Слова исчерпали себя и силы нет больше у обоих

Столько прошло дней, а голова всё никак не отпускала ситуацию с Гюльбахар. Во всём сам собой искался подвох, а добро воспринималось довольно колко. Отношения с людьми были навязанными ещё больше, и вовсе то не скрывалось. Впервые за годы её правления и существования тут. Во дворце, откуда даже тело не смогут вынести просто, без особого прощания его со стенами Топкапы.

Вакф всего лишь попытка стать ещё лучше, а сегодня и вовсе отговорка. Не ради отдыха, нет. У Мустафы новое дело, за которым стоит идти по следам лично. Никому не доверяет, не може найти для себя Хаджи, пусть и не ищет преднамеренно. а лишь надеется получить подарок от судьбы в виде столь же преданного человека.

Ветер начал трепать его волосы, что привлекло внимание красавицы и наслаждение ею было прервано. Сжал кулаки и мило улыбнулся, не хотел задеть видом своим слишком серьёзным. Да и вообще насторожить любимую не был намерен.

- Пусть госпожу проведут к Эстер. - распорядился и стражники тут же подбежали к хатун, что после должны были занять султаншу.

- Почему же они это сделали? Неужто до сих пор ничего не понятно? - дети были хуже взрослых, их языки никак не умолкали.

Кесем Султан остановлась их послушать, но кто-то окликнул и пришлось побыстрее уйти.

Несколько минут занималась чем-то, даже не замечая того, а при первой возможноти вернулась на то самое место, где слышала что-то интересно и, явно, важное. Голоса притихли, но разобрать всё ещё было можно, стоило лишь стать немного ближе так, дабы не заметили.

- Так и случилось ведь. Вот какая счастливая сейчас ходит между нами, красуется большой грудью и прекрасным личиком, над которым неподвластны годы. - почему-то впервые от нервов начала приносить себе вред ногтями.

Будто бы пыталась снять маску красоты с себя, что было просто невозможным. Но знали о том лишь доброжелатели или те, которые предпочитали молчать, не считая свой голос важным.

Таких людей никогда и нигде не было, хотя они всегда бежали получить лишние три золотых монеты, оправдывая это тем, что заботятся о многих и даже не думают о возможности предать империю, не смотря на частоту предложений и предлагаемые ссумы за предательство.

Разве же такие не предадут, когда вдруг получат резкий отказ? Кеманкеш пытался остерегатьсяя таких людей, хотя бы вблизи. Думал больше о детях государства и его зелёно-голубом алмазе, но свои обязательства не перекидывал на других, пока не начинал задыхаться от усталости и непонимания ценности проделанного. Да и тогда пытался не отходить от дел, еле могли уговорить и на несколько минут отдыха. Потому такие выезды с женой были чуть ли не непозволительной роскошью. Видимо это и причина взбунтовавшейся нежностьи, которая проявлялась в резких движениях и мечтах о той, которая не подпускала к себе, особенно, ночью.

В эту секунду просто послал воздушный поцелуй, но и в нём что-то было не то. Напряжение прилетело вместе с ним. Некое, быть может, и маловажное, а легче от того не становилось.

- Что же происходит в той голове? - прошептала так, чтобы никто не услышал.

- Ничего необычного, от тебя с ума сходит. - ответ от Эстер, её голос, лишь такой дерзости никогда себе не позволяла проявлять хатун.

И точно мало что могло заставить это сделать.