Х

  Воскресное утро началось с приятного: будильник не прозвенел. Вместо него был лай собак, которых сонные хозяева вывели погулять, хотя тоже мечтали понежиться в кровати ещё пять минуточек.  Солнечные лучи проникали в комнату с целью разбудить её обитателей. Но всё оказалось не так просто. Хосок поморщился и спрятал голову под подушку, Намджун вообще не обращал внимания на какие-то там лучики, а Юнги… Юнги уже давно не спал. Сейчас он думал, как бы выбраться из комнаты, чтобы не разбудить других. Хотелось сделать утро ещё лучше. А как это сделать? Правильно! Надо приготовить чашечку ароматного кофе.

  Чимин проснулся из-за скрипучей кухонной двери. Он сто раз говорил Джину, что нужно её смазать, но тот всё время забывал. Вот проснулся бы он из-за этого пару раз, так знал бы какого это.  Сладко потянувшись, Чимин сполз с кровати и направился на кухню с мыслями, что Джин, наверное, готовит завтрак и он будет первым, кто сможет им полакомиться.  Шаркая тапочками, юноша дошёл до кухни. Но на пороге он и застыл, когда увидел Юнги в растянутой майке, трусах и носках, на одном из которых была дырка на большом пальце. Он был таким домашним и милым….  «Господи, я же даже не умылся», — беспокоился за свой внешний вид Чимин. Он постарался пригладить свои непослушные рыжие волосы, но стало только хуже.  — Доброе утро, — сказал Юнги, заметив Чимина. — Чего не заходишь? Меня испугался?  — Скорее себя, — прошептал Чимин, а громче сказал: — Просто утренний затуп.  — А-а-а. Тогда у меня он круглосуточно.  — Приготовишь и мне кофе? — перевёл тему Чимин, сев на стул и поджав под себя ноги.  — Конечно, — сказал Юнги и подготовил вторую кружку. — Когда закипит, то залей, пожалуйста. Я выйду на балкон покурить.  «С вредными привычками… — подумал Чимин, провожая взглядом Юнги. — Но ничего».  — Замечательное утро, правда? — сказал Чимин, присоединившись к Юнги.  — Да, просто замечательное, — согласился юноша.  — Давно куришь? — спросил Чимин первое, что пришло в голову.  — Хм… — задумался Юнги. — Года три.  — Много…  — Это меньше, чем я планирую, — усмехнулся Юнги и затянулся.  «Ещё посмотрим», — ответил в мыслях Чимин, а сам не переставал пялиться на тонкие и длинные пальцы курящего. С такими только на пианино играть, а не дешёвые сигареты держать.  — Давно Джина знаешь? — полюбопытствовал Юнги.  Теперь задумался Чимин. Когда ему было пять, Джин был рядом. Когда Чимин был в школе, хён опять-таки был с ним. Получается, что…  — Всю сознательную жизнь.  — Нам очень повезло с таким другом, — сказал Юнги и выбросил окурок в окно.  — Ты что делаешь?! — завозмущался Чимин.  — Эм, стою?  — Нет, ты только что выкинул свой мусор в окно, — сказал Чимин и стал искать глазами окурок Юнги в траве.  — И что? — с безразличным видом спросил Юнги.  — Наша планета и так страдает от загрязнения, а ты всё усугубляешь ещё больше!  — Я имею право сделать так один раз в жизни, — сказал Юнги (он решил утаить, что делает это уже… Точно не первый раз).  — Нет, не имеешь, — на полном серьёзе говорил Чимин. — Такие, как ты, говорят это каждый день, а потом забывают про «один раз в жизни» и делают это ежедневно. Если это продолжится, то мы будет тонуть в ваших окурках.  — А ты у нас такой правильный, оказывается… — цокнул Юнги.  — А ты у нас без ног, оказывается, что не можешь до мусорки дойти, — дерзнул Чимин, что сам удивился.  — Что ж, если для тебя это так важно… — не договорил Юнги и покинул балкон.  — Эй, ты куда? — крикнул вслед Чимин.  — Стой там, — сказал Юнги.  — Но… — хотел возразить Чимин.  — Просто стой!  «Что он уже задумал? Может, пошёл за ещё одной сигаретой?» — строил догадки Чимин.  Он продолжал смотреть в окно: мимо пролетел голубь, которого Чимин вряд ли уже увидит; вот проснулись дома напротив, и в окнах было видно, как засуетились обитатели квартир; а где-то внизу бродит дворовый  кот в поисках завтрака и рядом с ним...  — Юнги?! Что ты там делаешь?!  — Чищу территорию, — ответил Юнги, собирая окурки под балконом.  — А, похвальное дело! Молодец! — обрадовался Чимин такому поступку. — Только давай быстрее. Скоро кофе будет готов.  — Постараюсь…  Понаблюдав ещё немного за собирающим окурки и бумажки Юнги, Чимин вернулся, чтобы заварить кофе. Залив две чашки, он вернулся на балкон, но внизу уже никого не было. Кроме кота.  «Куда он уже делся…» — подумал Чимин, а потом услышал, как кто-то зашёл на кухню.  — Так быстро всё убрал? — спросил Чимин, закрывая балкон.  — До единого окурка, — с гордостью сказал Юнги, подняв над головой пакетик с мусором, а затем выкинув его в ведро.  — Отлично. Но у меня есть один вопрос, — сказал Чимин, насыпая уже третью ложку сахара в свою чашку.  — Какой?  — Почему ты не выкинул в мусорку на улице?  — Хотел тебе показать, — сориентировался Юнги.  — Ага-а-а, — сказал Чимин, немного отпив кофе. — Тогда ещё кое-что.  — Что?  — Ты вышел в одних трусах. И у тебя носок порвался.

  — Хосок, вставай! Сколько можно спать?! Даже Намджун уже встал, — говорил Юнги, тряся друга за плечи.  — Ещё пять минуточек, — просопел тот.  — Твои «пять минуточку» прошли уже час назад, — недовольно сказал Юнги, отбирая одеяло. — Вставай и иди завтракать!  — Завтракать? — приоткрыл один глаз Хосок.  — Да. Я тебе двадцать раз это сказал.  — Тогда идём скорее! — вскочил Хосок и сбил Юнги с ног. Благо, что он упал на матрас, а не на пол, в противном случае Хосок никогда бы больше не позавтракал.

  — Доброе утро! — влетел Хосок в кухню. — Что у нас на завтрак? Теперь все были в сборе: Намджун уплетал за обе щеки лапшу, Чимин решил выпить вторую чашечку кофе, Джин возился у плиты, а Тэхён с кем-то переписывался, не обращая внимания на окружающих него людей.  — Доброго, — пожелали все.  — Как спалось на новом месте? — спросил Джин, на минуту оторвавшись от готовки. — Ничего не болит?  — Не-а, всё супер! — ответил Хосок, расплываясь в улыбке. — Так что на завтрак?  — А я предупреждал, что он доставучий, — напомнил Юнги, возвращаясь на своё место рядом с Чимином  — «А я предупреждал, что он доставучий», — передразнил Хосок. — Я только встал, а ты уже испортил мне утро!  — И всегда они так общаются? — спросил Чимин у Намджуна.  — Каждый день, — вздохнул тот, посмотрев на друзей.  — Тише, ребята, — влез Джин. — Давайте не будем начинать день с ссоры.  — Это их нормальное общение, — сказал Джун.  — А вот больным никто слова не давал, — пробубнил Юнги и вернулся к кофе.  — Кстати, ты как? — спросил Хосок у Намджуна. — Лучше?  — Намного, — улыбнувшись, ответил Джун. — Какие у вас планы на день?  — Раз уж они в Сеуле, то не должны упускать такой шанс, — сказал Чимин и обратился к Джину: — Хён, ты должен устроить им экскурсию!  — Конечно, — согласился Джин, подавая Хосоку кружку с чаем — Только пусть проснутся сначала.  — Я всегда готов к приключениям! — заявил Хо.  — Когда он так говорит, то в конце приключения всегда происходит отвал жопы, — сказал Юнги и получил от друга подзатыльник.  — Тебе не кажется, что ты сегодня слишком разговорчив? Не расскажешь почему?  — Это всё воздух Сеула, — ответил Чимин за Юнги.  — Ну-ну, — недоверчиво сказал Хо. — Посмотрим, что тут за воздух…  Тэхён, который всё это время молчал, вдруг оживился и стал быстрее доедать.  — Господи, Тэхён, ты куда так торопишься? — спросил Джин.  — Срочно нужно в клуб, — с набитым ртом отвечал Тэхён.  — К тебе Юнги приехал, а ты только о клубе и думаешь, — сказал Джин и посмотрел на младшего осуждающим взглядом.— Не хочешь провести с ним время?  — Юнги, мы с тобой ещё обязательно погуляем, — говорил Тэхён, цепляя на себя камеру. — А сейчас я очень тороплюсь. Всем пока!  — Погуляем… — повторил Юнги. Видно было, что он расстроился, хоть старался этого не показывать. А как бы вы себя чувствовали, если бы друг, которого вы не видели больше двух лет, выбрал какой-то клуб, а не вас. Вот именно: отвратительно.   — Он обещал быстро справиться, — сказал Чимин, чтобы подбодрить Юнги.  — Угу…  — Да, всё будет хоро… О, чёрт! — прошипел Хосок, посмотрев на телефон.  — Что такое? Забыл дерево в игре полить? — спросил Намджун.  — Папа звонит.  — Так ответь, — спокойно сказал Джун. — Только веди себя естественно.  — Да, точно. Вести себя естественно, — повторил Хо, выдохнув, и поднял трубку: — Алло?  — Привет, сынок!  — Да, привет, пап, — поприветствовал отца Хо на удивление спокойно.  — Как устроились? Где уже успели побывать? Никто не обижает? — посыпались вопросы.  — Всё отлично, — отвечал Хо самым весёлым голосом. — Сейчас вот завтракаем. А вы как?  — Скучаем по тебе. Мы уже привыкли, что ты будишь нас по утрам своим ужасным пением…  — Хоть отдохнёте от меня, — усмехнулся Хосок.  — Да… А включи видеосвязь. Хочу полюбоваться своим сыном и его друзьями!  — Эм, может не надо? Мы ещё такие сонные… — стал отговаривать Хосок. — Тут и ребята стесняются. Да, ребята?  — Да-да, ужасно выглядим, — поддакивали парни.  — Но, Хосок, пожалуйста, — просил отец. — Иначе мы от тебя не отстанем!  Хосок посмотрел на друзей: приличнее всех выглядел Джин, а остальные… ну… на пять из десяти. Он и сам-то выглядел хуже использованной ватной палочки, но выбора не было. «Пойдём в зал», — прошептал Хо, и все последовали за ним.  — Ладно, пап, ты уговорил. Включаю! — сказал Хосок, когда все уселись на диван.  Отец включил видеосвязь первым. Ребята смогли разглядеть мужчину лет пятидесяти, который был очень миловидным: очки в чёрной оправе, красная рубашка в клеточку, лёгкая щетина и брови, немного приунывшие. Сразу можно было сказать, что он и мухи не обидит. Только если назойливого комара.  — Здравствуйте, господин Чон, — поздоровались все.  — Привет, ребята. Вас так много!  — Да, веселимся здесь. Кстати, хочу познакомить тебя с Джин-хёном, — сказал Хо и перевёл камеру на хёна. — Мы у него живём всю поездку. Нам очень повезло!  — Очень рад познакомиться.  — Взаимно, — ответил Джин.  — Надеюсь, что вы не свихнётесь с этими сорванцами, — сказал папа Хосока и стал разглядывать компанию. — А что это за молодой человек рядом с Юнги?  — А-а, это Чимин. Младший брат Джин-хёна, — лучшее, что придумал Хосок. — Очень дружелюбный. Представляешь, ему нравится моя болтовня!   — Здравствуйте, господин Чон, — ещё раз поздоровался Чимин. — Хочу сказать, что вам и госпоже Чон очень повезло с сыном!  — Госпоже Чон? — как-то смутился отец Хосока, а Намджун и Юнги переглянулись, поняв, что забыли предупредить Джина и Чимина насчёт семьи Хосока.  — Ну да… — уже не так уверенно сказал Чимин.  — Хосок тебе ещё не рассказывал, что у него нет мамы?  — Н-нет, — почувствовал себя виноватым Чимин из-за того, что поднял не очень приятную тему.  — Пап, нам уже пора собираться, — старался быстрее закончить разговор Хосок. — Я позвоню тебе вечером, хорошо?  — Хорошо, сынок. Хорошего дня, — сказал отец и положил трубку.  — Я что-то не так сказал? — забеспокоился Чимин.  — Нет, просто стоило вас предупредить, — сказал Хосок, крутя телефон в руках. — У меня никогда не было мамы.  — Как это? — озадачился Джин. — Она ум…  — Нет-нет, — перебил Хосок. — Её просто не было. У меня два отца. Вот и всё.  — А-а, теперь вся понятно, — сказал Чимин. — Им повезло найти друг друга в таком большом мире. Бывает, что твоя половинка находится на другом континенте… А бывает, что они стесняются друг друга…  — Да, только мои родители думают, что я стесняюсь их, — вздохнул Хо. — Но я их очень люблю. Мне плевать, если кто-то думает, что это неправильно, когда мужчина любит мужчину. Если они прошли испытание и не побоялись признаться друг другу в своих чувствах, то они заслуживают счастья.  — Ты прав, — поддержал Джин Хосока. — Если два человека любят друг друга, то они должны быть вместе!  — Я их очень люблю. Только не знаю, как это доказать.  — Не надо ничего доказывать, — сказал Чимин. — Они и так прекрасно знают, что ты их любишь!  — Правда?   — Конечно! Даже твой аппетит не сравниться с любовью к ним, — сказал Юнги и похлопал друга по животу.  — Когда приеду, то обязательно скажу им, как их люблю, — решил Хосок. — Надеюсь, что они не узнают о моих приключениях…  — А вот об этом думать не надо, — сказал Джин. — Лучше давайте обсудим, чем займёмся и куда пойдём, чем сидеть и думать о плохом.

  Долго думать не пришлось: Хосок заявил, что он зря приехал в Сеул, если не посетит новую кофейню, про которую уже написали все популярные новостные сайты, а Юнги напомнил, что надо купить билеты; у Намджуна выбора не было, поэтому он остался дома. Чимин же уже выздоровел, но выходить никуда не захотел. Завтра и так в школу идти, а для этого места надо запастись силами и нервами.  — Отлично, — сказал Джин. — Сейчас померяем Намджуну температуру…  — А вы точно температуру мерить будете? — подколол Хосок.  Пока Джин стоял и заливался краской, Чимин в душе радовался, что не он один заметил искру, бурю, безумие между этими двумя. Теперь будет намного проще их свести.  — Ай, больно же! Тебе лишь бы меня ударить, — жаловался Хосок, когда получил щелбан в лоб от Юнги. — Может, они там давление мерить будут, а вы тут сразу свою грязную фантазию включаете.  — Я буду у Джуна, — сказал Джин и быстрее вышел из комнаты, пока никто не заметил его раскрасневшихся щёк.

  Намджун проводил дни не хуже короля: плотный завтрак (пару раз в постель), посещение музеев и выставок, забота и уход, компания милых и добрых людей… Он будет по этому скучать (если Хосок и Юнги ещё будут с ним, то вот Джин и Чимин, и даже Тэхен, который редко бывает дома, оставят след в его сердце).  Джун уже собирался вздремнуть, чтобы отвлечься от мысли об отъезде, так как жутко разболелась голова, но услышал, как открылась дверь.  — Хосок, я сейчас не в том состоянии, чтобы ты на меня прыгал, поэтому даже не думай этого делать, — предупредил Намджун, даже не открывая глаз.  — Я знаю, — попытался ответить Джин голосом Хосока. — Я только хочу температуру померить.  — Хён?  — Ты лежи, — сказал Джин, видя, что Джун стал суетиться и стараться приподняться. — Стало хуже?  — Немного, — не скрывал Намджун.  — Ну да, лоб горячий, — сказал Джин, прикоснувшись до Джуна.  — Просто тепло, — отмахивался больной. — Всё нормально.  — Сейчас и проверим, — сказал Джин и подал градусник. — Держи.  Прошло положенных три минуты, и градусник подал сигнал, что всё готово.  — Тридцать семь с половиной, — озвучил Джин. — Пойду за таблетками.  — Хорошо, — Джун уже не был против таблеток. Ему просто хотелось поспать.  — Ты как-то низко лежишь, — заметил Джин. — Давай хоть подушки подобью.  Джун попытался приподняться, но упал обратно. Силы совсем иссякли, хотя утром всё было не так уж и плохо. Он попытался ещё раз — опять безуспешно.  — Ты держись за меня, — предложил Джин, наклонившись к Намджуну. — Так легче будет.  Джун немного стеснялся обнимать Джина за, как он успел подметить, тонкую талию, но и лежать в не очень удобном положении тоже не хотелось. Поэтому обняв Джина двумя руками, Намджун стал ждать, пока тот справится с подушками. Сегодня от хёна пахло базиликом. Нет-нет, он не нюхает его каждый день или что вы там себе уже придумали. Джун просто хочет запомнить каждую мелочь во время его маленького путешествия.  — Всё готово, можешь ложиться обратно, — обдал Джин тёплом ухо Намджуна.  По сценарию Джун должен был отпустить Джина, но что-то пошло не так в самый последний момент: не переставая держать Джина за талию, Намджун упал на подушки, но слишком поздно понял, что напрочь забыл выпустить Джина из своих объятий. Поэтому сейчас он лежал и пялился в глаза Джина, которые стали такими большими от неожиданного поворота событий, что напоминали два кокоса.  — П-прости… — стал извиняться Намджун, но его перебил Хосок, который что-то бурно рассказывал Чимину, заходя в комнату.  — И потом Юнги решил, что… — говорил Хосок, а потом замолчал, забыв закрыть рот, когда увидел прекрасную картину.  «За что…» — только и успел подумать Намджун.  — Так вот как правильно температуру мерить, — усмехнулся Хо, любуясь Намджуном и лежащим на нём Джином.  — Сколько можно собираться, — ворчал Юнги, входя в комнату. — Что вы тут застря… Оу. Кажется, мы не вовремя.  — Я просто подбивал подушки… — стал оправдываться Джин.  — А потом так устал, что решил прилечь на Намджуна, — закончил Чимин.  — Да. Нет. Или да… — запутался Джин. — Но это не то, о чём вы могли подумать!  — Совсем не то! — говорил Намджун, которого не было видно из-за широких плеч Джина.  — А мы и не думали, — сказал Хосок. — Вы же просто подушки подбивали.  — Просто подушки, — вторил Чимин.  — Вы тут прощайтесь, а мы в коридоре, — говорил Юнги, выводя Чимина и Хосока из комнаты. — Только побыстрее, пожалуйста.

  — Как думаешь, — дождался Джин, когда они остались с Намджуном вдвоём, — они сейчас о нас говорят?  — Вполне возможно, — ответил Джун. — Кстати, ты очень хорошо подбиваешь подушки.  — Я знаю, — с гордым видом сказал Джин, а потом не выдержал и рассмеялся. Ситуация была действительно забавной, а если ещё смотреть на это глазами Хосока, Юнги и Чимина, то можно только удивляться, как им удалось сдержаться и не засмеяться.  Уткнувшись лицом в плечо Намджуна, Джин заливался хохотом. Намджун и до этого знал, что у хёна очень… необычный смех, но сейчас он в этом убедился на сто процентов. Намджун сам уже начал смеяться и даже не заметил, как крепче обнял Джина и прижал к себе. И отпускать его не хотелось…

  Чимин достаточно понаблюдал за Джином и Намджуном, чтобы быть уверенным в взаимной симпатии. Но этого было мало. Вдруг это просто воображение разыгралось? Надо было всё выяснить.  Заварив чай, Чимин отправился к Намджуну в комнату. Он надеялся поговорить с ним по душам, чтобы не было неловкостей. Они уже взрослые люди, так что проблем быть не должно. Тем более, что выдался подходящий момент: они остались дома вдвоём.   — А вот и чай, — открывая дверь ногой, сказал Чимин.  — Спасибо большое, — благодарил Намджун. — Но тебе не стоило утруждаться. Не надо мне привыкать к такой вольготной жизни.  — Тебе надо набраться сил, чтобы потом спокойно доехать домой, — сказал Чимин, поставив поднос с чайником и кружкой на тумбочку.   — Подушку подбить не надо? Я в этом не мастер…  — И ты туда же, — фыркнул Намджун.  — Знаешь, меня уже несколько дней мучает один вопрос… — заговорил Чимин, но потом побоялся продолжить.  — Нравится ли мне Джин? — догадался Намджун.  — Ну, собственно говоря… — тянул Чимин.  — Тогда могу тебя обрадовать или огорчить (это уже не от меня зависит), — сказал Джун, беря с подноса кружку и стараясь не пролить чай на одеяло. — К Джину я испытываю только самые тёплые дружеские чувства.  — А почему это должно меня обрадовать?  — Наверное, ты очень волнуешься за него, — предположил Джун. — Ведь я могу навредить Джину.  — Как?  — Джин ко мне привыкнет, привяжется… — с грустью сказал Джун. — А я здесь не навсегда, Чимин. Если бы он меня полюбил, то было бы очень тяжело с ним расставаться. Наверное, я бы даже не смог уехать…  — Ты боишься кого-то полюбить после того случая, да? — спросил Чимин и тут же подумал, что напомнил зря напомнил Намджуну про это и заодно выдал Хосока (ну а кто ещё мог разболтать).  — Просто не хочу, чтобы такое повторилось, — ответил Намджун.  — Но как же тогда ты найдёшь своего соулмейта? Все мы люди, все мы можем ошибаться. Но это не повод ставить жирный крест на своей жизни. Я понимаю, что…  — Чимин, ты не понимаешь всей ситуации, — возразил Джун. — Дело не в том, что я боюсь, а в том, что могут бояться другие.  — Значит, ты не любишь Джина? — спросил Чимин, но в душе ещё хранил надежду.  — Нет…  — Что ж, это всё, что я хотел знать. — сказал Чимин, вставая с кровати. — Прости, что вот так влез…  — Ты просто волнуешься за друга. Всё в порядке, — улыбнулся Джун.  Чимин забрал поднос и вышел из комнаты. Все его планы разрушались, а потом их остатки закопали в тёмной яме, чтобы их никто не нашёл. Вывод: не следует строить планы на будущее. Расходимся, ребята, свадьба отменяется.

  «Врать у тебя получается лучше всего, — думал Намджун, рассматривая потолок в комнате. — Но всему стоит остаться на своих местах».                               *** Ребята вернулись поздно вечером. Хосок клялся, что больше никогда не будет так много есть, а Юнги — ходить. Вот так Сеул забирает последние силы, чтобы удивить людей и оставить о себе воспоминания не только в голове, но и в других частях тела.  — А вы не такие выносливые, как Намджун, — говорил Джин, расставляю тарелки (от ужина даже Хосок не отказался. Когда-нибудь ему прожорливость вылезет боком).  — Да он только по своим музеям так охотно ходит, — сказал Юнги.  — Он даже смог Джина вытащить в музей, представляете? Он же их терпеть не может, — выдал Чимин хёна.  — Правда? — спросил Намджун.  — Он шутит, — сказал Джин и посмотрел на друга. — Да, Чимин?  — Но ты же сам говорил, что не любишь музеи, — продолжал Чимин, не понимая намёка, что надо было подыграть.  — Он шутит, — повторил нервно Джин и занялся приготовлением салата.  После долгого молчания Хосок решил, что надо как-то оживить народ, и объявил главную новость:  — Мы купили билеты.  — Да? Когда уезжаем? — спросил Намджун. — Завтра?  — Дело в том, что билетов на завтра не было, — промямлил Хосок.  — Что ж, вторник тоже подойдёт.  — И на вторник тоже билетов не было, — сказал Юнги, опустив виновато глаза.   — Вы шутите? Когда мы уезжаем?! — уже паниковал Намджун.  — В среду, — спокойно ответил Юнги.  — Вы уверены, что билетов на завтра и на вторник не было? — хотел удостовериться Намджун.  — Если мы говорим, что не было, значит их действительно не было, — ответил Юнги и стал накладывать себе салат.  Намджун откинулся на спинку стула. Есть моментально перехотелось. Если случиться так, что мать приедет…  — Эй, тебе телефон звонит, — сказал Хосок и подал Намджуну мобильник. — Мама.  «Если вспомнить лучик, то обязательно появиться солнце», — подумал Намджун и ответил на звонок.  — Привет, мам.  — Джуни, сынок, как ты себя чувствуешь? Ещё не выздоровел? — беспокоилась госпожа Ким.  — Ещё нет. Температура сегодня подскочила. Ты же не против, если я останусь ещё на два-три дня дома?  — Даже не спрашивай. Оставайся. Мне так жаль, что я не могу о тебе позаботиться…  — Всё хорошо, мам. Я же уже взрослый.  — Но для меня ты всегда будешь маленьким мальчиком, — сказала мама Джуна, а когда это услышали ребята, то дружно заумилялись.  — Да уж.  — Сынок, я тебя так давно не видела. Может, поговорим по видеосвязи?  — Что-то всех родителей потянуло на видео-звонки. Папа Хосока сегодня тоже с ним по видеосвязи говорил, — сказал Намджун, не замечая, как Хосок показывает ему руками крест, означающий, что пора замолчать.  — А его папа тоже в командировке? — поинтересовалась госпожа Ким. Тут-то Джун и понял, что натворил.  — Не-ет, просто он так скучает по Хосоку, что даже в школе просит его с ним поговорить, — выкрутился Джун.  — У Хосока такие заботливые родители. Ему очень повезло…  — А мне повезло с тобой, — сказал Намджун, чтобы поднять маме настроение.— Слушай, я очень хочу спать. Давай уже завтра поговорим. Хорошо?  — Хорошо, — согласилась госпожа Ким. — Кстати, забыла сказать.  — М?  — Я смогла уговорить начальника, чтобы он разрешил вернуться раньше. Всё равно я сделал практически всю работу.  — И когда ты приедешь? — дрожащим голосом спросил Джун.  — В четверг буду дома!  — А, отлично, — выдохнул Намджун. — Буду ждать.  — Жди-жди. Ладно, Джуни, иди спать. А то ты уже еле-еле говоришь. Люблю тебя.  — И тебя, — сказал Джун и положил трубку.  — У меня сердце в пятки ушло, когда ты о моём отце заговорил. А если бы она ему позвонила? Ты же знаешь, что они любят поболтать.  — Да курица будет поспокойнее тебя, — ворчал Юнги. — Намджун выкрутился. Чего ты так уже заволновался? А если бы поймали, то, видно, судьба у тебя такая…  — Знаете, я думаю, что мама Джуна права, — сказал Джин. — Нам пора спать.

  Все разошлись по комнатам. Хосок и Юнги заснули, стоило их головам коснуться подушек, Намджун хоть долго ворочался, но потом крепко заснул, Джин тоже затих в комнате Тэхёна. Только Чимину не спалось, как бы он ни ворочался.   «Я должен узнать правду», — повторял он у себя в голове.  Не выдержав, Чимин пошёл к Джину. Сейчас или никогда.  Постучав в дверь, Чимин услышал, как Джин сказал: «Войдите».  — А, Чимин. Ты чего не спишь? — спросил Джин, отложив книжку.  — Меня кое-что беспокоит, — сразу признался Чимин. — Я должен с тобой это обсудить.  — Весь твой.  Чимин забрался под одеяло и обнял хёна. Давно он так жалился Джину. Когда он только приехал в Сеул, то только рядом с ним и мог заснуть. Но сейчас не время вспоминать прошлое. Время обсудить настоящее, а если повезёт, то и будущее лучшего друга, который так важен для Чимина. Он, можно сказать, его старший брат. А родные должны заботиться друг о друге.  — Тебе нравится Намджун? — спросил Чимин.  — А тебе? — ответил вопросом на вопрос Джин. — Хён, ты же знаешь, что я имею в виду, — легонько пихнул Чимин старшего в бок.  — Честно говоря, я сам не знаю, — тяжело вздохнув, сказал Джин. — У меня не появляются бабочки в животе, когда я его вижу. Но…  — Но?..  — Мне кажется, что я не устану готовить ему блинчики каждый день, заботиться о нём, если он заболеет снова…  — Можешь не продолжать, хён, — перебил Чимин. — Всё ясно.  — Что же тебе ясно? — спросил Джин с улыбкой.  — Ты влюбился в этого парня, — ответил Чимин и стал устраиваться на Джине. — Ты не будешь против, если я останусь?  — Оставайся, — сказал Джин и погладил друга по волосам. — Это всё, что тебя беспокоило?  — Угу…  — Тогда спокойной ночи, — сказал Джин и выключил настольную лампу.  — Сладких снов, хён, — пожелала Чимин.  Он узнал всё, что хотел. Если бы Чимин поговорил сначала с Джином, то его надежды стали бы великими. Но слова Намджуна не выходили из головы. Неужели всё это оказалось просто игрой в счастливый конец, как показывают в дорамах? Неужели Джин не заслужил взаимности? Да этого человека весь мир должен на руках носить за его доброту! А любовь... Любовь так всем нужна...  «Бедный хён», — засыпая, думал Чимин, пытаясь незаметно смахнуть  непрошенную слезу.