хотел снова посмотреть на бабушку, но та уже куда-то исчезла.  — Идём, — подтолкнул Джин Тэхёна. Тот послушно пошёл, но продолжал думать о родственнице.  «Я люблю тебя», — над самым ухом услышал Тэхён бабушкин голос.                              ***

  Тэхён очнулся в больничной палате. В глаза светила яркая лампа, заставляя жмуриться; в нос ударил запах медицинского спирта. Услышав тихое посапывание, Тэхён понял, что в комнате он не один.  На кресле рядом с больничной койкой спал Юнги. Всю ночь он бодрствовал, ждал, когда Тэхён придёт в себя, но так и не дождался.  — Хё-ён, — тихо позвал Тэхён.Юнги сразу же подскочил и стал осыпать Тэхёна вопросами:  — Как себя чувствуешь? Ничего не болит? Может, позвать доктора?  — Нет-нет, всё хорошо, — улыбнулся Тэхён. — Ты, наверное, устал?  — Пф, — отмахнулся Юнги. — Я как-то сутки не спал.  — Да, я помню, как ты хвастался, — усмехнулся Тэхён, но потом сделался серьёзным. — Юнги, прости меня…  — За что?  — За то, что так вас напугал. Я думал, что смогу избавиться от всех проблем, перестану быть обузой… Если я не нужен собственным родителями, то зачем тогда я буду мучить вас своим присутствием... Ребята из клуба сказали, что я могу просто забыться, стоит лишь один раз попробовать тот порошок, — всхлипнул Тэхён. — Но потом мне стало так страшно. Я понял, что не хочу умирать, а кровь всё не останавливалась…  — Ох, Тэхён, — сказал Юнги и присел к другу на край кровати. — Не знаю, что ты там себе напридумывал, но никогда не забывай тот факт, что для нас ты самый важный, добрый и яркий человек. Я бы себя никогда не простил, если бы… — запнулся Юнги. — Ладно, не будем о плохом. Главное, что ты снова с нами.  — Спасибо, хён, — благодарно посмотрел Тэхён на Юнги. — Мы провели так мало времени вместе… А завтра ты уезжаешь…  — Ну, уезжаю я уже сегодня…   — Сегодня?! А который сейчас час?!  — Пять утра, — посмотрел Юнги на наручные часы.  — Как же так… — расстроился Тэхён.  — Это мелочи. Лучше расскажи, как к тебе попала та «помада».  — Что ж, — вздохнул Тэхён. — В клубе мне все говорили, что у меня скучные фотографии и нет фантазии. Все мои попытки усовершенствоваться проваливались. Как-то в нашем клубе проходило собрание. Я заметил что-то странное, но не придал особого значения. Просто все были весёлыми. А в один день мне предложили попробовать. Сказали, что так мне будет легче работать…  — И ты согласился? — перебил Юнги.   — Нет. Они дали мне этот тюбик, но две недели я боялся даже на него смотреть. А потом подумал: «Если я такой никчемный, то, может, стоит рискнуть…» Я решил сделать это во время ужина, так как вы будете пьяными и ничего не заметите, но ты помешал.   — Бредовая мысль, — буркнул Юнги.  — Знаю, — согласился Тэхён. — Кстати, а где сейчас «помада»?  — Помада…

— Юнги, я честно не знал, что у Тэхёна какие-то проблемы. Я думал, что всё под контролем… Прости, что подвёл.— Мы все виноваты. Я тоже должен был приезжать и звонить почаще.— Ты и так молодец, что не забыл про друга…— Слушайте, давайте быстрее избавимся от этой штуки и вернёмся в больницу. Потом будете друг другу плакаться.— Да, Хосок, прав. Тэхён может проснуться в любую минуту, а нас не будет рядом.— Что ж, кто хочет кинуть?— Просто брось уже эту помаду в реку! Хоть красивее станет…

  — Так вы выбросили её в реку?  — Да, — подтвердил Юнги. — Избавили тебя от лишних проблем. Только больше не попадай в такие передряги. Пощади нервы Джина.  — Что бы я без вас делал, хён, — обнял Тэхён Юнги.  — Должен же кто-то тебя защищать, — потрепал старший Тэхёна по волосам.  — Прости, что так получилось…  — Прощаем!  Тэхён и не заметил, как вошли Намджун, Джин и Чимин. Любимый хён выглядел бодрее всех, так как привык не спать, Хосок как всегда был весёлым, а вот на Джуне сказалась бессонная ночка: мешки под глазами, оттёкшее лицо, а сам парень еле переставлял ноги.  — Как себя чувствуешь? — спросил Чимин у Тэхёна, присев рядом с Юнги на кровать.  — Всё хорошо, — ответил тот. — Уже хорошо.  — Может, что-нибудь принести? Хочешь есть? — беспокоился Джин.  — Нет-нет, скоро уже будет завтрак. Да я и не хочу есть…  — Я так счастлив, что всё обошлось, — радовался Чимин.  — И я, — улыбнулся Тэхён.  — Не ходи больше в этот дурацкий клуб, — сказал Намджун и плюхнулся в кресло.  — Да, он только отдалил тебя от нас! Раньше мы так много времени проводили вместе, а потом… — жаловался Чимин.  — Я обещаю, что исправлюсь. Только когда я был на волоске от смерти, то понял, что не смогу без даже в раю. Хён, — обратился Тэхён к Джину, — прости, что не слушал тебя и перечил…  — Мы одна семья, Тэхён, — сказал Джин, присев рядом с кроватью. — В семье часто бывают ссоры, недопонимание, но всегда найдётся выход из любой ситуации. Какой бы сложной она не была. Мы любим тебя и всегда будем рядом.  — Я сейчас расплачусь! — тёр глаза Хосок. — Я за год столько эмоций не получил, как за эту неделю!  — М-да, эту поездочку я запомню надолго, — сказал Намджун.  — Спасибо вам за поддержку, — поблагодарил Тэхён друзей. — Я вас так люблю…  — И мы тебя! — сказал Чимин и обнял Тэхёна, а потом присоединились и остальные.  — Господин Ким! К вам нельзя впускать столько людей! — вошла в палату худенькая медсестра и начала визжать. — Молодые люди, я попрошу вас выйти! Сейчас же!  — Зачем же так орать? — улыбаясь, говорил Хо. — Мы сейчас уйдём, да, ребята? Эй, всё, отцепитесь от Тэхёна…

  Тэхёна оставили в больнице на неделю. Ему предстояло побеседовать с психологом и сдать некоторые анализы. Поэтому пришлось прощаться с Юнги в больничной палате. Повезло, что медсестра согласилась впустить друзей к нему.  — Как только доберётесь, то сразу же позвоните или напишите, — попросил Тэхён, — чтобы хён не волновался.  — Обязательно! Я прослежу, чтобы Юнги не забыл, — сказал Хосок. — А ты выздоравливай! Нечего тебе тут задерживаться.  — Постараюсь… Кстати, а где Намджун? Я тоже хотел с ним попрощаться.  — Он подойдёт позже. Решил с Джином прогуляться. Больничный дворик… М-м-м, романтика.  — Аж тошнит, — сморщился Юнги.  — А ты просто завидуешь! — пихнул друга Хосок.  — Хён, ты ещё встретишь человека, с которым проведёшь всю жизнь, — сказал Тэхён. — Прости нужно продолжить поиски!  — А он уже нашёл, — подмигнул Хосок Тэхёну.  — Ты это о ком? — засмущался Юнги.  — А я тоже знаю, о ком говорит Хо!  — Спорим, что сейчас… — не успел договорить Хо, как в палату кто-то зашёл.  — Медсестра просила передать, что Тэхёну нужен покой, — сказал Чимин. — Вам нужно поки… Вы чего уставились? Я так плохо выгляжу?  — Нет-нет, просто только что тебя вспоминали, — захихикал Тэхён.

  Чимин сегодня не пошёл в школу. Как он мог оставить друзей в таком состоянии? Да он и не соображал бы на уроках. Перед глазами до сих пор был Тэхён в испачканной кровью рубашке. А когда заплакал Юнги, то Чимин подумал, что его сердце разорвётся на мелкие кусочки. Ну, хорошо, что всё закончилось. Практически закончилось… Он же так и не поговорил с Юнги. А может, уже и нет смысла? Всё равно он сегодня уезжает. Зачем только его обременять?                             ***

  Перед тем как собирать вещи, ребята решили вздремнуть. Намджун заснул прямо на полу, а Хосок и Юнги устроились на диване. Юнги думал, что сразу же заснёт, но что-то пошло не так. Он был бодр как никогда. Полежав ещё минут десять, Юнги встал и стал искать свой рюкзак. Лучше он первее всех соберётся, чем потом будет всё запихивать в спешке.  В комнате Джина его рюкзака не оказалось, в коридоре тоже. На кухне его точно быть не могло. Остался только зал.  Стараясь не разбудить друзей, Юнги стал ползать на коленках в поисках своих вещей. Под столом, за креслом и на комоде Юнги ничего не нашёл. Тогда он пошарил рукой под диваном.  «О, вот же он! — обрадовался Юнги и вытащил рюкзак. — Странно… Какой-то он тяжёлый… "  Достав из рюкзака майку и кроссовки (он не помнил, чтобы брал с собой их), Юнги увидел на дне блокнот.  — Это ещё что… — открыл Юнги записную книжку на первой странице и стал читать.

«Не знаю, выдал ли я себя или ты до сих пор ничего не подозреваешь. Если выдал, то ты понимаешь, о чём я хочу с тобой поговорить. Возможно, я пожалею об этом, но ты должен знать…Сначала я влюбился в твой голос. Каждый раз, когда Джину звонил телефон, я надеялся, что это ты. Видел бы ты моё разочарованное лицо, когда оказывалось, что хёну позвонила мама или друзья.Увидев тебя, я понял, что окончательно влюбился.В тот день, когда одноклассники узнали всё правду обо мне, ты спас меня. Если бы не ты, Юнги, то я бы бросился под машину (ты бы не сделал этого, Чимин).Мне хочется верить, что ты испытываешь хоть какую-то симпатию. Я не буду заставлять тебя меня полюбить. Не уверен, что вообще должен был с тобой об этом говорить… Просто скажи мне правду».

  Кажется, Юнги только что прочитал то, что должен был услышать от самого Чимина. Кстати, рюкзак Юнги перепутал со своим. Слишком много в этом мире обычных чёрных рюкзаков.  Прочитав ещё раз запись в блокноте, Юнги стал складывать вещи обратно. Когда он пытался аккуратно сложить майку, то услышал, как кто-то идёт в зал. Юнги кое-как затолкал оставшиеся вещи в рюкзак и швырнул его обратно под диван.  — Юнги, а ты почему не спишь? — спросил Джин, зайдя в комнату.  — Да так…—почесал Юнги затылок.— Решил, что в автобусе посплю.  — А-а. Может, тогда попьёшь с нами кофе? — предложил хён.  — Не откажусь. Всё равно эти, — посмотрел Юнги на спящих друзей, — ещё долго дрыхнуть будут.

  Намджуна и Хосока разбудили в два часа. В запасе оставалось шесть часов. Ну, минус час, чтобы доехать до вокзала, найти нужную платформу, попрощаться…  — Никто не видел мои носки?  — Где моя зарядка?  — Намджун, ты сел на мои очки!

  Если бы не было Джина, то ребятам пришлось бы нелегко. Хоть носки так и не нашлись, но зато зарядка и сломанные очки были у хозяев. Джин предлагал починить очки супер-клеем, но Юнги отказался и продолжил ворчать, что рядом с Намджуном нельзя ничего оставить даже на пару минут.  К шести часам всё было готово. Много сил и нервов было потрачено, но ребята справились с этой трудной задачей. Сейчас, валявшись на полу, парни не могли поверить, что их приключение подходит к концу.  — Вы уже обсудили с Джином, сколько раз в году будете приезжать к друг другу? — поинтересовался Хосок.  — Я больше на такие поездочки не согласен, — предупредил Юнги.  — Да, я уже всё решил, — сказал Намджун и подполз к своему чемодану, чтобы достать свитер. На улице что-то резко похолодало.  — Только ты? — фыркнул Юнги.  — Это будет какой-то сюрприз? — оживился Хосок.  — Ну, можно и так сказать, — грустно улыбнулся Джун, но никто этого не заметил, так как он стоял спиной к друзьям.                               ***

  На вокзал приехали вовремя. Сегодня было не так много людей, так что можно было не беспокоиться, что наступишь кому-нибудь на ногу или толкнёшь безобидную старушка, которая потом превратиться в настоящего зверя.  Спокойно дойдя до своей платформы, ребята расположились на скамейке, пока что ещё не занятой теми же «безобидными» старушками. Юнги, Хосоку и Намджуну не хотелось уезжать, но деваться было некуда. И так пронесло, что родители ничего не заподозрили. Но если правда всплывёт, то от наказания им сбежать в Сеул не удастся.  — Спасибо, что приютил нас, — благодарил Джина Юнги.  — Мой дом теперь и ваш дом. Можете приезжать в любое время! Мы будем очень скучать, — навернулись слёзы на глаза у хёна.  — Жаль, что Тэхён сейчас не с нами, — опечалился Чимин.  — Ты так говоришь, будто он умер! — завозмущался Юнги. — Он пообещал мне, что в следующий раз не отойдёт от меня ни на шаг. Пусть только попробует опять вступить в какой-нибудь подозрительный клуб…  — А я буду скучать по блинчиками Джин-хёна, — сказал Хосок, погладив себя по животу.  — И я, — поддакивал Джун.  — Если хотите, то буду отправлять вам их по почте, — предложил Джин. Теперь на кухне не будет такой шумной компании. Нет, Чимин и Тэхён не тихони, но чего-то всё равно будет не хватать. Может, бодрого и весёлого по утрам Хосока? Ворчливого, но рассудительного Юнги? Намджуна, который так крепко обнимает и так страстно целует? Их всех…  Вдруг все засуетились: к платформе подъехал автобус, приглашая пассажиров отправиться в путь-дорогу. Опять трястись три часа, слушать нытьё Хосока и пытаться разговорить Юнги. Что ж, это лучше, чем добираться пешком.  — Я буду очень скучать, — сказал Чимин, обняв Юнги. — Звони хотя бы раз в месяц.  — Даю слово, — пообещал Юнги.  — Так, давайте дадим нашим голубкам побыть наедине, — сказал Хосок, отводя в сторону обнимающихся Юнги и Чимина. — Не будем им мешать.

  — Надеюсь, что вы быстро доедете. Обязательно позвони, — сказал Джин, когда друзья отошли к автобусу.  — Конечно, — ответил Джун. — Спасибо за эти дни. Я их никогда не забуду.  — У нас ещё много таких дней впереди, — взял Джин Намджуна за руку и посмотрел на него своими выразительными глазами.  — Джин, насчёт нас… — высвободил свою руку Джун. Сейчас ему предстояло сделать то, за что он будет ненавидеть себя всю жизнь. Но другого выхода не было. Он желал Джину только лучшего.  — Что-то не так? — напрягся старший.  — Джин, мы не можем быть вместе.  — П-почему? — оторопел Джин. — Если это только из-за расстояния между нами…  — Нет, не в этом дело, — перебил Джун. — Я хочу, чтобы ты был счастливым. Всегда и везде. Я не смогу тебе дать…  — Намджун, что ты такое говоришь? — не понимал Джин поведения младшего. Ещё утром всё было хорошо. Что случилось за каких-то пару часов? Или Намджуна подменили?  — Пойми, Джин…  — Просто скажи, что любишь меня. И всё. Мне этого будет достаточно, — жалостливо просил Джин.  — Я не могу… — прошептал Намджун, не поднимая глаз на Джина.  — Ты сбежал из дома в Сеул, обманул маму и всех в школе, а сейчас боишься мне сказать каких-то три слова?! — начиналась истерика у Джина.  — Я не боюсь сказать «каких-то три слова», — поникшим голосом сказал Намджун. — Когда-то я ошибся. Я знаю, как и где она умрёт, знаю, что не смогу ей помочь, знаю, что поторопился. Я не хочу, чтобы то же самое повторилось и с тобой.  — Хорошо. Я готов никогда не услышать от тебя три заветных слова, если ты просто будешь со мной, — пошёл Джин на компромисс. — Многие живут так и…  — Джин, ты особенный. Ты самый замечательный человек в этом мире. Поэтому ты заслуживаешь большего, чем многие из нас, — сказал Джун и вытер со щеки Джина катившуюся слёзу.  — Но мне нужен ты, — упавшим голосом сказал хён. — Неужели это невозможно? Неужели мои чувства для тебя ничего значат?  — Прости, Джин, и прощай, — развернулся Намджун и пошёл к автобусу.